Готовый перевод Joy in Love Letters / Аромат запретных писем: Искушение богини: Глава 19

Она не проявляла особого интереса к еде в руках Мин Си, и её отказ прозвучал очень тихо: — Не хочу есть.

— Ты ведь знаешь, что тебе ещё сегодня во второй половине дня выступать? Если не пойдёшь, это засчитают как прогул, — угрожающим тоном произнесла Мин Си, зачерпнула ложку каши и протянула ей: — Открой рот.

Даже заболев, она всё равно подвергалась угрозам выйти на работу. Глаза Цзян Няньли снова наполнились влагой, а плечи невольно сжались и опустились.

«Эй, с чего это у неё капризы избалованной барышни?» — подумала Мин Си, обдумывая ситуацию, и переменила тон: — Ладно, пойдёшь, когда станет лучше. Ешь давай, всё уже остыло.

Цзян Няньли жалобно посмотрела на неё и, нехотя приоткрыв рот, проглотила пол-ложки риса.

Чтобы поскорее скормить ей всю миску каши, Мин Си больше ничего не говорила и, не дожидаясь, пока та проглотит предыдущую порцию, одну за другой пихала ложки ей в рот.

Последняя ложка оказалась слишком полной, и несколько липких рисовых зёрнышек соскользнули с неё.

Мин Си опустила взгляд.

Пижама Цзян Няньли была сшита из тонкой ткани, похожей на шёлк, верхние две пуговицы расстёгнуты, а полы свободно распахнуты в стороны.

Каждая из двух округлостей на груди как раз обнажала по небольшому участку нежной белизны.

Округлости были такими упругими и приподнятыми, что тонкая рубашка невольно создавала глубокий вырез в форме буквы V.

Тот самый комочек рисовой каши угодил как раз в самую глубокую точку этого V. Более того, жидкость между рисовыми зёрнами грозила потечь дальше вниз.

— Стекает, — сонно пробормотала Цзян Няньли.

Внезапно поддавшись порыву, Мин Си протянула туда руку… Несколько кончиков пальцев скользнули в самую глубину V-образного выреза, прижимаясь к коже и полностью преграждая путь стекающей каше.

Поскольку тело всё ещё горело в лихорадке и было слишком чувствительно к температуре, Цзян Няньли издала капризный звук «м-м» и по наитию пробормотала: — Холодно.

Услышав это, Мин Си согнула пальцы, образовав дугу, чтобы по возможности уменьшить площадь соприкосновения с её кожей.

С тихим звуком «хлоп» третья пуговица пижамы расстегнулась от движения её согнутых пальцев.

Мин Си замерла:… Смущённо глядя на открывшуюся белизну, она заметила, что теперь округлости по бокам казались обнажёнными ещё больше, чем прежде, и если заглянуть чуть глубже, пожалуй, можно было разглядеть даже розоватые соски.

В этом домике не было заготовлено салфеток.

— Я вытру тебя рукой, — Мин Си накрыла это место большей частью ладони и легко провела вверх.

Расстояние между мягкими полушариями всё же оказалось меньше ширины ладони, и места, где скользили кончики пальцев, были такими мягкими, что приковывали к себе все её нервные окончания.

В сильном напряжении Цзян Няньли протянула руку и надавила ей на тыльную сторону ладони, из-за чего Мин Си не смела больше шевельнуться и подняла взгляд.

Цзян Няньли смотрела на неё, чуть прищурившись, так что было трудно понять, находится ли она сейчас в сознательном состоянии.

— Всё-таки пойду возьму салфетки, — Мин Си убрала руку Цзян Няньли, вскочила на ноги и выбежала из комнаты.

Когда с уборкой было покончено, Цзян Няньли снова заснула. Из-за того, что она поела, на её шейке выступили мелкие капельки пота, к которым прилилось несколько прядей волос.

Мин Си осторожно застегнула пуговицы на её рубашке, подтянула повыше тонкое одеяло и, собираясь уходить, на пару секунд засомневалась.

Слегка опустив голову и осторожно шаря глазами по полу в поисках ящерицы, она со всех ног бросилась прочь.

На улице было пасмурно; если взглянуть на небо через тот небольшой внутренний дворик, оно было затянуто тонкими серыми облаками-хлопьями. Душный воздух делал дыхание липким, и было непонятно, собирается ли дождь.

Цзян Няньли проснулась только к вечеру. Лежа в полусне на кровати, она услышала, как кто-то стучит в окно, и раздался голос Мин Си: — Цзян Няньли?

Когда она повернула голову, Мин Си стояла за окном, держа в руках миску с едой.

Голова отчаянно раскалывалась, и Цзян Няньли едва могла встать, чтобы забрать еду. После недолгой заминки Мин Си толкнула дверь и вошла.

Слегка согнувшись, она протянула еду прямо к Цзян Няньли: — Держи, рис, сварила овощи с тофу.

Цзян Няньли бросила взгляд на белоснежный тофу: — Поем чуть позже. Разве ты не ходила в лавку?

— Ой, на улице же дождь, я не ходила, — Мин Си держала миску, не выпуская её из рук. — Ешь давай быстрее, ты уже пропустила один день работы.

Цзян Няньли промолчала, уголки её глаз слегка опустились, выражая жалобную мягкость — в этом было что-то такое, что заставляло человека постепенно вглядываться в её маленькие эмоции.

Глядя на этот её жалостливый вид, Мин Си словно под воздействием злых чар сама не заметила, как поднесла ложку риса ко рту девушки.

Обе опустошили целую миску риса, не говоря ни слова. Мин Си поднялась, намереваясь уйти, но Цзян Няньли потянула её за край одежды.

По взгляду, которым Цзян Няньли смотрела на неё, Мин Си прочитала страх и снова села на табурет у изголовья кровати.

Мин Си рассказала ей о некоторых мелких существах, водившихся в Ганчэне. Слушая это, Цзян Няньли одной рукой крепко сжимала край одеяла и, спрятав половину лица, смотрела на неё.

Про ящерицу Мин Си упоминать не стала, сказав лишь: — Ящерицы редко появляются в домах, вчерашнее было полной нелепостью, впредь вы точно с этим не столкнетесь.

Она говорила об этих банальных вещах с таким серьёзным видом, что неизбежно возникало обманчивое впечатление, будто какой-то известный биолог читает лекцию своим студентам.

Просто Мин Си лучше кого-либо понимала: если бы в бесчисленные прошлые дни и ночи, когда она сама переживала подобные муки страха, рядом нашёлся кто-то, кто вот так её утешил, многое, возможно, сложилось бы иначе.

Она внезапно подняла руку, понизив голос: — Я слышала, когда кому-то страшно, стоит кому-нибудь погладить его по голове, и страх уйдёт.

Её голос звучал так тихо, будто она делилась своим давним тайным секретом.

— Хочешь попробовать?

Не дождавшись возражений, Мин Си легко опустила ладонь на макушку Цзян Няньли и принялась разглаживать её волосы.

Её ладонь еще не остыла после миски с едой, и это тепло вместе с прядями волос проникало внутрь. Плечи Цзян Няньли постепенно расслабились, а рука, всё это время сжимавшая край одеяла, разжалась.

— Сестра, я вернулась, — раздался голос Сяо Цзин.

Мин Си отняла руку, перевела взгляд к двери и, поднявшись, вышла из комнаты.

Взгляд Цзян Няньли следовал за этой удаляющейся фигурой, пока дверь домика не притворилась за Мин Си, скрыв последний кусочек пространства.

Вскоре снаружи послышался недоверчивый голос Сяо Цзин: — Ты почему вышла из той комнаты?

Не дождавшись ответа Мин Си, Цзян Няньли зарылась лицом в одеяло и закрыла глаза.

Через несколько минут дверь домика снова отворилась, и на пороге появилась Сяо Цзин: — Сестра Няньли, сестра говорит, ты заболела.

— Уже намного лучше, — ответила Цзян Няньли и, бросив взгляд на короткий рукав её одежды, спросила: — На улице дождь, разве не боишься вымокнуть в футболке?

— Никакого дождя нет, просто пасмурно, — с улыбкой ответила Сяо Цзин.

М? Цзян Няньли посмотрела на окно, и в её сердце закралось сомнение. Только что Мин Си сказала ей, что сегодня шёл дождь, поэтому она не пошла на работу.

Неужели у неё всё поплыло от жара слуховые галлюцинации начались? Но почему же Мин Си сегодня не пошла на работу?

*

Пробыв дома ещё день на поправку, Цзян Няньли встала спозаранку и, выйдя на улицу, увидела прогуливающуюся по двору Мин Си.

— Ого, а ты рано встала, — Мин Си сделала пару шагов ей навстречу, в её тоне одновременно сквозило и беспокойство, и праздное любопытство: — Какая сегодня температура?

— Тридцать шесть и пять.

О, температура полного выздоровления, — Мин Си скрестила руки на груди. — Пока ты болела эти два дня, работа в таверне сильно застопорилась. Что до домашних дел…

Она отвела Цзян Няньли в ванные комнаты и указала на корзину для грязного белья: — Так, сперва поешь, а потом перестираешь это всё.

— Только не думай, что я над тобой измываюсь, об этом изначально было условлено, — она деланно поинтересовалась мнением Цзян Няньли: — Ну как, твоё тело это выдержит?

Ну просто настоящий капиталист, нечего сказать, — Цзян Няньли искоса глянула на неё и направилась в сторону комнаты Мин Си.

— Эй, ты куда?

— Не твоё дело.

Как это не её дело? Мин Си семенящей походкой последовала за ней: — Эй, вообще-то это моя комната.

Пока они разговаривали, Цзян Няньли уже отворила дверь комнаты и, подойдя к кровати, откинула одеяло.

— Что ты вообще делаешь? Как ты можешь просто так входить в чужие комнаты?

Цзян Няньли ухватилась за застёжку-молнию на пододеяльнике и дернула: — Всё равно стирать, так постираю простыни и пододеяльник заодно.

Постельное бельё стирать… Впрочем, почему бы и нет, — Мин Си едва заметно выдохнула, продолжая её отчитывать: — Даже для стирки простыней ты не можешь просто так заходить в мой…

— Держи, — Цзян Няньли совершенно не заботило то, что она говорила; она сгребла снятый пододеяльник в охапку и швырнула той прямо в грудь, оборвав её слова на полуслове.

Следом полетели простыня, наволочки и аккуратно сложенная на изголовье пижама.

Когда гора вещей в руках Мин Си стала совсем высокой, та уставилась на Цзян Няньли, высоко задрав подбородок: — Эй, чего всё это мне навалила, сама взять не могла?

— Тсс, — Цзян Няньли приложила палец к губам, призывая к молчанию, и повела её в ванную.

Этот жест возымел какое-то волшебное действие: Мин Си, прижимая к груди постельное белье, послушно последовала за Цзян Няньли, больше не произнося ни слова.

И только когда Цзян Няньли потянулась, чтобы достать стоящую в углу стиральную машину, Мин Си неторопливо бросила: — Эта плохо работает.

— Пододеяльник слишком большой, со стиральной машинкой будет удобнее, — объяснила Цзян Няньли, нажала пару функциональных клавиш и запихнула пододеяльник внутрь.

Поскольку в углу не было розетки, она даже протянула довольно длинный удлинитель.

Модель стиральной машины была уже в годах: помимо того, что во время работы она издавала громкий шум, в остальном всё вроде бы функционировало нормально.

Цзян Няньли приподняла брови: — Видишь? Она не так уж плоха, как ты говорила, вполне ещё работает.

Мин Си ничего не ответила, но смотрела на стиральную машину с таким видом, будто предвкушала зрелище: хороша ли её собственная бытовая техника, неужто она сама не знает?

Глава 17: Любит женщин

И действительно, не успела Цзян Няньли порадоваться, как на смену её довольному выражению быстро пришло потрясение. Она в растерянности уставилась на стиральную машину, наблюдая, как та начинает дико трястись.

Нет, она не просто тряслась, она шла вперед.

— Куда это она собралась, Мин Си? — Цзян Няньли вскинула руки в стороны, не зная, как её остановить.

Она воочию наблюдала, как стиральная машина шаг за шагом движется из угла к выходу из ванной, издавая оглушающий рев.

— Я же предупреждала тебя заранее, — Мин Си в этот момент прислонилась снаружи к косяку ванной, с интересом наблюдая за тем, как та суетится.

— И как её теперь выключить?

— Хватит глазеть, иди сюда помогать!

— Куда это она в конце концов направляется?

http://bllate.org/book/24852/2939182

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь