Готовый перевод I'm a Druid, Not a Beast God! / Я друид, а не бог зверей!: Глава 5

Слыхали? Кэвин с младшими орками ходили на охоту и умудрились притащить оттуда потрясающе красивую самочку!

Правда? Правда? Как думаешь, это будет совсем как в тех историях, что рассказывала матушка-кормилица в былые времена? М-да... Удачливый орк ранен на чужбине или вышел на охоту и случайно находит прекрасную самочку. А потом эта самочка оказывается такой нежной и заботливой, а некоторые и вовсе — посланницы Бога Зверей! Они умеют делать всякие удивительные штуки, и тогда наше племя ждёт светлое будущее! — орк, ответивший на вопрос, состроил невероятно мечтательное выражение лица.

Меньше фантазируй! Думаешь, это тебе сказки?! Ваши новости совсем никуда не годятся. Знаете ведь, этот красавчик, которого они подобрали, вовсе не какая-то нежная самочка! Он в одиночку, с двумя кинжалами, укотротил тигра-свирепого зверя, да еще и отделался лишь легким испугом.

Зрители вокруг дружно втянули воздух.

Вдруг раздался другой, ленивый голос: Хватит вам друг над другом смещаться! Я уже всё разузнал! — он поскрёб в ухе и продолжил: Это самый настоящий самец! Из Леопардового клана!

Остальные орки тут же изобразили крайнее разочарование.

Тот же голос вдруг гневно запылал праведным возмущением: И притом! Самец! А у него такая мордашка! Опять явился отнимать у нас самочек! Моя Сяо Хуа посмотрела на его звериный облик, потом на его личико, и долго с места сдвинуться не могла! Ну и что с того, что смазливый? Он от этого сможет добыть больше рогатых свиней или поймать пушистых зверьков? Тьфу!

О боги, нам и так хватало одного такого самца на всю голову, а теперь занемогло еще это чудо, разве Праздник Осеннего Урожая не станет от этого еще невыносимее?

...

Главный герой этой беседы, Цзяладэ, в этот момент хмуро сидел в домике-паровых-булочках, выделенном ему старостой, и горько вздыхал о сегодняшних злоключениях.

Сегодня чуть свет Цзяладэ поднялся на ноги. Сперва он убрал обратно в инвентарь свою суперпалатку и пожитки, затем вышел к порогу и спрятал летающего дракона в слот летающего ездового животного. После этого он замаскировал вход в пещеру, переключился в режим полёта, вылетел наружу и устремился к лесу.

Охотничий отряд из города еще не прибыл, и Цзяладэ опустился на лесной полянке. Поскольку способность принимать одну из нескольких форм пока не стоило выставлять на показ, он решил предстать перед орками в облике леопарда — в конце концов, леопардовая форма позволяла использовать навык скрытности, а он в любой момент мог пригодиться. Покопавшись в инвентаре, он вытащил пару самых незаметных кинжалов и зажал их в руках: у одинокого орка всегда должно быть под рукой надежное оружие.

Шагая по направлению к лесу у соседнего селения и попутно пытаясь приладить кинжалы к поясу, Цзяладэ вдруг насторожился и замер. Он продолжил медленно идти вперед, крепко сжимая клинки и готовясь к бою. Цзяладэ выверил стойку и напряг все мышцы тела.

Сзади неожиданно пахнуло зловонным ветром. Огромный тигр — с виду вроде бы тигр, но шкура серая в черную полоску — прыгнул на него из кустов. Цзяладэ крутанулся, откинувшись назад, занес правый кинжал обратным хватом, а левый взял прямым — так он мог в равной степени и атаковать, и защищаться. Взмахнув обеими руками, он вычертил в воздухе крестообразную вспышку лезвий и отразил нападение свирепого зверя. Уклонившись от удара, Цзяладэ взмахнул правой рукой, и острый кинжал вошел прямо под ребра тигру, брызнув фонтаном крови. Поняв, что атака провалилась, а боль в ране лишь распалила свирепый нрав, зверь приземлился, резко развернулся, свирепо уставился на него и оскалил зубы, сверкнувшие холодным блеском.

Цзяладэ не сводил глаз со свирепого зверя. Тигр испустил утробный рык и снова бросился на него. Цзяладэ резко взмыл высоко вверх, ступил носком ботинка прямо на голову зверя и изо всех сил оттолкнулся книзу. Прыжок зверя захлебнулся, он с глухим стуком рухнул на землю, а Цзяладэ, используя инерцию, сделал сальто назад и мимоходом полоснул кинжалом по боковой части шеи тигра, оставив глубокий порез. Зверь жалобно заскулил, и струя крови взметнулась высоко вверх.

К тому моменту Цзяладэ уже приземлился. Зверь с налитыми кровью глазами взмахнул лапой, пытаясь зацепить его, но Цзяладэ отбил удар правым кинжалом, а левым добавил хищнику новую рану. Неожиданно тигр хлестнул его своим хвостом, похожим на стальной кнут. Увернуться было некуда, удар пришелся прямо в поясницу, и Цзяладэ отлетел назад на несколько шагов, прежде чем удержать равновесие. В нем тоже вскипела ярость, и он впервые перешел в активное наступление. Сделав резкий выпад к правому боку тигра, он взнес левый клинок высоко вверх и со злостью вонзил его в кровоточащую рану на шее зверя, метя снизу слева. Используя силу толчка от вонзившегося клинка, он совершил сальто, вскочил на спину тигру, крепко зажав его бока ногами, и изо всех сил вогнал правый кинжал в звериную шею, слегка проворачивая лезвие. Тигр заходился истошными воплями, пытаясь сбросить седока, но все его попытки были тщетными. Цзяладэ выдернул правый кинжал и вновь вонзил его по самую рукоять. Брызги крови обагрили его бледное лицо, и он машинально провел кончиком языка по губам, испачканным звериной кровью. Тигр в последний раз судорожно дернулся и рухнул на землю.

Именно эту картину и застал подоспевший охотничий отряд. Огромный свирепый зверь повержен на траве, стройный орк сидит верхом на его туше, левый кинжал глубоко вонзен в шею тигра, а правая рука поднята — орк тыльной стороной ладони стирает кровь с губ. На бледном лице орка залегли загадочные фиолетовые узоры, а чужая кровь придала ему жутковатую, яркую красоту. Младший орк из отряда издал короткий испуганный возглас и испуганно зажал рот ладонью. Цзяладэ услышал шаги загодя: он поднялся на ноги, спрятал кинжалы и повернулся к прибывшим.

С… самочка? — ошеломленно выдохнул один из орков, уставившись на лицо Цзяладэ. Несколько молодых орков при виде его смазливой внешности густо покраснели. Цзяладэ молчал — вовсе не из-за высокомерия или непонимания, просто он был совершенно ошеломлен. Самочка? Это они о нем?

Предводитель отряда, мужчина средних лет, откашлялся и спросил: Приветствую, из какого ты племени и почему оказался в охотничьих угодьях нашего племени Цзяладэ? Зачарованные красотой юноши подростки тоже слегка изменились в лице.

Наконец вынырнув из пучины растерянных раздумий, Цзяладэ ответил: Я не знаю, к какому племени принадлежу. Мы с моим отцом всегда жили в пещере на окраине леса, но недавно он скончался. Перед смертью он завещал мне найти другое племя и примкнуть к нему. И еще: я не самочка. С этими словами Цзяладэ обернулся леопардом, и орки племени Цзяладэ остолбенели, увидев роскошного серебристо-белого зверя, спло J покрытого сверкающими драгоценностями и серебряными украшениями. Их челюсти буквально отвалились.

Они впервые в жизни видели, чтобы звериный облик так украшали, и уже отчетливо представляли себе, как эта чертовщина будет привлекать взгляды всех самочек вокруг. Сначала они думали, что это доступная для ухаживаний самочка, а в мгновение ока она обернулась вот таким слепящим глаза роскошным леопардом — просто досада берет.

Заметив фиолетовый кристалл на шее зверя, предводитель сузил глаза и проговорил: Так ты молодой самец из Леопардового клана! Не хочешь пойти с нами в наше племя? Серебристый леопард неподалеку вытянулся в струну и вновь обернулся изнеженным юношей в кожаных доспехах. Несколько взрослых орков тяжело вздохнули в душе: «Ну почему это самец?!» Цзяладэ изобразил нерешительность, помедлил секунду-другую и произнес: Ладно, я согласен. Цзяладэ подошел, ухватил тигра за лапу и с легкостью закинул тушу себе на плечо, после чего добавил: Больше мне брать с собой нечего, погнали!

Младшие орки, глядя на точеную фигуру Цзяладэ, никак не могли взять в толк, откуда в нем столько сил. Сглотнув слюну, они пристроились за предводителем. Тот шагал рядом с Цзяладэ, вводя его в курс дела насчет племени Цзяладэ и Города Саллот, а под конец обмолвился: Вообще-то мы сегодня вывели эту молодую шпану на тренировку по охоте, так что придется немного обождать с возвращением. Если тебе тяжело тащить этого тигра, можно попросить кого-нибудь помочь. Благодарю, дядька, для меня это пустяки.

Отряд орков покинул обагрённую звериной кровью поляну и двинулся к следующим угодьям. Младшие орки, воочию убедившись в боевых навыках Цзяладэ, изо всех сил надулись от усердия, надеясь тоже показать себя. Быть может, из-за того, что туша убитого тигра все еще излучала запах высокорангового свирепого зверя, им больше не встретилось никакой серьезной добычи: они подстрелили парочку страусиных птиц, сообща завалили рогатую свинюгу — и на этом завершили сегодняшнюю охотничью тренировку.

Вместе с охотниками Цзяладэ вышел к городским воротам Города Саллот. В мыслях он ликовал: «Наконец-то я вошел сюда с высоко поднятой головой!» Возвращение охотничьего отряда вызвало бурю восторгов — разумеется, из-за тигра на плече Цзяладэ. Мясо свирепого зверя помогало воинам укрепить силы и боевой дух, кости являлись ценнейшим лекарственным сырьем, а шкура славилась потрясающими согревающими свойствами! Сначала горожане шумели из-за трофея, но стоило им разглядеть тащившего его орку, как поднялась новая волна изумления: Несовершеннолетняя самочка? Откуда у нее такая силища?

Орков сразу препроводили в зал советов, где они сгрузили добычу. Тигра Цзяладэ не стали бросать в общую кучу: перед входом в город Кэвин уже объяснял ему, что добычу охотничьего отряда сначала показывают старосте или старейшинам, после чего половина уходит в общественную казну для неспособных трудиться стариков и сирот, оставшихся без родителей, а остальное делится между участниками охоты. Цзяладэ еще не вступил в племя официально, так что его добыча принадлежала исключительно ему.

Староста быстро распределил добычу, поручив ее обработку специальным людям, после чего подошел к Кэвину и Цзяладэ. Долгих лет старосте! — Кэвин отвесил легкий поклон и пояснил: Это бродячий несовершеннолетний орк, коих мы встретили в лесу, он из Леопардового клана. Цзяладэ вежливо кивнул, приветствуя собеседника, и перевел взгляд на мужчину перед собой. Староста племени Цзяладэ был уже в летах, с седыми волосами, но держался крепко и бодро. Староста посмотрел на Цзяладэ, и на его лице расцвела добрая улыбка: Малыш, я староста племени Цзяладэ, все зовут меня староста Цзякун. Впрочем, учитывая твой возраст, можешь звать меня дедушка Цзякун. Ныне между племенами царит мир, а наше племя Цзяладэ состоит из самых разных родов, у нас не принято чураться чужаков. Если хочешь присоединиться к нам, отправляйся со мной к целителю.

Цзяладэ почтительно ответил: Дедушка Цзякун, по дороге сюда я уже наслышался от ребят о племени Цзяладэ. Если община не побрезгует, я с радостью присошусь. Хорошо, хороший мальчик. Пошли, Кэвин, ты тоже с нами, навестим Ву Сяня. Шагая следом за старостой и Кэвином и по-прежнему неся на плече тигра, Цзяладэ направлялся к тому самому белому зданию, которое заприметил ранее. По пути встречные орки то и дело шептались, глядя на тушу зверя, а самые шустрые уже побежали к охотникам выспрашивать подробности.

Троица в сопровождении хвоста из зевак добралась до жилища целителя. Проворный гонец примчался сюда раньше, и целитель Ву Сянь уже поджидал их у крыльца. Опустив тигра на землю, Цзяладэ заговорил: Уважаемый Ву Сянь, меня зовут Цзяладэ, раньше я был бродячим орком. Сегодня на охоте я случайно встретил охотничий отряд и теперь хочу вступить в племя Цзяладэ. Этот тигр — моя сегодняшняя добыча, я хочу преподнести его в дар племени, чтобы его разделили среди тех, кто в этом нуждается. Ву Сянь был мужчиной в расцвете сил, одетым в просторные белые одежды; высок ростом, со спокойным, доброжелательным выражением лица. Его карие глаза мягко посмотрели на Цзяладэ: Добро пожаловать в племя, Цзяладэ. Благодарю за щедрость, но лучшим подарком для меня будет, если ты оставишь мне лишь звериные кости для лекарств. Ты только прибыл в племя, тебе многое нужно обустроить — можешь обменять шкуру и мясо на рынке у площади на всё необходимое. Верно, к какому роду принадлежит твое дитя? Мне нужно подыскать для тебя семью-покровителя.

Цзяладэ мягко улыбнулся, вызвав восхищенный шепот среди зрителей, и ответил: Благодарю за заботу о моих нуждах. Я из Леопардового клана, я самец! Подскажите, какие обязанности мне нужно выполнять, вступив в племя? Ву Сянь ласково усмехнулся: Маленький самец? Похоже, здешним парням придется погоревать. Цзяладэ смущенно поскрёб затылок. Ву Сянь продолжил: Дай-ка подумать... Семья Дунке — леопардовые орки, к тому же у них как раз есть юный самец твоего возраста. Пусть они станут твоей семьей-покровителем. Чуть позже Цзян Хуай проводит тебя выбрать пустой дом, пока поживешь там, а со временем сможешь попросить у племени участок и построить собственный дом. В эти дни осваивайся, а через три дня будет полнолуние, мы созовем общее собрание племени и официально объявим о твоем принятии. Можешь сходить к матушке Яньфан на рынок, пусть сошьет тебе красивую одежду. На собрании тебе также потребуется показать свой звериный облик, чтобы все познакомились с тобой. Кстати, сколько тебе лет? Цзяладэ внимательно выслушал и ответил: Взрослый, в этом году мне должно быть пятнадцать. Сам про себя Цзяладэ подумал: «Этому телу пятнадцать, а про свой собственный возраст лучше промолчать». О, так тебе до совершеннолетия еще целых пять лет. Дитя мое! Племя Цзяладэ приветствует тебя. По всем деталям можешь расспросить свою семью-покровителя. Ну что ж, тигра я забираю, как разделаю — пришлю всё обратно к тебе. Хорошо! Большое спасибо, уважаемый Ву Сянь.

Молодой орк по имени Цзян Хуай вышел из-за спины Ву Сяня и радушно пригласил Цзяладэ следовать за ним. Окружающие зеваки, услышав разговор с целителем, ошарашенно уставились на утонченного Цзяладэ — надо же, парень оказался мелким самцом! Впрочем, раз он теперь в их племени Цзяладэ, времени сблизиться предостаточно. Попрощавшись со старостой и целителем, Цзяладэ последовал за Цзян Хуаем выбирать жилье.

Цзяладэ присмотрел домик-паровую-булочку неподалеку от двора Дунке. Дом оказался небольшим, всего из трех комнат: гостиная, спальня и кладовая — вполне достаточно для одного. Жилище находилось недалеко от защитной стены и ручья, а за домом рос раскидистый платан, сейчас, осенью, выглядевший особенно живописно. Закончив с оформлением, Цзян Хуай показал Цзяладэ рынок, площадь, место для стирки одежды, место для разделки добычи и, наконец, привел к порогу дома Дунке.

Семья Дунке уже была в курсе новостей, и все четверо домашних ждали дома, чтобы познакомиться с новым членом общины. Уголки губ Цзяладэ тронула дружелюбная улыбка, и он направился навстречу тем, кто на ближайшие пять лет станет его самыми близкими людьми.

http://bllate.org/book/24827/2936695