Готовый перевод Great! Junior Sister Reborn, Sect Saved / Младшая сестра возродилась — и теперь секта процветает!: Глава 2

На следующее утро.

— Младшая соученица, а-а…

— А-а…

Сюань Чу широко раскрыла рот, и ложка тающей во рту, насыщенной духовной энергией целебной похлёбки тут же оказалась во рту — её кормила Сы Шиюнь.

Му Сюцُن и старейшина-фармацевт Чжао Уцзай синхронно поморщились.

Разве это нормально?

Какая из старших соучениц станет брать младшую на руки и кормить с ложечки?!

— Шиюнь, твоей младшей соученице уже четырнадцать, она уже вышла из того возраста, когда её нужно кормить с ложечки.

Му Сюцُن больше не мог выносить эту картину и не выдержал, решив вмешаться.

Чжао Уцзай был полностью с ним согласен:

— У неё просто поврежден духовный корень, а не руки и ноги сломаны. Тебе не кажется, что это уже слишком?

Сы Шиюнь повела себя так, будто ничего не услышала. А Сюань Чу показала виновнику торжества гримасу и заговорила ехидным тоном:

— Разве это чересчур? Вовсе нет. По крайней мере, это не настолько чересчур, как родной дядя, собственными руками сломавший родной племяннице духовный корень высшего качества?

Му Сюцُن: «……»

События приняли такой оборот, которого Сюань Чу никак не ожидала.

Изначально она хотела вести себя более дерзко, чтобы дядя перестал выказывать ей излишнюю нежность, заодно вернув старшей соученице то, что ей принадлежит, дабы та не повторила свою прошлую трагическую судьбу.

Кто же знал, что она случайно переусердствует и ей сломают духовный корень.

Мало того, что дядя стал чувствовать себя ещё более виноватым перед ней, так ещё и старшая соученица, кажется, влюбилась в неё.

Впрочем…

Влюбилась — это всё равно лучше, чем быть утащенной молодым господином Расы Демонов и превращенной в марионетку.

Не найдя, что возразить племяннице, Му Сюцُن перевёл взгляд на Сы Шиюнь:

— Ученики из Павильона Заслуг сказали мне, что ты потратила тысячу духовных камней высшего качества на покупку целебных средств. Верни эти деньги. Травмы Сюань Чу — моих рук дело, так что все расходы, разумеется, должны идти из моих личных счетов.

Сы Шиюнь даже не взглянула на мешочек с духовными камнями:

— Ты — это ты, я — это я. Это другое.

Улыбка Му Сюцُن вновь застыла на лице.

Он никак не мог ожидать, что его отношения с этой второй ученицей зайдут в такой тупик.

Ведь раньше она была вполне послушным ребенком, разве нет?

Видя, что атмосфера накаляется ещё сильнее, Чжао Уцзай был вынужден силой увесть Му Сюцُن с собой.

Теперь в комнате остались только Сюань Чу и Сы Шиюнь.

— Старшая соученица, дядя-наставник Чжао сказал, что мой духовный корень исцелили с помощью принесённой тобой десятитысячелетней морозной глыбы. Ты взяла с них плату? Ты ведь не отдала им всё до последней капли, да?

Сюань Чу прижалась к коленям Сы Шиюнь — в этой позе читалось глубокое доверие и полная зависимость.

Сы Шиюнь это очень понравилось.

Больше всего её тронуло то, что младшая соученица пострадала из-за неё, но при этом всё равно переживала, как бы она сама не осталась в убытке.

— Взяла. Глава секты проявил редкую щедрость и выделил сто тысяч духовных камней высшего качества. Себе я тоже оставила немного про запас. Ты и так тяжело ранена, так что перестань забивать себе голову.

Тот удар Му Сюцُن, нанесённый в полную силу, напрямую уничтожил водный духовный корень высшего качества Сюань Чу.

В конце концов его восстановили с помощью десятитысячелетней морозной глыбы, которую принесла Сы Шиюнь.

Причём восстановление обязательно нужно было проводить, пока пострадавшая находится в сознании.

Вчера её крики боли слышала вся секта.

Однако Сюань Чу, казалось, совершенно не помнила, что орала громче резаной свиньи. Услышав про сто тысяч духовных камней высшего качества, она только ахнула:

— Тогда на нынешнем Большом состязании старшая соученица наверняка сможет занять первое место!

Сы Шиюнь заправила за ухо выбившуюся прядь волос Сюань Чу:

— Младшая соученица хочет, чтобы старшая заняла первое место?

— Конечно хочу.

— Тогда старшая соученица вернёт это первое место для младшей.

Сюань Чу сладко улыбнулась и обняла Сы Шиюнь за талию:

— Хорошо. Старшая соученица самая лучшая.

— Что ещё за самая лучшая старшая соученица? Что хорошего в этой вечно ледяной глыбе? Младшая соученица, давай-ка ты попробуешь чего-нибудь получше.

Раздался развязный, ни к чему не обязывающий голос, и Сюань Чу сразу поняла, кто это.

Третий соученик — Чжу Синчи.

Едва войдя, Чжу Синчи бросил Сюань Чу духовный фрукт.

Но Сюань Чу не стала его ловить, а лишь ещё жалостливее прижалась к груди соученицы:

— Старшая соученица, кто это?

Сы Шиюнь подняла духовный фрукт и швырнула его обратно:

— Он твой третий соученик, его зовут…

— Меня зовут Чжу Синчи: Чжу из четырёх великих кланов бессмертных заклинателей, Син — это звезды, которые можно достать рукой со звездного неба, а Чи — это пруд *******.

У юноши были соболиные брови и глаза, подобные звездам, а высокий конский хвост развевался за спиной. В его взгляде светилась неукротимая дерзость по отношению ко всему миру.

И у него действительно были основания для такой дерзости.

По сравнению с упорно трудящейся Сы Шиюнь, он был истинным юным гением.

Заклинатель пути магии с огненным духовным корнем высшего качества.

Шестнадцатилетний практик на Стадии Золотого Ядра (Великое Совершенство).

Только вот… в конце концов из-за слишком глубокой одержимости он сбился с пути и стал зловещим заклинателем, превратившись в ступеньку для чужой славы.

Глаза Сюань Чу потемнели.

— Младшая соученица, хочешь духовный фрукт?

В прошлой жизни всё было точно так же: при первой же встрече он протянул ей небесный духовный фрукт седьмого ранга.

— Небесный духовный фрукт седьмого ранга? Это же слишком дорогой подарок!

В этой жизни Сюань Чу не хотела, чтобы он питал к ней слишком сильные чувства, поэтому держалась крайне холодно.

— Разве это дорого? Если любишь их есть, этих фруктов у меня вдоволь. — С этими словами Чжу Синчи достал пространственный мешок, в котором лежала ровно сотня небесных духовных фруктов.

Фруктов, которые на рынке стоили по триста духовных камней высшего качества за штуку.

Он просто так достал сотню штук и заявил, что их будет вдоволь.

И впрямь невероятно богат и щедр.

— Такая прекрасная вещь, лучше третьему соученику оставить её себе. Я не люблю фрукты, я люблю только целебную похлёбку, приготовленную старшей соученицей.

Чжу Синчи впервые столкнулся с тем, что кто-то отверг его проявления благосклонности.

Даже Сы Шиюнь в свое время удостаивала его хотя бы минимального проблеска хорошего отношения.

Если бы не его собственный острый язык в последние два года, когда он постоянно подкалывал Сы Шиюнь за то, что та застряла на Стадии Золотого Ядра и никак не продвигается вперед, отношения между соучениками и соученицами не охладились бы до такой степени.

Чжу Синчи, который изначально заглянул сюда лишь в расчете на то, что появилась младшая соученица, которую можно баловать и над которой можно подшучивать, после столь холодного отказа Сюань Чу неожиданно загорелся азартом.

— Не любишь фрукты? А что ты любишь? Брату-наставнику по силам раздобыть даже девятиранговую целебную траву.

Стоило Сюань Чу увидеть его выражение лица, как она поняла: дело дрянь.

Она знала, что обладает телосложением магнита для сердец, и хотя на Юй Гуанцзи это не действовало, на остальных людей её чары оказывались неотразимы.

Особенно на её третьего соученика.

Словно наркотик.

В прошлой жизни она купалась в любви и, зная, что третий соученик готов на всё ради неё без всяких условий, бессовестно помыкала им и заставляла работать на себя.

В этой же жизни она хотела держаться от него подальше, но никак не ожидала, что подобная холодность лишь сильнее разожжёт его интерес.

Она зажмурилась:

— Я устала, духовный корень тоже болит, я хочу отдохнуть.

Как мог Чжу Синчи не понять её скрытый подтекст? Воспитание в благородной семье всё же подсказало ему проявить тактичность и удалиться.

— Тогда, младшая соученица, отдыхай, как следует. Как поправишься, брат-наставник преподнесет тебе другие подарки.

В итоге, едва открыв дверь, Чжу Синчи нос к носу столкнулся со старшим соучеником Юнь Цзэ.

Бросив на старшего соученика взгляд, Чжу Синчи приподнял бровь:

— Младшая соученица устала, её духовный корень болит. Может, придёшь завтра?

Юнь Цзэ отличался мягким нравом и одновременно постигал и медицину, и талисманы, являясь главной рабочей лошадкой секты по добыванию денег. Обычно он крутился как белка в колесе, и сегодня выкроил свободную минуту с большим трудом.

Услышав от соученика, что младшая устала, ему оставалось лишь оставить пилюли и талисманы у порога.

— Тогда, младшая соученица, отдыхай, как следует. Старший соученик навестит тебя в другой день, а талисманы и пилюли я оставил у двери, не забудь их забрать.

Это выражение в другой день было поистине чудесным.

Если не случится ничего непредвиденного, этот другой день настанет не раньше следующего месяца.

Все присутствующие прекрасно это понимали.

Раз уж сам Чжу Синчи не смог увидеть младшую соученицу, то и другие соученики — тоже, и на душе у него от этого стало чуточку легче.

Однако…

Он схватил за шкирку собиравшегося уходить Юнь Цзэ:

— Старший соученик, неужели я некрасив?

http://bllate.org/book/24615/2893332