Готовый перевод Living with My Cold Rival / Соперница в моей постели: неловкое сожительство: Глава 2

Первая работа Цинь Хуань была вовсе не в Лувэй. Её дом находился в Ланьчжоу, и родители хотели, чтобы она вернулась работать туда. В маленьком городке платили мало, а хлопот было выше крыши, но Цинь Хуань могла стерпеть это ради близости к дому. Три месяца назад Цинь Хуань сильно поругалась с семьей, а на следующий день, выслушав надменный тон начальника, не стерпела и с ним тоже, в тот же день написала заявление об уходе и ушла.

Впрочем, по этой паршивой работе и жалеть-то было не о чем.

Цинь Хуань прошла в гостиную, налила стакан воды, села на диван, и краем глаза заметила какое-то легкое движение. Она повернула голову: дверь на балкон была не заперта, и вечерний ветер, ворвавшись внутрь, колыхал занавески.

Цинь Хуань подошла, аккуратно задвинула балконную дверь, повернулась и вернулась к дивану. Её взгляд упал на стоящий на журнальном столике яркий золотистый букет подсолнухов.

Такие светлые и радостные краски способны поднять настроение, подумала Цинь Хуань, надеясь, что новой соседки они тоже понравятся.

Легок на помине: у двери внезапно послышался шум — похоже, вернулась новая соседка. Цинь Хуань поднялась с места, обняла букет подсолнухов и сделала несколько шагов к выходу.

Но дверь не спешила открываться, послышался лишь звук вставляемого в замочную скважину и поворачивающегося ключа. Подумав немного, Цинь Хуань сама подошла и потянула ручку на себя.

Темно-красная дверь распахнулась внутрь, и холодный белый свет квартиры смешался с теплым желтоватым сиянием лестничной площадки, размывая между ними нечеткую границу.

На лице Цинь Хуань засияла улыбка, а в голосе прозвучало привычное жизнелюбие:

— Привет! Я твоя новая...

Улыбка мгновенно застыла на лице, а голос оборвался на полуслове.

На пороге стояла женщина. В тусклом свете лестничной площадки её кожа казалась ослепительно белой, а холодные черты лица совершенно не вязались с окружающим теплым светом.

Слегка завитые черные волосы были небрежно заколоты за ушами и падали на плечи, верхняя пуговица рубашки расстегнута, открывая полуприкрытую линию ключиц. Сшитые по фигуре брюки обтягивали прямые длинные ноги, осанка была прямой и подтянутой, источая присущую ей отстраненную холодность.

Выражение лица женщины было бесстрастным.

Даже движение, с которым она подняла взгляд, точь-в-точь повторяло то, что Цинь Хуань помнила из прошлого.

Их взгляды встретились, и в голове Цинь Хуань гулко зазвенело.

Инстинктивно, рефлекторно, с громким стуком она резко захлопнула дверь.

Почудилось же...

Или ей снова снится сон?

Иначе с чего бы за дверью оказалась Чэн Цинцзы?!

В панике Цинь Хуань отшатнулась назад, с трудом сглотнув в пересохшем горле — она была совершенно не готова к такому повороту событий.

Пока её мозг всё еще пребывал в полной растерянности, дверь перед ней издала тихий щелчок и отворилась.

Чэн Цинцзы толкнула дверь, уверенным движением вытащила ключ и заперла её изнутри. Повесив сумочку на крючок в прихожей, она наклонилась, чтобы переобуться.

— Ты моя новая соседка.

Голос звучал спокойно и ровно, в нем не угадывалось никаких эмоций.

Цинь Хуань с раздражением подумала, что способность Чэн Цинцзы принимать реальность, похоже, оказалась куда сильнее её собственной, да и держалась та при каждой встрече намного спокойнее.

Невесть откуда взявшееся, привычное чувство соперничества нахлынуло вновь, заглушив панику. Чуть приподняв подбородок, она посмотрела на женщину и с напускным спокойствием произнесла:

— Я не знала, что это ты.

Чэн Цинцзы уже переобулась, выпрямилась и расстегнула еще одну пуговицу на рубашке, обнажив еще более заметный изгиб ключиц. Её взгляд вернулся к лицу Цинь Хуань, а голос остался беспристрастным:

— Теперь знаешь, и это не поздно.

Уже поздно.

В душе Цинь Хуань воцарилось глубокое уныние.

Вещи уже занесли, спальня обустроена, договор подписан, арендная плата и залог полностью внесены. Без уважительной причины расторгнуть аренду сейчас практически невозможно.

Спасите!

Кто-нибудь, спасите её!

Пути неисповедимы.

Цинь Хуань и представить не могла, что в один прекрасный день станет соседкой по квартире — человеком, с которым придется видеться каждый божий день — со своей бывшей заклятой соперницей в любви, Чэн Цинцзы.

Глава 2

Встретившись лицом к лицу, соперницы готовы вцепиться друг другу в глотки.

Когда-то Чэн Цинцзы и Цинь Хуань были друг для друга тайными соперницами в любви.

До того как они окончательно рассорились, был период, когда они поддерживали видимость мирных отношений, прослыв в глазах окружающих неплохими подругами, отлично ладящими друг с другом. Но на самом деле обе прекрасно понимали, что они — лишь фальшивые подружки, соблюдающие внешнее приличие.

Чэн Цинцзы была закадычной подругой детства Юэ Юйтун, а Цинь Хуань — закадычной подружкой, с которой Юэ Юйтун сошлась еще в старшей школе.

Одна от природы бойкая, другая — холодная и сдержанная, они изначально не подходили друг другу, и в их треугольной дружбе всегда сквозило скрытое соперничество. Эта хрупкая и ненадежная связь большую часть времени держалась исключительно на упорных стараниях Юэ Юйтун, которая пыталась всех примирить.

Поначалу Юэ Юйтун ничего не замечала.

Тогда Цинь Хуань, помня о том, как тяжело Юэ Юйтун находиться между ними, не хотела ставить подругу в неловкое положение, а потому вела себя с Чэн Цинцзы довольно вежливо и любезно.

Чэн Цинцзы, судя по всему, придерживалась тех же мыслей. Пусть характер у нее и был холодным, она открыто не выказывала Цинь Хуань пренебрежения, а при случайных встречах даже здоровалась, сохраняя самые базовые приличия.

Позже этот хрупкий баланс рухнул.

Потому что Цинь Хуань обнаружила: эта подруга детства Юэ Юйтун, столь холодная и отрешенная на вид, судя по всему, тайно влюблена в Юэ Юйтун.

Если подумать, в этом не было ничего удивительного. Характер у Чэн Цинцзы отстраненный, друзей поблизости раз-два и обчелся, в то время как Юэ Юйтун не только отлично училась и выделялась красотой, но и ко всем относилась с мягкостью и заботой. То, что у Чэн Цинцзы возникли чувства к такому человеку, казалось вполне естественным.

Однако Цинь Хуань пришла в ярость.

По ее мнению, это ничем не отличалось от использования статуса подруги детства в качестве прикрытия, за которым скрывались низменные помыслы. Ей было обидно за подругу, к тому же это лишь подтвердило ее давнюю антипатию — она изначально считала Чэн Цинцзы холодствой и бессердечной особой с темными замыслами, абсолютно не стоящей искреннего отношения со стороны Юэ Юйтун.

Когда ее тайные мысли раскрыли прямо в лицо, Чэн Цинцзы не потеряла самообладания.

Она молча дождалась, пока Цинь Хуань закончит свою праведную речь, затем подняла взгляд и холодно произнесла:

— А ты, Цинь Хуань? Ты посмеешь сказать... что у тебя нет таких же чувств?

Когда они втроем проводили время вместе, то едва уловимое враждебное отношение Цинь Хуань вовсе не было плодом воображения Чэн Цинцзы. Обе прекрасно всё понимали.

Встретившись взглядами, Цинь Хуань опешила и машинально возразила:

— Я совсем не такая бес...

Слово бесстыдная застряло на губах, не успев сорваться.

Глядя на ледяное лицо Чэн Цинцзы напротив, Цинь Хуань долго мямлила, пока наконец не выдавила из себя:

— Чэн Цинцзы, ты... прекрати меня очернять!

После чего сбежала в гневе.

Чэн Цинцзы вовсе не клеветала на нее.

Девичьи тайные чувства Цинь Хуань, истоки которых она и сама не осознавала, в тот самый день, когда соперница раскрыла чужие намерения, были точно так же обнажены одной-единственной фразой.

Юэ Юйтун ни о чем не догадывалась.

— Пропусти.

Все так же холодно прозвучавший тон легко выдернул Цинь Хуань из воспоминаний. Вздрогнув всем телом, Цинь Хуань прижала к себе букет и на пару шагов отступила к стене, освобождая проход в прихожей.

Чэн Цинцзы не сдвинулась с места, лишь посмотрела на Цинь Хуань, после чего опустила взгляд, и кончики ее угольно-черных бровей чуть приподнялись.

Проследив за взглядом Чэн Цинцзы, Цинь Хуань опустила глаза: яркие, полные жизни подсолнухи в ее руках вдруг показались обжигающе горячими, мгновенно вернув ей ясность рассудка.

— Я это не тебе дарю! — торопливо возразила она.

Не выдерживая прикованного к цветам холодного взгляда, Цинь Хуань спешно спрятала букет за спину, выпрямила спину и вздернула подбородок, глядя на Чэн Цинцзы.

Окончательно они разругались четыре месяца назад.

И теперь, столкнувшись нос к носу в самом неожиданном месте, Цинь Хуань ни за что не хотела уступать Чэн Цинцзы в уверенности.

Вот только казалось, что сегодня даже сама судьба благоволит Чэн Цинцзы.

Чэн Цинцзы была высокого роста, а с возрастом ее холодная и надменная манера держаться достигла совершенства.

В студенческие годы такая отстраненность не вызывала симпатии, но теперь, после выхода на работу, она придавала ее облику властную ауру, пробуждающую любопытство. И уж тем более сейчас, когда она только что вернулась со службы в безупречном деловом костюме, с длинными прядями волнистых волос на плечах, стоя в сиянии света в прихожей, она выглядела просто потрясающе.

Напротив же, на Цинь Хуань была надета мягкая домашняя одежда нежных тонов и фасона. Если оценивать чисто внешне, в плане внушительности она уже проигрывала.

Чэн Цинцзы ничего не ответила, лишь шагнула вперед, направляясь к Цинь Хуань.

Выглядывающий из выреза кусочек ключицы словно светился снегом, мелькнув перед глазами Цинь Хуань.

Почему-то это зрелище резануло по глазам.

Цинь Хуань моргнула, отвела взгляд и машинально отступила на шаг, затем еще на один. Пока зажатые за спиной подсолнухи не уперлись в стену с тихим хрустом, после чего она снова перевела взгляд на пустующее пространство рядом и недовольно бросила:

— Места и так полно, неужто пройти не можешь?

К чему обязательно лезть на глаза?

— Разве не мне? — Чэн Цинцзы чуть склонила голову набок, на ее лице по-прежнему не отражалось никаких эмоций, а взгляд скользнул к ярко-желтому пятну за ее спиной. — А только что ты...

Цинь Хуань поняла, что Чэн Цинцзы имеет в виду то, как она раньше встречала ее у двери с сияющей улыбкой и цветами в руках.

Нахмурившись, она решила заявить прямо:

— Вообще-то это предназначалось новой соседке, раз уж это ты — считай, что отменяется.

Она еще сильнее спрятала букет за спину и с жесткими нотками в голосе добавила:

— С какой стати дарить цветы сопернице в любви?

Уж скорее она выбросит этот букет в мусорку, чем отдаст Чэн Цинцзы.

Чэн Цинцзы остановилась, отвела взгляд от того, что было за ее спиной, и неторопливо перевела его обратно на лицо Цинь Хуань.

На удивление, в тех глазах, похожих на серые стеклянные шарики, помимо привычного холода читалась отчетливая, нескрываемая насмешка.

— Сопернице...

Ее длинные ресницы легко дрогнули в свете теплых ламп, и уголки губ Чэн Цинцзы едва заметно изогнулись:

— А ты постоянна в своих чувствах.

Взгляд Цинь Хуань качнулся, столкнувшись с насмешливым и игривым взором собеседницы, и она на секунду замерла.

А затем, вспыхнув от злости, парировала:

— Куда мне до тебя!

С тем, с кем нет общего языка, и полуслова сказать лишне. Тем более когда встречаются заклятые соперницы.

Забыв теперь о всяких попытках меряться силой, Цинь Хуань прижала к груди букет подсолнухов, резко развернулась, в несколько широких шагов пересекла комнату и с грохотом захлопнула за собой дверь спальни.

http://bllate.org/book/24870/2942869