Готовый перевод Quick Transmigration: The Main God Kisses His Deity Again / Переходы: Главный Бог снова целует своего Бога: Глава 10

Бай Чуюй лишь недоумевал, неужели Мо Шули настолько глуп? Откуда в нём столько самоуверенности, чтобы полагать, будто его не разоблачат? И откуда эта уверенность, что, стоя прямо здесь, чета Бай не отличит подделку от оригинала? В этот миг Бай Чуюй внезапно утратил к нему всякий интерес.

Любопытные гости, разумеется, не упустили возможности поглазеть на представление. Они притворились, будто ничего не происходит, и, украдкой приближаясь, навострили уши.

Когда Си Янь услышал слова Мо Шули, его лицо мгновенно помрачнело.

Бай Чуюй тихо рассмеялся и успокаивающе погладил его по тыльной стороне ладони. Увидев, что выражение лица Си Яня смягчилось, он с невозмутимым видом перевел взгляд на миловидное, на первый взгляд, лицо Мо Шули.

Честно говоря, он совершенно не видел сходства между этим лицом и своим. Выражение лица собеседника было слишком застывшим, слой пудры — чересчур толстым. Было видно, что тот боится сделать хоть какое-то резкое движение, а каждое слово произносит с опаской, тщательно контролируя мимику. Со стороны это выглядело утомительно.

— Мо Шули, я забираю своё обратно. Ты можешь идти, — Бай Чуюй указал на выход из зала и любезно напомнил.

Его голос не был ни громким, ни тихим, но его отчетливо услышали все зеваки, специально подошедшие поближе.

Услышав это, гости замерли от изумления. В зале мгновенно воцарилась тишина, ведь всем не терпелось узнать подробности, и невольно каждый стал следить за происходящим.

Взоры всех присутствующих тут же устремились на фальшивого молодого господина из семьи Бай. Вскоре толпа начала перешёптываться.

— Я же говорил, этот парень выглядит как результат пластической операции.

— Сразу видно, что лицо перекроили, никакой естественности.

— Да ладно, поддельный наследник? В наше время ещё случаются такие мелодрамы?

— Кто он вообще такой, раз осмелился выдавать себя за члена семьи Бай?

— Посмотрите на господина Си, кажется, он давно знал, что перед ним самозванец.

— Люди совсем с ума посходили от сериалов, играют в игры с подменой наследников.

— Я не понимаю, о чем вы говорите! Я не Мо Шули, я и есть Бай Чуюй, я — это я! — Мо Шули, увидев презрительные взгляды окружающих, окончательно потерял самообладание. Он перестал следить за мимикой, его лицо исказилось от ярости, и он закричал на толпу: — Чего вы стоите? Вышвырните этого самозванца!

Бай Сяндин, обнимая супругу, подошел ближе. Раз уж его дорогой сын больше не хочет продолжать этот фарс, он не собирался подыгрывать и приказал охране выставить парня вон.

— Папа, мама, вы давно знали? — Мо Шули с недоверием посмотрел на чету Бай, с которой прожил несколько месяцев, и с искаженным лицом бросил им обвинение.

Бай Сяндин и Су Лэй не ответили, лишь холодно смотрели на него.

— Ха-ха, значит, вы всё знали и просто водили меня за нос, как мартышку? — Мо Шули, которого держали под руки охранники, отчаянно сопротивлялся и вопил. — Вы, богачи, считаете себя небожителями, играете чужими судьбами, относитесь к людям как к собакам — зовете, когда нужно, и гоните прочь. Ни одного нормального среди вас нет! Бай Чуюй, это всё ты подстроил, не так ли?!

Мо Шули гневно сверлил глазами людей в брендовой одежде и дорогих костюмах, его сердце переполняла ненависть к ним. Он часто писал в соцсетях о своей неприязни к богачам и презирал любое проявление роскоши. Он верил, что успеха можно добиться лишь собственным трудом, а те, кто живет за счет предков или накопленного капитала, не заслуживают уважения.

Мо Шули не успел договорить, как его выставили за порог особняка семьи Бай.

— Папа, мама, простите меня. Раньше я был неразумен и постоянно вас расстраивал, — Бай Чуюй почувствовал, как внутренний голос велит ему извиниться, и подошел к супругам, чтобы принести извинения от имени прежнего владельца тела.

— Родной наш, — Бай Сяндин и Су Лэй были тронуты тем, что сын наконец повзрослел, в их глазах читалось облегчение.

Им очень хотелось обнять сына, но, встретившись взглядом с властным Си Янем, стоявшим рядом, они заколебались и отступили. За последнее время они успели выяснить всё, что произошло с их сыном. Им было горько и больно осознавать: если бы они уделяли ему больше внимания и заботы, возможно, он не стал бы жертвой манипуляций.

— Господин и госпожа Бай, я заберу Бай Чуюя, — Си Янь холодно обвел взглядом зевак и добавил с неприязнью.

Стоило людям встретиться с его взглядом, как они тут же, чувствуя вину, принимались смотреть в сторону или опускали головы.

— Хорошо, забирай его, — Су Лэй очень хотела оставить сына дома, но, видя, как они привязаны друг к другу, побоялась выглядеть той, кто разлучает влюбленных. К тому же в доме произошло такое событие, требовалось уладить множество дел, поэтому пришлось отпустить сына.

Си Янь кивнул и властным жестом обнял Бай Чуюя за плечи, уводя его прочь. После того как чета Бай извинилась перед гостями, охрана и прислуга проводили остальных присутствующих.

Вернувшись в дом семьи Си, Си Янь первым делом отправился в душ. В это время Бай Чуюю позвонили.

— Господин, Линь Хун снова просит кредит на три миллиона. Одобрять? — спросили на том конце провода.

— Дай ему, — небрежно бросил Бай Чуюй.

— Слушаюсь, господин.

— Хозяин, ты вот так просто отпустил Мо Шули? — 7407 подлетел к нему и не удержался от вопроса.

— Даже если бы я захотел его отпустить, Линь Хун не позволит, семья Бай не позволит, да и ты сам подумай: разве Си Янь разрешит кому-то разгуливать с моим лицом? — Бай Чуюй вертел в руках телефон, помолчал немного и добавил: — У меня нет права прощать его за то, что он натворил, я могу лишь отомстить за прежнего владельца тела.

На этих словах Бай Чуюй перестал крутить телефон и с невинной, беззаботной улыбкой добавил:

— 07, запомни: иногда жить бывает куда тяжелее, чем умереть.

7407 впервые услышал от своего подопечного так много слов. Но его слова и выражение лица напугали систему — она ошарашенно смотрела на хозяина.

Бай Чуюй не обратил на него внимания. Услышав шум воды из ванной, он почувствовал, как сердце смягчилось, а выражение лица стало чистым и невинным, как у кролика. Его глаза сияли, а на губах играла нежная улыбка.

Он вошел в ванную. В густом паре очертания мужского тела казались призрачными. Вода стекала по крепкой груди, подчеркивая рельеф мышц, каждая из которых выглядела как искусно выточенное произведение искусства, излучающее силу и красоту. Широкие плечи, сильные руки с прорисованными бицепсами и дельтами — всё это подчеркивало мужскую стать. Упругий живот без грамма лишнего жира, четкие кубики пресса, словно высеченные из камня. Крепкие, стройные ноги, напряженные мышцы которых источали неиссякаемую энергию. Его тело было само совершенство — символ здоровья и мощи, излучающий особую притягательность, перед которой невозможно устоять.

http://bllate.org/book/24627/2895306