— Это было неплохо! — раздалось в чате, а следом на лестнице показался Ли Мо.
— О, как вовремя!
— Появился в самый нужный момент! Не зря я поставил на этого парня!
— Вперед! Пусть ты тоже монстр, но я за то, чтобы ты подсидел старосту!
— Я точно смотрю стрим по хоррор-подземелью? О чем вообще чат болтает...
Внезапное появление Ли Мо сделало атмосферу на первом этаже еще более гнетущей. Он опустил взгляд на стоявшего внизу старосту, а тот в ответ невозмутимо уставился на него. Два взгляда скрестились в воздухе, словно лезвия, отчего картины на стенах задрожали.
Инь Сю перевел взгляд с одного на другого, спокойно наклонился и поднял брошенную на пол раму. Она была пустой. Если судить по остальным картинам на стенах, эта рама словно была приготовлена заранее для кого-то конкретного. Очевидно, Ли Мо пытался намекнуть ему на истинные цели старосты.
— Эта... просто рама, которую в доме еще не успели использовать, — поспешно объяснил староста, заметив, что Инь Сю изучает находку, но это оправдание выглядело лишь более подозрительно.
— Понятно, — лениво отозвался Инь Сю и отложил раму в сторону.
Он бросил быстрый взгляд на Ли Мо, стоявшего наверху, и после нескольких секунд молчания обратился к старосте:
— Когда начнется ритуал жертвоприношения?
Староста опешил:
— Ты хочешь пойти со мной?
Инь Сю кивнул. Всех присутствующих это повергло в шок: ловушка была очевидна, но он все равно решил в нее шагнуть.
— У него на тебя свои планы... — первым отреагировал Ли Мо, стоявший у лестницы на второй этаж. Его вечная улыбка на мгновение дрогнула, а в глазах промелькнула тьма.
— Я знаю, — прямо ответил Инь Сю. — Кое-какие сведения можно получить только от него.
Любому было ясно: и загадочный Ли Мо, и недоброжелательный староста приближаются к Инь Сю с определенными целями. Это была классическая ситуация, когда два охотника делят одну добычу. Староста был своего рода источником информации о городке, а Ли Мо — партнером, этакой ходячей бомбой, которая пока не нападала и иногда даже помогала. Но сейчас для Инь Сю важнее были сведения.
Как только Инь Сю объявил о своем решении, староста просиял, а Ли Мо помрачнел. Он смотрел на Инь Сю, обуреваемый противоречивыми чувствами, но тот лишь молча глядел в ответ. Постояв так некоторое время, Ли Мо без единого слова развернулся и ушел, оставив Инь Сю наедине со старостой.
— Это что сейчас было... сосед сам отступил?
— Я понимаю, что Инь Сю в трудном положении, но мне почему-то кажется, что сосед все же надежнее старосты.
— Согласен! Сосед ведь предупреждал его, да и помог спасти маленькую девочку.
— Да они оба хороши. Если бы с соседом было все чисто, он бы не шастал тайком в комнату к Инь Сю, да и личность свою он явно скрывает.
— Ты, небось, из фан-клуба старосты! Хватит клеветать на соседа, он просто загадочный! Пока что он ничего плохого Инь Сю не сделал!
— Да не спорьте вы. По мне, так оба — та еще дрянь. Недавно, когда Инь Сю выбирал комнату, он сразу решил держаться поближе к маленькой девочке.
— Я того же мнения. Как можно выбрать хорошего среди двух злодеев?
— Инь Сю явно знает, что делает. Например... может, он уверен, что справится со старостой?
— Надеюсь, он действительно справится, иначе быть беде.
Как только Ли Мо исчез, взгляд старосты стал откровенно хищным. Он с восторгом протянул руку к Инь Сю и с жаром произнес:
— Ритуал скоро начнется, пойдем, я тебя провожу.
Инь Сю молча уставился на его руку. Можно подумать, на светский прием собрались — для похода на жуткий ритуал такие манеры выглядели нелепо. Он с каменным лицом просто прошел мимо старосты. Тот, пребывая в отличном настроении, не обратил внимания на холодность и последовал за ним.
Когда небо окончательно почернело, городок ожил. В домах зажглись огни, по улицам бродили жители, раздавался смех — со стороны все выглядело как в самом обычном, мирном городке. На площади перед алтарем они навели порядок: обмотали все новой красной нитью, наклеили бумажные амулеты и начали водить хоровод вокруг статуи женщины, что-то невнятно нашептывая.
— Что они делают? — Инь Сю не стал приближаться, наблюдая издалека, стоя у входа.
Толпа людей, кружащая вокруг пугающей статуи и бормочущая странные слова, ночью выглядела по-настоящему жутко.
— Готовятся к ритуалу. Ночью сила той женщины слабеет, — спокойно ответил староста, не собираясь ничего скрывать. — Это та самая женщина, что нападала на вас днем. Она запечатана под статуей, и жителям приходится каждую ночь укреплять печать.
Инь Сю задумался:
— Кто ее запечатал?
Староста слегка улыбнулся:
— Я.
Инь Сю покосился на него:
— Должно быть, она мечтает тебя убить.
— Разумеется, — староста прищурился, глядя на приготовления. — Но она не может. Пока каждую ночь приносится жертва, печать остается нерушимой. Она бессильна против меня.
Инь Сю кивнул, не говоря ни слова. Староста, напротив, нетерпеливо продолжил:
— А ты знаешь, почему ее вообще запечатали?
— Почему? — Инь Сю прислонился к стене, делая вид, что ему не особо интересно.
— Она была первым монстром в этом городке. Из-за нее днем стало опасно, она наложила на всех проклятие, превращающее людей в чудовищ. Как староста, я обязан защищать город. Но прогнать ее я не смог, поэтому пришлось запечатать, а поддерживать печать теперь могут только жители.
Инь Сю прокрутил информацию в голове, анализируя первое условие прохождения: положить тело монстра на алтарь. В правилах не было сказано, кто именно этот монстр. Здесь повсюду монстры, поэтому поначалу он решил, что это маленькая девочка. Но теперь выходит... что это первоисточник всех бед?
Инь Сю не спешил делать выводы, лишь держал эту мысль в уме. Судя по реакции жителей, они действительно ненавидели эту женщину и охотно участвовали в ритуале.
— Ты видел каменную стелу у входа в город, когда пришел? — снова нарушил тишину староста.
— Видел, — кивнул Инь Сю. Там были записаны правила городка, и он их не просто прочитал, а выучил наизусть.
— Помнишь первое правило? — с улыбкой спросил староста.
— Детям запрещено касаться алтаря на площади в ночное время?
— Верно, — староста отвел взгляд от Инь Сю и посмотрел на алтарь. — До того как ее запечатали, она любила пожирать детей. Но теперь у нее нет сил, чтобы охотиться. Единственное, на что она способна — это через алтарь превращать людей в монстров. Это действует только на детей, потому что у них нет сопротивляемости. Поэтому детям категорически нельзя касаться алтаря, иначе они заразятся проклятием и станут чудовищами.
Инь Сю опустил взгляд, погрузившись в раздумья.
Подсказка: счастливая маленькая девочка вместе с мамой переехала в город монстров, где жила ее бабушка. Приезд в город означал, что они чужаки, не жители. В тот момент город уже был городом монстров, и превращались только местные, а не пришлые. Но девочка сейчас... превращается.
— Она коснулась алтаря...? — это было единственное, что пришло в голову Инь Сю. Пятое правило гласило, что чужакам разрешено смотреть ритуал, если они не нарушают правила. Значит, девочка могла участвовать в ритуале, нарушить запрет и стать монстром.
Шестое правило: «С чужаками, нарушившими правила, не позволяйте им покинуть город живыми». Не поэтому ли мама в своей записке постоянно твердила прятать девочку? Потому что жители расправятся с нарушителями, и девочка должна умереть.
Слова старосты дали Инь Сю много пищи для размышлений. Теперь он склонялся к тому, что монстр — это та женщина, а не маленькая девочка, которая когда-то была человеком.
В этот момент ритуал, похоже, начался. Факелы вокруг алтаря один за другим вспыхнули, их тусклый свет в холодной ночи выглядел особенно ярко, добавляя жуткому городку капельку тепла. Игроки из своих окон с любопытством наблюдали за происходящим.
— Хочешь подойти поближе? — староста снова протянул руку с той же радушной улыбкой.
Инь Сю посмотрел на его ладонь, взвесил ценность полученной информации и молча положил свою руку поверх.
Чат взорвался:
— Он протянул руку! Он реально протянул руку!!!
— Он что, решил подыграть старосте? О чем они только что болтали? Я что-то пропустил? Почему Инь Сю стал таким покладистым?
— Внимание: мужчина на экране по имени Инь Сю только что ответил на приглашение другого мужчины, но в это же время другой мужчина в окне второго этажа смотрит на них с такой ненавистью, что хоть святых выноси. Как закончится этот любовный треугольник — узнаем в сегодняшнем стриме!
— Ха-ха, ты мастер комментировать!
— Убийственная аура пробивает экран, надеюсь, со старостой все будет в порядке.
— А-а-а, я новичок, объясните, что сказал староста? Почему только я ничего не понимаю?
— Не парься, мы тоже не поняли. Все равно в конце разберемся, лучше просто смотри шоу.
Староста повел Инь Сю сквозь толпу к самому алтарю. Жители стояли кругом, оставив проход. В этот момент двое мужчин внесли огромный мешок и под радостные крики толпы водрузили его на алтарь. Инь Сю присмотрелся: мешок был тяжелым, двое едва справлялись. Через ткань проступали очертания чего-то, что явно было разрублено на части, а наружу просачивалась темная, багровая жидкость. Он уже догадывался, что внутри.
Как только мешок лег на алтарь, со всех сторон начал сгущаться белый туман — совсем как днем. Появилась та самая женщина. Игроки в страхе попрятались в комнаты и захлопнули окна, но жители вели себя на удивление спокойно и никто не сдвинулся с места.
— Ритуал начинается! После третьего счета все закрывают глаза и не открывают их до сигнала! Три! Два! Один!
По команде ведущего жители зажмурились. Инь Сю, хоть и был озадачен, последовал их примеру. Многие игроки, помня дневной ужас, тоже поспешили закрыть глаза.
Прошло около полуминуты тишины. Туман клубился, окутывая площадь ледяным холодом. Инь Сю прислушивался к каждому шороху. В тишине раздались шаги — кто-то медленно прошел сквозь толпу к алтарю. Каждый шаг сопровождался чавкающим звуком, а запах крови и сырой холод заставляли воображение рисовать кошмары.
Когда Инь Сю столкнулся с женщиной днем, он успел спрятаться в доме еще до того, как она подошла, поэтому не видел, как она выглядит. Но сейчас звуки ее приближения вызывали у него жгучее любопытство. Походка была неровной — одна нога явно волочилась, оставляя за собой какой-то влажный след.
Когда шаги стихли у алтаря, раздался звук разрываемой ткани. На землю посыпались липкие куски плоти, и запах крови стал невыносимым. Раздалось чавканье — отчетливое, мерзкое, эхом разлетающееся среди замерших жителей.
Инь Сю стоял неподвижно, продолжая слушать. Сначала он думал, что ритуал — это способ подавить монстра, принося жертвы для укрепления печати. Но теперь казалось... что это просто кормление? Форма заточения, при которой зверя держат в клетке и регулярно подкармливают, чтобы у того не было желания бунтовать.
При мысли о жертвах Инь Сю стало не по себе. В мешке явно были человеческие конечности, а такие ритуалы проводились каждую ночь.
Чавканье постепенно стихло. Женщина закончила есть, но не ушла. Ее заминка заставила людей задыхаться от страха — явно что-то пошло не так. Но спустя мгновение шаги возобновились, и толпа с облегчением выдохнула. Однако расслабиться не удалось: женщина не уходила, а начала бродить между людьми. Каждый, мимо кого она проходила, замирал, боясь дышать, пока шаги не удалялись.
Через полминуты она оказалась прямо перед Инь Сю. И вдруг остановилась.
http://bllate.org/book/24661/2903265
Сказали спасибо 0 читателей