Готовый перевод Cannon Fodder Brother of the Abusive Novel's Male Lead / Стать пушечным мясом в романе с плохим концом: Глава 14

Слушая вполуха разговор Шэнь Чэнмяня и Хо Юйсяо, Ань Цзыму уже давно испытывал раздражение, а теперь, заметив, что Хо Юйсяо упражняется в каллиграфии, не удержался и решил вклиниться в беседу.

Хо Юйсяо поднял взгляд, окинул Ань Цзыму мимолётным взором и ограничился сухим «угу».

Ань Цзыму улыбнулся, взглянул на написанные Хо Юйсяо иероглифы и произнёс:

— Копируя чужой почерк, сначала нужно внимательно всё рассмотреть и только потом браться за кисть. Причём на самом первом этапе лучше всего использовать разлинованную на квадраты бумагу, эффект будет намного лучше.

Ань Цзыму взял кисть и тут же набросал на листе ровную сетку из квадратов с чёткими и плавными линиями.

Закончив, он перевёл взгляд на пропись Хо Юйсяо:

— Перед тем как опустить кисть, изучи форму. Возьмём, к примеру, вот этот иероглиф «юань» — его структура вытянута по вертикали и коротка по горизонтали, а начинать писать нужно с четверти вертикальной оси...

Говоря это, Ань Цзыму прямо в нарисованном квадрате вывел иероглиф «юань».

Шэнь Чэнмянь бросил на это мимолётный взгляд и внутренне фыркнул.

В прошлый раз Хо Юйсяо написал всё примерно так же, как Ань Цзыму сейчас, и даже без помощи разлинованной бумаги.

Пока он так думал, Хо Юйсяо, казалось, слушал объяснения Ань Цзыму с большим вниманием: выражение его лица оставалось прежним, но взгляд неотрывно следил за кончиком кисти Ань Цзыму.

Ань Цзыму словно воодушевился. В прекрасном настроении он вывел ещё один иероглиф «юань», начертил новую сетку и обратился к Хо Юйсяо:

— Хочешь попробовать?

Ань Цзыму мягко улыбнулся, демонстрируя крайнюю скромность:

— Просто совпадение.

В конце концов, его целью было лишь заставить Хо Юйсяо насторожиться по отношению к Ань Цзыму.

Но стоило этой мысли промелькнуть в его голове, как он услышал слова Ань Цзыму:

— Каллиграфия требует постоянства и упорного труда. Я смог написать так похоже только потому, что этот стиль близок к тому, что я практиковал раньше. Чтобы овладеть им в совершенстве, всё равно нужны долгие тренировки. Юйсяо только начал, а уже пишет так хорошо — у него явно есть к этому талант.

Настоящий психопат с червивым нутром, скользкий, как угорь, — ни единой лазейки не оставит.

Услышав слова Хо Юйсяо, Шэнь Чэнмянь слегка оживился: раз сам Хо Юйсяо считает, что у Ань Цзыму есть талант, то, может быть, его недавний план вовсе не так уж невыполним?

Бросив эту фразу, Хо Юйсяо больше ничего не добавил. На его губах на мгновение мелькнула едва заметная полуулыбка. Он убрал пропись, поднялся с места и сказал Шэнь Чэнмяню:

— Возвращаемся в класс.

Эта фраза на корню похоронила только что зародившуюся в голове Шэнь Чэнмяня идею.

Чтобы выделиться в глазах такого человека, как Хо Юйсяо, привыкшего к лести и всеобщему вниманию, нужно обладать достоинствами, превосходящими его собственные. Ань Цзыму прекрасно усвоил это правило: в прошлых столкновениях он не вызвал у Хо Юйсяо отвращения, а теперь настало время постепенно продемонстрировать свои сильные стороны.

Но как заставить Ань Цзыму повторить почерк Хо Юйсяо? К тому же Ань Цзыму никогда бы не стал писать у него на глазах — это было бы равносильно самоубийственному признанию.

Хо Юйсяо поднял тетрадь и внимательно изучил иероглиф, написанный рукой Ань Цзыму. В его глазах мелькнуло лёгкое одобрение:

— Написано очень хорошо.

Шэнь Чэнмяню от этих мыслей стало немного не по себе. Глядя на иероглиф, выведенный Ань Цзыму, он размышлял, насколько осуществимо предупредить Хо Юйсяо, заявив: «У Ань Цзыму потрясающая способность подделывать почерк, поэтому он вполне мог скопировать и твой стиль».

Хо Юйсяо на удивление легко пошёл на сотрудничество. Он взял кисть, внимательно изучил следующий иероглиф из прописи — «янь» — и прямо в разлинованном Ань Цзыму квадрате уверенно вывел его.

Улыбка на губах Ань Цзыму на секунду застыла, но он тут же принял прежнее непринуждённое выражение. Улыбнувшись ещё шире, он добавил в голос нотку фамильярности:

— Впервые слышу от тебя похвалу, даже как-то неловко.

В первоначальном тексте не было особого описания способности Ань Цзыму подражать чужому почерку, поэтому парень всегда думал, что Ань Цзыму мастерски копирует почерк Хо Юйсяо лишь из-за своей нездоровой одержимости им. Теперь же казалось, что у Ань Цзыму действительно был врождённый талант к каллиграфии.

Это означало лишь то, что данный конкретный стиль он скопировал чисто случайно.

— А? — Шэнь Чэнмянь опешил. Он машинально посмотрел на то, что держал в руках Хо Юйсяо, и заметил, что тот взял с собой всего две тетради и одну пропись — очевидно, у него в планах не было делать домашнее задание в этом классе.

Шэнь Чэнмянь мысленно в очередной раз помянул Ань Цзыму недобрым словом.

Хо Юйсяо слегка покачал головой, переводя взгляд с одного иероглифа на другой:

— Такой большой прогресс всего за два знака — у тебя отличный талант.

— Ты привык писать с резким нажимом на кончик кисти, но стиль этой прописи более мягкий и сдержанный, так что штрихи стоит смягчать, — мягким голосом произнёс Ань Цзыму и тут же вывел ещё один иероглиф. На этот раз он обошлся без вспомогательной сетки, но получилось всё равно на семьдесят процентов похоже на оригинал.

При этой мысли Шэнь Чэнмянь почувствовал лёгкое волнение: если удастся заставить Ань Цзыму скопировать почерк Хо Юйсяо, пусть это и не докажет напрямую авторство записки, но посеять зерно сомнения в душе Хо Юйсяо вполне удастся.

Увидев этот иероглиф, Шэнь Чэнмянь замер, и в его памяти ярко всплыла та самая записка, написанная почерком Хо Юйсяо.

Услышав слова Ань Цзыму чуть раньше, он решил, что Хо Юйсяо собирается закончить здесь домашнее задание, и именно поэтому прихватил свои тетради.

Теперь же выходило, что предложение Ань Цзыму Хо Юйсяо отклонил.

— Не хочешь возвращаться? — приподнял бровь Хо Юйсяо.

— Возвращаемся, возвращаемся, возвращаемся! — при мысли о том, что Хо Юйсяо прокатил Ань Цзыму, на душе у Шэнь Чэнмяня сразу полегчало. К тому же, хотя и в классе, и здесь маячил этот ненормальный, сидеть в кабинете среди одноклассников было куда приятнее, чем втроём в компании одного лишь Ань Цзыму.

Он тут же сгрёб со стола свои вещи и посмотрел на Хо Юйсяо:

— Пойдём.

Улыбка на лице Ань Цзыму слегка померкла. Изначально его предложение сделать домашку здесь было лишь прощупыванием почвы: если бы Хо Юйсяо согласился — отлично, а если нет — вполне ожидаемо, особого значения он этому не придавал.

Но сейчас настроение у него испортилось окончательно.

Во-первых, ему крайне не нравилось неожиданное вмешательство Шэнь Чэнмяня, а во-вторых...

Он слегка прищурился. Этот парень по фамилии Шэнь казался до скрежета в зубах раздражающим. Тайного возлюбленного Хо Юйсяо он ещё не вычислил, но, полагаясь исключительно на интуицию, Ань Цзыму сейчас даже не мог сказать, кто раздражает его сильнее: тот пока еще не найденный зазноба Хо Юйсяо или этот самый Шэнь Чэнмянь перед глазами.

А его интуиция редко подводила.

Раз так, почему бы не ударить по двум фронтам сразу?

Опасный огонёк мелькнул во взгляде и тут же погас. На все эти размышления ушло лишь мгновение: лицо Ань Цзыму осталось естественным и мягким, он невозмутимо собрал свои вещи и вместе с Хо Юйсяо вышел из класса.

Они вернулись как раз в тот момент, когда только что закончился перерыв после первого вечернего урока. Мелодичный звонок разнёсся по всему кампусу, и тихие школьные коридоры постепенно наполнились шумом и суетой.

Шэнь Чэнмянь обдумывал, как бы половче завести с Хо Юйсяо разговор о способности Ань Цзыму подделывать почерк. К подходу нужно было подойти со всей тщательностью: всё-таки использовать этот аргумент как доказательство того, что именно Ань Цзыму скопировал почерк Хо Юйсяо и заманил первоначального владельца тела на шестой этаж, было слишком притянуто за уши.

К тому же он сам ранее чётко заявлял, что терпеть не может Ань Цзыму, и если Хо Юйсяо решит, будто Шэнь Чэнмянь просто клевещет на Ань Цзыму из личной неприязни, выйдет себе дороже.

Так ничего и не придумав по дороге, Шэнь Чэнмянь вошёл в класс и внезапно почувствовал, что атмосфера какая-то странная.

Шумное помещение на мгновение затихло стоило им переступить порог, то тут, то там одноклассники бросали на них взгляды, но стоило Шэнь Чэнмяню посмотреть в ответ, как те тут же отводили глаза.

В груди зародилось смутное предчувствие беды. Нахмурившись, Шэнь Чэнмянь обвёл класс взглядом и столкнулся глазами с кем-то, кто нерешительно смотрел на него. Всмотревшись, он узнал парня — это был его бывший сосед по парте.

Он тут же направился к нему и вежливо спросил:

— Чжан, скажи, что-то случилось?

Стоило ему заговорить, как взгляды Хо Юйсяо и Ань Цзыму тут же обратились на Чжан Пэнъюя.

Давление от взгляда Хо Юйсяо было поистине колоссальным. Чжан Пэнъюй почувствовал себя не в своей тарелке и заикающимся голосом выдавил:

— В-в общем, кажется, с Чжао Цзыхуем что-то стряслось...

— Что? — лицо Шэнь Чэнмяня неуловимо изменилось, и в мыслях сразу же всплыл Ань Цзыму. Подавив желание тут же повернуться и посмотреть на того, он продолжил расспросы: — Что случилось с Чжао Цзыхуем? Он вернулся?

Задавая вопрос, он покосился на парту Чжао Цзыхуя, но на ней царил такой беспорядок из книг, что ничего нельзя было понять.

— Точно я и сам не знаю, — покачал головой Чжан Пэнъюй. — Только что Ли Тяньяо и Лю Цихуэй из шестого класса заходили сюда искали тебя и Хо... Хо-сюэшэна. Выглядели очень взволнованными. Они ещё отпросили Чжао Цзыхуя с занятий, говорят, он вроде бы пострадал... Лучше позвони им сам и спроси...

Услышав это, Шэнь Чэнмянь тут же направился к своей парте за телефоном — из-за отсутствия карманов на школьной форме носить его при себе в учебное время было неудобно.

Только он достал аппарат, как услышал голос Хо Юйсяо:

— Всё уже в порядке.

Шэнь Чэнмянь удивлённо повернулся к протянутому Хо Юйсяо экрану телефона: последним сообщением там было короткое известие от Ли Тяньяо о том, что всё в порядке.

С облегчением выдохнув, Шэнь Чэнмянь разблокировал собственный телефон и обнаружил, что Ли Тяньяо и Лю Цихуэй прислали ему сообщения и даже звонили.

Бегло просмотрев историю и не найдя там объяснений, что же именно произошло, Шэнь Чэнмянь напрямую набрал Ли Тяньяо.

Стоило вызову пройти, как он сходу выпалил:

— Что случилось?

Голос Ли Тяньяо на том конце провода звучал донельзя беззаботно:

— Да всё нормально уже, не переживай. Дахой столкнулся с уличными грабителями, решил проявить гражданскую мужество. Руку повредил, сейчас в больнице рану зашивают.

Гражданскую доблесть? То есть Чжао Цзыхуй сам вляпался в неприятности, и банда грабителей изначально вовсе не на него охотилась.

Значит, с Ань Цзыму это никак не связано.

И слава богу, что не чьи-то злые козни, Шэнь Чэнмянь мысленно отлегло от сердца:

— Рана серьёзная?

— На вид жутковато, кровищи натекло море, но врач говорит, ничего страшного, просто придётся какое-то время поберечься, — ответил Ли Тяньяо.

— Ну и славно.

Шэнь Чэнмянь окончательно успокоился.

— Не переживай, мы с Цихуем тут дежурим...

Не успел Ли Тяньяо договорить, как Шэнь Чэнмянь услышал на заднем плане зычный вопль Чжао Цзыхуя: «Дай-ка я сам Чэнмяню пару слов скажу!» — после чего трубка перешла к самому пострадавшему.

— Чэнмянь, спасибо тебе огромное, что заставил меня телохранителей нанять! Без них я бы сегодня так легко точно не отделался. Заживёт рука — с меня ужин, обязательно приглашу!

Голос звучал так бодро и полновесно, что становилось очевидно: ничего смертельного действительно не произошло.

Хотя угораздило же его нарваться на грабителей, какая редкостная неудачливость.

Шэнь Чэнмянь вздохнул, в очередной раз усомнившись в уровне местной безопасности, и воспользовался случаем, чтобы всуе напомнить о бдительности:

— В следующий раз обязательно бери телохранителей, когда куда-то идёшь.

— Да как я могу забыть! — отозвался Чжао Цзыхуй. — Не бойся, теперь я наученный горьким опытом.

Тут же на заднем плане послышался голос Ли Тяньяо:

— И какой толк от твоих телохранителей, если ты сам сломя голову лезешь на рожон?..

— На этот раз я точно запомню! — заорал в ответ Чжао Цзыхуй.

Дослушав, как довольный собой Чжао Цзыхуй продолжает препираться с Ли Тяньяо и Лю Цихуэем о важности охраны, Шэнь Чэнмянь с чувством выполненного долга сбросил вызов и повернулся к соседу.

Рядом с ним сидел тот, кому безопасность требовалась в первую очередь.

— Юй-гэ, — Шэнь Чэнмянь нахмурился, — Чжао Цзыхуй чуть не погиб.

Хо Юйсяо поднял на него невозмутимый взгляд.

Выдержав эту спокойную, лишённую всяких эмоций паузу, Шэнь Чэнмянь продолжил ещё более сурово:

— Ему чуть руку не оторвало, крови было на пол-улицы, просто ужас.

Шэнь Чэнмянь: Это же так опасно! До жути страшно! Ты вообще боишься? (ожидающий_взгляд.jpg)

Хо Юйсяо: ...

Хо Юйсяо: ...Боюсь.

Шэнь Чэнмянь: Вот поэтому надо всегда помнить о безопасности!~

Чжао Цзыхуй: ?

http://bllate.org/book/24805/2934427