Готовый перевод Prince's Dark Guard Gone Wild / Тайный страж принца вышел из-под контроля: Глава 6

Главный двор погрузился в тишину.

Слуга ловко убрал со стола чашки и, сообразительно оглядевшись, поспешно удалился.

Лань Муцзинь помолчал несколько секунд, а затем произнес, и в его голосе невозможно было уловить ни гнева, ни радости:

— Все вон.

Слуги, стоявшие во дворе, с облегчением выдохнули и поспешно покинули территорию.

Не успел он снова открыть рот, как на крыше тихо звякнула черепица, в галерее зашуршали ветви, и Ань Ци с Ань Шии, вытянувшись во фрунт, опустились перед ним на колени.

— Хозяин, просим милости.

Однако двое, опустив головы в ожидании ярости, не получили никакого ответа.

Лань Муцзинь, не сводя глаз с их черных масок, перевел взгляд на верхушки деревьев. Уставившись на густую листву, он произнес:

— Ань Цзю.

Но никто не метнулся к нему, в кроне дерева по-прежнему не было ни звука.

Ань Ци нахмурился, в тревоге пытаясь понять, что происходит. Почему Ань Цзю до сих пор не спустился?

Лань Муцзинь поднял подбородок, вглядываясь в густые ветви, где смутно угадывался черный силуэт. Он уставился на эту тень и повторил:

— Ань Цзю.

Сяо Чжэн, сидевший на дереве, внезапно опомнился: черт возьми, он же меня зовет, я ведь Ань Цзю.

Протупив пару секунд и прикинув высоту в три с лишним метра, он зажмурился и спрыгнул вниз, при приземлении едва не потеряв равновесие.

Не останавливаясь, он подошел к Лань Муцзиню и замер столбом, не проронив ни слова.

Ань Ци: ...На колени! Встань на колени, идиот!

Лань Муцзинь посмотрел на ту самую черную маску, ничем не отличавшуюся от масок других стражей. Ань Цзю, как и все, плотно закрыл лицо черной тканью.

Обычно по внешнему виду их невозможно различить, если они молчат.

Но Лань Муцзинь мог узнавать каждого своего стража по ауре. Даже когда тот прятался и не показывался на глаза, он точно почувствовал, что на дереве сидит именно Ань Цзю.

Взгляд Лань Муцзиня опустился ниже: на передней части черной формы стража виднелись следы древесной коры.

...

— Ты намеренно бросил птицу в Четвертого принца? Зачем?

Лань Муцзинь даже заподозрил, что тот на самом деле хотел попасть в него самого, ведь еще несколько дней назад он клялся, что убьет его.

Сяо Чжэн не нашелся, что ответить. Не мог же он признаться, что не умеет пользоваться внутренней энергией и случайно пришиб птицу, когда пытался ее отогнать.

Ань Ци, не дождавшись ответа от товарища, не выдержал. Он до смерти боялся, что Пятый принц в гневе убьет Ань Цзю.

Он поднялся и взял вину на себя:

— Хозяин, прошу прощения. Ань Цзю нарушил правила, он заслуживает наказания. Я пойду за плетью.

Сяо Чжэн: ...?!

Слушай, ты чего, сам предлагаешь ему меня выпороть?

Лань Муцзинь не удостоил Ань Ци даже взглядом и ничего не ответил, продолжая наблюдать за тем, как Ань Цзю непроизвольно дернулся.

Казалось, он до смерти боится порки.

А ведь все теневые стражи — люди железной закалки. Будь то палки или удар клинком, они и звука не издадут.

Он что, серьезно боится наказания?

— Хозяин... — Ань Ци запаниковал. Принц молчит, значит, он в ярости.

Лань Муцзинь бросил на Ань Ци быстрый взгляд и потянулся к птице, лежавшей на столе.

Кончиками пальцев он взял ее за крыло и поднес к лицу Сяо Чжэна.

Сяо Чжэн рефлекторно протянул руки, и бездыханная на вид птица оказалась у него в ладонях.

— Оживи ее, и я тебя не накажу, — сказал Лань Муцзинь.

Сяо Чжэн уставился на обмякшее тельце в своих ладонях, чувствуя, как реальность начинает трещать по швам.

Даже Ань Ци и Ань Шии, стоявшие с опущенными головами, слегка скосили глаза на его руки.

— А если... не оживет?

Ну ты и гад, а? Ну разве так можно! Я нанимался в теневые стражи, а не ветеринаром!

Да что с тобой не так!

...

У Ань Ци по спине потек холодный пот. Он подумал, что Ань Цзю совсем спятил, раз смеет пререкаться с хозяином.

Лань Муцзинь тоже не ожидал, что тот задаст встречный вопрос. Помолчав немного, он ответил:

— Не оживет... вычту из жалованья.

Услышав столь мягкое наказание, Ань Ци и Ань Шии мгновенно выдохнули.

Но сердце их снова ушло в пятки, когда Ань Цзю возмущенно переспросил:

— Вычтете деньги?

Лань Муцзинь увидел, как в глазах за маской вспыхнуло негодование. Казалось, это для него страшнее, чем удар плетью.

Сяо Чжэн был в ярости: я первый день на работе!

Ты сразу же хочешь срезать мне месячную зарплату!

Чертов эксплуататор!

Лань Муцзинь видел, как в парне бурлит протест. Тот вдруг метнулся в сторону и плюхнулся прямо на то место, где только что сидел Четвертый принц.

Сев по-турецки, он положил птицу себе на колени и аккуратно расправил ее.

Затем вытянул указательный палец и начал ритмично надавливать на птичий живот.

Тык-тык-тык.

Лань Муцзинь: ...?

Ань Ци и Ань Шии, никогда не видевшие искусственного дыхания, тоже остолбенели.

Ань Ци: ...Что ты творишь?!

Ань Шии: Он пытается реанимировать труп ради своей монетки.

Лань Муцзинь, нахмурившись, смутно расслышал, как тот что-то бормочет себе под нос:

— Братец-птица... дыши, пожалуйста, не умирай...

— Подумай о своей семье... о папаше, о мамаше... о жене и детках...

Несмотря на то, что птица никак не реагировала, Сяо Чжэн упорно продолжал спасательные работы.

Ань Ци: ...Внутренняя энергия! Используй внутреннюю энергию!

На глазах у изумленного Лань Муцзиня Сяо Чжэн сорвал с лица черную повязку, свободной рукой разжал птице клюв и, решив, что маска мешает, сорвал и ее.

Его лицо, раскрасневшееся от жары, с капельками пота на висках, предстало перед ними.

Пока Лань Муцзинь ошеломленно смотрел на его профиль, тот наклонился и припал губами к клюву птицы.

Надув щеки, он выдохнул в нее порцию воздуха.

На невозмутимом лице Лань Муцзиня появилась трещина, брови сошлись на переносице.

Он никак не мог понять, что это за странные манипуляции.

Когда тот снова надавил на живот птицы и опять припал к ее клюву, уголки губ Лань Муцзиня невольно дернулись.

В этой сюрреалистичной сцене никто не проронил ни слова, все завороженно наблюдали за тем, как Сяо Чжэн сходит с ума.

Ань Ци почувствовал головокружение. Раз хозяин молчит, он не смел издать ни звука, лишь молясь, чтобы Ань Цзю не отправился на тот свет прямо сейчас.

Прошло около четверти часа, и Сяо Чжэн, все это время не поднимавший головы, вдруг заметил, что живот птицы слегка вздымается.

Его движения замерли.

Он с невыразимым напряжением смотрел на птицу, и когда ее мягкое тельце снова шевельнулось, он пришел в такой восторг, будто выиграл в лотерею.

Сяо Чжэн подумал: черт возьми! Пронесло!

Спасибо тебе за жажду жизни, птичий брат!

Спасибо твоему папаше, мамаше, жене и всей твоей родне за то, что наградили тебя такой волей к жизни!

Затем он бережно поднес полуживую птицу к Лань Муцзиню и с надеждой произнес:

— Видишь? Ожила.

Лань Муцзинь: ...

Ань Ци: ...!

Ань Шии: ...?!

Не дождавшись ответа от принца, он нервно добавил:

— Уговор дороже денег, не штрафуй.

Сяо Чжэн уже снял маску, и его миловидное лицо было открыто. Лань Муцзинь, глядя в эти полные надежды глаза, приказал:

— Ань Шии, продолжай следить за Четвертым принцем.

Ань Шии повиновался и исчез.

— Ань Ци, уходи.

Ань Ци на мгновение замешкался, опасаясь, что хозяин решит избавиться от свидетеля, но все же подчинился и удалился.

Во дворе остались только они двое. Лань Муцзинь смотрел на этого строптивого Ань Цзю.

Мало того, что он боится порки, так еще и до денег жадный.

http://bllate.org/book/24758/2924912