Готовый перевод I'm a Druid, Not a Beast God! / Я друид, а не бог зверей!: Глава 42

Глава 41. Смерть Черного Ястреба

— Никогда не быть рабами? Ха-ха-ха... — раздался зловещий голос, и Вождь Черного Ястреба медленно материализовался, словно сотканный из тени.

— Какая удача! Вы действительно собрали Глаз Зул и Глаз Айлы, а добавив к ним Глаз Демона и Слезу Кошмара, что находятся у меня, я смогу призвать артефакт в его истинной форме! Поистине, Бог Зверей на нашей стороне!

Солнечный свет озарил лицо Вождя Черного Ястреба. Его кожа была мертвенно-бледной, лишенной всяких признаков жизни, а от груди расползался пульсирующий узор зеленого цвета. На обнаженной шее и запястьях также горели ярко-зеленые метки — он был полностью заражен силой Глаза Демона.

Вождь Черного Ястреба взмахнул рукой, и толпа Оскверненных орков хлынула вперед, мгновенно взяв в плотное кольцо тридцать одного воина из трех отрядов. За спиной Вождя Черного Ястреба распустились зеленеющие световые крылья, сотканные из энергии скверны, позволив его телу оторваться от земли и зависнуть в воздухе. Он сжал Глаз Демона в руке, и зловещие красные лучи начали источаться из него наружу.

Алые полосы света опустились на Оскверненных орков, заставив тех испустить жуткое утробное рычание. Их тела увеличились вдвое, полностью утратив человеческий облик и превратившись в свирепых зверей из чужих миров.

Из пастей новоявленных Оскверненных орков вырвались наружу длинные клыки, а губы больше не могли удерживать слюну. Густая зеленая слизь непрерывно капала с их клыков, и вместе с этой жидкостью на землю проливалась скверна, безжалостно поглощая всю жизнь до последней травинки.

Лужайка мгновенно почернела, а огромные деревья выглядели так, будто по ним прошлось невидимое бушующее пламя: на ветках не осталось ни единого листочка, а стволы превратились в сухой черно-серый пепел. Орки с побледневшими лицами в ужасе взирали на эту картину настоящего ада.

Цзяладэ издал яростный рек, и его голос вывел ошеломленных зрелищем сородичей из оцепенения. Все тут же крепче сжали оружие, устремив свирепые взгляды на Вождя Черного Ястреба, парившего в воздухе. Если они не поднимут восстание прямо сейчас, то эта ужасная участь постигнет каждого из присутствующих, постигнет все племена до единого.

Ноэнь поднял Глаз Зул, источавший мягкое нежно-зеленое сияние, которое укрыло всех орков защитной оболочкой.

— Ох?! Похоже, вы уже научились пользоваться Глазом Зул? Впрочем, Бог Зверей все равно на моей стороне! В атаку! Убейте их и заберите Глаз Зул и Глаз Айлы!

Оскверненные орки подчинялись исключительно воле Вождя Черного Ястреба. Чтобы победить в змеином клубе, сначала нужно сразить голову: Цзяладэ обернулся к Ноэню, протянул ему Глаз Айлы и, крепко сжав его руку, произвел:

— Судьба всех нас теперь в твоих руках, а я отправлюсь разобраться с Черным Ястребом!

С этими словами Цзяладэ бросился туда, где парил Вождь Черного Ястреба. Находясь под воздействием скверны, Цзяладэ тем не менее не испытывал ее пагубного влияния — друидский знак на его поясе сиял фиолетовым светом, не подпуская скверну близко к его телу.

Вдохновленные его примером остальные воины выстроились в два плотных кольца, сжав оружие и в один голос взревев:

— В бой!

Цзяладэ призвал своего устрашающего боевого конька, а сам активировал Песочные часы времени, мгновенно обратившись гигантским драконом. Мощный драконий рев заставил стоявших внизу воинов пошатнуться и едва удержаться на ногах, а Оскверненные орки, ведомые лишь звериными инстинктами, испуганно замерли под воздействием драконьего давления, прервав свои атаки.

Вождь Черного Ястреба нахмурился, сильнее сжав Глаз Демона. После короткого и низкого заклинания в воздухе материализовался гигантский красный магический круг скверны, из которого на поле боя шагнул исполинский Костяной Дракон.

Вождь Черного Ястреба опустился на голову Костяного Дракона и направил его прямо на превратившегося в песчаного дракончика Цзяладэ. Колоссальные размеры Костяного Дракона превосходили Цзяладэ почти втрое; увернуться от столкновения было невозможно, и тот принял удар на себя, будучи с невероятной силой впечатан в соседнюю скалу.

Раздался оглушительный грохот, и Цзяладэ проломил в каменной стене огромную воронку. Сердце Ноэня сжалось от тревоги; крепко стиснув Глаз Айлы, он выпустил из артефакта целый ливень фиолетового света, поднявший боевые характеристики всех стоявших рядом орков.

Орки сошлись в жестокой схватке с Оскверненными орками, и земля вокруг быстро обагрилась кровью. Обращенный в дракона Цзяладэ вылетел из пролома: благодаря невероятной защите драконьей чешуи он почти не пострадал. Выпустив в сторону Костяного Дракона мощную волну желтой магической энергии, он пригвоздил чудовище к воздуху.

Прямо внизу кипела битва между орками и их оскверненными сородичами, а Цзяладэ тем временем выбросил световой аркан, накрепко опутал Костяного Дракона и потащил его за собой в сторону. Дракон мчался с невероятной скоростью, увлекая противника к вулкану посреди густого леса.

Время действия заклинания подходило к концу. Костяной Дракон испустил яростный рев и по воле Вождя Черного Ястреба полоснул Цзяладэ когтями.

Цзяладэ превосходил противника в маневренности и легко уклонялся от ударов, попутно поливая Костяного Дракона обжигающим дыханием. Две исполинские рептилии сошлись в смертельной схватке, но Цзяладэ на мгновение потерял бдительность, и выпущенный из тела Костяного Дракона острый костяной шип насквозь пронзил его плечо. Песчаный дракон издал мучительный вопль.

Вождь Черного Ястреба самодовольно рассмеялся и снова попытался схватить Цзяладэ. Тот яростно взмахнул обоими крыльями, отправляя в сторону Костяного Дракона ураган, наполненный лавой и огненной энергией, который угодил точно в крыло чудовища.

Следом за ураганом Цзяладэ выпустил струю драконьего пламени прямо в центр черепа Костяного Дракона. Бушующее пламя полыхнуло внутри костей, принявшись беспощадно сжигать заключенный там кристалл души.

Цзяладэ мгновенно принял человеческий облик и опустился на голову Костяного Дракона, сжав в руке появившийся из ниоткуда пылающий меч. Одним мощным движением он вонзил клинок в кристалл души монстра. Под отвратительный треск алый кристалл со взрывом разлетелся на куски, красное свечение в глазницах Костяного Дракона погасло, и туша рухнула прямо в кипящую лаву внизу.

Вождь Черного Ястреба тяжело пострадал в тот же миг, когда кристалл души его творения раскололся. Костяной Дракон был порождением зла, призванным с помощью Глаза Демона ценой собственной жизни владельца, но он не только не одолел Цзяладэ, но и позволил уничтожить свое сердце.

Зеленая кровь хлынула изо рта вождя. Захлопав посветлевшими и потерявшими плотность световыми крыльями, он взмыл с головы падающего дракона и, вскинув железный меч, со злобой бросился на Цзяладэ.

Взрыв кристалла души Костяного Дракона породил ослепительную вспышку алого света, заставившую Цзяладэ рефлекторно разжать пальцы на рукояти треснувшего меча и заслонить глаза рукой. Воспользовавшись этим моментом, железный меч Вождя Черного Ястреба глубоко вонзился ему в живот.

Превозмогая боль, Цзяладэ левой рукой перехватил лезвие клинка, а в правой мгновенно материализовался длинный заостренный кинжал, который он со всего маху вонзил в грудь Вождя Черного Ястреба.

Кинжал, усиленный системой World of Warcraft, без сопротивления преодолел защитную пленку энергии Глаза Демона и пробил сердце Вождя Черного Ястреба. Цзяладэ резко повернул запястье, превращая внутренности врага в кашицу.

Вождь Черного Ястреба выпустил из рук клинок, поразивший Цзяладэ, и вцепился обеими руками в Глаз Демона на своей груди. Густые потоки зеленой крови хлынули из его рта вместе с ошметками разрушенных органов, а лицо исказилось в дикой гримасе, когда он завопил:

— Бог Зверей наверху, даруй мне силу!

Цзяладэ и Вождь Черного Ястреба стремительно падали вниз. Выдернув из раны меч, Цзяладэ взмахнул появившимся в руке посохом, и мощная молния сорвалась с драгоценного камня на еговершине, ударив прямо в Глаз Демона в руках противника. Сбить заклинание!

Не успев даже оценить реакцию Вождя Черного Ястреба, Цзяладэ почувствовал, как мир перед глазами темнеет от потери крови. Он тут же наложил на себя мощное исцеляющее заклинание Лунный свет, мгновенно остановив кровотечение и восполнив утраченные силы.

— Нет! Глаз Демона не может... Ах! Спаси меня, мой господин! — Вождь Черного Ястреба испустил пронзительный вопль.

На глазах у изумленных воинов Глаз Демона вырвался из его ладоней и завис перед ним, а прерванное заклинание обратилось страшным откатом.

Зеленое сияние самой жизни было насильно вырвано артефактом изо рта и носа Вождя Черного Ястреба и поглощено красным драгоценным камнем.

Цзяладэ, взмахнув крыльями, бросился вперед и сам схватил Глаз Демона когтистой лапой, к своему удивлению, обнаружив, что тот послушно лег в его ладонь. Оглянувшись на Вождя Черного Ястреба, он увидел, что некогда черные волосы врага превратились в тусклую, лишенную жизни солому, а некогда гладкая, пусть и бледная кожа иссохла и сморщилась, словно у столетнего старика.

Силы жизни Вождя Черного Ястреба были испиты до дна прямо на месте, и он превратился в сухую мумию. Тела Костяного Дракона и самого Вождя Черного Ястреба рухнули в бурлящую лаву, выпустив лишь несколько пузырей, прежде чем невероятная температура обратила их в пепел.

Почувствовав смятение в душе Цзяладэ, Глаз Демона выпустил волну алого света, но в тот же миг друидский знак на поясе Цзяладэ вспыхнул фиолетовым, и защитная аура Лунной богини автоматически отбросила багряный луч обратно в камень. С чувством глубокого облегчения спрятав опасный артефакт в системный рюкзак, Цзяладэ взмахнул крыльями и полетел к Восьмому входу.

С тех пор как Цзяладэ увел за собой Костяного Дракона, оставшиеся внизу орки перестали обращать внимание на превращение товарища в дракона и с новой силой ринулись в бой. Оскверненные орки, освободившись от давления драконьей ауры, с презрением к смерти бросались на них в атаку.

Ноэнь стоял в самом центре круга, одновременно управляя Глазом Зул и Глазом Айлы. Зеленые и фиолетовые вспышки то и дело озаряли поле боя, защищая орков, но даже при этом защитникам приходилось тяжело.

В отличие от неутомимых Оскверненных орков, воины трех племен быстро выдохлись. Хуже всего обстояло дело с оружием: за исключением клинков отряда Цзяладэ, которые были зачарованы заново, снаряжение остальных орков было обычным ширрпотребом. В ходе долгой и яростной резни лезвия затупились и покрылись трещинами, а у одного из воинов огромный топор и вовсе разломился пополам, серьезно ранив своего же хозяина.

Но еще большим отчаянием отзывалось то, что стоило слюне Оскверненных орков попасть на свежие раны сражавшихся, как скрытая в ней скверна заражала воинов. Все больше бойцов валилось на землю, а поднимаясь вновь, они уже пополняли ряды Оскверненных орков, впиваясь зубами и ногтями в прежних товарищей.

Одностороннее избиение внушало людям и оркам жуткое отчаяние. Ноэню приходилось удерживать сразу два камня, что требовало колоссального напряжения сил, и вскоре защитный зеленый купол над воинами истончился, а ливень фиолетового света почти полностью иссяк.

В этот самый момент из Восьмого входа хлынул целый отряд свежих сил, заставив сердца защитников упасть еще ниже, но шедший впереди вожак громогласно закричал:

— Держитесь еще немного! Мы — гарнизон Города Святого Убежища под началом Совета Старейшин!

Появление подкрепления вдохнуло в бойцов новую надежду. С удвоенной яростью они ринулись в атаку, и две волны орков постепенно сомкнулись, взяв Оскверненных орков в ответное кольцо. Внезапно все Оскверненные орки на поле боя одновременно замерли на секунду и рухнули на землю как подкошенные.

Орки ошеломленно смотрели на внезапно павших врагов, совершенно не понимая причин происходящего. Нахмуренные брови Ноэня расслабились, и он радостно завопил:

— Это значит, что у Цзяладэ все получилось!

Только тогда все облегченно выдохнули и, почувствовав накопившуюся за бой слабость в руках и ногах, попадали прямо на землю, совершенно не заботясь о приличиях. Подоспевшие подкрепления наконец тоже сбросили напряжение и принялись зачищать поле от павших тел. Ноэнь остановил воинов, пытавшихся добить еще подававших признаки жизни Оскверненных орков:

— Не надо! У нас есть способ снять с них осквернение, просто на это уйдет время. Не совершайте лишних убийств!

Сомневаясь, гарнизонные воины опустили клинки. Они собрали тела погибших монстров в сторону, а тех, кто еще дышал, крепко связали веревками, превратив в одну длинную живую связку.

В этот момент превратившийся в орла Цзяладэ опустился на свободную площадку. Завидев птицу, стражники насторожились и с оружием наготове окружили его. Цзяладэ поспешно принял человеческий облик, поднимая руки в знак того, что в них нет оружия, и произвел:

— Вождь Черного Ястреба мертв, я убил его. Я — Цзяладэ, воин Племени Цзяло!

Ноэнь, опираясь на уставшие ноги, быстро подошел ближе и подтвердил:

— Да, он наш товарищ, а не слуга сил скверны!

Только после этого стражники ослабили бдительность.

Один из сопровождавших процессию в белых одеждах жрецов вышел вперед и с уважением поклонился Цзяладэ и Ноэню:

— Уважаемые воины, от имени Совета Старейшин выражаю вам глубочайшее почтение. Старейшины желают лично видеть вас на аудиенции.

***

Заметки автора:

Думаете, на этом все? О нет, впереди еще появится настоящий босс!

В следующей главе узнаем ответы, а те, кто еще не голосовал, поторопитесь.

Медведь, пантера, древочеловек, совиный медведь, благородный олен, орел, морской лев, человеческий облик...

Какая же из этих форм принадлежит Богу Зверей?

http://bllate.org/book/24827/2936732

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь