Готовый перевод The Gentle Male Lead is Hard to Be / Нежный второстепенный персонаж: система быстрого прохождения: Глава 13

Ань Ичэнь тяжело вздохнул и, смирившись со своей судьбой, поплелся следом. Гэ Цзюли вечно лез на рожон, и стоило Е Фаню заметить это, как им снова несдобровать.

Добравшись до края танцпола, Гэ Цзюли велел 001 оставаться на месте, а сам отправился на поиски своей ночной музы.

Ань Ичэнь попытался было догнать его, но его перехватили знакомые. Ему пришлось, напустив на лицо вежливую улыбку, поддерживать светскую беседу и одновременно высматривать в толпе 001.

Сидя у барной стойки и разглядывая переливающийся всеми цветами алкоголь, 001 покачал головой. К нему подошла девушка в длинном алом платье, протянула бокал с красным напитком и произвела:

— Сегодня я олицетворяю красный цвет.

С легкой улыбкой она чокнулась своим бокалом с тем, что оказался в руках 001, и осушила его до дна.

001 окинул взглядом высокую девушку в струящемся до пола алом платье и вежливо сделал лишь маленький глоток.

Заметив, что он не собирается допивать, девушка легонько подтолкнула снизу его бокал и рассмеялась:

— Я свой уже опустошила, так что молодому господину Шангуаню не отвертеться. Разве то, что мы встретились, не знак судьбы?

001 пришлось через силу допить вино, и он поморщился. Только он собрался что-то сказать, как свет в зале внезапно погас, и яркий луч прожектора упал на выступающий балкон второго этажа. Е Фань в точно таком же костюме, как у 001, стоял рядом с крепким мужчиной средних лет. Мужчина приблизился к микрофону и мягко улыбнулся:

— Благодарю всех, что пришли на празднование дня рождения моего сына.

Мужчина бросил взгляд на стоявшего рядом Е Фаня и кивнул:

— И раз уж здесь собрались сливки общества и все видные деятели, пользуясь случаем, я хочу сделать официальное заявление перед лицом Семьи Е: Е Фань вступает в права наследника и берет на себя обязанности будущего главы семьи.

Хотя все гости уже давно были в курсе, они все равно изобразили удивление и умиление, зааплодировав. 001 только что обернулся, как заметил, что таинственная незнакомка куда-то исчезла. Нахмурившись, 001 отставил бокал в сторону.

После того как хозяин вечера объявил банкет открытым, первый танец, который по традиции должен был исполнить Е Фань, был отменен из-за его категорического отказа. Отвергнув толпу пытавшихся заговорить с ним людей, Е Фань отыскал в тихом углу притаившегося там 001.

Поскольку в этот момент все были заняты танцами, поиском партнеров или взаимной прощупкой почвы, устроившегося в укромном уголке Шангуань Ци никто не замечал. Е Фань увидел, что Шангуань Ци лениво откинулся на спинку дивана, подперев рукой лоб, а его лицо покрыл неестественный румянец.

— Что с тобой? — Е Фань опустил руку Шангуаня и коснулся его щеки.

— Жарко, — 001 знал по сюжету оригинальной истории, что Шангуань Ци попался в ловушку, но понятия не имел, как именно. И вот теперь угодил прямо в самую гущу событий.Е Фань заметил, как пряди волос Шангуань Ци, намокшие от пот, прилипли к его лицу. Его извечно бледное лицо покрылось румянцем, а губы слегка приоткрылись. Разве Е Фань мог не понять, в чём дело?

— Что ты съел? Где Гэ Цзюли и остальные?

Стоило Е Фаню приблизиться, как он обнаружил здесь одного лишь Шангуань Ци. Куда же подевались Гэ Цзюли с остальными?

— Не знаю... Жарко... Что я ел? — Шангуань Ци склонил голову набок, раздумывая. — Ничего не ел... Выпил бокал вина?

Глядя на столь беззащитного Шангуань Ци, Е Фань тихонько втянул воздух. Протянув руку и притянув Шангуань Ци к себе, он окинул взглядом окрестности и, убедившись, что вокруг никого нет, подхватил его на руки и обошёл здание сзади, направляясь наверх.

Оказавшись на верхнем этаже, он велел передать супругам Шангуань, что Шангуань Ци захмелел и отдыхает в гостевой комнате, чтобы те не беспокоились, не обнаружив его на месте.

Однако, хоть Е Фань так и велел передать, он вовсе не собирался оставлять Шангуань Ци в гостевой комнате — вместо этого он прямо на руках отнёс его на третий этаж, в собственную спальню.

Изначально Е Фань планировал лишь устроить его поудобнее и отправиться на поиски Гэ Цзюли и остальных, но едва он уложил парня, как погружённый в полумрак Шангуань Ци ухватил его за рукав.

— Жарко...

Шангуань Ци перевернулся на бок, одной рукой цепляясь за рукав Е Фаня, а другой скомкав простыню, и продолжал исступленно тереться лицом о подушку.

— Ци? — Е Фань легко похлопал Шангуань Ци по щеке. — Ты знаешь, кто я?

Шангуань Ци с трудом приоткрыл глаза и затуманенным взором уставился на склонившегося над ним человека. Взгляд его расплывался.

— Фань? Фань-Фань... Братец Фань-Фань?

Е Фань приблизился к приоткрытым, шевелящимся прямо перед его глазами губам и слегка коснулся их кончиком языка — сладко. Е Фань подавил рвущийся наружу порыв, лишь прижался лбом ко лбу Шангуань Ци и тяжело выдохнул:

— Сдаюсь я тебе... — после чего глубоко вздохнул и поднялся, собираясь уходить.

— Где мой брат?

Стоило ему распахнуть дверь, как в коридоре обнаружилась Гуань Жоу.

— Кто пустил тебя наверх? — Е Фань нахмурился.

— Где мой брат?

— В комнате. — Е Фань бросил взгляд на закрытую дверь. — Тебе нельзя туда заходить.

— Ха! — Гуань Жоу усмехнулась. — Что такое? Неужели ты собрался держать моего брата взаперти?

— Нет дело в другом. Ци... с ним что-то не так, тебе нельзя заходить.

Е Фань мысленно представил нынешнее состояние Ци: если Гуань Жоу войдёт внутрь, то, учитывая её скрытые намерения, она ни за что не откажет нынешнему Ци. При одной мысли о подобной возможности Е Фань был готов убить стоявшую перед ним женщину.

— Что случилось?— Кто-то дал Ци выпить… — Е Фань не договорил, заметив, как Гуань Жоу свирепо зыркнула на него и повернулась уходить.

— Зовите доктора Кевина, — спустившись вниз, Е Фань отдал распоряжение слуге, а затем велел дворецкому позвать Гэ Цзюли и Ань Ичэня в кабинет.

Прислонившись к двери в ожидании Кевина, Е Фань прикрыл глаза, мысленно возвращаясь к только что испытанному вкусу. Ну надо же было сойти с ума!

— Е, что случилось? — едва придя, Гэ Цзюли заметил Е Фаня, стоявшего у двери.

— Разве я не велел вам оставаться в кабинете? Возвращайтесь!

Гэ Цзюли, испуганный взглядом Е Фаня, замер на месте.

— Что такое, Е? — Ань Ичэнь положил руку на плечо Гэ Цзюли и легко похлопал его. Выражение лица Е Фаня выдавало тревогу: — Сяо Ци?

— Разве вы не должны были за ним присматривать? — Е Фань широким шагом подорошел ближе и схватил Гэ Цзюли за воротник. — Куда ты уходил?

— Е, я… — Гэ Цзюли опустил голову. Он искренне полагал, что в Семье Е ничего не может случиться — в конце концов, положение Е Фаня и статус старшего сына Семьи Шангуань служили достаточной гарантией того, что никто не посмеет тронуть Шангуань Ци.

— Е, остынь, что с Сяо Ци? — Ань Ичэнь опустил руку Е Фаня и нахмурился. — Что произошло?

— Ци подсыпали наркотик, — Е Фань бросил взгляд на Гэ Цзюли, а затем впустил в комнату торопливо подоспевшего Кевина. — Возвращайтесь в кабинет.

— Я видел эту женщину, я во всем разберусь! — Гэ Цзюли поднял голову и посмотрел на Е Фаня.

Е Фань кивнул и зашел в комнату вместе с Кевином.

— Цзюли… — Ань Ичэнь посмотрел на поникшего Гэ Цзюли, не зная, как его утешить.

— Это было намеренно, абсолютно точно все спланировано. Иначе как объяснить такое совпадение: я ушел на танцпол, тебя отвлекли, а потом Сяо Ци…

— Вообще-то, меня больше волнует, почему Е не воспользовался случаем… — с улыбкой произнес Ань Ичэнь, глядя на Гэ Цзюли. — Разве это не идеальная возможность? И повод, и мотив, и пути отхода — все при нем.

— Ань, вот поэтому ты и не понимаешь любви, — Гэ Цзюли с улыбкой покачал головой. — Вот почему твоя игра на пианино — это всегда лишь техника, а не чувства. Если однажды ты узнаешь, что такое любовь, возможно, ты перестанешь так думать.

Ань Ичэнь остановился и посмотрел вслед удаляющемуся Гэ Цзюли. Любовь? Разве моей фортепианной техники недостаточно? Чувства — всего лишь оковы, — презрительно усмехнулся он.В то время как Гэ Цзюли и Ань Ичэнь спустились вниз, чтобы выяснить подробности о той женщине в красном, что ранее стояла рядом с Шангуань Ци, Е Фань наблюдал, как Кевин держит Шангуань Ци за руку и делает ему какую-то инъекцию. Глядя на руки Кевина, он чувствовал, как сильно они режут ему глаза.

— Послушайте, молодой господин Е, сколько ни пяльтесь на меня так, толку не будет. Может, сами продолжите? — Кевин, не выдержав этого пристального взгляда, повернулся и заговорил.

— Продолжай, — Е Фань отвел взгляд и посмотрел на Шангуань Ци, который крепко зажмурил глаза. Нахмурившись, он подошел, пальцами разжал зубы Шангуань Ци, закусившего губу, а затем положил палец поперек его губ, чувствуя сдавленные стоны страдания и легкое покалывание от того, как зубы терлись о его палец.

— Всё, пусть он немного поспит, и всё пройдет. Тот, кто подсыпал ему наркотик, судя по всему, просто хотел приятно провести с ним ночь, так что доза была небольшой. Просто молодой господин Шангуань и так слаб здоровьем, да и выпивать не умеет, вот его так и развезло. Я вколол ему препарат, после сна он будет как новенький.

Кевин стал собирать вещи, собираясь уходить. Перед выходом он оглянулся на Е Фань, сидевшего на краю кровати, помедлил и произнес:

— Вообще-то, у этого лекарства нет побочных эффектов, оно просто возбуждает. Раз он вам так нравится, почему бы вам не…

— Почему бы не воспользоваться тем, что Ци сейчас в таком состоянии, и не заполучить его сначала силой? — с улыбкой посмотрел на Кевина Е Фань. — Кевин, ты ничего не понимаешь. Мой Ци — я хочу, чтобы он отдал мне сердце по собственной воле, чтобы он стоял рядом со мной, вызывая у всех зависть, а не прибегал к столь грязным методам.

Кевин пожал плечами, открыл дверь и вышел. Может, китайцы более скрытны? Кевин считал, что с таким характером, как у Е Фань, тот давно бы уже обманом заполучил человека или держал бы его взаперти под замком. И дело было вовсе не в злых догадках — просто собственнический инстинкт Е Фань был до смешного силен. Как-то раз, когда кто-то во время доклада задержал взгляд на фотографии на его рабочем столе, Е Фань под предлогом усиленных тренировок отправил этого бедолагу обратно на базу переподготовки, а та фотография со стола пропала. Куда он ее убрал, никто так и не узнал.

Убедившись, что Кевин ушел, Е Фань коснулся лба Шангуань Ци, велел сменить простыни и одеяло, а затем на руках отнес его в ванной комнату.

Одной рукой обнимая Шангуань Ци за талию, другой Е Фань расстегивал пуговицы на его одежде. Теплый желтоватый свет ванной падал на длинные пальцы Е Фань, его дыхание невольно стало тяжелее, а шум льющейся воды наполнял комнату еще более двусмысленной атмосферой.Е Фань почувствовал дрожь в собственных пальцах, остановился, с силой сжал руки в кулаки, а затем снова принялся снимать одежду с Шангуань Ци. Добравшись до брюк, Е Фань внезапно замер, крепко обнял Шангуань Ци и, уткнувшись лицом ему в шею, глубоко вдохнул.

Яркий свет, плеск воды, обнажённые тела, закрытая комната — всё это подпитывало распускающееся желание.

Не удержавшись, Е Фань поцеловал опущенную шейку Шангуань Ци, оставив на ней глубокий след. Одной рукой он поддерживал отвернувшееся к нему спиной тело, а второй гладил каждый дюйм кожи перед собой так, словно совершал благоговейный ритуал.

— Молодой господин?

Е Фань внезапно очнулся от наваждения: неужели он и впрямь потерял голову?

— В чём дело? — Он схватил банное полотенце и торопливо обтер тело Шангуань Ци.

— Молодой господин Гэ и молодой господин Ань уже нашли человека.

— Понял, можешь идти.

— Слушаюсь.

Услышав шаги удаляющегося слуги, Е Фань завернул Шангуань Ци в чистое полотенце, а затем на руках перенёс из ванной на кровать.

— Эх… — Е Фань посмотрел на спящего Шангуань Ци, затем на собственную промежность и тяжело вздохнул. После чего развернулся и снова направился в ванную.

Из ванной доносился шум льющейся воды и сдавленные стоны. Е Фань двигал пальцами, вспоминая ощущение от прикосновений к коже Шангуань Ци, а другой рукой закрыл глаза.

Разобравшись со своими делами, Е Фань вышел из ванной, окутанный клубами пара. Увидев всё ещё мирно спавшего Шангуань Ци, который ни о чём не догадывался, он с досадой покачал головой и тут же отвёл взгляд. Чтобы больше не терять контроль над собой, ему пришлось в спешке переодеться в сухую одежду и отправиться в кабинет.

— Е, ты? — Ань Ичэнь с улыбкой окинул взглядом одежду Е Фаня.

Е Фань проигнорировал его, посмотрел на женщину со связанными руками, сидевшую на полу, и нахмурился:

— Кто привел её сюда?

Со связанной женщины слетел весь её прежний лоск, которым она блистала внизу, теперь её лицо искажали паника и растерянность:

— Что вы собираетесь делать?

— Говорю же, красавица, выкладывай давай, кто тебя привёл? Или, — Гэ Цзюли приподнял подбородок женщины, — кто тебя подослал?

Женщина отвернулась, вырываясь из хватки Гэ Цзюли:

— Я не понимаю, о чём вы говорите. Молодой господин Е, как-никак я сегодня гостья вашей семьи Е, разве так подобает обращаться с гостями? — Вопреки недавней робости, она смело посмотрела прямо на Е Фаня.

— Ха, если ты не хочешь говорить добровольно, у меня найдется способ это выяснить! И тем более найдется способ заставить тебя заговорить! — злобно глядя на женщину, произнёс Е Фань.

— Какая же ты непослушная, неужели и сейчас думаешь, как бы кого охмурить? — насмешливо бросил Ань Ичэнь. — По мне так эти глаза ей вовсе ни к чему.

Гэ Цзюли, услышав это, кивнул:

— В самом деле, от них всё равно никакого толку — смотреть по ситуации она не умеет.

С этими словами он — словно и не был только что тем самым человеком, который ласково назвал её красавицей — одной рукой крепко зажал женщине челюсть, а пальцем другой руки залез ей в правый глаз.

Встретившись с Е Фанем, женщина всё ещё питала надежды на благополучный исход — тот человек ведь обещал, что ничего страшного не случится. Она никак не ожидала, что едва они появятся, как все трое сходу решат вырвать ей глаза.

— А-а! — охваченная болью, она закрутилась на полу, надеясь хоть так её унять. — Да как вы смеете?!

— Ха, чего нам бояться? — Е Фань с презрением взглянул на извивающуюся на полу женщину. — У тебя остался ещё один глаз.

— Говорю, я всё скажу! Это Ли Чэнсу, это он заставил… заставил меня!

— Говори толком, — с отвращением пнув лежащую женщину, потребовал Гэ Цзюли.

— Он велел мне подсыпать зелье в напиток Шангуань Ци, а сам пообещал заманить туда Гуань Жоу. Стоит всем остальным обнаружить их двоих вместе, как семья Шангуань уж точно не оставит Гуань Жоу в живых! — Женщина согнулась пополам от боли.

— Ха, а этот приёмный сынок замахнулся на многое, — усмехнулся Ань Ичэнь. — Впрочем, понятно: если бы у меня всё шло как по маслу десятки лет, а потом вдруг откуда ни возьмись появилась девчонка и начала во всём меня затыкать за пояс, я бы тоже не стерпел. Только жаль, просчитались вы с объектом.

Внезапно зазвонил телефон Гэ Цзюли.

— Где мой брат?! Заставь Е Фаня немедленно увести моего брата из его комнаты! Быстро!

Голос на том конце провода звучал до того пронзительно, что Е Фань на секунду замер. Сообразив, в чём дело, он поспешил обратно, но стоило его пальцам коснуться дверной ручки, как землю потряс подземный толчок.

Голос в трубке продолжал что-то кричать, эхом раскатываясь по комнате. Е Фань рухнул на пол, его ноги придавило обрушившейся стеной.

Глядя на дверь, оказавшуюся прямо под рукой, Е Фань попытался оттолкнуть камни, прижавшие его ноги. Вокруг царила жуткая, неестественная тишина.

Ци? Внезапно пришедший в себя Е Фань изо всех сил оттолкнул обломок камня, лежавший на ногах, и попытался встать, но понял, что не может. Тогда он оперся руками о пол и пополз вперёд:

— Ци… Ци всё ещё ждет меня.

Увидев это, Гэ Цзюли впопыхах, спотыкаясь, бросился к нему, чтобы поднять, но Е Фань оттолкнул его:

— Е, твои ноги! Е! Ань? Ань?!

Гэ Цзюли огляделся и заметил лежавшего возле письменного стола Ань Ичэня. Он подбежал и принялся его трясти:

— Ань, что с тобой?

Осторожно проверив дыхание Ань Ичэня и убедившись, что тот просто потерял сознание, Гэ Цзюли, не раздумывая, бросился на помощь Е Фаню.

Подоспевшие люди семьи Е погрузили Ань Ичэня в машину скорой помощи, однако Е Фань наотрез отказался уходить и требовал отыскать Шангуань Ци.

Гэ Цзюли, глядя на распростёртого на полу человека, который волочил за собой безвольные ноги, чувствовал странное оцепенение: тот сильный мужчина, что когда-то поднял его самого на ноги, теперь тоже рухнул.

Сам же Е Фань уже ничего не слышал. Его мир погрузился в пугающую, гробовую тищину. Из ног непрерывно сочилась кровь, но он не чувствовал боли — там, впереди, его ждал дорогой человек… Внезапно перед глазами всё померкло. Теряя сознание, Е Фань расслышал лишь одно обещание: «Я помогу тебе найти его».

Гэ Цзюли оглушил Е Фаня ударом, велел людям семьи Е отправить его в больницу, а сам отправился на поиски Шангуань Ци.

Глядя на гору камней перед собой, Гэ Цзюли уже всё понял. Ему предстояло откопать то, что от неё осталось.

Впервые я увидела брата?

В тот день, когда начался первый семестр старшей школы, я стояла на сцене как круглая отличница и читала речь. Перед глазами чернело море голов, но среди них я сразу заметила его.

Еще до того, как прийти на зачисление, я слышала, что в этой старшей школе есть четверо принцев: будущий глава семьи Е — Е Фань, старший сын семьи Шангуань, лишённый прав на наследство — Шангуань Ци, гениальный пианист из семьи Ань — Ань Ичэнь, и маленький демон из семьи Гэ — Гэ Цзюли.

Ходило множество самых разных слухов, но в основном они касались Е Фаня, Ань Ичэня и Гэ Цзюли. Что же до Шангуань Ци, так называемая элита вечно игнорировала его: в их глазах старший сын, лишённый наследства, не представлял никакой ценности. И пусть он был блестяще образован, пусть поддерживал хорошие отношения с будущим главой клана Е, в лучшем случае его считали лишь инструментом для поддержания статуса семьи Шангуань.

Но Гуань Жоу размышляла иначе: как мог столь выдающийся человек ускользнуть от всеобщего внимания?

Наверное, его сияние просто намеренно скрывали от чужих глаз.

В тот день старший брат сидел в зрительном зале с котом на руках. Я знала, что он посмотрел на меня, хотя сам он об этом не подозревал, продолжая о чём-то беседовать с парнем по соседству.

Случайные встречи позже вовсе не были случайными. Едва церемония открытия подошла к концу, я поспешила на его поиски и издалека увидела, как он расстался с Е Фанем. Как же с ним познакомиться?

Я выбрала самый простой способ — притвориться, что столкнулась с ним.

И правда, человек с таким нежным взглядом говорил необычайно мягко, словно лёгкий ветерок ворвался в моё сердце.

Кажется, я влюбилась.

В тот миг в голове крутилась лишь эта фраза.

Меня зовут Гуань Жоу.

Наконец-то он узнал моё имя.

Но почему же такого нежного брата кто-то пытался присвоить? Тот человек, что неотступно следовал за ним по пятам, с жёстким упорством отваживал меня… Разве я могла отступить?

И тут случилось то, чего я никак не ожидала — сцена прямо как из мыльной оперы: старшеклассник Шангуань оказался моим единоутробным братом?

Я заставляла себя верить, что это ложь, выдуманная Е Фанем, чтобы меня прогнать. Но разве стал бы такой человек прибегать к столь жалкой лжи?

Мои пальцы дрожали, и каждое нажатие на клавишу телефона отзывалось в них болью, будто от уколов иглы.

— Алло, мама.

— Кто мой отец?

Мама на том конце провода, разумеется, смолчала. Она никогда не говорила об отце, лишь твердила, что у меня его нет.

Поскольку я росла за границей, в неполной семье меня никто не третировал, к тому же о нас постоянно заботился дядя, который до известной степени заменил мне недостающую в жизни отцовскую фигуру.

— Мама, мне нужно знать, это очень важно. Давай так: я буду спрашивать, а ты отвечай только да или нет, хорошо?

Уловив, как дыхание матери на том конце провода участилось, я закрыла глаза:

— Я внебрачная дочь семьи Шангуань, верно?

Мама долго молчала, и когда я уже была готова сдаться, она тихонько произнесла: «Угу», после чего поведала о событиях тех лет.

Твой отец… нет, теперь правильнее называть его главой семьи Шангуань — тогда по неосторожности угодил в ловушку. А я подумала, что он неплох собой, и между нами случилась мимолетная связь. Никто из нас не придал этому значения — в конце концов, разве мало случается подобного? Кто бы мог подумать, что в ту ночь я забеременею. Когда в семье Шангуань об этом узнали, они разыскали меня и потребовали избавиться от ребенка. Но я отказалась, потому что знала: потеряй я тебя, у меня, скорее всего, больше никогда не будет детей. Пожалуй, именно поэтому я и согласилась на ту случайную связь с главой семьи Шангуань. Как я могла отказаться от тебя, если та, что никоим образом не могла забеременеть, вдруг понесла?

http://bllate.org/book/24736/2918586