Готовый перевод After I Went Up, The Superstar O Started Doting On Me / Моя суперзвезда: Сладкий плен любви: Глава 7

Глава седьмая: Мужество

Летом девять лет назад шестнадцатилетняя Линь Чжицзинь была зачислена в Университет Сюаньчэн в качестве студентки со спортивным уклоном.

В день зачисления она полная энтузиазма прибежала в Институт спорта, чтобы отметиться, но получила отказ из-за того, что еще не прошла доминантную дифференциацию пола. В итоге по воле случая ее перевели в Институт искусств, где она случайно оказалась последней студенткой в группе Бай Ло.

Обучение в Институте искусств стоило на две тысячи юаней дороже, чем в спортивном. Из-за трудного финансового положения семьи Линь Чжицзинь пришлось просить у своего спонсора еще две тысячи.

Тогда она еще не знала, что спонсор — это кто-то из близких родственников Бай Ло, и согласилась помочь в благодарность за помощь, выполнив просьбу почаще фотографировать Бай Ло.

Поначалу Линь Чжицзинь, чьи навыки фотографии оставляли желать лучшего, могла лишь пользоваться возможностями кураторских часов и различных мероприятий, чтобы тайком затесаться в толпу фотографов и сделать пару кадров Бай Ло.

Хотя они были однокурсницами, их пути практически не пересекались, они даже ни разу не разговаривали с глазу на глаз.

К моменту перехода на второй курс, когда Линь Чжицзинь уже стала полноправным членом студенческого фотоклуба, она набралась смелости: стоило Бай Ло появиться где-то, как Линь Чжицзинь тут же оказывалась рядом, а сделанных ею снимков становилось все больше.

Вместе с количеством фотографий росло и стремление Линь Чжицзинь заботиться о Бай Ло и защищать ее.

Иногда Бай Ло была вынуждена отлучаться по учебе или съемкам, а любители посплетничать, веря глупым слухам, распускали о ней дурные сплетни. В такие моменты обычно спокойная Линь Чжицзинь не могла удержаться и возражала им.

Сначала та компания даже не принимала Линь Чжицзинь всерьез и продолжала поливать Бай Ло грязью, пока Линь Чжицзинь не наставила на них камеру, включив режим съемки.

Колючие слова заставили Шань Юя чувствовать себя не в своей тарелке, позади него шагали телохранители Бай Ло, но не успел он сообразить, что ответить, как лифт достиг верхнего этажа.

Она и не догадывалась, что кто-то может молча ждать ее у школьных ворот целый день, что каждый раз при ее появлении именно она первой поднимала камеру, умея даже в самой густой толпе четко поймать в фокус ее прекрасное лицо.

Бай Ло даже не обернулась и прямо ответила: — Не нужно, пап. Разве ты уже не помог мне инвестировать в Компанию «Лэси»? Обременять тебя еще и этим — с моей стороны как дочери будет просто неуместно.

При этом большинство студентов этого потока стремились пробиться в шоу-бизнес и куда больше дорожили своей неприкосновенностью частной жизни.

Для всех она была недосягаемой школьной суперзвездой и дочерью богачей, о которой знал весь Сюаньчэн, но для Линь Чжицзинь она служила подсолнухом и путеводной звездой, единственной надеждой пережить тяжелые студенческие будни.

Едва дверь отворилась, их встретили четыре-пять врачей, а дружное «Здравствуйте, господин директор!» заставило Шань Юя вернуть хотя бы каплю уверенности. Опираясь на трость, он изо всех сил попытался выйти из лифта раньше Бай Ло.

* * *

Из-за внезапно проявившихся побочных эффектов временной метки задняя часть шеи Бай Ло запылала жаром, и она торопливо протянула руку, чтобы прижать пластырь-подавитель.

Через прозрачное стекло окон были отлично видны движения и выражения лиц тех, кто находился внутри, и, конечно же, Бай Ло не упустила из виду нотки «красного вина», примешанные к феромонам.

Возвращаясь к настоящему моменту: в поднимающемся лифте царила необытихая атмосфера.

Шань Юй с серьезным видом ответил: — Прошло уже больше четырех часов, но тебе не о чем беспокоиться: все показатели ее организма в норме, а крепкий сон — лишь одна из особенностей протекания периода течки.

— Мм, — услышав ответ Шань Юя, Бай Ло немного успокоилась, но в ее голове тут же возник новый вопрос: — Разве это не закрытая ВИП-зона? Почему она смогла сюда попасть на лечение?

— Сколько она уже спит? — Шань Юй сидел на стуле, в то время как Бай Ло стояла, глядя на него сверху вниз далеко не самым дружелюбным взглядом.

Шань Юй заговорил первым, нарушая тишину: — Сяо Ло, насчет того тренда в поисковиках... Хочешь, папа поможет тебе разобраться?

Линь Чжицзинь не сдавалась, даже когда окружающие намеренно травили ее; ни словесные, ни физические нападки не заставили бы ее выпустить из рук фотоаппарат и уж тем более предать забвению ту, на кого был направлен объектив ее камеры.

На третьем и четвертом курсах Бай Ло уже редко появлялась в университете, а когда изредка заглядывала, ее приветствовал весь кампус, и с момента пересечения ворот ее тут же окружали бесчисленные толпы людей.

Эти слова попали точно в ахиллесову пяту Шань Юя: он явно смутился, и слова застряли у него в горле.

Ведь Бай Ло была тем самым источником мужества, который помогал Линь Чжицзинь держаться на плаву все годы учебы в университете.

Бай Ло была вовсе не в том настроении, чтобы препираться с ним. Шагая следом за ним примерно с десяток минут, она наконец добралась до процедурной Линь Чжицзинь.

Внезапная перемена в Линь Чжицзинь заставила однокурсников начать бойкот: каждый оправдывал это тем, что она «без разбора» снимает видео, нарушая их личные границы.

Все они думали, что Линь Чжицзинь шутит, и прямо перед объективом заявляли: «Ты сошла с ума?», «Дура, ты так помогаешь Бай Ло, а она вообще знает, кто ты такая?». Их уродливые лица и грярная ругань были записаны Линь Чжицзинь до последнего слова.

— Мне кажется, у Линь Чжицзинь отродясь не было столько денег, чтобы позволить себе статус элитного ВИП-пациента в Больнице Чэнъи?

Бай Ло, сразу раскусившая недобрые замыслы Шань Юя, не собиралась спускать ему это с рук.

— Об этом долго рассказывать, — поспешно попытался отмахнуться Шань Юй, но взгляд Бай Ло не оставлял ему шансов на ложь, и ему пришлось выдать часть правды.

— Линь Чжицзинь — участница первой группы клинических испытаний нового типа подавляющих препаратов Больницы Чэнъи, поэтому она может проходить здесь лечение в любое время.

— Неужели тебе обязательно вечно выставлять своего отца таким мерзавцем?!

Столкнувшись с подозрительным взглядом Бай Ло, Шань Юй внезапно вспылил. Резко вскочив на ноги, он оступился и чуть не рухнул на пол, но к счастью, телохранитель Бай Ло успел его подхватить.

Бай Ло же не удостоила его даже мимолетным взглядом. Даже если Шань Юй говорил правду, сегодня он объявился здесь наверняка лишь из страха, что болезнь Линь Чжицзинь как-то запятнает его собственную репутацию.

Ха, разве она не знала своего гениального отца? В спокойные времена он ведет себя тише воды ниже травы, но стоит затронуть его личные интересы — тут же несется впереди всех с воплями и требованиями!

— Скажи мне, чем Линь Чжицзинь отличается от обычных Альф?

Бай Ло смотрела на Линь Чжицзинь сквозь стекло процедурной, ее глаза были полны тревоги и заботы.

— Характером слабее обычных людей, а период течки протекает дольше, — с раздражением бросил Шань Юй.

— И что еще? — продолжала допытываться Бай Ло.

— Столкновение с Омегами твоего уровня, такими как ты, легко провоцирует у нее аномальную течку, — шатаясь, Шань Юй уселся обратно на стул.

— А если она столкнется с Альфой S-класса? — Бай Ло нахмурилась, с болью в сердце думая о том, что нынешняя болезнь Линь Чжицзинь произошла по ее вине.

— Обычно особых изменений нет, к феромонам Альф она в целом довольно тупой чувствительности. Она относится к типу Альф с поздней дифференциацией...

— Ладно, спасибо.

Бай Ло прервала Шань Юя, собиравшегося продолжать свои хвастливые тирады, и бросила взгляд на телохранителей. В мгновение ока в этом крыле остались всего три человека.

— У меня тоже есть вопрос к директору Шане, на который я бы хотела получить ответ.

Бай Ло присела на корточки, заглядывая в глаза сидевшему на стуле Шань Юю.

Тот отвлек, отводя взгляд и не осмеливаясь посмотреть на нее.

Сдерживая клокотавшую ярость, Бай Ло холодно спросила: — Если в будущем Линь Чжицзинь перестанет принимать новые подавляющие препараты, разработанные Больницей Чэнъи, грозят ли ей какие-нибудь серьезные побочные эффекты?

— Ты и впрямь считаешь отца исчадием ада?

Ощущение, что собственная дочь подозревает тебя во всех грехах, было не из приятных, и Шань Юй дал волю эмоциям.

В этот момент Линь Чжицзинь в процедурной неожиданно перевернулась на другой бок, судя по всему, собираясь проснуться.

Бай Ло была еще не готова к прямой встрече с Линь Чжицзинь, поэтому ей пришлось первой покинуть этаж вместе с Шань Юем.

Когда Линь Чжицзинь пришла в себя, за дверью дежурил лишь ее лечащий врач. Получив наставления насчет дальнейшего ухода, она забрала свои вещи и покинула больницу.

Достав телефон, она с удивлением обнаружила, что уже перевалило за одиннадцать вечера. Все отели поблизости от больницы были заполнены, а свободные номера оставались лишь в тех гостиницах, что находились не менее чем в двух километрах.

Почувствовав после процедур легкость в теле и душевный подъем, Линь Чжицзинь решила не унывать: раз уж в такую пору поймать такси сложно, она просто пробежала эти два километра до отеля пешком.

Добравшись до номера, Линь Чжицзинь первым делом приняла душ, высушила феном волосы и, растянувшись на кровати, открыла ноутбук в поисках жилья.

В Сюаньчэн у нее не было постоянного угла, так что ей требовалось срочно подыскать новую квартиру, чтобы заняться поисками работы — в конце концов, возвращаться в Моду она больше не планировала.

Заполняя личные данные, Линь Чжицзинь заметила графу электронной почты, и в памяти тотчас промелькнули воспоминания университетских лет.

Все те кадры, что она щелкала ради Бай Ло, отправлялись ее спонсору через один и тот же почтовый ящик. Она даже помнила название этого адреса: BXDYSS (Не хочу быть студентом-искусствоведом).

Тогда она и правда была сущим ребенком!

Воспоминания нахлынули волной, и Линь Чжицзинь тихонько усмехнулась. Она открыла страницу входа в почту, ввела имя пользователя, но пароль успела позабыть.

Сначала она попыталась ввести собственную дату рождения вместе с именем — система выдала ошибку. Затем попробовала дату рождения Бай Ло и имя — снова неверно.

Словно какое-то предчувствие подсказывало, что заветный код связан с Бай Ло, и Линь Чжицзинь вновь мысленно вернулась к тому моменту, когда впервые отправляла фотографии Бай Ло с этого ящика, вспоминая переполнявшие ее тогда чувства.

Это был ее первый раз, когда она обрела право и мужество заботиться о ком-то и защищать.

Глаза слегка защипало, Линь Чжицзинь задумалась и в конце концов ввела студенческий номер Бай Ло вперемешку с именем.

Страница несколько секунд побуферизовала, после чего на экране высветилось сообщение об успешном входе.

Тут же всплыли восемь писем от одного и того же адресата. Красные значки непрочитанных сообщений бросались в глаза, причем самое свежее было отправлено сегодня около шести вечера.

Промелькнувшая в голове догадка заставила Линь Чжицзинь яростно мотать головой: она помнила, что отправляла Бай Ло письма лишь однажды, да и то в день выпуска из университета с таймером отложенной отправки. Больше она в этот ящик ни разу не заходила, и Бай Ло просто никак не могла узнать, что этот ящик принадлежал ей!

К тому же, вполне возможно, что Бай Ло давным-давно забросила ту почту и уж точно не получила ни единого ее письма!

Наверняка это просто спам!

Уговаривая себя подобным образом, Линь Чжицзинь с замирающим от крайнего напряжения сердцем кликнула по письмам.

Каждое послание от безымянного отправителя было кратким, а отправлялись они неизменно вскоре после того, как Бай Ло и Линь Чжицзинь случалось пересечься.

В день земляческого сбора она написала: — Линь Чжицзинь, не ожидала, что ты неплохой фотограф.

В день съемок для модного журнала она написала: — Прими извинения от моего телохранителя за случившееся.

В день первой временной метки глубоко за полночь, в два часа ночи, пришло письмо: — Спасибо тебе за сегодня, надеюсь, в следующий раз ты проявишь больше альфа-натуры.

После стычки на съемочной площадке прилетело еще одно: — Спасибо за помощь сегодня, приношу извинения за вчерашние слова о том, что в тебе недостаточно альфа-качеств.

В тот день, когда она пропала из виду из-за приступа течки, она отправила сразу два письма: — Я очень волнуюсь за тебя. Ты в порядке?

С интервалом меньше минуты, сквозь холодный экран отчетливо чувствовалось, как сильно нервничала и переживала та женщина в тот момент.

В день их ссоры гордая и надменная Бай Ло отправила целую серию сообщений со словом «прости».

И наконец, сегодня в шесть вечера: — Если моя смелость ранит тебя, я предпочту больше не появляться на твоих глазах.

Неизвестно, в какой именно момент слезы каплей за каплей покатились вниз, и перед глазами Линь Чжицзинь все расплылось.

У нее не осталось духу перечитывать это признание, полное искренности и боли. Ощущение полного тупика в сочетании с нежеланием сдаваться было точь-в-точь как в те ночи в университете, когда ее травили и она металась в бессоннице.

Не сдерживаемый больше плач стал громче, Линь Чжицзинь закрыла лицо руками и зарыдала в голос.

http://bllate.org/book/24453/2866764