Готовый перевод The Omega's Guide to Running Away with the Baby / Побег Омеги с ребёнком на руках: Глава 1

— Я погляжу, 23 года, родом из Яньчэня, редчайший высший омега, здоров, внешне пригож. — Управляющий Цуй оторвался от бумаг и бросил оценку на молодого человека перед собой. — Сразу и не скажешь. На вид ему от силы чуть за двадцать, к тому же худощав — того и гляди, ветром сдует.

Вэнь Цю молча стоял перед диваном, позволяя разглядывать себя с головы до ног. Всё на нём было с иголочки: новая рубашка сидела аккуратно, новые туфли немного жали, и лишь взгляд оставался растерянным и пустым, словно внутри пряталась старая, изношенная душа.

— Ох, этот парень с детских лет лицом не вышел из кожи вон, такой нежный! — Лу Илун заискивающе улыбнулся и приподнял подбородок Вэнь Цю, демонстрируя его управляющему. — Сами взгляните, какой прелестный омега! Обыщите хоть всю страну, переверните весь шоу-бизнес — и то не сыщете подобного. Гляньте на эти зелёные глаза. Не хвастовства ради скажу: в его жилах течёт кровь английской аристократии!

Тон Лу Илуна был чересчур хвастливым, однако он говорил правду. Вэнь Цю был полукровкой, на четверть англичанином. Черты его лица отличались исключительной утончённостью, густые и длинные ресницы обрамляли глаза удивительного светло-зелёного оттенка. Эта красота казалась изысканной, лишённой пошлой приторности — ей бы красоваться на обложках модных журналов, подчёркнутой драгоценностями редкой выделки.

Управляющий Цуй закинул ногу на ногу, откинувшись на спинку дивана, и неторопливо поглаживал подбородок, прищурившись и молча разглядывая гостя.

Этот Лу Илун величал себя неким хозяином Общества Илун, а на деле являлся обычным ростовщиком-шпаной, от которого вечно разило перегаром и дешёвой закуской. К каждому слову из его уст следовалось относиться с изрядной долей недоверия.

— Аристократичная кровь? Смотри-ка, не из твоего ли заведения он сбежал?

У Лу Илуна на носу выступила испарина, и он засуетился, заискивая:

— Что вы такое говорите! Он из благородных, с младых ногтей воспитывался в роскоши, от макушки до пят, изнутри и снаружи — чистейший бриллиант. Парень с виду простоват, но послушный донельзя, что ни прикажете — всё сделает. Сяо Ли, чего стоишь столбом? Ступай, завари управляющему Цую чаю!

С самого порога им не оказывали никакого радушия, и на журнальном столике до сих пор не появилось даже чашки чая. Вэнь Цю на секунду растерялся, прежде чем сообразил, что зовут его, и медленно поплёлся на кухню. Отыскивая чайный сервиз, он нарочно производил немало шума.

Управляющий Цуй, наблюдая за его заторможенными движениями, презрительно фыркнул и обратился к Лу Илуну:

— Господин Лу, сдаётся мне, вы так до конца и не уяснили условия для входа в нашу семью. Чтобы вырастить достойного наследника, без выдающейся матери никак не обойтись.

— Да-да, разумеется, само собой, — закивал Лу Илун. — Ну так что насчёт этого паренька?..

— Бам! — В этот момент из кухни донёсся грохот, за которым последовал испуганный вскрик.

Лицо Лу Илуна переменилось, и он стремглав бросился внутрь. Там на полу валялись осколки разбитого термоса, во все стороны летели брызги кипятка, а Вэнь Цю стоял ни живой ни мёртв, сплошь покрытый ярко-красными ожогами на руках.

— Тупица проклятый! Что я тебе перед уходом говорил?! Пристроить задницу к богачу и то ума не хватило, а теперь даже с такой плевой задачей справиться не можешь! Дармоед, погоди, верну тебя в заведение — до конца дней будешь отрабатывать долги своего папаши!

Лу Илун высоко взмахнул рукой, собираясь отвесить пощёчину. Вэнь Цю вжался в плечи, застыв в ожидании удара, словно испуганный перепел.

Внезапно чья-то сильная рука перехватила замахнувшееся запястье.

Управляющий Цуй, с виду учтивый и улыбчивый делец, поднялся на ноги — он оказался на редкость высоким. Сначала он жёстко заломил руку Лу Илуну, а затем с мягким сочувствием взял омегу за обожжённую руку, осматривая повреждения:

— Поглядите-ка, тут же волдыри вскочат. Ступай подержи руку под холодной водой.

— Угу… — еле слышно отозвался Вэнь Цю. На глазах у него навернулись слёзы. Он открутил кран до упора, сунув руку под струю, и впопыхах насквозь вымочил и рукава, и полы рубашки.

Какая жалость, а заплаканное личико у него на редкость умилительное, — промелькнуло в голове у управляющего Цуя. Переведя взгляд на Лу Илуна, он произнёс:

— Внешность, конечно, безупречна. Беда лишь в том, что умом парнишка не вышел — как бы это потом на интеллекте ребёнка не отразилось.

Лу Илун поспешно зачастил:

— Нет-нет, уверяю вас, он очень умный, со школы круглой отличницей… тьфу, первым учеником в классе был! Просто в прошлом году неудачно упал, затылок зашивали — шесть штук наложили, с тех-то пор рассудок и помутился. Зато генетика у него отменная! Не верите — сделайте генетический тест!

Управляющий Цуй загадочно улыбнулся про себя, но решение уже созрело: этот омега, хоть и глуповат на поверку, зато послушания ему не занимать. К тому же провернуть всё нужно втайне от молодого господина, а главное требование здесь — никаких лишних проблем.

Приняв решение, он ещё добрую половину дня помучил Лу Илуна неопределённостью, наблюдая, как тот метался на раскалённой сковороде, и лишь после этого небрежно швырнул перед ним контракт:

— Ознакомьтесь.

— Да-да, сию минуту! — лучезарно улыбнулся Лу Илун и торопливо зашуршал страницами.

Управляющий Цуй неторопливо закурил сигарету и вдруг уловил странное движение: сидевший до этого с опущенной головой омега на мгновение вскинул взгляд. Взгляд этот оказался столь холодным и пронзительным, будто мягкая страница книги вдруг до крови порезала палец.

Управляющий Цуй не был уверен, не померещилось ли ему это. Когда же он всмотрелся внимательнее, парень вновь сидел с тупым видом, бездумно теребя мокрый край одежды так, словно питал к ней лютую ненависть.

Лу Илун проглотил договор наскоро, не вникая в детали:

— Ну, имя за Сяо Ли здесь я сам напишу.

Все два года после того, как его схватили за долги, Вэнь Цю числился нелегалом, поэтому в бумагах он значился как Ли Вэньфэй, 23 года — под именем одного из хостесов, работавших на Лу Илуна.

— Ладно, подписывайте, — управляющему было не до того.

Лу Илун накарябал нечто неразборчивое и расплылся в подобострастной улыбке:

— Прекрасно-прекрасно! В день вашей свадьбы я непременно загляну пропустить рюмочку и отвалю нашему Сяо Ли щедрый красный конверт с деньгами!

— О чём это вы размечтались? — управляющий Цуй посмотрел на него с ледяной усмешкой, и тон его резко ожесточился. — Повторяю ещё раз, Лу Илун: всё должно храниться в строжайшей тайне. Даже не думайте наводить справки о хозяевах дома или замышлять какие-то пакости. Ручаюсь, последствий вы не вынесете.

Лу Илун внутренне сжался и поспешно закивал:

— Да, вы абсолютно правы…

Они вдвоём быстро обговорили все детали, обойдясь без участия Вэнь Цю, хотя тот и являлся главным лицом сделки — ему даже не позволили взглянуть на текст.

Перед уходом Лу Илун крепко ухватил его за плечо и принялся наставлять:

— Смотри у меня, держи ухо востро! Говорю тебе: проявишь себя — хозяева всё оценят, глядишь, и осыплют милостями! Добудешь богатство и роскошь рядом с главным господином — не забывай брата Лу, помни, откуда ты родом!

Вэнь Цю рассеянно кивнул, провожая его взглядом до дверей виллы. Тяжёлая алюминиевая створка со стуком захлопнулась, отрезая полоску блеклого неба. Внутри сразу стало оглушительно тихо. Высокие окна, резные перила, утончённая современная мебель — всё вокруг казалось затаившимся хищником, следящим за каждым движением.

Надо было стиснуть зубы и влить тот кипяток себе в глотку, — думал про себя Вэнь Цю. — По крайней мере, сейчас я валялся бы в больнице, а не угодил в этот жуткий капкан.

Этот лурский прихвостень глуп и мерзок, но поскольку надеется нажиться на нём, он будет максимум бить и ругать, а не убьёт по-настоящему. А вот тот, с лицом приличного человека и пустыми глазницами вместо глаз, за чьим фасадом скрывается непроглядная чернота…

Выходить замуж он не собирался. Он слишком молод, даже учёбу не закончил. Поэтому ему нужно бежать — во что бы то ни стало вырваться из этого болота. Придётся тщательно копить силы, притворяться глупым и послушным и выжидать подходящий момент.

— Ну что ж, Сяо Ли, располагайся, чувствуй себя как дома, — радушно произнёс управляющий Цуй. — Не бойся, просто побеседуем. Чем занималась твоя семья?

— Отец строительным бизнесом заведовал, а потом компания обанкротилась, накопилось много долгов. Сейчас он вроде бы прячется где-то в Африке, — ответил Вэнь Цю чистую правду.

— А мать?

— После развода сразу вышла замуж повторно.

— И с матерью ты не остался?

— Отчим невзлюбил меня, вот я и сбежал.

— Вот оно что, неудивительно, что вокруг тебя стали крутиться всякие подозрительные типы, — управляющий посочувствовал ему, а затем успокоил: — Больше не бойся, здесь ты в полной безопасности, я гарантирую, что эти бандиты сюда не сунутся. Главное — забеременеть, тогда и забота будет на высшем уровне, и любые капризы исполним. Эти три дня поживешь на вилле, ешь, пей и настраивайся на нужный лад. Ещё вопросы есть?

Вэнь Цю потупил взор, лихорадочно соображая, а когда поднял глаза вновь, в них читалась лишь наивная, невинная глупость:

— Скажите… а когда я смогу увидеть своего альфу?

Управляющий Цуй рассмеялся:

— Ты ведь всё прослушал, витая в облаках?

— Я слушал! — покраснев, обиженно протянул Вэнь Цю. — Разве не через три дня мне предстоит… ну, то самое? Хотелось бы хоть взглянуть на мужа…

С глазами, полными слёз, и пылающими щеками он походил на нераспустившийся бутон. Выглядело это исключительно убедительно. Управляющий Цуй продолжал улыбаться, но в глубине его глаз застыл холод:

— Об этом узнаешь в своё время.

— Но я…

Управляющий Цуй слегка хлопнул папкой с бумагами по его щеке:

— Не тешь себя иллюзиями. Тебе до него всё равно не дотянуться.

Боль оказалась едва ощутимой, но внутри Вэнь Цю всколыхнулась жгучая волна унижения. Когда-то, до восемнадцатилетия, он тоже жил в роскоши, получал прекрасное образование и обитал в особняке, превосходившем эту виллу в сто раз.

Он уже пытался сбежать тогда, но Лу Илун отоварил его по затылку пустой бутылкой из-под байцзю, отправив в трёхдневный нокаут. На самом деле рассудок к нему вернулся не повреждённый, а, напротив, прояснившийся.

Теперь же поумневший парень лишь прикрыл ладонью щеку и жалобно заскулил:

— Не бейте меня, я буду послушным.

Управляющему Цую пришлась по душе эта покорность, и он покровительственно потрепал его по макушке:

— Раз умеешь слушать, значит, мы договоримся.

Спустя три дня у Вэнь Цю началась течка, и двое телохранителей усадили его в машину.

Он наивно полагал, что едет к своему мужу, оттого всю ночь искренне проплакал, и глаза теперь безнадежно опухли.

Однако автомобиль затормозил у дверей элитной частной клиники.

В VIP-палате его встретил врач в белом халате. На процедурном столике Вэнь Цю заметил длинный-предлинный шприц.

Сама процедура прошла быстро и безболезненно. Лёжа на операционном столе, он чувствовал, как холодный тонкий инструмент проникает внутрь, словно выискивая путь змея с раздвоенным жалом.

Реальность происходящего ускользала от него.

Он отчетливо понимал, что семена разрушения уже посеяны, но поскольку боли не было, он всё ещё мог дышать и успел плотно позавтракать, накатывало лишь сытое оцепенение.

Ощущение было такое, будто ему завязали глаза и ведут к обрыву, не зная, на каком шагу земля уйдёт из-под ног — а может, он падает уже давно, и остаётся лишь ждать момента, когда он разобьётся вдребезги.

— Это редчайший высший омега, — говорил врач управляющему Цую за дверью операционной, изучая анализы. — Высший статус означает врождённый сверхвысокий интеллект, потрясающие внешние данные и множество талантов, превосходящих человеческие возможности. Ребёнок от двух высших с огромной вероятностью унаследует те же способности. Где вы откопали такое сокровище?

Управляющий Цуй промолчал, лишь предупреждающе зыркнув на доктора:

— Не задавай лишних вопросов. Запомни главное: до рождения ребёнка молодой господин не должен ничего узнать!

— Понял-понял, за моё слово можете не беспокоиться, — закивал врач. — Разве я не знаю нрав нашего молодого господина Пэя? Он же меня живьём на вертеле зажарит, да ещё и с перцем и зирой!

***

Всего неделю спустя на диагностическом тесте проступили две заветные полоски. Забившись в туалет, Вэнь Цю отчаянно захотел сигануть вниз через заколоченное окно и покончить со всем разом, но в дверь уже забарабанил приставленный к нему «нянька»-телохранитель.

Медленно выйдя наружу, он не успел и моргнуть, как охранник профессиональным движением выудил тест из его судорожно сжатого кулака.

Телохранитель, сиделка, повар — на вилле все ликовали, наперебой поздравляя друг друга: за добрые вести каждому полагалось денежное вознаграждение.

Вэнь Цю дрожал всем телом посреди этого праздничного безумия, чувствуя себя участником жуткого погребального ритуала, где его заживо заколачивают в гробу.

Вскоре пожаловал и управляющий Цуй, лучась неприкрытым довольством — он только что получил солидный конверт на восемьдесят восемь тысяч от госпожи Пэй. Помахав перед носом Вэнь Цю новеньким свидетельством о браке, он тут же убрал его обратно, не давая заглянуть внутрь.

Вэнь Цю стоял неподвижно, бледный как полотно, с пустыми руками.

Проходя мимо со смехом и шутками, управляющий Цуй вдруг сделал пару шагов назад, вытащил из кармана плитку шоколада и швырнул ему на грудь со словами:

— Поздравляю, со вступлением в брак.

http://bllate.org/book/24550/2879934