Готовый перевод Bomb Disposal Elite / Элита разминирования: Взрывная перезагрузка: Глава 5

Это моя заявка, я знаю, что у вас идет набор в саперы.

Ты — солдат спецназа, даже если тебя отправят в Багдад, то только вместе с твоим отрядом! — командир роты был слегка разгневан. Чтобы вырастить спецназовца, требуется гораздо больше сил и ресурсов, чем на обычного солдата. К тому же результатами Шона за последние три месяца он был более чем доволен.

В саперном отряде действительно не хватает людей, их коэффициент потерь составляет двадцать два и три десятых процента, и это еще по самым скромным подсчетам. Но в саперах служат только элитные бойцы, среди них немало добровольцев из ЦРУ и лучших технарей с других баз.

Я уверен, что смогу пройти все испытания для саперов!

Ты идешь на верную смерть, используя те навыки, которым мы тебя научили! — командир отвернулся. Шон мог представить, что если бы тот встретился с ним взглядом, то наверняка прожег бы в нем две дыры.

Докладываю, сэр, мне нужно отправиться в Багдад, чтобы найти самого себя. Шон знал, что его слов никто не поймет, да он и сам не понимал, почему его так тянет вернуться в саперы. Сколько людей мечтают дожить до конца годичной ротации и живыми вернуться домой!

По-моему, тебе нужно обратиться в больницу, чтобы найти там свою голову. — Командир толкнул дверь кабинета и яростно вышел прочь.

Офицер по оценке посмотрел на Шона:

Ты действительно все решил? Если уверен в своем решении, я отправлю этот рапорт.

Да, я уверен.

Шон отдал честь и вернулся в казарму. У самого входа Джек наградил его тумаком. То ли из-за того, что тот часто сталкивался с Эндрю на тренировках, то ли еще почему, но его навыки рукопашного боя были одними из лучших в роте. Шон перехватил удар Джека и едва не вывихнул тому плечо.

Джек! Какого черта!

А почему не я? Мы же лучшие друзья, а ты собрался в этот чертов саперный отряд и даже не сказал мне! — Джек, казалось, только что о чем-то вспомнил и схватился за голову. — О боже, саперы! Ты еще в госпитале только о них и твердил! Ты и правда повредился рассудком! Мы — спецназовцы, у нас еще тысяча возможностей выполнять особые задания, а не прикрывать каких-то взрывотехников!

Джек, ты не понимаешь. Когда смерть совсем близко, зная, что за твоей спиной находится надежный человек, ты понимаешь, что умирать не так уж страшно.

Да! Я не понимаю! — Джек вздохнул и посмотрел в сторону. — Ты и правда совсем не похож на того Шона, которого я знал.

Шон тоже отвел взгляд, потому что понятия не имел, как объяснить Джеку, что он действительно больше не тот Шон.

Только не думай, что раз ты у нас в роте катируешься, то саперный отряд тебя сразу примет! Даже если ты пройдешь тесты по рукопашному бою и разведке, там есть и другие экзамены!

Глядя на лицо Джека, Шон понял, что тот постепенно остывает.

Спустя несколько дней Шон сдал письменный тест для саперов прямо в ротном кабинете. Экзаменатор отправил его ответы, и не успело пройти много времени, как пришел ответ: Шон покидает роту поддержки и отправляется на трехмесячную спецподготовку.

Уходя из кабинета, Шон снова встретил командира роты. Тот выглядел холодным и отстраненным.

Уже когда Шон почти отошел, командир обернулся и бросил в спину:

Смотри обязательно живым вернись в Штаты.

Эту фразу — будь он Шоном или Винсентом — кто-то уже говорил ему в прошлом.

Вернувшись в казарму, Шон обнаружил, что Джек с несколькими боевыми товарищами уже приготовили пиво и ждали его. Все они молчаливо решили не заводить разговор о том, насколько опасна служба в саперах, ведь на самом деле, если бы их собственный отряд отправился на задание, уровень опасности был бы ничуть не ниже.

На следующий день предстояли обычные тренировки, так что они выпили всего пару часов и разошлись, каждый со своей бутылкой покинув комнату Шона. Уходя, Джек похлопал его по плечу:

Не думал, что ты и правда сдашь этот экзамен.

Шон кивнул. Он и сам не ожидал, что больше половины вопросов на тестах совпадут с теми, что были у Винсента перед поступлением в саперы.

Как раз в тот момент, когда Шон прибирал на столе, Эндрю приоткрыл полузакрытую дверь и вошел внутрь.

Шон взглянул на наручные часы и с улыбкой произнес:

Сержант, до отбоя осталось четырнадцать минут.

Я знаю. — Эндрю присел на кровать Шона, наблюдая за тем, как тот убирает со стола. — Шон, на следующей неделе меня переводят в передовой отряд, возможно, отправят в Афганистан.

А Багдад возможен? — Шон обернулся с улыбкой. С талантами Эндрю было бы странно, если бы он вечно оставался в силах поддержки.

Может быть. — Этот голос прозвучал совсем близко от Шона, и он едва рефлекторно не двинул локтем в ответ, но Эндрю лишь прижался губами к его уху: — Расслабься, Шон, расслабься.

От Эндрю повеяло табачным ароматом, и натянутые нервы Шона постепенно отпустило.

Тебе не следует подкрадываться к спецназовцу со спины.

Но мужчинам нравится обнимать со спины тех, кто им дорог, наслаждаясь их удивлением и легкой дрожью в теле. — У Эндрю была неторопливая, размеренная речь, очень подходящая для профессора истории европейской литературы.

От этих слов сердце Шона забилось с необъяснимой частотой.

Прости, Эндрю.

За что прости? За то, что ты не настроен так же, как я? — Эндрю улыбнулся, повернул лицо Шона к себе и легко коснулся губами его брови. В этом не было ни капли похоти, но отпечаток оставался в душе еще очень долго.

Он толкнул дверь и вышел, а Шон шумно выдохнул.

Ты просто любишь Шона Эвиса, жаль только, что я — не он.

Несколько дней спустя Шон собрал вещи и направился на тренировочную базу саперов. Здесь его результаты неожиданно оказались блестящими, и даже инструктор шутил: Сержант Эвис, у меня такое чувство, будто ты уже давным-давно знаком со своими обязанностями.

Спустя три месяца он поднялся на борт военно-транспортного самолета, направляющегося в Багдад.

Когда створки грузового люка отворились, внутрь хлынул раскаленный воздух Багдада.

Солдаты один за другим спустились по трапу. У самолета стоял армейский внедорожник, и сидевший внутри сержант, размахивая фуражкой, завопил:

Эй, парни! Кто из вас Шон Эвис?

От этого голоса сердце Шона пропустило удар. Снейп. Он до сих пор помнил, как Снейп склонился над ним, зажимая кровоточащую рану на шее и отчаянно крича, — только теперь он наконец понял, что именно тогда кричал Снейп.

Эй! Держись! Нам еще сегодня вечером пиво вместе пить!

Глаза отчаянно защипало.

Расписавшись у дежурного офицера, Шон направился к тому самому внедорожнику.

Я Шон Эвис.

Добро пожаловать в багдадский лагерь смерти! — Снейп с улыбкой распахнул дверь, приглашая его забраться внутрь. — Я отвезу тебя в лагерь, сегодня только у нашей группы перерыв от заданий.

Шон подавил учащенное сердцебиение:

Скажи, я попал в твое отделение?

Нет. Несколько дней назад у группы Хокинса подорвался на мине сапер, тебя отправляют занять его место. — Улыбка Снейпа по-прежнему оставалась открытой и широкой. Машина проезжала по улицам багдадского пригорода: кругом царил беспорядок, мимо проносились патрульные машины.

Бестолковые сопляки играли прямо у дороги, женщины в черных паранджах шли под палящим солнцем, мужчины — кто занимался мелкой торговлей, а кто прислонился к стене, оживленно о чем-то споря.

Поднимаемая колесами пыль скрывала невидимую для глаз опасность.

Или, возможно, здесь все уже привыкли к тому, что смерть приходит внезапно.

Где-то вдалеке то и дело раздавались одиночные выстрелы, время от времени доносились глухие взрывы.

Слышал, тебя перевели сюда из спецназа. — Снейп говорил с Шоном, не сводя глаз с дороги. — Зачем понадобилось идти в саперы? Спецназ тоже отправляют сюда на поддержание мира, так что тебе не обязательно было...

Я пришел кое-что найти.

О, я уверен, что ты не похож на тех сопливых добровольцев с университетскими дипломами, которые прутся сюда искать идеалы юности и строить всемирный мир... Знаешь, после громкого бац от этих романтиков порой даже тел собрать не могут.

Много раз такое видел? — спросив это, Шон тут же пожалел о сказанном.

Достаточно. Но это ничто по сравнению с тем, когда твоего собственного товарища расстреливают прямо у тебя на глазах. — Снейп бросил на Шона косой взгляд и чиркающим движением провел по собственной шее: — Ему угодили прямо в артерию, сразу после того как он вычислил того, кто управлял бомбой.

По крайней мере, он выполнил свое задание.

Если честно, я его терпеть не мог. В двадцать восемь лет уже две магистерские степени, поговаривали, что если он вернется живым, то сразу получит младшего лейтенанта, засядет на авиабазе защищать докторскую, займется какими-нибудь исследованиями, а там глядишь и до полковника с генералом дослужится.

Ты и сейчас его не любишь? — В этот момент Шон словно нашел в словах Снейпа доказательство того, что Винсент действительно существовал. Ему вдруг ужасно захотелось узнать больше, увидеть себя глазами других людей.

Нет, думаю, я им восхищался. Многие технари, особенно эти университетские выпускники, попадая в Багдад, при первом же крушении идеалов начинают паниковать и сходить с ума, но... Винсент был другим. Он принял всё до капли. Если он чего-то не знал или не умел, то упорно садился за учебу. Он отличный парень, упрямый и настоящий мужчина! — Снейп посмотрел на Шона, на секунду замолчал и ударил себя кулаком в грудь: — Он мой брат!

Шон шумно вдохнул воздух:

Ты тоже его брат.

Снейп улыбнулся, и машина остановилась перед американской базой.

Эй, а ты что-нибудь знаешь о Хокинсе?

Шон подхватил вещмешок и выпрыгнул наружу:

Не особо, но слышал о его репутации. Говорят, он лучший сапер в Багдаде по проценту обезвреженных бомб.

А еще у него сквернейший характер на всей базе. — Снейп скривил губы. — Вечно с такой миной, будто от одного его взгляда в этом пекле можно заледенеть до абсолютного нуля. Конечно, он не разучился улыбаться совсем, но если он вдруг ухмыльнется — береги свою шкуру. И еще, выражения он выбирает редко, так что не принимай близко к сердцу — здесь сохранить собственную жизнь важнее всего на свете.

Спасибо, что предупредил. — Шон хлопнул ладонью по борту машины и повернулся.

Шагая между рядами одноэтажных построек, Шон подошел к двери комнаты командира своего отделения — Хейвена Хокинса. Глубоко вздохнув, он постучал.

Докладываю! Сержант Шон Эвис.

Войдите. — Голос из-за двери прозвучал коротко и холодно, в нем чувствовалась рука жесткого, собранного человека.

Шон повернул ручку. Внутри царил полумрак, если не считать полосы яркого света, пробивавшейся из коридора.

На кровати, не спеша поднимаясь, сидел человек, прислонившись спиной к стене. Он принял вальяжную позу: одна длинная, мускулистая нога была обнажена до колена, рука упиралась в простыню, а голова была чуть склонена набок, когда он с абсолютным равнодушием уставился на Шона.

http://bllate.org/book/24815/2935652