Готовый перевод Silent Love / Безмолвная любовь: Второй шанс для любимого: Глава 10

Сотрудничать с корпорацией Чжао и вести переговоры с Чжао Линюем было невероятно легко и приятно.

Мало того что не приходилось соблюдать строгий офисный дресс-код, так ещё и всё время можно было беззаботно развлекаться, есть и пить.

Такая степень пренебрежения своими прямыми обязанностями приводила в трепет даже самого Мэн Чилана, который всегда считал себя человеком довольно свободных взглядов. Именно ему поручили ведение этого проекта, а поскольку корпорация Чжао сохраняла неясную и двусмысленную позицию насчёт окончательного одобрения сделки, руководство выделило Мэн Чилану огромный бюджет на всевозможные расходы.

Вот только потратить эти деньги никак не удавалось.

Чжао Линюй угощал его так часто, что Мэн Чилану уже приходилось заводить разговор о правилах взаимной вежливости, на что Чжао Линюй неизменно отвечал: разве плохо экономить твои деньги?

С точки зрения как смысла, так и логики в этой фразе не было ни единого изъяна. Корпорация Мэн принадлежала Семье Мэн, а у его отца был лишь один-единственный драгоценный сын, так что всего через несколько лет это бремя неизбежно ляжет на его плечи.

Однако самому Мэн Чилану эта предопределенность совсем не нравилась.

— Ты тоже считаешь, что я должен послушаться отца и унаследовать корпорацию Мэн? А что, если я скажу, что мне совершенно не по душе вся эта бестолковая административная рутина и ответственность? Честно говоря, если бы у меня был выбор, я бы с куда большим удовольствием пошел в отдел дизайна. Пусть эта одежда и не предел моих мечт, но это хотя бы то, чем мне действительно хочется заниматься.

Не успели они опомниться, как их беседы приобрели такую глубину.

Произнося это, Мэн Чилан полубоком прислонился к борту лодки, протянул руку и сорвал пучок тростника неподалеку. Он отвел взгляд от водной ряби, по которой скользило их деревянное суденышко, и перевел его на Чжао Линюя, настраивавшего рядом рыболовную снасть.

На этот раз Чжао Линюй привез его на частный водоем в пригороде. В этом озере разводили мальков, а в определенный сезон его открывали для посетителей, чтобы любители порыбачить могли сами наловить рыбы, которую затем готовили повара в деревенском ресторанчике на берегу. Это было прекрасное место для отдыха и развлечений.

Чжао Линюй прервал свои занятия, взмахнул рукой и показал жест:

Поступай так, как тебе нравится.

Словно заранее предчувствуя этот ответ, Мэн Чилан изобразил на лице выражение в духе я так и знал и с самым серьезным видом вздохнул: — Ты ничего не понимаешь, у меня нет возможности делать всё, что захочется, понимаешь?

Поскольку собеседник был лишён голоса, Мэн Чилан неизменно говорил гораздо больше обычного. Он продолжил: — Наверное, ты не знаешь, но когда я закончил старшую школу и решил уехать за границу, мы с отцом заключили сделку. Он сказал, что даст мне время на свободу и одновременно выделит средства на любые капризы — время и деньги, чтобы я мог заниматься всем, чем пожелаю, а когда надоест, возвращался на родину.

— Иными словами, стоило мне вернуться, как мне пришлось бы подчиняться отцу. Хочешь наследуй корпорацию Мэн, хочешь проиграй всё до последнего гроша — от этой ответственности всё равно никуда не деться. Из-за этих отцовских слов, как бы ни подгоняла меня мама, я упорно отказывался возвращаться. Теперь, если подумать, я и вправду был жутким эгоистом.

Говоря это, он зачеркнул пригоршню прикормки для рыб и закинул ее как можно дальше от лодки.

Рука же Чжао Линюя плавно взмахнула в воздухе:

Тебе нужно заниматься лишь тем, что нравится тебе самому.

Мэн Чилан невольно улыбнулся: — Ладно, не будем об этом, давай я помогу тебе насадить приманку.

Чжао Линюй взял крючок, помогая ему. На самом деле он прекрасно понимал, что сидящий перед ним человек вовсе не так покладист, как пытался представить в своих словах. По крайней мере, в прошлой жизни, когда они встретились, тот уже успешно работал в отделе дизайна корпорации Мэн, а впоследствии благодаря собственным талантам дослужился до креативного директора и возглавил весь дизайнерский департамент.

Мэн Чилан гораздо лучше него умел наслаждаться жизнью и соблюдать баланс во всем, совсем не впадая в крайности, подобно ему самому в прошлой жизни.

У него мог быть куда более широкий простор для маневра, но он добровольно ограничил себя рамками корпорации Мэн, пошел на компромисс ради чувства долга и изо всех сил пытался найти компромиссное решение. Разве подобная уступчивость не была в то же время верностью самому себе?

В его жизни, помимо идеалов, существовало множество других важных вещей, например — семейная привязанность.

А его собственная жизнь, пожалуй, была слишком скудной и узкой. Он хотел немногого, цель всегда была лишь одна, и он добивался ее изо всех сил, тратя на это всю энергию, — неудивительно, что от такого рядом становилось душно.

Погода в этот день выдалась чудесная. После нескольких дождливых дней подряд наконец-то прояснилось. Для начала лета в Хайчэн была редкость такая мягкая погода. Мэн Чилан немного понаблюдал за поплавком, но вскоре ему стало скучно. Катание в пальцах шариков из прикормки и периодическое забрасывание их в воду привлекло множество мелких мальков.

Ему показалось это забавным, и он нарочно опустил пальцы в воду, начиная шевелить ими, чтобы напугать мальков. Увидев, как те бросились в рассыпную, но мгновенно вернулись обратно, не в силах противиться искушению еды, он продолжил баловаться.

После нескольких таких повторений даже эти рыбешки с их короткой памятью привыкли к его мнимой угрозе и перестали бояться дразнящих их пальцев. Напротив, они то и дело касались кожи, словно отыскали игрушку интереснее водорослей, и никак не могли наиграться.

Посмотрев на это какое-то время, Мэн Чилан поднял голову и произнес: — Только посмотри, даже не знаю, глупые они или умные. Если бы он действительно захотел им навредить, в этот момент этим малькам уже пришел бы конец.

Он не заметил, как из-за случайного положения собеседника на его лицо падала тень, защищая от не слишком мягкого полуденного солнца.

Много позже Мэн Чилан осознает, что сам был точь-в-точь как эти рыбешки, клюющие на приманку, а Чжао Линюй — рыболовом, который обращался с ним куда искуснее. Он ведь давно уже был пойман им на крючок, но у него атрофировались даже сами инстинкты сопротивления.

Чжао Линюй одной рукой держал удочку, а другой указал сначала на гладь озера, потом на его руку, изобразив жест, означающий резкий запах.

Мэн Чилан инстинктивно отдернул руку и поднес к носу — от кожи и впрямь отчетливо пахло рыбой.Его брови тут же нахмурились. Чжао Линюй указал на сумку неподалеку и показал жест, будто вытирает руки. Мэн Чилан понял его без слов, подался вперед и достал из сумки влажные салфетки. Неизвестно, было ли это простым совпадением, но попалась именно та марка, которой он обычно пользовался, с любимым ароматом свежего зеленого чая.

Тщательно вытерев пальцы и не упустив из виду даже ногти, Мэн Чилан вдруг произнес:

— Вообще-то, раньше я немного умел читать по губам, но почти всё уже забыл.

Хотя Чжао Линюй вел себя непринужденно, а Мэн Чилан не испытывал никаких трудностей в общении, наблюдая за тихими движениями Чжао Линюя, когда тот пользовался одной рукой, он словно во много раз острее ощущал его немоту. Мэн Чилану не нравилось это чувство.

Подобное ощущение необходимости подстраиваться и проявлять излишнюю деликатность совершенно не подходило такому человеку, как Чжао Линюй.

Услышав это, Чжао Линюй тут же отложил удочку и жестами показал:

— Я научу тебя!

Мэн Чилан замер, а затем неожиданно подался к нему:

— Клюёт!

Это наверняка была крупная рыба, удочку едва не утащило в воду!

Из-за его резкого движения маленькая деревянная лодка тут же закачалась. Мэн Чилан думал только о том, как удержать удочку в руках, и изо всех сил дернул ее. Черно-белая рыба описала в воздухе дугу, подняв тучу брызг, которые полетели ему прямо в лицо. Он торопливо отпрял и из-за потери равновесия чуть не свалился в воду.

Сильная рука обвила его за талию, мгновенно притянув к груди. Раздался глухой стук, но Мэн Чилан, не обращая внимания ни на что другое, принялся толкать Чжао Линюя со словами:

— Не дай ей уйти!

Одной рукой Чжао Линюй обнимал его за талию, подстраховывая от падения, а другой крепко натянул леску, обернув ее вокруг пальцев пару раз, и вытащил рыбу, которая уже поняла всю опасность и попыталась ускользнуть.

Только когда ее бросили в ведро, Мэн Чилан наконец перевел дыхание. В шаге от победы человек всегда легко поддается азарту и возбуждению, и этот инстинкт не зависит от масштаба достижения — пусть даже речь шла всего лишь об одной пойманной рыбе, Мэн Чилан чувствовал себя счастливым. Ему казалось, что эту рыбу поймал он сам, отчего на душе было невероятно отрадно.

— Сегодня тебе здорово не повезло, приятель, — присев на корточки у деревянного ведра и глядя на бьющуюся рыбу, без тени сочувствия протянул он, прикидывая, хватит ли такой тушки на один обед.

Чжао Линюй невольно подался вперед, неторопливо и привычным движением извлекая рыболовный крючок из рыбьей пасти.

Когда первая волна возбуждения схлынула, Мэн Чилан осознал, что полностью заключен в объятия Чжао Линюя: руки мужчины просунулись у него под мывками, словно заключая его в кокон из его дыхания.

Хотя Мэн Чилан понятия не имел, что творится на душе у Чжао Линюя, он инстинктивно попытался отодвинуться — поза и впрямь была слишком неловкой. Но Чжао Линюй коснулся подбородком его щеки, призывая не двигаться, и Мэн Чилан тут же заметил, что мужчина еще не закончил возиться с крючком. Под столь веским предлогом чувство неловкости мгновенно растворилось без следа.

Чжао Линюй наконец освободил крючок.Он решительно отступил, освобождая естественное и безопасное пространство, и, взмахнув рукой, бросил Мэн Чилану:

— Будь осторожнее.

Мэн Чилан рассеянно кивнул:

— Давай дальше. Похоже, наживка, которую я нацепил, оказалась невероятно вкусной. Поймаем еще одну — и можно сворачиваться.

Помолчав, он добавил:

— Только уเรา условлено: на обратном пути я буду грести.

Этот небольшой эпизод явно не волновал собеседника. Чжао Линюй немного сожалел: на самом деле... если бы он тогда чуть-чуть придвинулся ближе, то смог бы коснуться губами его щеки, а если бы повернулся еще немного, то губы, по которым он так долго тосковал...

Рыбалка удалась на славу, улов оказался богатым, вот только на обратном пути произошла небольшая неприятность.

После того как деревянная лодка уже в пятый раз завертелась на месте, Мэн Чилан, наконец, под с трудом скрываемую улыбку Чжао Линюя, решил сдаться. Чжао Линюй с невозмутимым выражением лица поднялся и сел позади него. Его широкие пальцы обхватили ладонь Мэн Чилана, наглядно показывая, как именно нужно прикладывать усилие и в каком направлении направлять гребок.

У хорошего учителя и ученик талантлив: Мэн Чилан быстро уловил суть, совершенно не замечая того факта, что этот ответственный учитель все время сидел позади, положив ладонь рядом с его бедром и полуобнимая его.

В этот день казалось, что даже запах тростника в воздухе стал особенно свежим.

Рыба, пойманная собственными силами, тоже казалась невероятно вкусной. Расправившись с уловом, Мэн Чилан, проведший чуть больше полумесяца в беззаботных развлечениях, выпрямился.— Я не стану ходить вокруг да около, на мне всё-таки лежит ответственность за задачу. Скажи мне прямо, каковы твои мысли? Со стороны компании не могут ждать бесконечно. Если придется привлекать моего дедушку, моему отцу всё же нужно заранее об этом сказать.

— Завтра приноси контракт ко мне, — ответил Чжао Линюй.

Брови Мэн Чилана взлетели вверх:

— И всё?

Чжао Линюй невозмутимо кивнул, а затем пододвинул к нему тарелку с фруктами, чтобы перебить рыбный привкус, и поднял руку:

— Не налегай.

Мэн Чилан почувствовал себя как-то не в своей тарелке.

Это был первый проект о сотрудничестве, которым он занимался лично. Каким бы невеждой в управлении он ни был, он прекрасно понимал: успешное заключение этого договора — практически пропуск к тому, чтобы на законных основаниях взять под контроль корпорацию Мэн, доказательство, способное заставить каждого поверить в его способности.

Но он и подумать не мог, что совместные обеды и выпивка тоже считаются способностью!

Или у них на родине все дела ведут именно в таком стиле? Разве это не чересчур прекрасно?

Во рту еще ощущалась сладкая свежесть фруктов, когда Мэн Чилан взял дольку мандарина и тут же положил ее обратно:

— Говори, каковы твои условия? — помолчав, он добавил: — Выкладывай всё разом.

С таким выражением лица он бы ничуть не удивился, даже если бы Чжао Линюй потребовал акции корпорации Мэн.

Чжао Линюй с улыбкой указал одним пальцем в сторону сердца Мэн Чилана.

Мэн Чилан не понял смысла этого жеста, опустил взгляд на себя и, тыча в собственную грудь, переспросил:

— Я? Что я?

Чжао Линюй улыбнулся еще шире.

http://bllate.org/book/24842/2937874