Готовый перевод Rebirth of the Graveyard Keeper's Counterattack / Возрождение хранителя: путь к божественной любви: Глава 7

Бай Янфань был выдающейся, блестящей фигурой среди даосских практиков Континента Сисы. У него было множество поклонников, а его репутация на Континенте Сисы гремела так громко, что не было, пожалуй, никого, кто бы о нём не слышал.

Однако Континент Дунду и Континент Сисы разделяла бездонная Абиссаль, а путь через неё был невероятно опасен. Эта природная преграда и помешала славе Бай Янфаня распространиться в здешних краях.

Впрочем, Бай Янфань был не промах. Появившись здесь, он не стал, подобно другим, прятаться и скрывать своё лицо. Он вёл себя открыто и уверенно, направо и налево ставя на место тех, кто бросал ему вызов, и благодаря этому быстро сделал себе имя.

Поскольку Ци Шифэй занимал высокое положение, его кругозор, естественно, был широк — какого-то жалкого даосского практика на Стадии Конденсации Души он ни во что не ставил, и убить его для него было бы так же легко и просто, как раздавить букашку.

Вероятно, Ци Шифэй действительно проникся уважением к его прямоте и искренности. Когда Бай Янфань в очередной раз отлупил какого-то выскочившего из толпы зеваку, Ци Шифэй лично вышел вперёд, раскрыл его личность и имя, а пробудив у Бай Янфаня любопытство, завязал с ним знакомство.

Бай Янфань был истинным гением, что ярко проявлялось в его постижении Пути Сючжэнь. Ци Шифэй, обсуждая с ним законы и техники, почерпнул немало полезного, и они так быстро сошлись, что пожалели о том, что не встретились раньше, мгновенно став закадычными друзьями, несмотря на разницу в возрасте. Вскоре Ци Шифэй пригласил его вместе вернуться в Секту Юйтянь для обстоятельной беседы о Дао. Бай Янфань обладал поразительной смелостью — он без малейших колебаний согласился в одиночку отправиться вглубь территории крупнейшей секты демонического пути, что заставило Ци Шифэя зауважать его ещё сильнее.

Всё это — воспоминания Куй Мао из прошлой жизни о том, как Ци Шифэй познакомился с Бай Янфанем. А последующие события развивались точь-в-точь так же, как и в нынешние дни.

Когда Бай Янфань прибыл на Главный пик Небесной Пропасти, Ци Шифэй, разумеется, не мог поселить его на своём Пике Девяти Пределов — гостя разместили отдельно на одном из второстепенных пиков.

Хотя на том пике не жили другие практикующие демонический путь, он вовсе не был запретной зоной, подобной Пику Девяти Пределов, лишённой защитных барьеров. Демонические практики, желавшие придраться к новичку, валили туда нескончаемым потоком. Поначалу Бай Янфань сдерживался: всё-таки он был здесь гостем, и колотить людей на территории друга казалось ему неучтивым. Но дальше ситуация вышла из-под контроля — те злословили всё изощрённее, и терпеть это больше не было никаких сил.

Бай Янфань обладал выдающимся талантом и с юных лет состоял в учениках у главы Секты Укрощения Духов. Чистое Духовное Тело позволяло ему совершать стремительные прорывы в культивации; в секте его буквально носили на руках, а ученики боготворили. Куда бы он ни направлялся, он слышал лишь лесть, а люди смотрели на него с горячим восторгом. Разве доводилось ему прежде слышать столь отвратительную ругань или сталкиваться с подобным пренебрежением? При этом ему приходилось лишь молча слушать и не было возможности дать сдачи — трудно вообразить, до чего же это было обидно и невыносимо.

В этот день Ци Шифэй вновь пригласил Бай Янфаня в свою обитель, чтобы обсудить постижение Сючжэнь. Сначала Бай Янфань держал себя в руках и не проронил ни слова, но затем один из высокопоставленных практикующих Сючжэнь из Секты Юйтянь явился без приглашения и открыто задирал его прямо на глазах у Ци Шифэя — это стало последней каплей, лишившей Бай Янфаня остатков самообладания.

Ци Шифэй чинно восседал на самом почетном месте в центре залов, а подол его струящегося длинного одеяния с едва заметным переливом шёлков мягко ниспадал с края сиденья. На этот раз его волосы не были распущены — напротив, голову украшала высокая корона из багрового нефрита, а иссиня-чёрные пряди были аккуратно собраны.

— Ты говоришь… собираешься сойтись с братом Баем в смертельной битве?

Ци Шифэй подпёр рукой подбородок и с полуулыбкой смотрел на стоявшего перед ним демонического посланника Юй Сяна, который с презрительным выражением лица разглядывал Бай Янфаня.

Среди адептов Секты Юйтянь демонические посланники занимали весьма высокое положение и были одними из немногих, кто мог напрямую просить о личной встрече с Ци Шифэем.

Юй Сян люто ненавидел даосских практиков, и вид того, как Бай Янфань изо дня в день гостит на Пике Девяти Пределов, вызывал в нём жгучую, ослепляющую зависть. Он не собирался, подобно тем глупцам без царя в голове, давать Бай Янфаню повод отказаться — он вызвал его на бой прямо перед Повелителем Демонов, чтобы посмотреть, посмеет ли тот отклонить вызов.

Если бы тот отказался, то непременно разочаровал бы Достопочтенного, и мнение о нём вмиг бы упало; но даже если бы согласился, Юй Сян мог бы воспользоваться случаем и прикончить негодяя. Как ни крути, любой исход устраивал Юй Сяна.

В Секте Юйтянь испокон веков ценилась сила: если бы Бай Янфань уступил в мастерстве и был убит, Ци Шифэй не смог бы упрекнуть Юй Сяна.

Углки губ Бай Янфаня судорожно дёрнулись: очевидно, бесконечные провокации этих людей окончательно вывели его из себя.

— Брат Ци, прошу простить мою дерзость. Уважаемый практик Юй Сян, раз уж вы так страстно жаждете со мной помериться силами, то если я и дальше буду отказываться, это станет плевком на всю мою культивацию — не говоря уже о стремлении к Великому Дао! — Бай Янфань поднялся на ноги и громко произнёс: — Я принимаю твой вызов на бой прямо здесь и сейчас!

— Сказано отлично, — похвалил Ци Шифэй. Когда его янтарные глаза смотрели на кого-то с искренним восхищением, казалось, что человек этот физически ощущает глубину его чувств, отчего невозможно было не тронуться сердцем.

Именно так чувствовал себя сейчас Бай Янфань — он будто бы в полной мере ощутил поддержку Ци Шифэя. Исполненный боевого задора, он бросил Юй Сяну: — Раз уж этот практик осмелился заключить пари не на жизнь, а на смерть, с чего бы мне, Бай Янфаню, бояться!

— Вот и чудно! Давай сразу назначим время! — у Юй Сяна тоже заиграла кровь, и его слова прозвучали твёрдо и веско.

— Называй любое время, какое пожелаешь! — чётко и без колебаний отозвался Бай Янфань.

— Ххе… — из груди Ци Шифэя вырвался лёгкий смешок. Он поднялся с места и обратился к Бай Янфаню: — Прямота и решительность брата Бая, безусловно, вызывают восхищение, однако Секта Юйтянь не может позволить себе такую дурную славу, будто приглашённый мной гость, талантливый практик со Стадии Конденсации Души с Континента Дунду по имени Бай Янфань, во время беседы со мной о Дао вынужден вести смертельный бой с кем-то из моих младших адептов. Если об этом услышат на стороне, ещё подумают, будто моё слово, Ци Шифэя, больше ничего не весит, раз даже моего гостя подчинённые адепты смеют третировать по своему усмотрению.

Ци Шифэй бросил на Юй Сяна косой взгляд, и того мгновенно бросило в пот — пробирающий до костей холод ледяной волной придавил его спину, заставляя невольно опустить голову. Только сейчас до него дошло всё неподъёмное величие ситуации: стоило лишь подумать, что он «просто невзлюбил какого-то даосского практика и решил того проучить», как он по глупости ухитрился разозлить самого Повелителя Демонов.

Окутанный смертным ужасом, он рухнул на колени и принялся усердно бить челом, испрашивая прощения: — Докладываю Достопочтенному, у вашего слуги и в мыслях не было никакого неуважения! Просто… просто практик Бай обладает столь выдающейся культивацией, что у вашего слуги загорелись глаза, и ему захотелось испытать себя в бою.

Юй Сян судорожно соображал, как бы погладче вывернуть свои слова: — А к смертельному исходу я призвал исключительно из опасения случайно нанести увечье в схватке с даосским практиком!

Бай Янфань от таких резких перемен в поведении Ци Шифэя даже растерялся и теперь смотрел на дрожащего Юй Сяна почти с жалостью.

Тут Ци Шифэй перевёл взгляд на него и произнёс: — Во всём виновата моя распущенность в подчинении людей — это из-за меня брат Бай столкнулся с подобными дерзкими выходками.

Бай Янфань с грациозным жестом отмахнулся: — Ну что вы, брат Ци, разве в этом ваша вина? К тому же я сам изголодался по достойным противникам и сгораю от нетерпения скрестить мечи с мастерами Секты Юйтянь. Раньше я просто боялся вызвать ваше неудовольствие, брат Ци, вот и стискивал зубы.

Пухлые, красивее очерченные губы Ци Шифэя тронула улыбка: — Вот оно что, выходит, я сам был неправ. Раз так, почему бы нам не назначить эту битву брата Бая на следующий месяц? Как раз со следующего месяца в моей секте начнётся Большое состязание, проходящее раз в десятилетие. Брат Бай сможет принять в нём участие в качестве почётного гостя-даоса и выступить в поединках на арене для Стадии Конденсации Души. Разве не прекрасно будет, если вы сойдётесь с Юй Сяном в рамках состязаний на арене?

Бай Янфань на мгновение замер, а затем удивленно произнёс: — Надо же, оказывается, в следующем месяце как раз состоится десятилетнее состязание Секты Юйтянь. Какое совпадение.

Ци Шифэй лишь загадочно улыбнулся, а Бай Янфань кивнул: — Что ж, пусть будет так, послушаю совета брата Ци.

Ци Шифэй с удовольствием произнёс: — Раз уж брат Бай решил участвовать в Большом состязании моей секты, я, разумеется, буду относиться ко всем непредвзято. Если брату удастся завоевать звание победителя арены, помимо заслуженной награды я разрешу тебе выбрать любую вещь из моей сокровищницы в качестве моего личного подарка в честь победы.

Ци Шифэй был одним из немногих сильнейших мастеров Великого мира Лоюань, и стоило лишь подумать, какими сокровищами полна его сокровищница, как становилось очевидно — каждое из них являет собой уникальное чудо света.

Бай Янфань тут же загорелся этой перспективой и громко рассмеялся: — В таком случае младший брат не посмеет отказаться от столь щедрого дара!

Стоило Ци Шифэю махнуть рукой, как Юй Сян наконец осмелился подняться на ноги. Он бросил на Бай Янфаня незаметный, но полный ярости взгляд — состязания ещё даже не начались, а этот сукин сын из даосов уже считает победу своей! Неужели он думает, что в Великой Секте Юйтянь совсем не осталось людей?!

Проходящее раз в десятилетие Большое состязание Секты Юйтянь было важнейшим событием, к которому все от верха до низа секты относились с колоссальным вниманием.

Состязания начинались с низшей ступени — со Стадии Трансформации Смертных, и доходили вплоть до Стадии Конденсации Души. Что же касается отсутствия боев среди практиков на Стадии Превращения Божества? Конденсация Души сама по себе являлась непреодолимым барьером, перешагнуть который удавалось лишь единицам, и на всю Секту Юйтянь насчитывалось едва ли с десяток мастеров Стадии Превращения Божества. Этих людей почитали как Князей Демонов, и в Секте Юйтянь они пользовались почтением, уступая лишь самому Повелителю Демонов.

Конденсация Души — можно сказать, что после неё повсюду лежат непреодолимые пороги, и каждый следующий рубеж даётся в разы тяжелее предыдущего. Достаточно вспомнить, что во всём Великом мире Лоюань наберется всего пять мастеров уровня Великой Колесницы, чтобы масштаб бедствия стал понятен без лишних слов.

На каждом этапе состязаний определялся всего один абсолютный победитель — никаких вторых или третьих мест не существовало. Лишь триумфатор получал право войти в Павильон Ванто Секты Юйтянь и выбрать себе одну награду. В этом Павильоне Ванто были собраны сокровища, накопленные поколениями высокопоставленных адептов Секты Юйтянь уровня Конденсации Души и выше за мириады лет; там хранились даже магические артефакты и ментальные техники, оставшиеся после гибели мастеров уровня Великой Колесницы и Повелителей Демонов.

Пусть кому-то и не удавалось дойти до самого конца и стяжать высшую славу, за каждую одержанную победу участники получали пилюли духовного уровня и внушительное количество духовных камней. Когда на кону стояли столь баснословные сокровища, а победители неизменно уходили с пилюлями и камнями в карманах, как тут было не стремиться к победе изо всех сил? Это наполняло всю Секту Юйтянь атмосферой жестокой и неукротимой конкуренции.

Стоило разнестись слуху, что Бай Янфань будет участвовать в поединках на арене для Стадии Конденсации Души, а сам Ци Шифэй лично явится за ними понаблюдать, как адепты уровня Конденсации Души пришли в крайнее возбуждение. Ведь Ци Шифэй уже много лет не посещал внутренние состязания секты! А теперь он изволит показаться ради какого-то даосского практика!

Как же сильно они завидовали, ревновали и ненавидели его.

И потому все они записали Бай Янфаня во враги народа, в бельмо на глазу, решив во что бы то ни стало повергнуть его прах. Разумеется, убить его прямо на глазах у Повелителя Демонов было бы ещё лучше — тогда Достопочтенный воочию убедился бы, что этот даосский негодяй не стоит ломаного гроша, и очень скоро бы пресытился им и выбросил процветающего любимчика. А если попутно удастся привлечь благосклонный взгляд самого Повелителя Демонов и удостоиться хотя бы пары напутственных слов — это стало бы просто идеальным исходом.

Вся Секта Юйтянь бурлила и пенилась от возбуждения, и лишь один Куй Мао видел насквозь грядущий исход, сохраняя отрешённое и невозмутимое спокойчие.

Бай Янфань заставит этих задирающих нос демонических посланников жестоко сесть в лужу, а Юй Сян в конце концов погибнет от его руки.

Хотя Куй Мао люто ненавидел Бай Янфаня за то, что тот заберёт себе победу и артефакт Достопочтенного, в данный момент он не имел ни малейшей возможности помешать случившемуся.

Это погружало Куй Мао в глубокое уныние: сможет ли он с нынешней силой уберечь Достопочтенного от интриг Бай Янфаня и отвести от него смертельную угрозу?

Это полное опасностей и трудностей будущее не сломило юношу, а лишь разожгло в нём боевой дух.

Он обретёт ещё большую силу, поднимется выше, туда, где станет еще ближе к Ци Шифэю!

http://bllate.org/book/24951/2951423