Готовый перевод The Main God's Recycling Plan / Миссия Главного Бога: Перезагрузка реальности: Глава 13

Поэтому, когда Фан Чэн только переступил порог и первым делом увидел лицо главного директора, описать его чувство ужаса было просто невозможно. Он оцепенело поздоровался, а затем, с пакетом в руках, направился на кухню — как раз за тем, что просила купить по телефону Линь Си.

Бросая вороватые взгляды в сторону гостиной, Фан Чэн приблизился к Линь Си и тихонько спросил:

— С чего это президент Ци здесь?

Линь Си вытащил из пакета круглый предмет, положил на разделочную доску и начал нарезать соломкой, после чего на его лице появилась совершенно жуткая улыбка:

— Если бы не мысль о том, что зачищать последствия слишком хлопотно, я бы непременно вышвырнул его прямо за ворота.

Сегодня Линь Си тоже выглядел не вполне нормально. Фан Чэн всегда считал Линь Си человеком поистине безупречным: его мысли были продуманы до мелочей, а дальновидность планов далеко превосходила всё, на что был способен сам Фан Чэн. И тем не менее сегодня президент Ци ухитрился разозлить его до красноты в глазах (хотя на самом деле глаза покраснели от поцелуя).

— Так зачем в конце концов пожаловал президент Ци?

— Зачем? — повторил Линь Си последние слова, холодно хмыкнул и с размаху опустил кухонный нож на свиную кость. — Этот президент, судя по всему, когда выходил из дома, прищемил голову дверью — он заявил, что намерен ухаживать за мной.

Фан Чэн моргнул, а затем посмотрел на него взглядом, полным еще большего восхищения:

— Разве это не прекрасно! Даже президент Ци пал к вашим ногам! И пусть репутация у президента Ци в этом плане действительно так себе, да и любовниц у него полтора десятка... но за последние несколько месяцев президент Ци словно ушел в затворники и перестал шашни крутить с теми старлетками, так что, возможно, он и вправду влюбился в вас! Я же говорил: когда он тогда бросил вас, он явно стукнулся головой о дверь... Ох... Вкусно!

Чтобы заткнуть ему рот, Линь Си сунул ему куриную лапку, которую за пару дней до этого приготовил и убрал в холодильник:

— Раз вкусно, ешь побольше, хоть этот твой рот закроется. Разве ты сам раньше не говорил, что тебе особенно не хочется, чтобы я имел слишком много дел с Ци Чжоу? Чего это ты теперь выглядишь так, будто всеми силами жаждешь, чтобы мы были вместе?

Фан Чэн одной рукой держал куриную лапку, а другой хрустел огурцом, припасенным для вечернего салата, и возразил:

— Да как ты можешь не замечать, что после того удара ты сам целиком изменился? Раз уж теперь всё иначе, чем раньше, то и взгляды у меня вполне могут быть другими. Раньше я не любил, когда вы с президентом Ци сходились, потому что боялся, что ты пострадаешь и расклеишься, но теперь, если кто-то тебя не оценит, этот человек просто слепец!

Линь Си, выслушав его, нашел это донельзя забавным: если только Ци Чжоу не был связан с Главным Богом, он ни за что на свете не взглянул бы на этого человека. А если Ци Чжоу и впрямь имеет отношение к Главному Богу, тогда его будущие планы тоже придется немного скорректировать.

Фан Чэн изначально планировал перехватить у него улочку перед уходом, но, увидев в гостиной помрачневшего президента Ци, решил, что лучше все-таки вернуться домой и поесть доставку. Однако перед самым уходом Линь Си достал из холодильника две коробочки с куриными лапками и велел взять их с собой в качестве перекуса.

Фан Чэн, растроганный до слез, наконец-то неохотно удалился.

Когда Ци Чжоу пересел с дивана за обеденный стол и окинул взглядом выставленные блюда, его лицо стало чернее тучи.

Линь Си сделал вид, будто ничего не замечает, спокойно взял пиалу, положил еду и принялся за ужин. Заметив, что Ци Чжоу все еще стоит неподвижно, он с напускным недоумением спросил:

— Почему президент Ци не ест? Неужели блюда кажутся слишком простыми? Хотя это всего лишь домашняя еда, но я готовлю ее мастерски.

— Прекрасно, — прозвучало так, будто слово выдавили сквозь зубы. Ци Чжоу сел и уставился на стол: тушеная курица с луком и картофелем, жареная свинина с луком, кальмары на сковороде с луком... а также салат из лосося с луком. Единственным блюдом, где, судя по всему, не было лука, была зелень.

Опыт доказал, что Линь Си еще не потерял рассудок до такой степени, чтобы добавлять лук в зелень.

Любой, кому доводилось обедать вне дома с президентом Ци, знал: он никогда не заказывает блюда с луком, а если их все-таки принесут, не притронется к ним ни единой палочкой. Как-то раз ничего не знавшая старлетка положила ему в пиалу немного лука, так у президента Ци весь вечер был хуже некуда, и больше ее с собой на обеды он никогда не брал.

— Похоже... я не слишком... жалую лук, — произнес Ци Чжоу.

— О... — Линь Си крайне удивленно прикрыл рот рукой. — Я и не знал, что президент Ци не ест лук. В следующий раз я обязательно буду внимательнее и перестану его добавлять. В холодильнике больше никаких продуктов не осталось, так что уж извините, придется вам налечь на зелень.

Президент с окаменевшим лицом впервые в жизни был вынужден сесть на травяную диету, причем собеседник держался с такой естественностью, будто и вправду не ведал, что готовит целый стол лука человеку, который его на дух не переносит. Но разве станет кто-то в здравом уме использовать лук как главный ингредиент для семейного обеда?

Так что это определенно было сделано нарочно.

Ци Чжоу и сам понимал: то, что он силой поцеловал Линь Си, тот непременно запомнит, вот только он никак не ожидал, что возмездие настигнет его столь стремительно. Поужинав, Ци Чжоу не стал задерживаться и покинул квартиру Линь Си — весьма вероятно, ему предстояло поискать, где бы поесть второй раз за вечер.

А вот настроение у Линь Си сделалось превосходным. Созерцать физиономию Ци Чжоу, который страшно хотел вспылить, но был вынужден сдерживаться, доставляло чистейшее удовольствие, и от разыгравшегося аппетита он съел на целую пиалу больше.

На следующий день контракт на фильм «Юность, как огонь» ожидаемо был благополучно оформлен. Пусть Ци Чжоу и остался крайне недоволен вчерашним ужином-местью, поднимать шумиху из-за контракта он больше не стал. Помимо страсти к любовным похождениям, репутация и манеры президента Ци пользовались в кругах шоу-бизнеса высочайшей оценкой.

Стоило ему подумать об этом, как в прихожей раздался звонок в дверь. У Фан Чэня имелся собственный ключ, так что если кто и мог нагрянуть к нему в последнее время, кроме Ци Чжоу, вряд ли нашелся бы кто-то еще.

Распахнув дверь, Линь Си действительно увидел Ци Чжоу, стоявшего на пороге с огромным букетом источающих капли росы цветов — Голубая эхинацея. Линь Си приподнял бровь и протянул руки, принимая в объятия этот букет, почти целиком скрывавший человека за собой:

— А я уж думал, будут красные розы...

Ци Чжоу, шагнувший вслед за ним в прихожую, улыбался так, что улыбку эту было невозможно стереть с губ:

— Малыш, по сравнению со страстными красными розами, я считаю, что холодно-величавая Голубая эхинацея куда лучше подчеркивает твой темперамент.

В цветочной лавке Ци Чжоу сразу же отбросил идею с красными розами — дарить такие цветы Линь Си казалось чересчур пошлым. А заметив слегка отстраненную Голубую эхинацею, он против своей воли вспомнил это спокойное, сдержанное и вместе с тем исполненное упрямства лицо Линь Си.

Признаться, этот поступок Ци Чжоу все же сумел немного задобрить Линь Си: в сравнении с розами Голубая эхинацея и правда выглядела гораздо лучше. Ради такого букета Линь Си решил, что сегодняшний ужин послужит достойной компенсацией вчерашнему президенту Ци, принужденному поститься на траве.

Впрочем, до ужина оставалось еще немало времени. Напоив Ци Чжоу чаем, Линь Си устроился на диване и продолжил изучать сценарий. Ци Чжоу без лишних слов придвинулся ближе, закинул руку на спинку дивана позади Линь Си и подался к нему:

— Когда заезжаешь на съемочную площадку?

— В следующий четверг. — Линь Си ничуть не возражал против подобных собственнических жестов: сколько Ци Чжоу ни говори, тот все равно не послушает, тем более что реальных нарушений личных границ со стороны гостя не было.

Ци Чжоу прикинул даты в уме:

— Выходит, как раз на Новый год ты будешь на съемочной площадке?

Линь Си продолжал листать сценарий, словно новогодняя тема его ни капли не волновала:

— Я сирота. Даже если не на съемочной площадке, все равно проведу праздники дома в одиночестве, так что вместо того, чтобы слоняться без дела, лучше уж толково посниматься и заработать денег.

Даже при том, что Линь Си держался так, будто ему действительно было абсолютно всё равно, Ци Чжоу все равно испытывал к нему жгучую жалость. Сколько же ударов и лишений пришлось пережить этому человеку, чтобы выковать столь безупречный характер? Если подумать, в этом ведь наверняка была и его собственная «заслуга».

Именно поэтому он должен беречь и ценить это сокровище еще сильнее. И пусть столь сильная страсть к Линь Си нахлынула бурно и внезапно — впрочем, если подумать, не такая уж она и внезапная, всё-таки несколько месяцев вынашивалась, несколько месяцев воздержания понадобилось, чтобы во всем разобраться — господин президент заявил, что подобные детали его не волнуют. За двадцать семь лет его жизни даже тогдашняя Лян Юйцзяо не способна была произвести на него столь сокрушительное впечатление.

Линь Си понятия не имел, что мыслительные процессы сидящего рядом президента Ци уже успели сделать крутой поворот и навернуть добрых тридцать восемь витков. Ему просто показалось, что вокруг вдруг стало подозрительно тихо, и он, вопросительно подняв голову, бросил взгляд на соседа. От этого взгляда — полного такого пыла и нежного чувства — его едва не бросило в дрожь. Подавив странное внутреннее волнение, Линь Си решил, что в данный момент лучше всего промолчать.

Окутанные этим странным молчанием, они так и просидели рядышком битый час. Подстраиваясь под удобство президента Ци, Линь Си почти не менял положения и все это время читал сценарий. Пока они не двигались, это еще куда ни шло, но стоило шевельнуться, как во всем теле тут же отзвалась ломота и боль в пояснице.

небрежно отложив сценарий в сторону, Линь Си поднялся на ноги и сладко потянулся. Из-за этого движения руки его рубашка чуть задралась вверх, обнажая полоску тонкой талии. Сидящий рядом президент Ци счел это зрелище несказанно услаждающим взор, и в конце концов, не в силах сдержаться, встал, обхватил желанную талию рукой и, прежде чем партнер успел отпрянуть, припал к его губам.

Сперва Линь Си отчаянно сопротивлялся, но совладать с дикой, нечеловеческой силой этого парня не сумел и был вынужден покориться чужим объятиям. А пока продолжался поцелуй, бесстыдная рука президента Ци принялась вольготно блуждать вверх-вниз по линии талии, недвусмысленно намекая на продолжение.

Однако позволить ему добиться своего Линь Си, разумеется, не собирался, и самым решительным образом оттолкнул от себя нагнльца. Даже если этот поцелуй и заставлял его слегка потерять голову, это еще не значило, что он готов зайти куда-то дальше, да и вообще — этот мужчина что, дикий зверь? Чуть что — сразу возбуждаться, нельзя ли хоть немного себя контролировать?

Но президент Ци выглядел донельзя обиженным: любимый человек сидит рядом, разве может настоящий мужчина не испытывать влечения?

Линь Си гневно зыркнул на него:

— Президент Ци, у вас вообще есть хоть капля самоуважения ухажера? Неужели обязательно добавлять к трем моим условиям еще одно — пожалуйста, при любых обстоятельствах держитесь от меня на расстоянии не менее трех футов, иначе президент Ци не сможет вести себя тихо и не станет лезть ко мне с глупостями?

Поняв, что его выходка снова разозлила домашнего котенка, Ци Чжоу поднял руки в знак капитуляции:

— Ладно-ладно, обещаю, в следующий раз такого не повторится.

Но как Линь Си мог верить этому мужчине, который думает исключительно нижней частью тела? Его собственное хладнокровное и безмятежное душевное равновесие за эти несколько дней уже почти превратилось в полнейший хаос из-за подобных выходок.

На самом деле президент Ци вовсе не был так свободен, как пытался показать. Чем ближе к концу года, тем больше громогроздных дел наваливалось разом. Большие и маленькие вопросы требовали его личного одобрения, и временами ему нестерпимо хотелось запустить папкой с документами прямо в головы начальникам отделов:

— Все решения должны принимать я, тогда зачем вы вообще нужны?!

http://bllate.org/book/24819/2935950