Готовый перевод After Rebirth, My Kitten Became a Mad Dog / После перерождения мой котенок — дикий зверь: Глава 19

Среди руин на горе Саньцин Бэй Сяо, стоявший напротив Ю Инь, легко смахнул пыль с подола. Ветер зашевелил его рукава, и Бэй Сяо убрал длинный меч, бывший воплощением Тяньчжу. Он с непринужденным видом погасил окружавшую его воинственную ауру и бросил на Ю Инь взгляд, говорящий о том, что благодарить его не нужно. В этот момент он выглядел совсем иначе, чем секунду назад, когда уничтожал обычного таракана духовной силой, способной сравнять с землей целый город.

Ю Инь мысленно выругался: «...» Ему не хватило буквально мгновения, чтобы тут же отдать концы.

Та духовная сила, что Бэй Сяо только что обрушил на насекомое, способна была изменить облик неба и земли, и то, что они не сровняли с землей всю вершину горы, можно было считать лишь неудачей в расчетах.

Если бы Ю Инь к тому моменту не восстановил собственную духовную силу, да к тому же Бэй Сяо не прикрыл его в самый первый миг, он, пожалуй, уже изверг бы полный рот крови. При мысли об этом ему оставалось лишь криво усмехнуться.

Однако, оглядевшись вокруг, он понял, что от внутреннего двора не осталось и следа — на вершине горы одиноко трепетали на холодном ветру лишь полуразрушенные кухня да сарай.

Если бы Цинсюнь Чжэньжэнь в своей могилке у подножия горы Саньцин обладал хоть какими-то чувствами, он, пожалуй, сейчас же проснулся бы от гнева.

Кто бы мог подумать, что Бэй Сяо, великий и грозный Владыка расы демонов, до смерти боится южных тараканов.

Ха, северяне.

Взгляды обоих привлекла вещь, обнаружившаяся на земле. Крыша и все четыре стены комнаты были снесены напрочь, прежняя утварь внутри превратилась в беспорядочную свалку, но в земле красовался лишь небольшой выем, обнажавший крошечный квадратный ларец.

Ларец был выполнен с большим изяществом и чудом уцелел при неизбирательной атаке Бэй Сяо.

Ю Инь присел на корточки и поднял с земли шкатулку. Бэй Сяо тоже всматривался в нее.

Что это? — Ю Инь слегка нахмурился в недоумении. В прошлой жизни он понятия не имел, что учитель прятал в своей комнате какие-то тайники. Один из уголков ларца отлетел во время недавней вспышки духовной энергии, так что Ю Инь без труда открыл крышку. Внутри лежала одежда и какая-то бирка; уголок этой именной пластинки был слегка опален огнем, причем вовсе не от недавнего удара Бэй Сяо — выглядела она так, будто минуло уже немало лет.

Бэй Сяо развернул извлеченную на свет одежду, и оба на мгновение замерли: на темно-зеленой ткани золотыми и серебряными нитями был вышит броский узор развевающихся на ветру облаков. Это были ученические одежды Башни Укрощения Ветра.

Башня Укрощения Ветра. Семья Байли.

Упадок Башни Укрощения Ветра, полное истребление клана семьи Байли.

Что до той бирки — стоило им взглянуть на нее, как стало понятно: это опознавательный знак ученика Башни Укрощения Ветра. Выгравированные на черном фоне золотом иероглифы складывались в фамилию Байли, за которой следовало еще одно имя; последний иероглиф явно пострадал от пламени, но в узоре гари все еще угадывался знак Сюнь.

Байли Сюнь.

Кто это?

Зачем Цинсюнь Чжэньжэню понадобилось прятать в комнате вещи семьи Байли? Ю Инь никак не мог взять в толк — разве что его наставник был знаком с кем-то из этого рода.

Даже после перерождения Ю Инь никогда не думал, что его учитель, Цинсюнь Чжэньжэнь, может иметь хоть какое-то отношение к семье Байли. Как в его собственном представлении, так и в глазах всего остального мира, Цинсюнь Чжэньжэнь оставался бродячим практиком, постигшим Дао Бесчувственности, в то время как сам Ю Инь был лишь ребенком, которого наставник когда-то подобрал в горах.

Пара коротких фраз — вот и вся история их происхождения.

Но если Цинсюнь Чжэньжэнь вовсе не был заурядным свободным мастером, неужели он сам действительно оказался брошенным младенцем из простой семьи?

В те годы он был слишком мал, а теперь, когда некоторые вопросы потребовали раздумий, Ю Инь вдруг осознал: многое из того давнего прошлого оборвалось прежде, чем он успел во всем разобраться. События, пережитые им в прошлой жизни, пожалуй, вовсе не были такими простыми, какими казались на первый взгляд.Он только почувствовал лёгкую головную боль, как Бэй Сяо опередил его: положив обе руки ему на виски, он начал мягко их массировать.

Прохлада чужих кончиков пальцев действительно принесла облегчение от внезапной боли.

Столь интимный жест Бэй Сяо совершал совершенно естественно, да и Ю Инь вовсе не испытывал противления.

Проведя бок о бок с этим Повелителем немало дней, Ю Инь постепенно понял: Повелитель не ест детей и не пытает культиваторов из клана людей — разве что изредка крушит здания да пугает окружающих, зато в критический момент способен унять его головную боль.

Владыка расы демонов: есть жильё и транспорт, из достоинств — внешность, из слабостей — тараканы.

Почему же такой человек предпочитает жить во внутренних покоях, похожих на могильный склеп, не имея рядом ни единой души, способной составить ему компанию?

— Повелитель, — Ю Инь внезапно легко вздохнул и дружелюбно произнёс: — Больше не кусайся понапрасну. Ты такой мягкий, тебя полюбят многие юные девушки.

— ...Заткнись. — Движения рук Бэй Сяо замерли, и он процедил сквозь зубы два слова: — Мне не нужны юные девушки.

Ю Инь ничего не оставалось, как умолкнуть. Тут же он почувствовал, как рука Бэй Сяо скользнула вверх по его щеке и закрыла ему глаза. Ю Инь невольно сомкнул веки, и его ресницы скользнули по ладони демона. Там, где Ю Инь не мог видеть, взгляд Бэй Сяо стал невероятно нежным.

Поднятая рука Ю Инь опустилась прямо на запястье Бэй Сяо. Он ещё не научился толком управлять обретённой духовной силой: едва коснувшись запястья Бэй Сяо, крупица его энергии самопроизвольно устремилась следовать за циркуляцией духовного дыхания во всём теле Повелителя. Ю Инь в испуге замер. Бэй Сяо — то ли всецело доверяя ему, то ли по какой-то иной причине — не заметил этого вовсе.

— Ты... — Сердце Ю Иня дрожало от ужаса. Даже по одной-единственной крупице духовной силы было очевидно: душа Бэй Сяо неполна.

Его рассудок затуманен, поведение безумно и причудливо — и корень бед кроется в самой душе? Боль от расколотой души... Ю Инь никогда не испытывал её на себе, но почему-то чувствовал, будто способен разделить эту муку.

Не успел он задать вопрос, как ощутил, что нечто мягкое и прохладное легко коснулось его межбровья и тут же отстранилось.

Бэй Сяо поцеловал его.

Ю Инь: — ...Ты?

Но собеседник уже тихонько отдалился, убрал руку с его глаз и перевёл взгляд обратно на жетон в деревянной шкафске. Напускное высокомерие вернулось на его лицо, однако торжество в светло-золотых глазах скрыть было невозможно.

Ю Инь: — ...Повелитель, а ты знаешь, что такое «прятать концы в воду»?

Поведение Бэй Сяо порой бывало жестоким, а порой — походило на поведение ребёнка, укравшего сладость.

Но на сей раз Ю Инь вовсе не находил его безумным — ему было лишь жаль его. Если бы не израненная, неполная душа, кто захотел бы целыми днями вести себя как безумец, вызывая у окружающих лишь отвращение и страх?

Впрочем, не знаемо, было ли это плодом его воображения, но ему казалось, что после некоторого времени, проведённого вместе, рассудок Бэй Сяо стал яснее по сравнению с их первой встречей в зале демонов — по крайней мере, теперь он не внушал ужаса.

Раздался хлопок крыльев, и два голубя опустились на руины горы Саньцин.

Ю Инь и Бэй Сяо одновременно повернули головы вдаль, ощутив мощные колебания духовной силы неподалёку: в стороне старых развалин Академия Наньюань столкнулось несколько колоссальных потоков энергии.Ю Инь когда-то лично вложил духовную силу в Меч Падающих Цветов. Поскольку этот меч находился неподалеку, он, естественно, мог это почувствовать. Направление, в котором указал Меч Падающих Цветов, вело в Долину Сицао.

Долина Сицао располагалась на юге реки Янцзы, как раз неподалеку от старых руин Академии Наньюань. Императорский кортеж остановился здесь. Вокруг Долины Сицао были установлены защитные формации, и без согласия здешней хозяйки посторонним вход был воспрещен. На траве висела ветхая деревянная дверь, судя по всему, служившая входом в Барьер.

Командир императорской стражи спрыгнул с повозки, сначала принес курительницу для благовоний и зажег в ней палочки, затем распорядился накрыть на поляне праздничный стол, вылил на землю три чаши отборного вина и только после этого подошел, постучал по стоявшей прямо на траве деревянной двери и произнес:

— Госпожа Му Ло, Его Величество желает вас видеть.

Спрятавшийся вдалеке Чэнь Ши дернул уголком рта:

— Они сюда людей ищут или на могилы пришли?

Ли Я покачала головой:

— Я тоже не знаю, но слышала, что госпожа Му Ло обычно не берется спасать людей.

Перед стражником травинки взмыли в воздух, складываясь у всех на глазах в два размашистых и лихих иероглифа: «Зачем?»

— Госпожа Му Ло, Его Величество ищет исцеления, — крикнул стражник в небо.

Травинки вновь затрепетали, быстро меняя форму и складываясь в другие слова: «Живых не лечу».

Она даже не собиралась показываться людям лично.

Лицо стражника слегка изменилось, но он по-прежнему вежливо ответил:

— Госпожа, Его Величество слышал, что в былые годы вы лично спасли человека, пораженного гу. Ныне же Его Величество стал жертвой чужого злого умысла, и его состояние критическое. Просим вас проявить милосердие ради жизней всех простолюдинцев Поднебесной.

— Простолюдины Поднебесной... Кому хочется о них беспокоиться, пусть тот и беспокоится, — надпись из листьев по-прежнему была ледяной, бездушной и даже несла в себе долю насмешки.

— Ты! — стражник переменился в лице от испуга.

— Дерзость. — Дверь повозки отворилась, и служанка помогла выйти императрице в парадном облачении. Императрица произнесла: — Долг лекаря — спасать жизни с состраданием. Неужели госпожа Му Ло обладает именно таким состраданием?

— Это ты-то. А ведь нынче изо всех сил стараешься держать благородные манеры, — безжалостно отозвались парящие листья. — Но в душе ты так и осталась деревенской девчонкой.

Эти слова задели самые темные тайны прошлого императрицы. Осанка Юй Сю осталась прежней, но руки, спрятанные в рукавах, дрожали.

— А эта госпожа Му Ло — та еще крутая штучка, — прокомментировал издалека наблюдавший за происходящим Чэнь Ши.

Ли Я была совершенно ошеломлена. Она лишь слышала имя госпожи Му Ло и знала, что этот человек в свое время лично исцелил пострадавшего от Гу Снящейся Бабочки, но она никак не ожидала, что даже перед лицом Жэньхуана и такого множества заклинателей эта женщина ни капли не станет обуздывать свой нрав.

В завязавшемся тупике из повозки раздался старческий голос:

— Под небесами нет ни единого места, что не принадлежало бы ванну. Если госпожа ответит отказом, боюсь, клан людей не сможет позволить тебе оставаться в Долине Сицао.

— Какая прелесть: под небесами нет ни единого места, что не принадлежало бы ванну, — раздался в тишине звенящий смешок. — Владыка расы демонов по соседству еще ничего не сказал, а ты, Шэнь Юньян, и впрямь возомнил о себе невесть что? К тому же, ты забыл: я уже давным-давно не принадлежу к клану людей.Подвешенная в воздухе деревянная дверь со скрипом отворилась изнутри, и оттуда выпрыгнула юная девушка лет семнадцати-восьми, держа в руке бумажный фонарик. Она была одета в красно-белое платье, но в отличие от обычных мирских женщин, подол её наряда доходил лишь до колен. Девушка была босой, а на её шее, запястьях и щиколотках позвякивали серебряные бубенчики на красных шнурках. Ещё два таких же висели на самом бумажном фонарике, так что при каждом её шаге раздавался перезвон.

Однако сейчас, в этой уединённой долине, звон этот казался почему-то жутковатым.

Среди стражников, присланных Усадьбой Перевала Снежного Орошения, Ян Сюи выказал на лице удивление: он никак не ожидал, что девушка по имени Му Ло окажется значительно моложе, чем он себе представлял. Он окинул её оценивающим взглядом, но тут Му Ло бросила на него ответный взгляд, и Ян Сюи заметил, как уголки губ девушки тронула ещё более зловещая улыбка.

Юй Сю уже успокоилась. Увидев появившуюся Му Ло, она шагнула вперёд и спросила: — Как излечить Гу Снящейся Бабочки?

— Никак, — хихикнула девушка. — Я сама желаю ему смерти. Что такое? Императрица столько лет жила вдовой и заскучала?

На этот раз даже Ян Сюи молча нахмурился: эта девчонка Му Ло, похоже, затаила обиду на императрицу, и хотя годами была мала, язык у неё был на редкость скверным.

— Ах ты! — Юй Сю наконец не выдержала. Меч Падающих Цветев выскользнул из ножен и устремился на Му Ло.

Сидевший в карете хранил молчание, очевидно, одобряя действия Юй Сю. Толпа стражников собралась избивать хрупкую девушку. Ян Сюи отступил на пару шагов, молча выражая своё несогласие. Му Ло бросила на него мимолётный взгляд и легко увернулась от клинка Юй Сю.

— Держу пари, ваш план провалился, — уворачиваясь от ударов и размахивая бумажным фонариком, насмешливо бросила Му Ло. — Или же стряслось какое-то непредвиденное обстоятельство, и вы потеряли терпение, раз притащились ко мне зашибать лбы. Когда вы сами вредили людям, думали ли, что этот день настанет?

— Ко мне! Взять её! — сурово приказала Юй Сю. — Чего вы все церемонитесь и жалеете её? Она вам не какая-нибудь безобидная девчонка!

Му Ло легко рассмеялась и сладеньким голоском протянула: — Я-то не девчонка, а вот ты — совсем другое дело, тетушка.

— Стоять! — Юй Сю потеряла рассудок. Наполнив меч Падающих Цветев духовной энергией, она полоснула им в сторону Му Ло: — Не боишься, что я погашу твою Лампу Сбора Душ?

— Только не Падающие Цветы! — слегка нахмурившись, попытался предостеречь Ян Цзимин, но было уже поздно.

— Валяй, попробуй, — услышав это, Му Ло лишь воодушевилась. Послушно замернув на месте, она даже не попыталась увернуться, а вместо этого подняла фонарик перед собой, подставляя его Юй Сю в качестве удобной мишени.

Разъяренная Юй Сю со свистом рассекла воздух мечом Падающих Цветев, целясь прямо в фонарик в руках Му Ло.

— Нельзя! — одновременно воскликнули двое.

Один голос принадлежал Жэньхуану, находившемуся внутри кареты, а второй — Яну Сюи из Усадьбы Перевала Снежного Орошения. Но Жэньхуан лишь бросал слова на ветер, а вес голоса Яна Сюи был слишком мал.

В тот же миг с разных сторон блеснули два луча мечей и столкнулись с клинком Падающих Цветев. Один меч излучал бледно-голубое свечение духовной энергии, а второй был окутан тончайшим слоем золотого сияния.

Три божественных клинка — Цзиляо, Ваннянь и Падающие Цветы — столкнулись в воздухе. Звон металла разнесся чисто и резко, и три потока духовной силы хаотично заплелись в пространстве. Стражники императорского двора с более слабым уровнем культивации ощутили, как у них в груди забурлила кровь, а в глазах затуманилось.

В глубине кустов Ли Я прикрыла рот рукой, едва не выплюнув кровь. С трудом повернувшись к стоявшему рядом Чэнь Ши, она обнаружила, что тот сидит с совершенно невозмутимым видом: подперев щеку рукой и устроившись поудобнее, он с восторгом наблюдал за происходящим.

Ли Я: «...» Что за птица этот младший соученик?

Нереально просто.

http://bllate.org/book/24897/2946665

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь