Готовый перевод The Reborn Wife's Discerning Eye / Узнать тебя среди пепла: Загадка потерянной памяти: Глава 21

Глава 20. Кризис

Цинь Минхуэй никогда бы не подумал, что после более чем тридцати лет проживания чужой жизнью под именем Цинь Юэвэня, когда его карьера и любовь потерпели полное крушение, у него появится шанс начать всё сначала. Мало того, что он вернулся на пять лет в прошлое, так он ещё и прямиком переродился в теле своего двоюродного брата Цинь Минхуэя — того самого кузена, которому он всю жизнь люто завидовал и которого ненавидел.

Он осторожно сплетал паутину лжи, наблюдая, как Ло Кайянь с трепетным восторгом тянется к нему. Он видел, как выдающийся, сдержанный и надёжный Шао Ян выкладывается ради него изо всех сил. А хитроумный третий дядя и вечно смотрящая на всех свысока третья тётя были с ним приветливы и окружили искренней заботой, ни на секунду не усомнившись в его подлинности. Цинь Минхуэй был почти до слёз благодарен судьбе за этот дар. Если бы Шэнь И внезапно не вернулся и не заявился в больницу, он бы уже почти забыл о том, что всё обретённое благодаря этому телу в любой момент могут отобрать.

Происхождение и связи Шэнь И были далеко не заурядными. Опасаясь возможных осложнений, Цинь Минхуэй тогда не последовал требованию Ван Синь просто бросить Шэнь И. Он и помыслить не мог, что эта осторожность и осмотрительность помогут ему избежать крупнейшего кризиса с момента перерождения. Если бы Цинь Юэвэнь на глазах у Ло Кайяня не проявил к Шэнь И столько заботы и внимания и не пошёл бы на разрыв с самим Ло Кайянем, Минхуэй так бы и не узнал, что в теле, которым он завладел, давным-давно находился не прежний он, а его заклятый враг всей жизни — старший кузен.

— Большой кузен, на самом деле так даже лучше, что всё вскрылось. Как ни крути, мы ведь не враги, верно? — Цинь Минхуэй сгрёб остатки былого самодовольства, бросил взгляд на молчаливого Цинь Юэвэня и с предельно открытым видом произнёс: — По крайней мере, я люблю только Кайяня, а для тебя и Шэнь И это будет к лучшему.

Цинь Минхуэй прекрасно понимал: сколько бы бравады ни звучало в его словах, единственное, на чём он держался — это опасения Цинь Юэвэня навредить Шэнь И. Стоило тому махнуть на всё рукой и выложить правду, как его истинная личность могла вмиг раскрыться. Он не мог позволить себе рискнуть и разозлить Цинь Юэвэня, а потому ни за что не стал бы переходить чужие границы. Именно поэтому он искренне желал, чтобы Цинь Юэвэнь как можно скорее добился Шэнь И. Что же до того, примут ли Шэнь И дед с родителями — это уже выходило за рамки его возможностей, но свою долю искренности он продемонстрировал сполна.

Цинь Юэвэнь чуть повернулся в кресле и бросил взгляд на стоявшую на письменном столе непринужденную и элегантную фотографию Шэнь И. Его совершенно не волновал статус старшего внука семьи Цинь, тем более что он вовсе не собирался ради наследства Корпорации Цинь жениться и заводить детей. Единственным, за кого он переживал, был Шэнь И.

Задержав взгляд на левой руке Шэнь И, где на фотографии красовалось обручальное кольцо, Цинь Юэвэнь помрачнел. Вернувшись вчера в Сучжоу, он сразу заметил, что и Цинь Минхуэй, и Шэнь И сняли кольца.

— Верни мне кольцо!

— И не подумаю! — отрезал Цинь Минхуэй. Его тело напряглось, а взгляд стал настороженным и колючим, когда он уставился на Цинь Юэвэня. Им с Шэнь И всё равно предстояло официально расстаться, и тогда пришлось бы как-то объяснять пропажу колец. Он вовсе не собирался раскрывать свою настоящую личность, потому что не мог позволить себе ставить на кон реакцию Ло Кайяня.

Цинь Юэвэнь на мгновение замер, но тут же сообразил, чего именно опасается Цинь Минхуэй. Не сдержав лёгкой усмешки, он безжалостно разбил иллюзии кузена:

— Ты что, и вправду думаешь, будто сможешь вечно водить Шэнь И за нос?

Если бы его не было в живых, Цинь Минхуэй, заняв его тело, мог бы под предлогом амнезии порвать с Шэнь И, и тот, возможно, ничего бы не заподозрил. Но раз уж он сам жив и вовсе не собирался отказываться от этих чувств, Шэнь И рано или поздно всё узнал бы. Поведение Цинь Минхуэя было чистой воды самообманом.

Лицо Цинь Минхуэя окаменело — очевидно, он тоже додумался до этого, и в его душе внезапно всколыхнулась волна свирепой ярости. С момента перерождения больше всего на свете он боялся разоблачения. Разумеется, он прекрасно понимал, что единственным человеком, способным сорвать с него маску, был Шэнь И, а потому изо всех сил старался держаться от него подальше, не привлекая внимания. Пытаясь заставить Цинь Юэвэня преследовать Шэнь И, он надеялся полностью переключить внимание последнего. Кто же знал, что если Цинь Юэвэнь добьётся своего, Шэнь И в процессе их совместной жизни рано или поздно заметит неладное.

— Советую тебе даже не думать о каких-либо опасных глупостях! — с мрачным выражением лица предостерёг его Цинь Юэвэнь. Если бы он не боялся, что Цинь Минхуэй и Ло Кайянь навредят Шэнь И, ни за что не стал бы раскрывать перед кузеном свою личность.

— Да как ты мог подумать?! — рефлекторно открестился Цинь Минхуэй, чувствуя, как в груди бешено колотится сердце. Он и не предполагал, что Цинь Юэвэнь окажется настолько проницательным. К тому же, даже если в самом начале у него и проскальзывали подобные мысли, теперь, когда он знал, что Цинь Юэвэнь жив, у него просто не хватило бы на это духу. Разве что он сумел бы разом избавиться и от Цинь Юэвэня, и от Шэнь И. Но это было практически невыполнимо: он боролся с Цинь Юэвэнем больше десяти лет, и даже тогда, когда дед задвинул того на задний план из-за Шэнь И, он всё равно не смог одержать верх над этим двоюродным братом.

Цинь Юэвэнь холодно хмыкнул. Разумеется, он ни капли не верил оправданиям Цинь Минхуэя: он слишком хорошо знал, как ведёт себя человек, заполучивший желанное сокровище и панически боящийся потерять его хотя бы на йоту. Он бы ни за что не стал рисковать. Разве что его убедили бы в том, что даже после устранения всех угроз он всё равно потеряет того, кто ему дороже всего.

— Мне плевать, что у тебя на уме, я просто предупреждаю.

Взгляд, которым Цинь Юэвэнь пронзил глаза Цинь Минхуэя, источал пугающий, леденящий холодок, а тихий голос, прозвучавший в небольшом кабинете, обрушился на голову Цинь Минхуэя подобно удару грома.

— Ты ведь должен знать: происхождение и связи Шэнь И вовсе не так просты, какими кажутся на первый взгляд. Даже после двух лет разлуки с семьей он остается единственным наследником Шэньши Интернешнл, и если кто-то посмеет причинить ему вред, этого человека отыщут, хоть землю носом рой. Что же касается меня... какими бы тайными делами ты ни занимался, стоит тебе пролить чью-то кровь, неужели ты и вправду думаешь, будто дед с радостью преподнесёт тебе Корпорацию Цинь на блюдечке?

От слов Цинь Юэвэня у Цинь Минхуэя по всему телу побежали мурашки. Если секунду назад он ещё сожалел о невозможности избавиться от Шэнь И и Цинь Юэвэня, то теперь был готов буквально молиться на Шэнь И. О семье Шэнь И он знал гораздо больше, чем сам Цинь Юэвэнь: что вообще такое Шэньши Интернешнл? Настоящей, по-настоящему жуткой силой был отец Шэнь И — Гу Лимин.

— Большой кузен, ну конечно же я это понимаю, так что тебе правда не о чем беспокоиться! — отчеканил Цинь Минхуэй, заверяя его со всей решимостью. Из-за охватившего его страха он даже невольно выдал то, насколько хорошо осведомлен о семейном бэкграунде Шэнь И.

Цинь Юэвэнь с бесстрастным видом кивнул, утвердившись в своих догадках относительно личности стоящего перед ним кузена.

— Так-то лучше.

Цинь Юэвэнь слегка улыбнулся и тут же великодушно подкинул Цинь Минхуэю успокоительное:

— Для Шэнь И разоблачать тебя нет никакого резона — сплошная головная боль, так что можешь даже не переживать по этому поводу.

Поразмыслив над этим, Цинь Минхуэй немного расслабился, и его натянутые нервы чуть отпустило. Он ведь совсем забыл: Шэнь И и Ло Кайянь — заклятые соперники, любовные конкуренты. Ло Кайянь в своё время изрядно потрепал Шэнь И нервы. Если бы Шэнь И не знал правды — ладно, но узнай он её, пожалуй, ещё и порадовался бы, что Ло Кайянь не раскусил истинное положение дел.

Наконец, успокоив себя этими мыслями, Цинь Минхуэй искренне попросил Цинь Юэвэня хранить секрет, договорился вернуть кольцо на следующий день и удалился, прихватив с собой бутылочку Лафит 1982 года.

Цинь Юэвэнь с бесстрастным лицом проводил взглядом уходящего Цинь Минхуэя, но настроение у него было из рук вон плохим. Он прекрасно понимал, что Цинь Минхуэй вовсе не намерен окончательно оставлять мысли о том, чтобы вырезать проблему с корнем: никто в здравом уме не сможет спать спокойно, когда его главный рычаг давления находится в руках у соперника, — просто этот сукин сын пока ещё не нашёл идеального способа всё обставить.

Чем больше он думал об этом, тем сильнее раздражался. Походив кругами по комнате, Цинь Юэвэнь решительно схватил ключи от машины и вышел из дома. Бесцельно помотавшись по улицам, он наконец припарковал автомобиль на обочине, опустил стекло и закурил. Глядя на то, как сизый дым медленно поднимается кверху и рассеивается, Цинь Юэвэнь постепенно успокоился.

Цинь Минхуэй был абсолютно прав: он сам до смерти боялся открыться Шэнь И напрямик. И дело было уже не в прошлых сомнениях и страхах перед трудностями. Просто за последнее время он так часто проявлял перед Шэнь И странности и делал всевозможные намёки, а привычки Шэнь И, его любимые блюда, спрятанные документы на недвижимость, о которых никто не знал... Шэнь И неизменно списывал всё это на то, что кузен тайком копал под него ради захвата Корпорации Цинь. И даже когда Цинь Минхуэй облажался со всеми этими тортами и пирожными, Шэнь И сам же нашёл ему вполне логичное и благовидное оправдание.

Похоже, пока Цинь Минхуэй не совершит чего-то из ряда вон выходящего, напрочь перечеркивающего всю его прежнюю натуру, Шэнь И вряд ли заподозрит нечто мистическое. А если он сунется с признанием сгоряча — поверит ли Шэнь И? И если нет, то узнай об этом Цинь Минхуэй и Ло Кайянь, они ведь могут натворить безумных дел.

— Юэвэнь? Ты что здесь делаешь?

Знакомый низкий голос прервал ход мыслей Цинь Юэвэня. Собравшись с духом, он поднял голову и увидел стоящего перед ним Шао Яна в строгом костюме и с галстуком.

— Шао Ян, ты какими судьбами здесь? — Цинь Юэвэнь с равнодушным видом затушил окурок и спокойно посмотрел на него, хотя в глубине души шевельнулась глухая злость.

Больше всего на свете Цинь Юэвэнь сожалел о том, что, примчавшись в Пинчжоу, он поддался эмоциям из-за скрытой личной жизни Шэнь И и досадной ошибки с человеком, безвозвратно упустив лучший момент для воссоединения. Естественно, теперь он переносил часть своего гнева на Шао Яна, который всё это время помогал Цинь Минхуэю скрывать новости о Шэнь И и снабжал его всевозможной информацией.

Здесь? С легкой иронией подумал Шао Ян. С каких это пор этот район стал для Цинь Юэвэня собственным двором?

— Я просто заезжал к Шэнь И по поручению Минхуэя, забрать кое-какие забытые им вещи, чтобы завтра захватить с собой в офис, — невозмутимо пояснил Шао Ян. То, что Цинь Юэвэнь проигнорировал его собственный вопрос, его ничуть не задело — в конце концов, это была всего лишь дежурная фраза для начала беседы.

Цинь Юэвэнь на секунду завис, окинул взглядом окрестности и только тут сообразил, что его машина припаркована прямо под окнами дома в Ланьцзин Хуаюань, где жил Шэнь И. Подняв голову, он заметил, что окно квартиры на шестом этаже распахнуто настежь. Он внезапно перевёл взгляд на Шао Яна и спросил:

— Ты уже спустился или только собираешься подняться?

— Спустился, — коротко ответил Шао Ян, в чьих глазах мелькнуло странное выражение. Поднимаясь наверх, он уже видел этот белый порш кайен — любимую тачку Цинь Юэвэня, — и если бы не знал чётко, чья это машина, точно решил бы, что обознался. Шао Ян никак не ожидал, что у этих двоюродных братьев даже привычка курить до жути похожа. Он только что вскользь упомянул об этом в разговоре с Шэнь И, и тот даже не стал возражать — судя по всему, кузены в некоторых вещах действительно были как две капли воды. Вот только оставалось надеяться, что вкусы на женщин у них не совпадали.

Возможно, со стороны виднее: несмотря на то, что из слов Цинь Минхуэя и Ло Кайяня следовало, будто молодой господин Цинь Юэвэнь сохнет по Ло Кайяню, в тот день в старосемейной усадьбе Цинь он собственными глазами видел совсем другое. То, как Третий господин смотрел на Шэнь И, и то, как держался рядом с ним, красноречиво доказывало: Цинь Юэвэнь дорожит Шэнь И и ставит его превыше всего. Такое отношение явно не вяжется с корыстным использованием человека.

Цинь Юэвэнь неплохо знал Шао Яна и с одного взгляда раскусил его замешательство. Помолчав немного, он вдруг прямо спросил:

— После того как Минхуэй пришёл в себя, как там всё разрулили на стороне Пекина?

Вопросы, которые Шэнь И задавал в ресторане, не оставляли сомнений: он уже знал о поездке Цинь Юэвэня в Пекин, причём был в курсе даже целей этой поездки. Значит, Шэнь И поддерживал связь с кем-то в столице и подозревал, что информацию слил именно Цинь Юэвэнь. И хотя так оно и было на самом деле, нынешний владелец этого тела, пусть и приходился ему двоюродным братом, вряд ли являлся тем человеком, с которым он бок о бок прожил больше двадцати лет.

— Понятия не имею, Минхуэй тогда ездил исключительно ради встречи с потенциальными клиентами, до контактов там ещё далеко! — Шао Ян вздрогнул и рефлекторно соврал.

Хотя он был личным помощником Цинь Минхуэя и пользовался полным доверием, он ни черта не знал о реальных причинах и целях поездки шефа в Пекин — ему лишь бросили дежурную отговорку про расширение деловых связей. Зачем Цинь Юэвэнь спрашивает об этом? Неужели он собрался лезть в дела связей семьи Цинь со столицей?

Лицо Цинь Юэвэня слегка изменилось. Если он и нынешний «Цинь Минхуэй» просто поменялись телами, то почему этот новоявленный Цинь Минхуэй ни капли не интересуется итогами той ловушки, в которую его заманили в Пекин? Разве что он с самого начала обо всём знал.

Кузен из будущего? Цинь Юэвэнь судорожно втянул воздух, не чувствуя ни малейшего облегчения от того, что подозрения подтвердились. Судя по поведению Цинь Минхуэя, его зацикленность на Ло Кайяне и Корпорации Цинь была куда глубже — судя по всему, в том самом будущем его двоюродный брат с треском проиграл ему. А раз так, любая потенциальная угроза сейчас подлежит немедленному уничтожению, верно?

С балкона шестого этажа Шэнь И холодным, отрешённым взглядом смотрел на то, как две машины одна за другой уезжают со двора. Скупо скривив губы в ледяной усмешке, он набрал номер, по которому не звонил уже очень давно.

— Ань Шэн, выручай. Мне нужны все досье и подробные данные на Цинь Юэвэня.

http://bllate.org/book/24807/2934665

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь