С началом съемок нового сериала Гу Цзинчжэ вместе с Цзи Ханем приехали в Сучжоу. Цзи Хань захватил с собой двух домашних питомцев — Чжаоцая и Лайфу. Поскольку те были еще совсем маленькими, он не решился оставлять их на попечение зооняни.
Для Цзи Ханя это была первая поездка в Сучжоу, и все вокруг казалось ему невероятно свежим и интересным. Он планировал обязательно заглянуть на утренний и вечерний рынки, а Гу Цзинчжэ, глядя на его оживленное лицо, лишь находил его необычайно милым.
Линь Чан арендовал для них небольшой трехэтажный домик в Сучжоу. На втором этаже располагались главная спальня и кабинет, а на третьем — три комнаты. Юй Лан тоже привез в Сучжоу свою четырехлетнюю дочь Шаньвэнь, и они вчетвером — вместе с Сяо Яном, Чэнь Шо и Линь Чаном — поселились на третьем этаже.
В будние дни Чэнь Шо и Юй Лан отвечали за работу на съемочной площадке, а Сяо Ян и Линь Чан оставались дома присматривать за Цзи Ханем и Шаньвэнь. Особых забот у Цзи Ханя обычно не было, поэтому в свободное время он брался за роль маленького учителя и занимался с Шаньвэнь.
В тот день Цзи Хань увидел, как Шаньвэнь сидит за маленьким столиком в гостиной и увлеченно водит цветными карандашами по листу бумаги. Заметив, с каким сосредоточенным видом девочка рисует, Цзи Хань не удержался, подошел поближе и мягко спросил:
— Вэньвэнь, что ты рисуешь?
Шаньвэнь подняла голову, ее глаза сияли. Она указала на рисунок и произвела:
— Дядя, я рисую котиков. Они такие милые!
Цзи Хань улыбнулся, присел рядом с Шаньвэнь и внимательно всмотрелся в ее рисунок:
— Как красиво у тебя получается, Чжаоцаю и Лайфу точно понравится.
Услышав похвалу, Шаньвэнь радостно заулыбалась:
— Правда? Тогда я дорисовую и подарю им!
Цзи Хань кивнул и ласково сказал:
— М-м, Чжаоцай и Лайфу наверняка будут рады такому подарку.
— Дядя, а ты умеешь рисовать что-нибудь еще? — вдруг поинтересовалась Шаньвэнь, и в ее взгляде читалось ожидание.
Цзи Хань немного подумал и ответил:
— Могу научить тебя рисовать маленьких рыбок. Рыбки тоже очень милые. К тому же, Чжаоцай и Лайфу их любят.
Шаньвэнь с радостью кивнула:
— Здорово! Давай рисовать вместе!
Они вместе рисовали и болтали. Шаньвэнь восторженно рассказала Цзи Ханю, что в сентябре папа собирается отправить ее в детский сад, и она с нетерпением ждет, когда сможет завести много новых друзей. Цзи Хань мягко отвечал ей, время от времени подсказывая, как сделать рисунок рыбки более живым.
Вскоре в гостиную вошел Сяо Ян с тарелкой фруктов в руках. Увидев, как увлеченно те двое заняты рисованием, он не удержался от улыбки:
— Похоже, у наших юных художников сегодня пополнение в коллекции шедевров.
Цзи Хань поднял голову и со смехом произнес:
— Сяо Ян, иди к нам, нарисуй что-нибудь тоже, потворим вместе.
Сяо Ян отмахнулся с улыбкой:
— Нет уж, у меня так не выйдет, продолжайте без меня. А я лучше фруктами похрущу да на ваши творения погляжу.
Шаньвэнь радостно отозвалась:
— Сестричка Сяо Ян, как только мы закончим, сразу тебе покажем!
В таких буднях отношения Цзи Ханя и Шаньвэнь становились все более близкими, да и два котенка за это время превратились в настоящих верных друзей девочки. Стоило ей закончить очередной рисунок, как она тут же спешила показать его Чжаоцаю и Лайфу, наслаждаясь беззаботными и счастливыми моментами.
***
На съемочной площадке Гу Цзинчжэ был полностью погружен в чтение сценария. Прошлой ночью, когда они с Цзи Ханем репетировали сцену, Цзи Хань заметил, что в эмоциональных переменах главного героя должно быть больше чувства досады и обиды, а не чистого страдания. Способность Цзи Ханя к сопереживанию всегда помогала Гу Цзинчжэ глубже прочувствовать персонажа и лучше понять его внутренний мир.
Пока Гу Цзинчжэ пребывал в задумчивости, к нему подошла исполнительница главной роли Ци Юнь. Опустившись рядом на скамью, она заговорила:
— Братец Гу, ты слышал? Цю Лэй, который должен был играть второго главного героя, сломал левую руку и выбыл из проекта. Режиссер сейчас сбился с ног в поисках нового актера на эту роль.
Гу Цзинчжэ слегка нахмурился, услышав столь неожиданную новость:
— Правда? Настолько внезапно?
Ци Юнь кивнула, в ее глазах мелькнуло легкое раздражение:
— Ага. Вот же ребенок этот Цю Лэй: прекрасно знал, что съемки вот-вот начнутся, но все равно поперся гонять на спорткарах, и вот к чему это привело.
В этот момент к ним приблизился режиссер Ли Чэн. Лицо его выражало глубокую скорбь, и он тут же принялся жаловаться:
— Надо же было случиться такому именно сейчас... Просто напасть с этим Цю Лэем, головная боль одна. Прекрасно ведь знал, что съемочная группа уже на низком старте, и все равно поехал в эти свои гонки играть. Ума не приложу, воспринимает ли он вообще эту работу всерьез.
Выслушав его, Гу Цзинчжэ и сам проникся сочувствием. Хотя с Цю Лэем он был знаком не слишком близко, тот действительно производил впечатление молодого и ветреного человека, лишенного всякого пиетета перед профессией. Тем не менее, Гу Цзинчжэ не стал вдаваться в долгие комментарии и лишь попытался немного утешить Ли Чэна:
— Режиссер Ли, не переживайте так сильно. Кто же мог предвидеть подобное, просто поищите пока подходящую замену не спеша.
Ли Чэн тяжело вздохнул, судя по всему, особо не рассчитывая на помощь Гу Цзинчжэ в решении этой проблемы. Он уже собирался уходить, как вдруг замер на месте, перевел взгляд на Гу Цзинчжэ, и его глаза внезапно вспыхнули — в голову явно пришла какая-то идея:
— Цзинчжэ, а что если привлечь Цзи Ханя? Как тебе мысль отдать ему роль второго плана? Тем более, что по сюжету этот персонаж как раз передвигается в инвалидном кресле. Цзи Хань в прошлом был актером полутора-второго эшелона, с актерским мастерством у него точно проблем не будет.
Услышав это, Гу Цзинчжэ помрачнел в один миг. Он с укоризной зыркнул на Ли Чэна и недовольно бросил:
— Режиссер Ли, если бы не наши многолетние дружеские отношения, я бы сейчас врезал тебе как следует. Ты же прекрасно знаешь, в каком состоянии здоровье Цзи Ханя. Он все еще восстанавливается, и долгие нагрузки ему категорически противопоказаны. Я вовсе не собираюсь утомлять его понапрасну.
Ли Чэн понимал, как сильно Гу Цзинчжэ дорожит Цзи Ханем, да и сам осознавал, что предложение прозвучало несколько с бухты-барахты, однако удержаться от искушения прощупать почву он не смог:
— Да я так, к слову пришлось, людей-то искать тяжело. К тому же у Цзи Ханя и правда отличная школа за плечами, на эту роль он подошел бы идеально.
Ци Юнь тут же кивнула в знак согласия, проникшись к Цзи Ханю большой симпатией:
— И то верно. Если отбросить ваши личные отношения, Цзи Хань действительно безупречно вписывается в этот образ. У него андрогинная внешность, сочетающая в себе твердость и мягкость, играет великолепно, да и человек приятный в общении — работать с ним всяко проще, чем с какими-нибудь скандалистами.
Сейчас развелось немало актеров, работающих на один лишь трафик: играть не умеют, зато мастера влипать в скандалы. Их интересует лишь хайп и шумиха вокруг собственной персоны, а вовсе не добросовестная работа в кадре.
Гу Цзинчжэ лишь бессильно улыбнулся, однако в его взгляде по-прежнему читалась непреклонность:
— Я ценю ваши добрые намерения, но здоровье Цзи Ханя пока не позволяет ему работать с такой интенсивностью. Вернемся к этому разговору, когда он полностью восстановится.
Ли Чэну и Ци Юнь оставалось лишь принять этот ответ, хотя режиссер до последнего сожалел об упущенной возможности:
— Эх, до чего же жаль. Впрочем, раз ты так заботишься о нем, это делает тебе честь, так что давить я больше не стану.
Гу Цзинчжэ кивнул, чувствуя, как с души отлегло. Он прекрасно понимал, насколько дорог ему Цзи Хань, и ни в личной жизни, ни в работе не хотел подвергать его лишнему стрессу и перегрузкам.
Когда разговор был окончен, Гу Цзинчжэ вновь углубился в сценарий, а Ли Чэн вернулся к хлопотам по подбору актера на второглавную роль. Ци Юнь тоже быстро настроилась на нужный лад и вернулась к образу своей героини, и на площадке вновь воцарилась деловая суета, предшествующая съемкам.
http://bllate.org/book/24672/2904725
Сказали спасибо 0 читателей