Готовый перевод Reborn and Uninvited / Возвращение незваного гостя: Вторая попытка на счастье: Глава 4

Зеленовато-тусклый свет в коридоре казался мрачным и ледяным. Едва Цинь Вэньян дошёл до дверей реанимации, как заплаканный Чжао Юй с размаху ударил его кулаком, сбив с ног. Голос Чжао Юя, полный сдавленной ярости, прозвучал над ним: Цинь Вэньян, неужели ты так заботился о Сян Юане?

На полу ещё остались капли крови — пугающего, тёмно-красного цвета. Цинь Вэньян сжал зубы, подавляя поднимающийся в груди ужас. Слушая слова Чжао Юя, он механически протянул руку и коснулся тёмно-красного пятна: кровь уже высохла, холодная и лишённая всякого тепла. И тогда паника, подобно прорванной плотине, взметнула гигантские волны и вдребезги разбила его напускное спокойствие.

Его пальцы сжались в кулаки, и аккуратно подстриженные ногти впились в ладони. Цинь Вэньян поднял голову, ошеломлённо глядя на Чжао Юя, и произнёс бесцветным голосом: — С ним всё будет хорошо.

Чжао Юй со злостью в глазах опустился перед ним на корточки, схватил Цинь Вэньяна за воротник и прошипел, захлёбываясь ненавистью: — Ты видел его кровь? Ты знаешь, сколько крови он потерял? Черт возьми, я говорю тебе, ей залило всю простыню!

Видел. Разве он мог не видеть? Холодную, тёмно-красную, лишённую жизни… Взгляд Цинь Вэньяна уперся в противоположную стену: — С ним всё будет хорошо.

Сян Юань был таким сильным, как с ним могло что-то случиться?

Чжао Юй в упор смотрел на Цинь Вэньяна, пытаясь отыскать на его невозмутимом лице хоть малейший след испуга. Но Цинь Вэньян оставался всё таким же бесстрастным, лишь снова и снова повторял: — С ним ничего не будет.

Чжао Юю хотелось схватить его и закричать во весь голос, сказать ему, что дела Сян Юаня плохи, что он потерял слишком много крови, а врачи говорят, что делают всё возможное. Ему хотелось отвесить тому пару звонких пощёчин и потребовать ответа: почему тебе не страшно? Почему ты не паникуешь? До чего же ты бессердечный?

Но когда Цинь Вэньян повернул голову и, неотступно глядя на него, вновь повторил С ним всё будет хорошо, Чжао Юй отчетливо увидел: в глазах Цинь Вэньяна не осталось и следа прежнего спокойствия, а слова его звучали отрешенно и глухо — так, будто он пытался убедить то ли окружающих, то ли самого себя.

Чжао Юй обессиленно опустился рядом с Цинь Вэньяном на пол, зарылся пальцами в волосы и замолчал. Цинь Вэньян наконец перестал сидеть в позе поверженного человека; он медленно поднялся, опираясь о стену, и в упор уставился на двери реанимационного отделения. Растерянность и страх в его сердце больше не бушевали, сменившись болезненным, безумным и лишённым всякой логики убеждением: Сян Юань, его до безумия упрямый Сян Юань, разве мог так легко умереть? Разве он посмел бы оставить его?

В конце коридора посмертными перекатами раздался частый стук каблуков. Цинь Вэньян не обратил на него внимания, потому что в этот момент двери реанимации распахнулись. Хотя вокруг стояла тишина, Цинь Вэньяну показалось, будто раздался грохот грома, заставивший его сердце бешено и непрерывно сжиматься.

Чжао Юй вскочил с пола, бросился к врачу и, вцепившись обеими руками в его халат, с отчаянием в голосе что-то закричал. Цинь Вэньяну показалось, что он оглох: в ушах шумел лишь собственный безумный пульс. А затем он увидел, как врач покачал головой, и Чжао Юй, застыв на мгновение, диким взглядом уставился вглубь операционной.

Цинь Вэньян оцепенело смотрел на вывезенную из реанимации каталку. Лежащий на ней человек был с головой накрыт белой простыней. Его хрупкая уверенность рухнула от одного удара. Цинь Вэньян отказывался верить: Сян Юань…

Глаза Чжао Юя мгновенно покраснели. Повернувшись к стене, он со злости несколько раз ударил по ней кулаками, а затем закрыл лицо руками и осел на пол. Подоспевшая Шу Я ошеломленно уставилась на каталку и с рыданиями бросилась вперед.

— Отвезите обратно, — произнес Цинь Вэньян.

Медсестра подняла взгляд на мужчину с суровым, холодным лицом, загородившего дорогу каталке, а затем перевела глаза на врача. Доктор с трудом подбирал слова: — Послушайте, мы понимаем…

— Отвезите обратно, — снова повторил Цинь Вэньян.

Врач тяжело вздохнул и махнул медсестре рукой. Толпа медработников обошла Цинь Вэньяна стороной.

Глядя на расплывчатые очертуры под белой простыней, Цинь Вэньян сам покатил каталку обратно в реанимационную и опустился на стул рядом с ней. Ему хотелось сорвать простыню, но протянутая рука мелко дрожала, словно в ней совсем не осталось сил. Какое-то время его рука висела в воздухе, а затем бессильно опустилась. Маска спокойствия на лице Цинь Вэньяна наконец треснула: горе, переплетенное со страхом, породило жгучее раскаяние и полное бессилие. Он — Цинь Вэньян, человек, ворочающий делами в мире бизнеса, всемогущий и непобедимый, — оказался не в силах спасти Сян Юаня. Более того, он сам убил его!

Из-под белой простыни виднелась рука Сян Юаня. Цинь Вэньян накрыл её своей ладонью: мёртвый холод просочился сквозь кожу, не оставив и следа прежней мягкости и тепла. Стиснув зубы и глядя покрасневшими глазами на руку человека, лежавшего перед ним, Цинь Вэньян почувствовал, как на него всесокрушающей волной обрушивается отчаяние.

Почему ты не мог полюбить его? — спрашивал себя Цинь Вэньян, изрыгая тихие, задавленные рыдания. Боль, невиданная прежде, сокрушила его. Вспомнив Сян Юаня, который в тот самый день признался ему в любви со стеклянным шаром в руках, Цинь Вэньян сжал зубы еще сильнее, чувствуя во рту привкус крови. Если ты не был уверен, что сможешь быть с ним, Цинь Вэньян, зачем ты согласился? Зачем дал ему надежду, а потом так жестоко растоптал её?

— Цинь Вэньян, ты теперь доволен? — Шу Я стояла у дверей, до боли сжав кулаки, а по её лицу текли слёзы.

Цинь Вэньян лишь крепче сжал руку Сян Юаня, низко опустив голову и никак не реагируя на слова Шу Я.

— Почему ты не отвечаешь?! — закричала Шу Я, и её пронзительный голос отразился эхом от пустых стен коридора. — Трус! Сян Юань мёртв, и это ты довёл его!

Зачем ты приручил его, если не любил?! Разве ты не знал, что для него ты был всем? Он говорил, что у него остался только ты! Почему ты не смог полюбить его? Разве в нём было что-то не так? Ответь мне?! Он всё делал ради тебя! Сколько сил он отдал твоей компании, ты помнишь?! Цинь Вэньян, как ты можешь быть настолько холодным и эгоистичным?! — Шу Я сорвала голос. — Теперь-то ты счастлив?

Чжао Юй обнял Шу Я сзади и потащил её прочь. Девушка мгновенно сломалась, цепляясь за Чжао Юя и заливаясь разрывающими сердце слезами.

Плач в коридоре затихал, и вокруг снова воцарилась тишина. Поникнув головой, Цинь Вэньян вновь и вновь прокручивал в памяти воспоминания о Сян Юане. Когда тот только поступил в университет, он был очень худым, с мрачным и неприступным выражением лица, держался со всеми холодно, и лишь при виде самого Цинь Вэньяна на его лице появлялась застенчивая и теплая улыбка. Время шло день за днем. Придя в компанию, Сян Юань работал усерднее любого другого: он засиживался за отчётами до глубокой ночи, вкладывая все силы в заключение сделок. Прежде нелюдимый, в деловых кругах он научился быть изворотливым и ловким, но Цинь Вэньян знал — это лишь внешняя оболочка, а наедине с собой Сян Юань оставался прежним молчаливым и холодным человеком.

Самая счастливая улыбка была у Сян Юаня, пожалуй, три года назад, вспомнил Цинь Вэньян. Тогда в свете огней его улыбка сияла, переполненная счастьем и надеждами. Но после… всё это превратилось в кошмар, который он сам же и принёс в жизнь Сян Юаня. Цинь Вэньян чуть разжал ладонь: кольцо на пальце Сян Юаня исчезло, но на безымянном остался след от долгого ношения. Проведя пальцем по безымянному пальцу Сян Юаня, Цинь Вэньян наконец позволил слезам пролиться. Осторожно приподняв его руку, он зашептал в тишине: — Вернись, пожалуйста. Я научусь любить тебя, только вернись…

Чжао Юй стоял у входа, глядя на позу Цинь Вэньяна, полную благоговейного трепета, и слушая его нежные слова. Он провёл рукой по глазам: Сян Юань — глупец, ушёл вот так просто. Цинь Вэньян — подонок, почему он не полюбил его раньше? И небеса — тоже сволочи, почему они не дали им ещё один шанс?

http://bllate.org/book/24903/2947160