Готовый перевод Forced to Conquer Five Tycoons / Пятеро боссов — это слишком: игра на выживание: Глава 4

На самом деле, ответить на этот звонок было не так уж страшно, а вот сбрасывать — только зря вызывать подозрения.

Цзян Илань с виду казалась очень простой в общении, но на самом деле была невероятно подозрительной. Если бы перед ней начали слишком сильно скрытничать и темнить, она бы тут же заподозрила неладное.

Фу Шэньли открыто и непринужденно улыбнулась Цзян Илань:

— Я-то не против, но сейчас ведь не рабочее время. Моя задача — составить тебе компанию на прогулке, а не решать рабочие вопросы.

Она специально перевела разговор на работу, чтобы Цзян Илань подумала, будто звонят из компании. Тогда, что бы ни случилось дальше, та и мысли не допустила бы о чем-то другом.

И действительно, Цзян Илань с улыбкой заправила ей за ухо выбившуюся прядку, а во взгляде промелькнула особая нежность.

— Работа не важнее того, чтобы побыть со мной. Отвечай. Вдруг там что-то срочное?

Фу Шэньли держалась предельно уверенно. Хотя она и прикрыла экран, чтобы Цзян Илань не увидела имя звонящего, сам разговор она вести не пряталась.

Прямо перед Цзян Илань она приняла вызов и, не давая собеседнику и слова сказать, прямо спросила:

— Что-то случилось?

Су Юнь на том конце провода на мгновение замерла. Сообразив, как долго Фу Шэньли не снимала трубку, она подсознательно решила, что помешала ей.

Если старшая сестра

узнает, как сильно она скучает, станет ли она навещать ее чаще?

Она слышала

спокойный голос Фу Шэньли и даже отчетливо представляла в мыслях ее выразительное лицо.

Цзян Илань неотрывно следила за ее движениями. И только когда Фу Шэньли снова посмотрела на нее, слегка улыбнулась и как бы между прочим поинтересовалась:

— Лили, кто это тебе звонил?

— Су-су, давай-ка ты все же поешь. Разве можно оставаться голодной?

В этот момент у дверей послышался стук — это заговорила сиделка, которую Фу Шэньли наняла для ухода за девушкой.

Лицо Фу Шэньли ничуть не изменилось:

— Студентка, которой помогает наша компания.

Закончив отвечать, Фу Шэньли добавила:

— Если возникнет что-то срочное, можешь связаться с моим помощником.

— Угу.

Услышав голос сиделки, та даже не обернулась, лишь очень тихо позвала:

— Сестра.

Только после этого Су Юнь набрала Фу Шэньли.

Су Юнь решила, будто та находится на совещании, оттого и говорила так ровно и холодно. Ей даже показалось, что в этой единственной фразе Фу Шэньли прозвучали забота и участие.

Су Юнь чуть изогнула губы в легкой улыбке, а ее голос прозвучал мягко и нежно:

— Ничего страшного, я могу дойти сама.

Она облизала слегка пересохшие губы, и на ее лице расцвела кроткая улыбка.

Су Юнь звонила ей вовсе не по какому-то важному делу — она просто соскучилась по Фу Шэньли.

На самом деле только что она поступила так специально: окликнула Фу Шэньли именно в тот момент, когда подошла сиделка.

Разве слова, сказанные посторонним человеком, не вызывают куда больше доверия, чем признания из ее собственных уст?

Су Юнь не удержалась от сладкой улыбки:

— Т-тогда... иди работай.

— Мгм. — Выражение лица Фу Шэньли оставалось беспристрастным. Она не смотрела на Цзян Илань, но прекрасно знала, что та в упор разглядывает ее. Стоило в ее мимике промелькнуть малейшему намеку на фальшь, как Цзян Илань тут же все заметила бы.

С самого утра госпожа Су сидела неподвижно, не отзываясь на зов, и сиделка решила, что у той просто дурное настроение.

Подойдя поближе, сиделка увидела, что Су Юнь по-прежнему крепко прижимает к себе телефон — экран был черным и оставался выключенным, а сама она невидящим, пустым взором тихо смотрела куда-то вдаль.

— Осторожнее, госпожа Су.

Она знала, что особых талантов у нее нет, годами она не вышла, да еще и проблемы со зрением... Если бы не доброта Фу Шэньли, ее пути с этой женщиной вряд ли когда-нибудь пересеклись бы.

Заметив это, сиделка поспешила поддержать ее под руку.

На ощупь положив телефон на тумбочку, Су Юнь прижала ладони к пылающим щекам — ее дико колотящееся сердце еще долго не могло успокоиться.

— Угу.

Пусть они виделись лишь мельком перед тем, как она потеряла сознание, изящное и ослепительное лицо Фу Шэньли глубоко врезалось ей в память.

Она понимала, что Фу Шэньли занята работой и не может сидеть рядом с ней вечно, но на душе все равно было тревожно.

В трубке Су Юнь послышались короткие гудки — Фу Шэньли сбросила вызов.

Сиделка успокаивала ее: мол, если она так сильно скучает по Фу Шэньли, можно и позволить себе позвонить.

— Я... я поняла. Иди работай, отдыхай почаще.

Через несколько дней у нее день рождения. В прошлый раз она как бы невзначай обмолвилась об этом Фу Шэньли, интересно, помнит ли она?

Но в то же время она была благодарна своим ослепшим глазам — именно благодаря им Фу Шэньли испытывала к ней такую жалость.

Кто же знал, что, приготовив обед и позвав Су Юнь к столу, та снова проигнорирует ее.

Тем временем Фу Шэньли повесила трубку и убрала телефон в карман.

Фу Шэньли была красивой, зрелой и мягкой в общении женщиной, желающих завоевать ее сердце насчитывались сотни, и Су Юнь была среди них лишь самой незаметной.

Услышав голос сиделки, Су Юнь послушно отозвалась, поднялась, нащупала трость и на ощупь направилась в гостиную.

Сестра все же помнит о ней.

Су Юнь крепче сжала телефон. Из-за слепоты ее слух обострился, и каждый звук казался отчетливее.

Она думала, что Фу Шэньли на совещании, поэтому даже не стала называть ее сестрой, а лишь тихонько спросила:

— Госпожа Фу, вы... вы заняты?

Ведь она знала, что сиделка регулярно позванивает Фу Шэньли с отчетами о ее состоянии.

Но что будет, если однажды ее зрение вернется? Какие тогда у нее останутся причины оставаться рядом с Фу Шэньли?

Цзян Илань лишь усмехнулась, не придавая этому значения.

Она знала, что семья Фу издавна занимается благотворительностью и даже основала фонд помощи детям из бедных семей, которые не могут позволить себе учебу.

Этот фонд существовал уже давно, и многие из тех студентов после окончания учебы предпочитали устраиваться в корпорацию Фу.

Всего лишь какая-то студентка. Судя по словам Фу Шэньли, ее помощник тоже в курсе дела, так что ничего особенного здесь быть не должно.

Цзян Илань сменила тему, перейдя к другому вопросу.

— Лили, после моего возвращения в этот раз я, пожалуй, больше не буду надолго уезжать.

Заметив, как вопросительно на нее посмотрела Фу Шэньли, Цзян Илань мягко пояснила:

— Филиал нуждается во мне, так что какое-то время я побуду здесь.

Главный офис семьи Цзян находился вовсе не в городе А, поэтому раньше Фу Шэньли не доводилось видеться с Цзян Илань месяцами.

Если Цзян Илань останется, возможностей для встреч станет куда больше...

А значит, подумала Фу Шэньли, возрастет и вероятность того, что ее увлечение сразу несколькими людьми всплывет наружу.

В общении с таким человеком, как Цзян Илань, ни в коем случае нельзя отдавать инициативу — действовать нужно на опережение.

Цзян Илань умна, проницательна и обладает глубоким умом, стоит лишь на секунду потерять бдительность, как тут же угодишь в ее ловушку.

Все, что оставалось Фу Шэньли — крепко держать инициативу в собственных руках.

Она остановилась, мягко высвободила руку из пальцев Цзян Илань и, пока та слегка растерянно хлопала ресницами, спокойно задала вопрос:

— Илань, у тебя кто-то появился?

Цзян Илань потерла подушечки пальцев — на них все еще ощущалось мягкое тепло ладони Фу Шэньли.

Она изогнула губы:

— Лили, с чего ты вдруг об этом заговорила?

Фу Шэньли отвела взгляд на цветущие неподалеку кусты бегонии и тихо произнесла:

— Мы ведь договаривались: если у кого-то из нас появится любимый человек, помолвка аннулируется. Ты ведь помнишь?

В груди Цзян Илань шевельнулось недоброе предчувствие, она закусила губу:

— Я помню, но...

Фу Шэньли покачала головой:

— Илань, я считаю, что неплохо знаю тебя. Ты человек, для которого работа превыше всего. Если бы не любовь, зачем тебе бросать дела в главном офисе и застревать в городе А?

Не успела Цзян Илань возразить, как Фу Шэньли снова повернулась к ней лицом, озарив лицо едва заметной улыбкой:

— Неужели ты думаешь, будто я поверю, будто все ради меня?

То, что Цзян Илань собиралась сказать, опередили. Она посмотрела на явно не верящую ей Фу Шэньли, и то самое «да» застряло в горле, так и не сорвавшись с губ.

И во всем виновата она сама: слишком хорошо притворялась с самого начала. Хотела сварить лягушку на медленном огне, да только лягушка не сварилась, а вместо этого Фу Шэньли искренне уверовала, что та видит в ней лишь подругу.

Цзян Илань сжала пальцы, улыбка на ее лице слегка померкла, и она с шутливой ноткой в голосе задала встречный вопрос:

— А почему, собственно, не ради тебя?

Губы Фу Шэньли изогнулись в улыбке:

— Мы же подруги. Ты сама говорила, что воспринимаешь меня только как младшую сестру.

Цзян Илань теперь жалела о тех словах сильнее прежнего. Тогда она лишь хотела усыпить бдительность Фу Шэньли, чтобы та перестала сопротивляться ее ухаживаниям, а в итоге сама вырыла себе яму.

— А ты? Кем ты меня считаешь?

Фу Шэньли призадумалась. Ей нельзя с самого начала вести себя со слишком уж удушающей близостью — с характером Цзян Илань та непременно растрезвонит об этом на каждом углу, чтобы отвадить от Фу Шэньли всех остальных претендентов.

Тогда о поднятии уровня счастья у прочих кавалеров можно будет и вовсе забыть.

Но и полностью отталкивать Цзян Илань, не давая ей ни единого шанса, тоже было нельзя.

Поразмыслив секунд несколько, Фу Шэньли смягчила голос и произнесла:

— Илань — моя старшая сестра, моя подруга, а еще...

Она нарочно недоговорила, оставляя интригу и заставляя сердце Цзян Илань замирать от нетерпения. Но сколько та ни ждала, продолжения не последовало.

— А еще кто?

Фу Шэньли бросила на нее выразительный взгляд, полный кокетства и игривости:

— Сама прекрасно знаешь.

В груди Цзян Илань сладко защемило. Пусть Лили сейчас и не пылает к ней ответной страстью, но и отторжения не испытывает.

Раз уж сейчас Лили видит в ней подругу, то кто знает, что будет дальше?

Все, что ей оставалось — это вплести себя в жизнь Фу Шэньли, приучить ее к своему присутствию до тех пор, пока та уже не сможет обходиться без нее.

— Хорошо, знаю, больше не буду спрашивать.

Распаленная этим легким флиртом, Цзян Илань попыталась взять ее за руку, но стоило ей лишь слегка коснуться пальцев Фу Шэньли, как та ловко отдернула руку.

— Когда ты уезжаешь?

Услышав это, Цзян Илань совсем не рассердилась. Наверное, понимая, что у нее еще есть шансы, да к тому же насладившись этим игривым настроением Фу Шэньли, она пребывала в великолепном расположении духа. Услышав, как Фу Шэньли ее выгоняет, она лишь рассмеялась:

— Лили меня выгоняет?

Фу Шэньли открыто и беззастенчиво кивнула:

— Ага. Если ты сейчас же не уедешь, мама наверняка заставит тебя остаться ночевать.

Цзян Илань посмотрела на нее полным нежности взглядом:

— Хорошо, как скажешь, я уезжаю.

Фу Шэньли мысленно

выдохнула с облегчением:

— Дядя Цзян и остальные тоже вернулись в город А?

Семья Цзян в былые годы развивала бизнес в городе А, и лишь позже перенесла штаб-квартиру в город С. Обычно вся семья жила там, возвращаясь в город А лишь по большим праздникам, чтобы погостить пару дней.

Если Фу Шэньли не изменяла память, со дня на день приближалась годовщина смерти дедушки Цзян Илань, и все семейство наверняка прибыло на поминки.

— Им придется подождать еще пару дней.

Фу Шэньли кивнула:

— Как только дядя Цзян и остальные вернутся, я обязательно загляну к вам с визитом.

Цзян Илань хмыкнула:

— Договорились, я буду ждать.

Не привлекая Чэн И, Фу Шэньли сама проводила Цзян Илань до выхода, попутно прихватив для нее подарок.

Подарок лежал на заднем сиденье. Встав левым коленом на сиденье и вытянув правую ногу, Фу Шэньли согнулась в три погибели, доставая коробку.

Цзян Илань стояла у нее за спиной. Ее взгляд скользнул по точеной талии Фу Шэньли, прошелся по округлым бедрам и на пару секунд замер на месте. Глаза потемнели, в горле пересогло, и она сделала едва заметный глоток.

Ее Лили становилась всё краше. С годами в ее облике проявилась та особая, манящая зрелость и роскошь.

Словно спелый плод, что из терпкого и зеленого постепенно превратился в благоухающий, сочный и источающий соблазнительный аромат.

Этот плод зрел под ее пристальным взором и был предначертан судьбой только ей.

Фу Шэньли не замечала взгляда Цзян Илань. Мысленно она радовалась, что сразу после покупки чека выбросила его, и в пакете осталась лишь подарочная коробка — ничего лишнего.

Раз она сказала, что это подарок для Цзян Илань, значит, так оно и есть.

А презент на день рождения Су Юнь придется купить как-нибудь в другой раз, при первой же возможности.

Не подавая виду, Фу Шэньли еще раз заглянула в пакет и, убедившись, что все в порядке, повернулась и протянула его Цзян Илань.

— Я не мастерица выбирать подарки, надеюсь, ты не останешься разочарована.

Цзян Илань протянула руку, но Фу Шэньли не спешила отпускать пакет — их пальцы соприкоснулись, и они отчетливо почувствовали тепло друг друга.

Цзян Илань молчала, лишь с улыбкой глядя на нее, словно удивляясь, почему та до сих пор не отпускает сверток.

Уголки глаз Фу Шэньли изогнулись, а во взгляде промелькнуло невыразимое, глубокое чувство.

— Илань, спасибо тебе за заботу обо мне в прошлом.

— Раз ты остаешься в городе А, в будущем мы сможем видеться гораздо чаще.

Цзян Илань тихо рассмеялась:

— Это моя обязанность.

— Я буду часто приходить к тебе на ужин, только не прогоняй меня, Лили.

Фу Шэньли улыбнулась краешками губ:

— Ну что ты, не стану.

Цзян Илань смотрела на ее улыбку, сохраняя полное внешнее спокойствие и безмятежность.

Однако в следующую секунду Фу Шэньли услышала в голове голос Системы:

【Уровень счастья цели Цзян Илань +1, текущий уровень: 3.】

Фу Шэньли проводила Цзян Илань до машины. Когда та опустила стекло, чтобы взглянуть на нее в последний раз, Фу Шэньли слегка склонила голову набок и с улыбкой помахала ей рукой.

И только когда автомобиль Цзян Илань окончательно скрылся из виду, с лица Фу Шэньли сошла улыбка.

Да уж, путь предстоит долгий и трудный.

http://bllate.org/book/24450/2866408