— Если говорить кратко, это оцифрованное бессмертие.
— Заметил, что вы активировали режим ИИ, — голос Синсуня раздался из терминала. Он мгновенно осознал, что у него больше нет физического тела. — Ох, какое странное ощущение... Могу я спросить: я уже мертв?
— Кто знает, может, тебя сейчас пытают, — Цзыбань жестоко усмехнулся.
— О ком это вы? — Сюй Хуэй выглядел озадаченным.
— О лейтенанте. Это один из незаконных проектов того парня, — ответил Цзыбань. — Лейтенант, объяснись.
У Лимань взглянул на Сюй Хуэя. В его глазах все еще теплилось доверие к принцу, но он подчинился приказу:
— С согласия самого рыцаря Синсуня я сделал резервную копию его нейронной карты связей и регулярно выгружал данные его памяти. Все файлы хранятся в анонимном платном почтовом ящике. Мне повезло, что этот ящик находится внутри уровня доступа нашего переводчика.
— Нейронную карту связей можно считать моделью мышления, — продолжил У Лимань. — Эту модель можно извлечь из электромагнитных сигналов мозга и реконструировать в виде независимого искусственного интеллекта. Если загрузить достаточно данных, ИИ будет бесконечно близок к оригиналу в своих суждениях. — Говоря это, он не удержался и нежно коснулся терминала — то ли в память о рыцаре, то ли из гордости за свою работу.
Идея создания ИИ Синсуня зародилась из секретного проекта маршала Скотта по достижению эмпатии памяти через клонирование мозга. Однако в отличие от клонирования, у ИИ-моделей, построенных на виртуальных картах, есть изъян: нехватка данных. Клонированный мозг с идеальной ДНК может по любому фрагменту памяти точно воссоздать мысли человека в тот момент, а ИИ лишь искусно имитирует их на основе имеющейся модели. Даже крошечная потеря данных ведет к искажениям, но именно эти искажения можно контролировать, выбирая, какие данные загружать.
Синсунь участвовал в проекте, когда тот только зарождался, и загрузил все свои воспоминания с момента совершеннолетия. Но инцидент с «Дэйси» пошатнул доверие Цзыбаня к нему.
— Если он выгрузил всю свою жизнь без остатка, можно сказать, что это его оцифрованное бессмертие, — подытожил Цзыбань.
Сюй Хуэй с силой потер лоб. Он не знал, стоит ли удивляться — в конце концов, он уже успел дать Цзыбаню лестную характеристику как богу другого мира.
— Лейтенант, вы тоже здесь? — спокойный электронный голос Синсуня вежливо поприветствовал У Лиманя. — Прошу прощения, что больше не могу вести курсы по системе знаний Земли. Вы написали эссе, которое я задавал в прошлый раз?
Цзыбань почувствовал, как у него разболелась голова:
— У Лимань, не отвечай ему.
У Лимань ответил честно:
— Нет, не написал.
Синсунь с помощью синтезатора звука вздохнул.
— Я заметил E001, — камера ИИ сфокусировалась на Сюй Хуэе. — Можно ли при нем вести диалог, Ваше Высочество?
— Можно, он теперь наш союзник, — кивнул Цзыбань. — Так что лучше переключись на режим перевода на земной язык.
— Слушаюсь, — Синсунь произнес первую фразу, понятную Сюй Хуэю: — Здравствуйте, господин Сюй. Я технический советник принца, рыцарь Синсунь. Мы видимся впервые, но я долгое время поддерживал контакты принца с вами из-за кулис...
— Не нужно любезностей, — Сюй Хуэй хотел было ответить, но Цзыбань бесцеремонно перебил синтезированный голос: — Отвечай прямо: это ты атаковал маршала Скотта на «Дэйси»?
Синсунь внезапно замолчал. У Сюй Хуэя возникло нехорошее предчувствие. Спустя долгое время мягкий электронный голос произнес:
— Да.
Хотя начальное молчание уже подготовило Цзыбаня к худшему, признание прозвучало слишком быстро. Цзыбань вскочил, и Сюй Хуэй был уверен: если бы перед ним был не терминал, принц уже пустил бы в ход кулаки.
— Ох, это так странно, — пробормотал ИИ, а затем изменил тон. — Ваше Высочество, не гневайтесь, ситуацию трудно объяснить... На самом деле, я и сам удивлен, что ответил.
— В смысле? Ты хочешь сказать, что не ты совершил атаку? — взревел Цзыбань.
— Я переоборудовал «Дэйси», я знал о плане от начала до конца, и это причиняло мне невыносимую боль, — голос ИИ был ровным, и невозможно было понять, какие именно эмоции имитирует эта карта памяти. — Я чувствовал, как некая сила заставляет меня делать то, что противоречит моей воле. Хуже того, я не мог вам рассказать. Я пытался избавиться от этого влияния, но стоило мне открыть рот, чтобы предупредить вас или кого-либо еще, как горло перехватывало. Если я пытался писать или вводить символы, результат был тем же. Я пришел к выводу, что некая внешняя сила принуждала меня к исполнению приказов, требуя хранить молчание. Я осознавал, что происходит, но тело не слушалось.
— Но став ИИ, ты смог заговорить, — добавил Цзыбань.
— Да. Я и сам поражен. Это открытие наводит на мысль, что в мое тело было что-то вживлено. Это средство контроля напрямую управляло физической оболочкой, но оказалось бессильно против оцифрованного сознания, — продолжал Синсунь. — И теперь я могу сказать: приказ отдал мой приемный отец, посол на Исине, генерал Чжао Ляншу.
У всех троих на капитанском мостике перехватило дыхание. Сюй Хуэй хоть и не понимал до конца политическую экосистему Ходунсина, интуитивно почувствовал, что услышал нечто чудовищное.
— Когда генерал отдал приказ и при каких обстоятельствах? — после долгого молчания спросил Цзыбань.
— Десять дней назад, когда я прибыл на Моэр для отчета. Он организовал встречу в конспиративной квартире и потребовал отключить терминал, — ответил Синсунь. — Поэтому я не могу предоставить записи того времени или иные доказательства. В моих текущих данных сохранились лишь воспоминания о том разговоре.
Но устные показания — это лишь второстепенные данные, они не могут служить доказательством в суде.
— После того как он предложил план переоборудования «Дэйси» и атаки на маршала, он тут же запретил мне сообщать об этом третьим лицам. Моим первым желанием, когда я вышел из квартиры, было донести на него, но я обнаружил, что физически не могу этого сделать, — эмоции Синсуня по-прежнему оставались спокойными, как зеркало. — Ваше Высочество, я перепробовал все возможные способы.
— Расскажи о последней загрузке данных в почтовый ящик, — перевел тему Цзыбань.
— Это было через несколько дней, вскоре после атаки «Дэйси», — медленно произнес Синсунь. — Я атаковал маршала в удаленном режиме и с помощью своих полномочий вручную удалил облачные данные с вашего терминала. Я должен был быть захвачен военными в течение нескольких минут. В последний момент, когда я видел, как дверь командного пункта выламывают мехи, я зашифровал и загрузил текущие данные памяти. Я не знаю, когда именно мой терминал был отключен, но уверен, что после этого момента условий для загрузки больше не было. Мои данные ИИ заканчиваются на этом.
— Если меня заберут на допрос, по требованию приемного отца я буду обязан обвинить вас как главного виновника атаки. Скажите... я еще жив? Ваше Высочество?
Цзыбань не ответил — он и сам не знал. Погрузившись в глубокие раздумья, он наконец повернулся к У Лиманю:
— Лейтенант, поместите ИИ в изоляционный контур.
— Ваше Высочество, вы мне не верите? — в синтезированном голосе Синсуня прозвучала нотка разочарования. — Лейтенант, а вы?
У Лимань молча опустил глаза. Цзыбань увидел, что он хочет что-то сказать, но не дал ему шанса:
— В изоляционный контур, лейтенант.
У Лимань вздохнул и выполнил приказ. Виртуальное сознание Синсуня исчезло за холодным экраном.
Цзыбань тяжело вздохнул, закрыв лицо рукой. Влияние королевской семьи слабело с каждым годом, а из-за проекта перезапуска боевых зверей они и вовсе оказались на грани отмены монархии. Если их втянут в это покушение, спасения не будет. Цзыбань чувствовал, что его единственный шанс — если маршал Скотт очнется от комы и, основываясь на личной симпатии, вернет ему свободу.
— Впрочем, на это рассчитывать не стоит, — пробормотал он. — Умереть — вот бы просто уйти из этого мира.
Это борьба внутри армии? Возможно. Но разговор с ИИ показал, что посол на Исине Чжао Ляншу замешан в этом напрямую, а значит, Исин тоже играет свою роль. В конце концов, кому выгоднее всего одним махом устранить и королевскую семью, и главнокомандующего?
Исин... От одного этого слова, сжимающего горло Ходунсина, Цзыбань почувствовал растерянность. Он убрал руку от лица и увидел, что Сюй Хуэй смотрит на него, явно собираясь что-то сказать.
— Что ты хочешь сказать? — Цзыбань выпрямился.
— Услышав то, что было сказано, я должен сначала убедиться, что вы откатите временную линию назад.
Цзыбань поднял бровь:
— Если меня пожизненно посадят под домашний арест из-за «Дэйси», я не смогу взяться за проект E001, так что ничего не гарантирую.
— Хорошо. Только при условии, что вы возьметесь за мой проект, я гарантирую откат временной линии, — Сюй Хуэй смотрел ему прямо в глаза. — Я также знаю о всех ваших загруженных воспоминаниях.
— Ты придаешь этому слишком большое значение? — Цзыбань не поверил.
— Я говорю, что если вы действительно самый безопасный человек в этом мире, то, возможно, только вы сможете меня спасти, — ответил Сюй Хуэй. — А то, что я сказал сейчас, может спасти вас.
Цзыбань глубоко вздохнул. Глядя на воспаленные от недосыпа глаза собеседника, он, несмотря на сомнения, пообещал:
— Хорошо. Я обещаю, что в пределах моих возможностей твои воспоминания будут в безопасности.
— Хорошо. Я верю вам, надеюсь, вы не лжете, — кивнул Сюй Хуэй. Цзыбань вдруг почувствовал укол совести за свое неискреннее обещание; такая серьезность Сюй Хуэя заставила его пожалеть о сказанном.
Ах, если отмотать время назад, как разгребать этот ворох проблем? Мысли Цзыбаня устремились вдаль. Постоянно исправлять ошибки, биться головой о стены и возвращаться назад — это и было привычным общением с Сюй Хуэем. Тем более что нужно восстановить все загруженные воспоминания... У Цзыбаня сжалось сердце: лучше уж умереть.
— В детстве мама оставляла мне много самодельных книжек с картинками, она сама писала для них истории. Сейчас я вспоминаю, что во многих из них говорилось о том, что происходит здесь, — Сюй Хуэй вырвал Цзыбаня из потока мыслей. Он намеренно опустил подсказки дяди про книжки, описывая лишь внешнее: — Например, помню историю о войне между двумя странами: злой король отрубил ноги доброму королю, чтобы захватить его земли. А потом рыцарь доброго королевства объединился с драконом и прогнал захватчиков. Я сильно подозреваю, что речь шла об Исине и Ходунсине, а дракон — это, скорее всего, боевой зверь. Даже если это совпадение — легенды о рыцарях и драконах популярны в детской литературе — но только что я увидел, что на портрете королевской семьи у короля механические ноги.
— В мире не бывает столько совпадений, правда? — Сюй Хуэй посмотрел на Цзыбаня. — И еще, я только что вспомнил другую историю из книжек — о контроле над поведением.
Цзыбань не стал отрицать, он почувствовал живой интерес.
http://bllate.org/book/24867/2942473
Сказали спасибо 0 читателей