Готовый перевод Transmigration: Brother Becomes Husband After Wife Swap / Перерождение: Обмен невестами — путь к процветанию: Глава 12

После того как семья Линь Дашуя позавтракала, Чэнь Чжухуа подбежала и постучала в дверь комнаты Линь Цина.

Линь Цин лежал на кровати и размышлял о том, как же ему заработать деньги в эту эпоху.

Услышав, как Чэнь Чжухуа громко стучит снаружи, Линь Цин встал с кровати и открыл дверь.

Стоило Чэнь Чжухуа увидеть Линь Цина, как она закатила глаза:

– Ну надо же, стоило выздороветь, как возомнил себя юным господином! Полдня стучу, а в ответ ни звука. Сразу видно, что ублюдок без матушкиного воспитания, невоспитанный!

Заметив, что Линь Цин никак на неё не отреагировал, она фыркнула, а затем протянула зажатый в кулаке кошелёк.

– Цин-гэр, твоя ттутка с самого утра на ногах, я ужасно устала, так что иди-ка сам искать того, кто сошьёт тебе свадебный наряд.

С этими словами она развязала кошелёк и высыпала на землю медные монеты.

Линь Цин посмотрел на монеты, со звоном рассыпавшиеся по полу, затем перевёл взгляд на покачивающуюся при ходьбе задницу удаляющейся Чэнь Чжухуа и шевельнул пальцами.

Помолчав немного и подумав о том, что нет смысла отказываться от денег, он присел на корточки и подобрал все монеты, разлетевшиеся по земле.

К счастью, Цин-гэр всегда держал двор в чистоте, так что Линь Цин в два счёта собрал всю мелочь.

Вернувшись в свою ветхую лачугу, он пересчитал деньги, чтобы узнать общую сумму.

Выкладывая монеты на кровать по одной, Линь Цин положил последнюю: ровно сто вэней.

Мысленно он снова выругал Чэнь Чжухуа. Покупать свадебный наряд за сто монет — до такого додуматься могла только она, бесстыжая баба!

Стоит ли говорить, что даже в этой маленькой деревне любая мало-мальски приличная семья из последних сил старалась потратить целый лян серебра, чтобы справить свадебное платье для своего выдаваемого замуж юноши или девушки.

На эти сто вэней вряд ли удастся купить даже пару вышитых туфель в лавке!

Не говоря уже о том, чтобы заказать для Линь Цина целый свадебный комплект! Как бы их потом с позором не выставили из магазина.

У Чэнь Чжухуа и правда хватило наглости. Линь Цин вспомнил воспоминания Цин-гэра: когда тот только прибыл в деревню семьи Линь, хоть он тогда и не знал точно, сколько денег с собой привёз...

Но сам-то Линь Цин знал! В памяти Цин-гэра то и дело мелькали целые связки монет, между которыми блестело несколько серебряных слитков.

Линь Цин подсчитал, что там наберётся почти сорок лянов. Подумав об этом, он почувствовал, как обидно за Цин-гэра.

Если бы эти деньги попали в хоть капельку совестливую семью, глядишь, Цин-гэр не умер бы под конец в этой полуразвалившейся лачуге.

Сорока лянов бережливому человеку хватило бы на добрые несколько десятков лет жизни.

Не говоря уже о том, что этих денег требовалось лишь на содержание одного Цин-гэра — их бы точно с избытком хватило.

Стоило лишь ежедневно давать ему еду да кров, Цин-гэр ведь не просил о каком-то особом уходе, ему было бы достаточно жить спокойно и здорово.

Наверняка именно так думали и его родители, отправляя Цин-гэра к дальним родственникам.

Кто же знал, что это место станет для Цин-гэра ночным кошмаром.

Глядя на лежащую на кровати сотню вэней, Линь Цин в этот момент совершенно не представлял, что ему делать дальше.

Он изначально полагал, что Чэнь Чжухуа при любом раскладе раскошелится хотя бы на пятьсот вэней — на эти деньги можно было купить комплект одежды, который не стыдно надеть.

Впрочем, Линь Цин вовсе не собирался тратить эти монеты на покупку готового свадебного платья, он планировал использовать их в качестве стартового капитала.

В конце концов, до свадьбы с Лу Юншэном должно пройти ещё какое-то время.

Сначала заработать немного денег, потом купить свадебный наряд и только затем выходить замуж.

Но какое дело сможет принести прибыль со ста вэнями в кармане?

Зажав в руке медную монету, Линь Цин судорожно соображал.

Внезапно в его памяти всплыла картина, увиденная ранее: толпа детишек отправляется на учебу в школу соседней деревни.

Его глаза блеснули, и он понял, чем именно будет торговать.

Будучи человеком из современного мира, Линь Цин в прошлом успел провернуть немало торговых дел.

Если спросить, где торговля идет лучше всего, то Линь Цин и мириады мелких уличных торговцев в один голос ответят: на первом месте неизменно стоит вход в школу!

Что же касается товара, то, немного поразмыслив, Линь Цин решил продавать лакомство, перед которым не устоит ни один ребёнок.

А именно — уличную еду под названием одан.

Конечно, Линь Цин не собирался переносить в древность настоящий одан.

Во-первых, необходимое оборудование трудно воспроизвести, а во-вторых, даже самый притягательный бульон для одана Линь Цин сейчас вряд ли сможет приготовить должным образом.

Поэтому он решил для начала сделать упрощенную версию одана на пробу.

Сказано — сделано. Линь Цин в одно мгновение соскочил с кровати, спрятал все сто вэней за пазуху и вышел наружу.

Чэнь Чжухуа, сидевшая во дворе и щелкавшая семечки с арахисом, презрительно усмехнулась, глядя на то, как стремительно выбежал Цин-гэр.

Затем она протянула руку и погладила четыреста медных монет, спрятанных у неё на груди.

Линь Дашуй, этот бесхозяйственный чурбан, только и знает, что тратить деньги на маленького ублюдка. К счастью, она оказалась умнее и не отдала этому паршивцу всё до копейки — сейчас же пойдет и купит себе чего-нибудь вкусненького.

Линь Цин быстрым шагом направился к дому тетушки Цай. Едва добравшись до ворот, он увидел, что та как раз собирается уходить с бамбуковой корзиной в руках, и на ходу поспешно с ней поздоровался.

Тетушка Цай как раз собиралась зайти к Линь Дашую за Цин-гэром и, увидев, что парень сам прибежал к ней, подумала, что их мысли с Цин-гэром и впрямь совпали.

– Цин-гэр, тётушка как раз собиралась отнести тебе вещи, которые передал Юншэн. Как же ты забыл их при уходе?

Линь Цин посмотрел на бамбуковую корзину в руках тетушки Цай и немного смутился. Кажется, он тогда действительно всё забыл, ведь его голова была забита тем, что говорила тетушка Цай об этом парне — Лу Юншэне.

Он слегка разжал губы, неловко улыбнулся, а затем взял у тетушки Цай корзину:

– Тётушка Цай, я пришёл расспросить вас кое о чём.

Услышав, что у Цин-гэра есть к ней дело, тетушка Цай тут же затараторила:

– Спрашивай о чём угодно, Цин-гэр! Если тётушка Цай знает, то обязательно всё тебе расскажет.

Линь Цин с улыбкой произнёс:

– Я хотел узнать, нет ли в деревне кого-то, кто продает сычуаньский перец, корицу, бадьян и другие пряности, а ещё мне нужны зелень, тофу и картофель.

Услышав это, тетушка Цай с любопытством посмотрела на Линь Цина:

– Цин-гэр собрался покупать всё это? Уж не обидела ли тебя снова Чэнь Чжухуа? Разве ты не собирался идти с ней за свадебным нарядом?

В её голове сразу промелькнула догадка: не иначе как Чэнь Чжухуа обидела Цин-гэра и морила голодом, а теперь, когда Цин-гэр пришел в себя, он сообразил, что может готовить еду сам.

Вспомнив, какой жестокой женщиной была Чэнь Чжухуа, которая вечно следила за каждой крупицей, когда Цин-гэр готовил, и не давала ему ни единого шанса стянуть хоть кусок, она только покачала головой.

Линь Цин покачал головой в ответ:

– Я хочу сам приготовить кое-какую нехитрую еду, а потом пойти торговать на рынок возле школы.

Только тогда тетушка Цай прекратила мысленно проклинать Чэнь Чжухуа:

– Цин-гэр решил выйти на рынок и заработать денег?

– Да. Раз уж я поправился, нельзя же вечно сидеть дома сложа руки, к тому же... лучше иметь собственные деньги.

Тетушка Цай яростно закивала, всецело поддерживая стремление Линь Цина заработать, но тут же добавила:

– Только вот, Цин-гэр, откуда у тебя деньги на закупку товара? Хочешь, я пока дам тебе немного...

Тетушка Цай не успела договорить, как Линь Цин её перебил:

– Тётушка Цай, у меня сейчас есть деньги.

Тетушка Цай ему не поверила. Какую жизнь Цин-гэр вёл в доме Линь Дашуя, она знала прекрасно — было бы чудом, если бы ему удалось скопить хоть грош под носом у Чэнь Чжухуа. Она продолжала настаивать на том, чтобы дать парню денег.

Тогда Линь Цин был вынужден рассказать про сто вэней, которые дала ему Чэнь Чжухуа.

Услышав это, тетушка Цай пришла в ярость и прямо у порога принялась костерить Чэнь Чжухуа на чём свет стоит, заодно приложив и Линь Дашуя.

Сроду в деревне не видали девушек или юношей, которые покупали бы свадебное платье за сто монет! Даже если самой кроить ткань и шить, ста вэней катастрофически не хватит!

http://bllate.org/book/24370/2841558