Готовый перевод Empire's Spring Reborn / Весна Империи: Возвращение гения: Глава 9

Неожиданное осознание того, что в этом мире у него всё ещё есть кровный родственник, вызвало у Чу Ци чувства, которые трудно описать словами.

Особенно учитывая, что нынешнее положение этого родственника оставляло желать лучшего. Будучи в прошлом исследователем человеческой биологии, Чу Ци с одного взгляда понял, что именно произошло с Энди.

Но разве тот не утратил способность к деторождению?

Наверное, всё же сказалось воздействие феромонов.

Чу Ци на мгновение о многом задумался, но ни одна из его мыслей не касалась предстоящей встречи с Энди. Межличностные отношения явно были его слабым местом, хотя для артиста это казалось просто невероятным.

Энди при виде Чу Ци испытал бурю эмоций. Когда они расстались, Чу Ци был еще совсем мальчишкой, а теперь превратился в маленького красавца, от которого невозможно отвести глаз.

При этой мысли все те страхи, что Энди столько лет прятал в глубине души, наконец вырвались наружу. Он вспомнил свое собственное жалкое прошлое: то мизерное сопротивление, которое он оказывал, выглядело чистой шуткой перед лицом Панде, поэтому тот мог обращаться с ним как заблагорассудится — так, что не удавалось ни выжить, ни умереть. Как он мог стерпеть, чтобы Чу Ци вновь пережил те же муки?

И в то же время Энди был счастлив — по крайней мере, Панде согласился дать ему официальный статус.

В нынешние времена отыскать такого альфу было непросто, и Энди лишь надеялся, что Чу Ци сумеет отпустить ситуацию и не станет усложнять себе жизнь из-за какой-то бессмысленной гордости.

Но заметив во взгляде Чу Ци легкое избегание, Энди невольно немного опечалился. Ему легко пришло в голову: неужели все эти годы молчания и отсутствия вестей зародили в сердце мальчика обиду? И не начнет ли родной младший брат презирать и стыдиться его теперь, когда он полностью отринул королевское достоинство и выживает за счет врага?

Подумав об этом, Энди на какое-то время даже не осмелился шагнуть вперед.

К счастью, стоявший рядом с ним генерала Панде крепко сжал его руку, дав опору почти что дрожащему телу, после чего они шаг за шагом, казалось бы уверенно, двинулись вперед.

Однако в этот самый момент Энди услышал у самого уха шёпот дьявола:

— Это твой младший брат? Как думаешь, знает ли он, какова цена того, что ты выбил для него всё это? Стоит ли оно того? Ты не жалеешь?

Энди прекрасно понимал, кого тот имеет в виду.

С момента ареста он хоть и подчинялся, но хранил молчание, словно надеялся таким образом хоть немного уравновесить внутреннюю борьбу. Однако на этот раз его мольба нарушила это равновесие, и он даже не представлял, с каким настроением ему жить дальше.

— Это мой долг, — тихо произнес он, после чего сделал шаг вперед, отделяясь от Панде, и направился прямиком к Чу Ци.

— Чу Ци? — подавив все негативные эмоции и глядя в глаза, до боли похожие на его собственные, мягко произнес он. — Я так рад видеть, что ты вырос. Рад нашей встрече.

— Брат... — Чу Ци посмотрел на своего кровного брата. Было очевидно, что концентрация феромонов у того невероятно высока — столь чистых показателей Чу Ци редко встречал даже в прошлой жизни. Вероятно, из-за того, что жители отдаленных звездных систем придерживались более традиционных взглядов и слишком сильно ценили происхождение, их генетика и сумела сохраниться настолько чистой.

Но как-никак этот человек приходился ему старшим братом и сейчас выражал родственные чувства, завязанные на общей крови. У Чу Ци, никогда прежде не испытывавшего ничего подобного, язык напрочь отнялся — он просто не знал, что сказать.

Спросить, хорошо ли тот живет? Все они — лишь куски мяса на чужой разделочной доске, до какой уж тут хорошей жизни?

Вспоминать прошлое? Не говоря уже о том, что всё это происходило прямо под носом у высокопоставленных чиновников нового режима, Чу Ци вообще не обладал памятью прежнего владельца тела.

Заявить, что оболочка твоего младшего брата теперь принадлежит совершенно другому человеку? Это звучало еще более нелепо.

Поразмыслив немного, Чу Ци наконец снова заговорил:

— Спасибо тебе, и за этот прием тоже.

Энди представлял себе, как вырастет тот маленький мальчик, который вечно бегал следом за ним. Тогда он не мог вообразить этого, но сейчас чувствовал, что всё должно было быть совсем не так. Он думал лишь о настоящем, не упоминая о том, чего уже не изменить — разве то, что его младший брат вырос таким разумным и хладнокровным, не повод для радости?

Энди улыбнулся.

— Удалось чего-нибудь добиться? — заботливо поинтересовался он.

— Пока нет, — взвешивая слова, ответил Чу Ци. Столкнувшись с искренней доброжелательностью Энди, он инстинктивно не хотел разочаровывать его.

Энди тихо вздохнул:

— Это моя вина, не смог придумать способа получше.

Чу Ци машинально покачал головой:

— С чего бы это твоей вине? Тогда уж лучше обвинять нашего отца. — Винить того лидера за то, что не смог удержать власть и положение, а беды пали на головы потомков — с этим всё равно ничего нельзя было поделать.

— Чу Ци... — Энди на собственном опыте познал каково это — иметь младшего брата, о котором нужно беспокоиться.

Но Чу Ци лишь снова улыбнулся ему:

— Я знаю, говорить так не совсем верно, но всё происходящее, наверное, предрешено небесами, брату незачем тревожиться.

Судьба привела его сюда вовсе не для того, чтобы он погиб на постели какого-нибудь глупого альфы.

Видя его реакцию, Энди решил, что это просто детская наивность, но выражение лица мальчика было настолько чистым, что у него невольно дрогнуло сердце, и он протянул руку, чтобы потрепать Чу Ци по волосам.

— Какая трогательная братская любовь, — раздался поблизости резкий голос, разрушая царившую здесь идиллию.

Энди обернулся и увидел старшего сына Панде, который стоял с мрачным выражением лица в окружении приятелей-мажоров. Все они смотрели в их сторону с легкомысленным и презрительным видом.

— Брат, всё в порядке? — глядя на Энди, тихо спросил Чу Ци.

Энди с холодным лицом проигнорировал провокацию, повернулся и твердо сказал:

— Он не посмеет мне ничего сделать, хотя бы ради приличия перед своим отцом. Но тебе нужно быть осторожнее, постарайся завести побольше знакомств на этом банкете, только держись подальше от людей из семьи Панде.

Когда Панде бросил законную жену ради женитьбы на Энди, его старший сын Луи как раз был подростком — в самый разгар чувствительного и бунтарского возраста. Разрушенная семья, внезапный переход в высший свет при собственной заурядности, да еще и постоянное недовольство со стороны отца — всё это легко привело к тому, что Рэймонд возложил вину за собственные несчастья на Энди.

Он затарил ненависть к Энди в самом сердце, и она стала чуть ли не единственным смыслом всей его юности.

В этот момент, стоило лишь некоему омеге по фамилии Рон войти в банкетный зал, Луи уставился на него, а затем с дурными намерениями направился вперед, чтобы испытать почву и подзадорить новичка, пока его не прогнал настоящий хозяин вечера — его собственный младший двоюродный брат Линтон.

Было очевидно, что Линтон положил глаз на этого маленького стервеца, вот только из опасений перед генералом Панде он не решался действовать напролом. Луи подумал, что его отец и так уже потерял голову от старшего брата этого паренька, и ему следовало предпринять хоть что-то, чтобы исключить саму возможность появления в их доме еще одного омеги по фамилии Рон.

Он обвел взглядом зал, и когда его взор упал на только что прибывшего Джои Беллока, на его губах сама собой заиграла улыбка.

Отец Джои был одним из генералов-основателей, и они с Джои считались старыми знакомыми, хотя из-за разницы в возрасте обычно не тусовались вместе. Тем не менее они прекрасно знали друг друга: точно так же, как Луи слыл бездельником, слава Шона как бабника гремела на весь их круг.

Разве станет этот легендарный маленький принц сидеть сложа руки, увидев такого расписанного в легендах омегу? С многозначительной улыбкой Луи направился прямо к Джои.

— С чего это ты сегодня один?

Внешность Джои была самой заурядной, а из-за полноты он порой даже казался отталкивающим, но это ничуть не мешало ему использовать власть и влияние вместо феромонов, чтобы привлекать омег.

Услышав это, Джои тут же прищурился и рассмеялся:

— Если бы я притащил кого-то с собой, разве смог бы нормально полюбоваться тамошними красавчиками? Твой отец всегда благоволил Линтону, сегодня у того совершеннолетие, отец наверняка приготовил для него немало кандидатов?

Луи опешил от его слов:

— Ты что удумал?

Джои хлопнул его по плечу:

— Расслабься, разве я не могу подождать, пока он выберет?

Глаза Луи загорелись, и он сдавленно хихикнул:

— Насколько мне известно, один из них выглядит вполне ничего, вот только он попытался заговорить с ним, а потом просто свалил.

— Где? Где именно? — поспешно допытывался Джои. Раз уж Линтон обратил на него внимание, пусть даже и не выбрал окончательно, внешность у парня должна быть отменной.

Луи вскинул руку и указал направление.

Проследив за его жестом, Джои вмиг замер, уставившись в ту сторону.

Луи толкнул его в бок:

— Ну как?

Джои едва не расплылся в улыбке до ушей:

— При такой-то красоте Линтон умудрился его отвергнуть? По-моему, во всем банкетном зале, кроме твоего домашнего любимчика, с ним никто не сравнится! К тому же твой омега всё-таки староват, куда ему тянуцца против этой свежатины? У Линтона что, глаза на затылке? Оставить мне такую халяву — не пожалеет ли он потом и не начнет ли качать права?

Стоило Луи услышать упоминание об Энди, как его лицо помрачнело, но устраивать сцену здесь было не с руки. Холоденым тоном он бросил:

— Будет ли мой младший двоюродный брат жалеть потом, я не знаю. Но даже если и пожалеет — ты ведь к тому времени уже отведаешь запретного плода, так что вернуть его ему будет не жалко, верно?

Джои быстро прикинул про себя:

— Скажу честно, глядя на эту жалостливую мордашку, мне и самому расставаться с ним расхочется, только ради него портить отношения с кланом Панде не стоит. Если Линтон потом снова заартачится, так и быть, отдам. Омега, к которому уже прикасались — всего лишь игрушка, Линтон не станет ссориться со мной из-за простой игрушки.

Приняв окончательное решение, он улыбнулся Луи:

— Спасибо. Будут какие-то блага — помни старшего брата, а я твоих заслуг тоже не забуду.

С этими словами он нетерпеливо двинулся в сторону Чу Ци.

Луи проводил его спину холодной усмешкой: возможность увидеть, как рушатся прекрасные мечты Энди Роуна — вот лучшая награда, которую мог преподнести ему Джои.

Подойдя к Чу Ци и вглядевшись внимательнее, Джои почувствовал, что стоящий перед ним юноша поистине уникален, его можно назвать редчайшей жемчужиной, встретить которую — великая удача.

На его лице появилось выражение стопроцентной уверенности в победе, и он заговорил:

— Ты очень красив.

Чу Ци ошеломленно уставился на него, но быстро сообразил: если отбросить предыдущие провокации и заигрывания, то, возможно, именно так и выглядел самый обычный способ познакомиться.

— Спасибо, — вежливо отозвался он.

Джои испытал легкое удивление. Он прекрасно знал, что красотой не блещет, поэтому омеги при первой встрече всегда испытывали к нему если не отвращение, то изрядную долю придирчивости, хотя и умело это скрывали. Добившись их расположения деньгами и властью, он затем безжалостно унижал и третировал их, хотя сам процесс доставлял ему не так уж много радости.

Но этот красавец был совершенно другим. Во взгляде, обращенном на него, не было ни капли страха — словно перед ним стоял обычный альфа, ничем не отличающийся от обладателей высокой генетики и мощных феромонов.

На секунду Джои испытал целую гамму противоречивых чувств, но затем, вернувшись к прежнему плану, спросил:

— Ты уже определился с целью?

Чу Ци покачал головой:

— Я сразу понял, что всё это пустые фантазии.

Истории о любви с первого взгляда под воздействием феромонов — таким не обманешь даже ребенка.

Во взгляде Джои мелькнуло проблеск одобрения: он повидал слишком много жеманных и фальшивых омег, и слишком мало тех, кто трезво оценивал себя. К счастью, этот парень отчетливо видел суровую реальность, так что дальнейший разговор обещал быть куда проще:

— Как насчет того, чтобы поговорить о чем-нибудь более практичном?

— Например? — до этой минуты Чу Ци сохранял за собой достаточно терпения, чтобы продолжать диалог.

Глядя на его невозмутимый вид, Джои был готов в эту же секунду придавить его к полу. Кое-как подавив поднимающееся внутри нетерпение, он произвел:

— Побудь со мной одну ночь, назови свою цену.

Чу Ци невольно замер.

Не слишком ли быстро они перескочили к делу?

Неужели при переходе к реальности неизменно остается лишь одна-единственная животная жажда?

Альфы — поистине ужасающий вид живых существ, впрочем, омеги от них недалеко ушли.

Хорошо еще, что он пока несовершеннолетний...

Чу Ци поднял на него взгляд и серьезно покачал головой:

— Я несовершеннолетний.

Однако Джои счел это лишь заигрыванием из разряда ложного кокетства и шагнул вперед, пытаясь схватить Чу Ци за руку.

Чу Ци никак не ожидал, что на столь изысканном и чопорном приеме кто-то посмеет распускать руки. Оплошав на мгновение, он позволил Джои схватить себя и поддался назад, оступившись на пару шагов, после чего через запасную дверь они оба выскользнули из главного зала.

За дверью оказалась терраса с видом на звездное небо. В полумраке таинственного сияния звезд лицо Чу Ци казалось настолько прекрасным, что это искушало на преступление. Джои потерял всякое желание сдерживаться. Заметив, что вокруг ни души, он резко толкнул Чу Ци в стену, а второй рукой уже шарил по направлению к его телу.

В этот самый момент бесшумный флаер опустился на террасу. Вышедший оттуда человек как раз собирался пройти мимо, но невольно замер на мгновение, привлеченный разворачивающейся здесь пикантной сценой.

Нравы здесь и впрямь царят свободные, подумалось Уильяму, только что завершившему дневные переговоры и отбывшему обязательную официальную часть приема.

У него было отличное зрение, и он быстро разглядел это очаровательное до крайности лицо.

Такую внешность невозможно забыть, увидев хотя бы раз.

В прошлый раз он видел его в собственной постели.

Уильяму было некогда предаваться воспоминаниям о тех сладостных мгновениях — заметив растерянное выражение лица маленького красавца, он подумал: какая жалость, должно быть, испугался до смерти, раз даже забыл отказаться, хотя это всё равно вряд ли помогло бы.

А кто этот альфа, покушающийся на него? Маленького принца усыновили явно не просто так, за этим стояли глубокие цели и серьезные планы. Позволить кому-то с низкосортной генетикой завладеть им — слишком большая и неоправданная потеря.

Так что, всё это просто случайность?

Уильям нашел вполне веское оправдание тому, чтобы вмешаться и прервать этот инцидент.

Раз уж рассматривать происходящее как случайность, подобные мелочи никак не должны помешать переговорам и уж точно не скажутся на нем самом негативно?

Приняв окончательное решение, он уже собирался броситься на помощь, как вдруг заметил, что маленький красавец наконец пришел в себя. Отражение звезд заиграло в его глазах, создавая завораживающий перелив света.

Чу Ци был вынужден перейти к контратаке.

Пусть его колотило от естественного для омеги приступы паники, в душе не было ни капли страха.

В бытность бета его физическая форма оставляла желать лучшего, и тягаться с альфами он, конечно, не мог, но профессиональные навыки никуда не делись. Чу Ци слегка подался вперед, согнул ногу в колене и нанес удар в самую уязвимую точку противника, вынуждая того разжать хватку и согнуться пополам. Затем последовало поочередно два быстрых пинка: пусть силы ударов были невелики, но их хватило, чтобы ноги Джои онемели и ослабли, заставляя его рухнуть на колени.

Уильям, наблюдавший за всем этим со стороны, постепенно широко распахнул глаза.

В воздухе всё еще витал шлейф искусственно вызванных феромонов. Если память его не подводила, этот маленький красавец, способный в одно мгновение уложить на лопатки здоровенного альфу — и впрямь омега?

http://bllate.org/book/24916/2948412