Готовый перевод A Century of Rivers and Mountains / Сто лет империи: Драконий рык: Глава 4

Глава 3

Усталый после долгого пути Сюань Юй делал лишь краткие привалы во время поездки в Лоян. Большую часть времени они спешили в дороге, но ради утомленных личных стражей и уже немолодого Жань Ситина Сюань Юй в этот день, проезжая через уездный город Есянь, наконец отдал приказ сбавить темп и подыскать в уезде место, где все могли бы немного передохнуть.

Однако действовавший скрытно Сюань Юй по прибытии в уездный город не стал направляться прямиком на официальную почтовую станцию, а вместо этого остановился в небольшой постоялой горнице в самом городе.

Едва добравшись до постоялого двора, Сюань Юй поспешил усадить Жань Ситина отдохнуть, поручил Гу Чанкуну все хлопоты по размещению отряда, а сам сел рядом в оживленном зале и принялся пить утоляющий жажду чай вместе с Жань Ситином. В этот момент стоявший у него за плечом начальник личной стражи, который неотлучно следовал за ним для защиты, понизил голос и предостерегающе шепнул:

— Господин.

Произнеся это, он бросил взгляд на стоявшего у входа в постоялый двор оборванного маленького нищего.

Сюань Юй поднял голову, опустил чайную чашку и с удивлением посмотрел на уставившегося на него мальчишку. Когда начальник стражи намеревался послать кого-нибудь прогнать нищего, Сюань Юй предостерегающе поднял руку:

— Не нужно.

Стоявший снаружи и наблюдавший издалека побирушка, заметив, как Сюань Юй поманил его пальцем, велев войти, под озабоченными взглядами стражников без всякого смущения большими шагами подошел прямо к Сюань Юю.

— Ищешь меня по делу? — с улыбкой на лице спросил Сюань Юй, доставая из рукава слиток серебра и разглядывая паренька, который, казалось, пришел именно к нему.

— Один дядька велел передать тебе словечко, — получив серебро, безмолвный прежде нищий наконец заговорил, но его слова тут же зародили в душе Сюань Юя глубокие сомнения.

— Какое именно?

Побирушка окинул взглядом окрестности, после чего подался вперед и тихо, слово в слово повторил:

— Нынче ночью спать нельзя. Стоит уснуть — и расстанешься с жизнью.

Сидевший рядом Жань Ситин, дослушав слова нищего, мгновенно взметнул брови и озадаченно спросил:

— Что это значит?

К чему эта бессмыслица и кто приказал ему передать подобное?

— И это всё? Тот дядька больше ничего не сказал? — Сюань Юй поднял ладонь, призывая Жань Ситина помолчать, а затем достал из рукава еще один серебряный слиток и бросил его мальчишке, протянувшему раскрытую ладонь.

— Больше ничего, — молодой нищий задрал подбородок, круто развернулся и уверенной походкой зашагал к главным воротам постоялого двора.

Сюань Юй задумчиво поглаживал подбородок, пытаясь до конца постичь смысл услышанных слов, но едва он наполовину разобрался в намеках, как только что ушедший мальчишка внезапно вернулся. Он снова предстал перед Сюань Юем и вытащил из грязного рукава скомканный бумажный комок.

— Тот дядька велел отдать тебе и это.

Сюань Юй взял бумажку кончиками пальцев и, дождавшись ухода нищего, неторопливо расправил смятый лист, неотрывно глядя на два начертанных на нем иероглифа:

Отражение Луны.

— И что это опять значит? — Жань Ситин тоже вытянул шею, но никак не мог догадаться, какой смысл скрывается за этими двумя иероглифами.

Словно что-то сообразив, Сюань Юй резко поднял голову и посмотрел в сторону внутреннего двора постоялого двора. Заметив там нечто примечательное, он мгновенно отыскал разгадку того, что казалось ему непонятным.

Он слегка щелкнул пальцем по бумаге:

— Кажется, кое-кто давным-давно предвидел, что наш путь не будет спокойным.

Жань Ситин удивленно вздернул брови:

— И по этому ты смог догадаться?

Это же чистой воды загадка.

— Догадался, — безмятежно улыбнулся Сюань Юй. Он поманил пальцем начальника личной стражи, наклонил голову и отдал тому несколько распоряжений. Начальник тяжело кивнул и тут же удалился вместе с несколькими стражниками.

— Что ты ему поручил? — Жань Ситин, не понимая замыслов юноши, принялся поглаживать длинную бороду, с любопытством разглядывая его безмятежное лицо.

— План отхода.

Осенняя ночь была тихой, звезды медленно плыли по небесной реке.

Сторож, неспешно шагавший по безмолвной ночной улице, как раз пробил полночь. Затихающие шаги ночного дозорного растворились вдали, и ночь стала еще глубже и темнее.

В постоялом дворе горело лишь несколько тусклых лагерных огней. Огарки свечей отбрасывали на бумажные окна колеблющиеся тени людей, которые стремительными, ловкими прыжками пронеслись на второй этаж жилого крыла. Двери покоев Сюань Юя, Жань Ситина, Гу Чанкуна и остальных стражников внезапно со злобным грохотом распахнулись. Стоило створкам распахнуться, как в каждую комнату влетели десятки быстрых стрел. Едва затихла дождевая сыпь стрел, как в комнаты ворвалась толпа людей в черных масках и с широкими мечами наперевес. Они дружно обрушили клинки на кровати, и в свете трепещущих свечей клочья ваты из матрасов полетели во все стороны.

Когда вспыхнувший отблеск белой стали осветил комнаты, Жань Ситин, устроившийся на крыше соседнего гостевого корпуса напротив, одной рукой крепко вцепился в рукав Гу Чанкуна, чтобы не сорваться с карниза, а другой торопливо вытирал со лба обильный пот.

И правда убийцы… К счастью, Сюань Юй оказался сообразителен и вовремя понял, что с этим постоялым двором что-то не так, иначе быть бы беде.

Гу Чанкун тоже невольно сглотнул вязкую слюну:

— Если бы я остался лежать на той кровати, боюсь, сейчас меня либо превратили бы в дикобраза, либо порубили на фарш…

— Нам повезло, кто-то заранее предупредил нас, — безмятежно поглаживая подбородок, с улыбкой произнес Сюань Юй, прохладно наблюдавший за происходящим с карниза.

Жань Ситин принялся ожесточенно чесать затылок:

— Кто же этот проницательный мудрец?

Кто же так добросердечно спас им жизни?

— Быть может… — Гу Чанкун, склонный к долгим раздумьям, невольно засомневался: — Сюань Юй, как думаешь, а не тот ли это человек, что предупредил нас, и подослал убийц?

— Если бы он хотел убить нас, к чему все эти сложности? — Сюань Юй придерживался иного мнения. Он поднялся на крыше и одернул одежды: — Пойдемте, здесь небезопасно.

Не пройдет и много времени, как оставшиеся ни с чем убийцы перевернут вверх дном весь постоялый двор.

Гу Чанкун раздраженно бросил:

— Весь постоялый двор кишит убийцами, куда тут идти? Мы даже до главных ворот добраться не сможем!

Ты только посмотри, сколько головорезов поджидает нас внизу! Боюсь, даже комар не вылетит.

— Кто сказал? — ничуть не растерявшись, Сюань Юй самоуверенно усмехнулся, а затем первым прыгнул с крыши. Гу Чанкуну ничего не оставалось, как подхватить абсолютно не владеющего боевыми искусствами Жань Ситина и последовать за ним.

Укрываясь в тени деревьев и искусственных скал во внутреннем двора, они преодолели часть пути. Всюду внутри и снаружи постоялого двора сновали люди в черных масках: в одной руке они держали факелы, в другой — смертоносное оружие, выискивая беглецов. Оба выхода с постоялого двора были заблокированы, и Гу Чанкун, не имея другого выхода, закатил глаза и обратился к шедшему впереди Сюань Юю:

— Ну и куда теперь направляться?

— Туда, — понизив голос, Сюань Юй отыскал во дворе старый колодец и указал на него рукой.

— Колодец? — сопровождавшие его люди уставились на колодец, а затем переглянули с недоумением.

Сюань Юй подошел к краю и с улыбкой заглянул внутрь.

— Это и есть Отражение Луны.

Только вода способна отражать луну, а в этом постоялом дворе единственным местом, где можно увидеть сияющую луну, был этот колодец.

Последовав за его взглядом, ничего не понимающие Гу Чанкун и Жань Ситин синхронно разинули рты:

— Сухой колодец?

— Быстрее, за мной, они уже настигают нас! — Заметив, что огни во дворе приближаются, Сюань Юй приказал нескольким стражникам прыгнуть в колодец первыми, отдал оставшимся стражникам другие поручения, а сам толкнул в спину сомневающегося Жань Ситина.

— Сюань Юй, я… — глядя вниз на мрачную глубину колодца, стареющий Жань Ситин умоляюще покачал головой.

— Чанкун, помоги второму дядюшке спуститься первому, — Сюань Юй тяжело толкнул локтем всё еще замершего в растерянности Гу Чанкуна.

Гу Чанкун коротко кивнул, повернулся и подхватил Жань Ситина. Убедившись по поданному снизу сигналу стражников, что путь свободен, он тут же сиганул в колодец.

Частые торопливые шаги стремительно окружили двор. Сюань Юй стоял на прежнем месте, дожидаясь остальных стражников, когда яркое пламя факелов осветило его лицо. Он неторопливо положил руку на эфес висящего на поясе меча Фейцзин. Меч еще не был обнажен, как вдруг перед ним возникла крупная, мощная фигура, загородившая его широкой спиной. Сюань Юй слегка опешил, с удивлением разглядывая дюжего молодца, на плече которого красовался тяжелый двуручный меч. В следующее мгновение клинок со свистом вылетел из ножен, и здоровяк, не говоря ни слова, бросился прямо на убийц, пытавшихся взять их в кольцо.

Звонкий и резкий металлический лязг расколол тишину ночи. Среди хаоса битвы Сюань Юй оставался сторонним наблюдателем у края колодца, не делая попыток укрыться. Он лишь отстраненно и с восхищением наблюдал за боевым мастерством незнакомца, протянувшего им руку помощи.

Разобравшись с большей частью нападавших во дворе, свирепый боец внезапно вонзил тяжелый меч в землю и с невероятной, поистине богатырской силой обеими руками поднял с земли огромный тяжелый валун. С яростным криком он швырнул его к воротам заднего двора, преградив выход и помешав остальным головорезам стягиваться к этому месту.

Восхищаясь выдающейся доблестью богатыря, Сюань Юй, не теряя бдительности, перевел взгляд на кухню в глубине двора.

Отправленные туда стражники уже натаскали хвороста снаружи кухни, щедро плеснули масла в еще не остывшие печи, и жадные языки пламени мгновенно взметнулись вверх, начиная стремительно распространяться во все стороны. Стоявшие на очагах котлы не выдержали долгого жара совмещенного с маслом огня и с оглушительным грохотом взорвались, разметав крышу кухни. Свистящие клубы густого дыма и дикое пламя взвились в ночное небо разъяренным огненным драконом.

Бушующий посреди ночи пожар подстегивал налетевший с запада резкий ветер. Вскоре обитатели постоялого двора и окрестных улочек были разбужены грохотом: одни в панике кричали, другие суетливо таскали воду из уличных колодцев, пытаясь потушить огонь. В мгновение ока сонная тишина ночи сменилась шумом оживленной базарной площади, превратившись в сплошной хаос.

Пользуясь суматохой, успевшие укрыться стражники вернулись к Сюань Юю. Последний бросил улыбчивый взгляд на доблестного воина, чьи мечи рассекали воздух подобно грациозному дракону, сдерживая напор убийц. Ощутив чей-то пристальный взгляд, богатырь внезапно обернулся, слегка наклонил голову, давая понять, что он один легко справится с этой сворой и что Сюань Юю пора уходить.

Поняв его без слов, Сюань Юй взмахнул рукой подоспевшим стражникам:

— Он прикроет отход! За мной!

С этими словами Сюань Юй первым сиганул в сухой колодец. Едва его ноги коснулись дна, как ожидавший внизу с факелом в руке Гу Чанкун замахал ему:

— Сюда…

— Это… — задрав голову, Сюань Юй удивленно широко раскрыл глаза.

В самом углу на дне колодца обнаружился черный проем. Шагнув в него, они оказались в узком извилистом туннеле. Пройдя вперед, Сюань Юй коснулся пальцами желтой глины на стенах — земля еще не высохла, значит, проход выкопали совсем недавно. Вероятно, тот самый таинственный вестник, узнав об их беде, в спешке проложил для них этот путь к отступлению.

— Куда ведет этот лаз? — пригнувшись, Гу Чанкун осветил факелом уходящий во тьму бесконечный туннель.

— Пройдем — узнаем, — невозмутимо ответил Сюань Юй. Дождавшись, когда подтянутся остальные стражники, он отправил половину отряда вперед прокладывать дорогу, а вторую оставил прикрывать тыл.

Они долго продвигались по извилистому подземелью, согнувшись в три погибели. Поначалу ровный ход начал постепенно подниматься вверх. Взобравшись по пологому склону и раздвинув заросли высокой травы у выхода, беглецы увидели сияющую в вышине полную осеннюю луну.

— Наконец-то выбрались… — тяжело дыша, Жань Ситин рукавом вытер пот со лба и оглянулся назад, пытаясь понять, сколько же они прошли под землей.

Бросив взгляд назад, он с удивлением осознал, что они покинули оживленные кварталы с торговыми лавками и вышли далеко за городскую стену. Отсюда было отчетливо видно, как в глубине города бушует пожар, а искры кружатся в потоках западного ветра.

Едва выбравшись из туннеля и оценив обстановку, Сюань Юй без лишних слов приказал стражникам обнажить оружие.

Он в упор всмотрелся в силуэты впереди:

— Чанкун, отведи второго дядюшку в безопасное место.

— И здесь они есть? — вконец потерявший терпение Чанкун раздраженно оттащил Жань Ситина в придорожные кусты.

Холодно бросил Сюань Юй:

— Я забыл предупредить, убийцы поджидают нас по всему Есяню.

По данным отправленных накануне разведчиков, хотя этот уездный город находился далеко от Лояна, здешний уездный начальник доводился родным двоюродным братом лоянскому префекту.

— Погодите, кто-то идет! — не успел Сюань Юй присоединиться к стражникам, чтобы вступить в бой с новой угрозой, как Гу Чанкун судорожно дернул его за рукав, указывая рукой в другую сторону.

Повернув голову, в отсветах далекого пожара они узнали того самого бойца, что только что прикрыл их отход. Сюань Юй молча наблюдал за тем, как мчащийся к ним человек демонстрирует непревзойденное мастерство легкой поступи: едва касаясь кончиками осенних трав, он перемахнул через луг и ринулся на убийц, снова преградивших им дорогу.

— Сюань Юй, кто это? — ошеломленно глядя на неожиданного спасителя, Гу Чанкун недоуменно дернул его за рукав.

— Понятия не имею, — слегка приподняв бровь, ответил Сюань Юй. — Но можно точно сказать одно: он нам не враг.

Хладнокровно понаблюдав какое-то время и убедившись, что за этого воина можно не беспокоиться, Сюань Юй отозвал стражников. Окинув взглядом виднеющуюся за рощей большую дорогу и заросший сухими деревьями лес, он немного подумал и принял твердое решение:

— Уходим.

Он потянул спутников к лесной тропе, не желая продолжать путь по тракту и привлекать к себе новых незваных попутчиков.

— Куда? — не понимая происходящего, они шли по обе стороны от него.

— В дорогу, — шаг за шагом ступая по сухим листьям, произнес он. — Задерживаться в этом уезде больше нельзя. Нужно добраться до Лояна как можно скорее, пока не случилось новых неприятностей.

Пачка желтой круглой погребальной бумаги, гонимая слабым ветерком, скользнула по земле и зашуршала у самых ног Гу Чанкуна. Несмолкаемый перезвон деревянных рыбок и ручных колокольчиков в сочетании с монотонным бормотанием погребальных молитв долетал до слуха каждого с порывами ветра.

— Тц! — с крайним недовольством скривил губы Гу Чанкун и беспомощно огляделся на плотную толпу зевак, собравшихся посмотреть на похоронную процессию.

Пробираясь сквозь толпу зевак под свист пронзительного осеннего ветра, Сюань Юй и его люди были вынуждены замедлить шаг: путь им преградила масштабная траурная процессия.

— Какая пышная церемония… — Жань Ситин смотрел на бесконечную вереницу скорбящих и озирался на собравшихся вокруг горожан, казалось, будто все жители городка высыпали на обочины проводить покойного в последний путь.

Однако застрявший в толпе Сюань Юй думал совсем иначе.

Он холодно окинул взглядом похоронную процессию впереди, заметив, что нанятые для обряда монахи не только держат ритуальные орудия как-то невпопад, но и бормочут какую-то чушь вместо настоящих сутр. А идущие впереди убитые горем сыновья и дочери хоть и заливались горькими слезами, на их лицах почему-то не было заметно ни единой слезинки.

Он перевел взгляд дальше, на шедшую за гробом родню: там были и мужчины, и женщины, но ни единого старика или ребенка. К тому же, хотя широкие белые траурные одежды скрывали лица и тела скорбящих, фигуры каждого из них казались гораздо мощнее и плотнее, чем у обычных людей.

— Уходим отсюда! — внезапно раскусив обман, Сюань Юй без лишних слов схватил спутников за руки, пытаясь прорваться сквозь толпу.

Поняв, что дело нечисто, Гу Чанкун бросил взгляд в сторону:

— Похоже, уже поздно.

Сюань Юй медленно перевел взгляд и холодно уставился на людей, затесавшихся среди толпы: они были одеты нищими, но в рваных одеждах прятали не только палки для битья собак, но и клинки. Соединяясь с отбившимися от похоронной процессии «родственниками», они брали их в плотное кольцо с двух сторон. Да и среди зевак оказалось немало переодетых лазутчиков.

— На этот раз охраняй второго дядюшку ты, а с этими я разберусь сам! — Гу Чанкун, давно жаждавший выпустить наружу накопившуюся злость, с хрустом размял суставы и закатал рукава.

Не говоря ни слова согласия или отказа, Сюань Юй бросил на него косой взгляд:

— Будь осторожен.

— Знаю! — расплывшись в ухмылке, Гу Чанкун махнул ему рукой, сдернул с пояса длинный хлыст и взмыл в воздух, стремительной поступью пробежав по головам толпы. Приземлившись на землю, он тут же хлестнул кнутом, направляя удар прямо в лицо бросившемуся на него с мечом мнимому родственнику.

Пока Гу Чанкун вовсю демонстрировал боевое мастерство, часть стражников по приказу Сюань Юя расправилась с нищими в тылу, а оставшиеся рядом охранники сошлись в схватке с убийцами, затесавшимися среди зевак, когда толпа начала с криками рассыпаться.

Когда крупный мужчина в одежде простолюдина тихо подкрался со спины к Сюань Юю, Жань Ситин не выдержал и предостерегающе вскрикнул:

— Сюань Юй, берегись сзади!

Сюань Юй уже поспешно разворачивался с мечом наготове, но прежде чем он успел взмахнуть клинком, лезвие убийцы было отбито и отведено в сторону мощным ударом. Сила была такова, что нападавший отшатнулся на два шага назад. Сюань Юй присмотрелся и сразу узнал спасителя по мощной стати и заметному тяжелому мечу — это был тот самый богатырь, что дважды выручал их ночами.

В одиночку отбросив противника, воин бросил мимолетный взгляд на Сюань Юя, а затем широким шагом двинулся к нему. Стражники тут же выступили вперед, поднимая мечи для защиты господина.

— Стойте, — прежде чем они успели напасть на воина, Сюань Юй остановил их поднятой рукой и пристально всмотрелся в лицо незнакомца.

Тот лишь слегка кивнул ему, а затем чуть наклонил голову, знаком приглашая следовать за ним.

Сюань Юй всё понял и отдал приказ на ходу:

— Передайте Чу цзюньвану, пусть немедленно скачет сюда для соединения с отрядом!

— Есть! — стражник тут же сорвался с места.

— Второй дядюшка не ранен? — Сюань Юй поддержал Жань Ситина за локоть и, видя, как сильно холодный осенний ветер бьет ему в лицо, с заботой накинул на старшего свою накидку.

— Я в порядке, — Жань Ситин прижал руку к груди и бросил взгляд на стоящего впереди богатыря: — Сюань Юй, этот здоровяк… не тот ли самый человек, что спас нас несколько ночей назад?

— Должно быть, он, — равнодушно отозвался юноша. Заметив возвращающегося Гу Чанкуна, он вновь помог Жань Ситину сделать шаг вперед: — Второй дядюшка, снова придется потерпеть. Нам пора в путь.

— Куда мы опять направляемся? — изнуренный непрерывными переездами последних дней, Жань Ситин нахмурил брови, гадая, от каких напастей им придется спасаться на этот раз.

— Это нужно спросить у нашего проводника, — Сюань Юй лишь кавнул подбородком в сторону ожидающего их воина, испытывая искреннее любопытство: куда же ведет его этот загадочный спаситель, неизменно появляющийся в самый нужный момент?

http://bllate.org/book/24790/2932327