Готовый перевод The Reborn Wife's Discerning Eye / Узнать тебя среди пепла: Загадка потерянной памяти: Глава 8

Шэнь И уж точно не станет его слушать! Услышав в трубке короткие губки сброшенного вызова, Цинь Юэвэнь с уверенностью подумал об этом, невольно с гневом поднялся с места и, словно загнанный зверь, заходил туда-сюда по комнате, пока наконец подавленно не рухнул обратно на диван у журнального столика.

Вскоре в комнате вновь зазвучала фортепианная мелодия «Свадьба мечты», и острый взгляд Цинь Юэвэня устремился на брошенный им на журнальный столик телефон — на экране ярко горели и переливались два символа: «Кайянь». Помедлив, он всё же принял вызов.

— Юэ Вэнь, прости, ты сердишься? Я правда не хотел тебя в чём-то подозревать. Просто ты вчера приехал в Пинчжоу, а Шэнь И сегодня уже вернулся и ещё так тихо и незаметно отыскал больницу, это ведь такое невероятное совпадение… — на том конце провода голос Ло Кайяня звучал торопливо и обиженно.

Прежняя раздражительность Цинь Юэвэня мигом испарилась; он неторопливо откинулся на спинку дивана и стал молча слушать чужие оправдания. Всего пару минут назад он получил от Ло Кайяня звонок: тот сходу обрушил на него шквал гнева, обвиняя в том, что он выдал информацию Шэнь И. Если вдуматься, по времени и правда сходилось, особенно если Шэнь И по пути из аэропорта в Сучжоу заехал в больницу.

— Это действительно я ему сказал, — внезапно холодно произрëс Цинь Юэвэнь, обрывая оправдания Ло Кайяня.

— Ты… как ты мог?! — Ло Кайянь резко повысил голос, но, сообразив что-то, тут же сбавил тон. — Я знаю, что тебе это неприятно, но, Юэ Вэнь, я ведь искренне люблю Минхуэя. Ты же столько лет об этом знал, разве нет?

В глазах Цинь Юэвэня мелькнул огонек, и он заговорил чуть мягче:

— Старший двоюродный брат любит Шэнь И. Если мне не изменяет память, они уже решили съездить за границу и зарегистрировать брак.

Ло Кайянь испытал сильнейший шок, его голос стал низким и зловещим:

— Ты тоже в курсе! Неудивительно, что Шэнь И заявил, будто он — жених Минхуэя…

— Кхе-кхе-кхе, — Цинь Юэвэнь зашлся в кашле, его красивое лицо густо покраснело. Он явно никак не ожидал, что Шэнь И, узнав о потере памяти у Цинь Минхуэя, представится именно так.

— Юэ Вэнь, ты в порядке?

— Всё хорошо. — Цинь Юэвэнь успокоился, на его лице застыла полуулыбка, и он с притворной заботой осведомился: — И каковы же теперь планы старшего кузена?

— Минхуэй лишь сказал, что не собирается от него прятаться! Но я ни за что не позволю Шэнь И снова висеть у него на шее! — сквозь зубы процедил Ло Кайянь. Если бы не сдерживало то, что Цинь Юэвэнь всегда заботился о нём лучше всех, он бы, пожалуй, уже сорвался.

Не будь Цинь Юэвэня, он бы сейчас полностью оградил Шэнь И от общения, и уж точно не позволил бы им встретиться. Ло Кайянь прекрасно понимал: Цинь Минхуэй с самого детства обладал твердым характером и никому не позволял лезть в свои личные дела. Пусть после потери памяти тот и не помнил своих чувств к Шэнь И, но бегать от него он тоже не станет — а значит, в дальнейших действиях против Шэнь И придется соблюдать крайнюю осторожность.

Цинь Юэвэнь на мгновение замер, отчетливо понимая: на этот раз поездка Шэнь И принесла свои плоды. По крайней мере, Цинь Минхуэй больше не был настроен так решительно, как в первые дни после пробуждения — видимо, Шэнь И задел его за живое. Похоже, он и вправду недооценил Шэнь И.

— Ну а как же твои слова о том, что ты выбросишь личные вещи Шэнь И из Ланьцзин Хуаюаня? Старший брат из-за этого не рассердится? — в глазах Цинь Юэвэня мелькнул зловещий холодок, и он чеканил каждое слово. При мысли о недоверии Шэнь И пальцы, сжимавшие телефон, побелели от напряжения, а на тыльной стороне ладони вздулись вены.

— Конечно нет! — с уверенностью повысил голос Ло Кайянь, внезапно приняв твердое решение. Сладкая надежда на то, что его многолетняя безответная страсть наконец принесет плоды, заставила его отчаянно захотеть излить душу хоть кому-нибудь, особенно Цинь Юэвэню. Если удастся заручиться его поддержкой, преград между ним и Цинь Минхуэем станет гораздо меньше — по крайней мере, Цинь Юэвэнь больше не станет помогать Шэнь И отнимать у него Минхуэя.

— Юэ Вэнь, я знаю, что ты поделился информацией с Шэнь И просто потому, что Минхуэй не любит меня. Но сейчас всё иначе, Юэ Вэнь. Эти дни я действительно чувствую перемены в Минхуэе. То, как он смотрит на меня… точно так же, как ты, так же… — под конец голос Ло Кайяня стал совсем неразборчивым.

Любит Ло Кайяня?

— Да как такое возможно?! — вырвалось у Цинь Юэвэня, лицо которого исказилось так, будто в него ударила молния. К счастью, никто этого не видел, иначе те посторонние, что привыкли считать Цинь Юэвэня воплощением мягкости и благородства, непременно испытали бы сильнейший шок при виде столь олухоподобного выражения.

Лицо же Ло Кайяня в тот же миг потемнело. Он с детства отличался избалованным и своенравным нравом, уступая лишь предмету своей многолетней страсти — Цинь Минхуэю. Теперь же амнезия Минхуэя была его единственным шансом заставить того полюбить его, и получить в такой момент ушат холодной воды — даже от человека, всегда неизменно стоявшего на его стороне, — было невыносимо; ему так и хотелось впиться зубами в обидчика.

— Юэ Вэнь, веришь ты или нет, но я говорю чистую правду. Даже Шао Ян заметил это. Иначе с чего бы ему, как бы сильно он ни ненавидел Шэнь И, не проронить ни слова наружу, не говоря уже о том, чтобы помочь мне спокойно пройти в Ланьцзин Хуаюань? — выпалком договорил Ло Кайянь. Заметив через окно, что Цинь Минхуэй и Шао Ян смотрят на него, он наконец вспомнил, зачем звонил, глубоко вздохнул и смягчил голос: — Юэ Вэнь, в любом случае, когда ты вернешься, сам всё увидишь. Ладно, давай не будем об этом. Как у тебя дела в Пинчжоу? Вообще-то в эту командировку должен был ехать Минхуэй, прости, что тебе пришлось отдуваться.

— Кайянь, что ты говоришь? Разве для активов моего клана Цинь есть хоть какая-то разница, кто именно едет в командировку? — в глазах Цинь Юэвэня горел пугающий ледяной блеск, но голос оставался неизменно мягким.

Ло Кайянь нахмурился и зашагал взад-вперед по больничному коридору. Судя по всему, Цинь Юэвэнь был недоволен, иначе он бы уже давно выложил ему всё до мельчайших подробностей о поездке в Пинчжоу. Поразмыслив, он тихо извинился:

— Прости, я сказал глупость. Ты же знаешь, я ужасно запаниковал, когда сегодня Шэнь И вдруг вернулся…

— Я не сержусь! — мягко прервал Ло Кайяня Цинь Юэвэнь. Тяжело вздохнув, он глухо добавил: — Поездка в Пинчжоу и вправду заменяет командировку кузена Минхуэя, но я со всем справлюсь, передай ему, пусть не переживает.

Не дожидаясь ответа от Ло Кайяня, Цинь Юэвэнь сбросил вызов.

Ло Кайянь с досадой опустил телефон и, толкнув дверь, вошел в больничную палату.

— Ну что там, у Юэ Вэня в Пинчжоу какие-то проблемы? — с тревожным видом спросил Цинь Минхуэй.

Ло Кайянь покачал головой и мрачно ответил:

— Юэ Вэнь ничего не сказал. Но он сильно расстроен, хотя и пообещал, что со всем справится, велел тебе не переживать.

Цинь Минхуэй замер, однако Шао Ян быстро сориентировался.

— Минхуэй, Третий молодой господин… пожалуй, просто не хочет, чтобы мы в это вмешивались. — Шао Ян на секунду умолк и, перехватив всё еще растерянный взгляд Цинь Минхуэя, сбивчиво пояснил: — К тому же эту поездку ему поручил старейшина Цинь, а способности у Третьего молодого господина отличные, волноваться не о чем.

В глазах Цинь Минхуэя мелькнул огонек, и он с улыбкой кивнул:

— Ты прав, я зря поднимаю панику насчет Юэ Вэня. — С этими словами он перевел взгляд на Ло Кайяня и осведомился: — Ты ведь все эти дни дежурил у меня, скажи, Юэ Вэнь… он в последнее время не выглядел недовольным?

Лицо Ло Кайяня тут же вспыхнуло. Уставившись на Цинь Минхуэя, он заикающимся голосом выдавил:

— Т… ты с чего вдруг это взял?

Он выказывал свою влюбленность в Цинь Минхуэй с самых ранних пор, поэтому Цинь Юэвэнь прятал собственные чувства глубоко внутри: хотя порой в их общении и проскальзывало нечто двусмысленное, Цинь Юэвэнь никогда не переходил черту. Если бы месяц с небольшим назад Цинь Минхуэй и Шэнь И не объявили публично о своем романе, Цинь Юэвэнь, пожалуй, так и не решился бы признаться ему. Но Ло Кайянь никак не мог взять в толк, откуда Цинь Минхуэй вообще узнал о тайных чувствах Цинь Юэвэня.

Шао Ян поначалу тоже растерялся, но, увидев реакцию Ло Кайяня, наконец понял, о чем они толкуют, и озадаченно посмотрел на Цинь Минхуэя:

— Минхуэй, ты хочешь сказать, что Юэ Вэнь любит Кайяня? Неудивительно, что коллеги по компании шептались, будто у Третьего молодого господина в последние дни скверный характер… Но откуда ты знаешь?

Цинь Юэвэнь всегда вел себя со своими людьми предельно нежно и заботливо, а к Ло Кайяню и вовсе относился с трепетным вниманием. Но они ведь были университетскими соседми по комнате и дружили с давних пор, и Шао Ян никогда даже не слыхивал, будто тот питает к Ло Кайяню романтические чувства. Неужели именно поэтому Цинь Минхуэй отвергал Ло Кайяня?

Судя по всему, этот вопрос пришел в голову и самому Ло Кайяню — он с жадной надеждой уставился на Цинь Минхуэя.

Горько усмехнувшись, Цинь Минхуэй указал пальцем на собственную голову и покачал головой:

— Сам не помню. Просто знаю, и всё.

Радость в глазах Ло Кайяня едва не переливалась через край. Подбежав вприпрыжку к больничной койке Цинь Минхуэя, он схватил его за руку, опустил голову и глухо взмолился:

— Минхуэй, из-за того, что Шэнь И в последнее время не было рядом, всё, что я делал, казалось попыткой воспользоваться чужой бедой. Но ты забыл Шэнь И, при этом помнишь столько сокровенного обо мне… ты ведь тоже неравнодушен ко мне, правда? Минхуэй, пожалуйста, не отвергай меня!

Тело Цинь Минхуэя задрожало. Помолчав немного, он медленно высвободил руку:

— Кайянь, это несправедливо по отношению к Шэнь И!

Ло Кайянь сжав зубы поднялся на ноги, с тоской во взгляде глядя на Цинь Минхуэя:

— А как же я? Ты же знаешь, что Юэ Вэнь влюблен в меня — неужели ты не хочешь принимать меня только из-за него?!

В глазах Цинь Минхуэя промелькнуло сочувствие; он протянул руку, желая удержать Ло Кайяня, но его взгляд случайно упал на кольцо с фиолетовым жадеитом на левой руке. Опомнившись, он покосился на Шао Яна — тот в недоумении стоял в стороне, — а затем сжал обе руки в кулаки и уперся ими в постель.

— Нет. Пусть я ничего и не помню, но я никогда не откажусь от собственных чувств из-за Юэ Вэня.

— Вот как? — Ло Кайянь изобразил человека, получившего сокрушительный удар, хотя в душе люто ненавидел Шэнь И. В последние дни Цинь Минхуэй безропотно соглашался на любые его капризы и даже позволил войти в свое самое сокровенное личное пространство, которое ценил больше всего. Кто бы мог подумать, что стоило Шэнь И объявиться, как Цинь Минхуэй тут же переменится. Неужели он настолько любит Шэнь И, что даже потеряв память, так дорожит его словами?

Цинь Минхуэй лишь уныло вздохнул и с мольбой посмотрел на Шао Яна:

— Я…

— Всё в порядке! — Ло Кайянь оборвал Цинь Минхуэй на полуслове, слегка вздернув подбородок с гордым, задорным выражением лица, хотя глаза его слегка покраснели. — Всё в порядке! — повторил он, а затем спросил Цинь Минхуэя: — По крайней мере, я тебе не противен!

— Конечно нет, с чего бы ты мне быть противен! — в панике сойдя с больничной койки, Цинь Минхуэй обнял его, пытаясь успокоить.

Ло Кайянь уткнулся лицом в плечо Цинь Минхуэя, пряча победную улыбку:

— Тогда давай на равных с Шэнь И? Будем бороться за тебя честно, хорошо?

Небо молчаливо и беззвучно, я не вижу тебя, небеса, память, унесенная ветром…

В палате внезапно зазвучала песня Лю Сингэ «Память». Цинь Минхуэй машинально оттолкнул Ло Кайяня и, забыв про побледневшее лицо юноши, ответил на непрерывно звонящий телефон.

— Шэнь И, что случилось?

http://bllate.org/book/24807/2934650