Центральная городская больница.
— Визг! —
— Визг! —
Машины Лэна и Наньгуна прибыли одна за другой, почти одновременно остановившись у входа в Центральную городскую больницу. Хлопнули дверцы, и Лэн, не теряя времени даром, бросился в больницу. Наньгун, хоть еще и не до конца понимал, в чем дело, последовал за ним.
— Девушка, в какой палате старый господин Лэн? — подбежав к стойке регистрации, спросил Лэн у медсестры.
— О, в восемьсот второй, это президентский люкс. — Медсестра всё еще хлопала ресницами от нахлынувшего восхищения, но всё же назвала номер палаты господина Лэна верно. К тому же, она оказалась как раз по соседству с палатой Сюнь (вы, наверное, уже догадались, кто она такая, правда? Сюнь).
Наньгун примерно сообразил, в чем дело, и вслед за Лэном поднялся на восьмой этаж на смотровом лифте.
Му Цзысинь всё еще находился в палате 801 (у Сюнь), сидя на краю её кровати. Он уже несколько дней не спал спокойно.
— Чэнь… — выдохнул Наньгун, тяжело дыша после подъема на лифте.
Лэн не отреагировал, в его голове была лишь одна мысль — поскорее проведать дедушку.
Услышав имя Чэня, Му Цзысинь резко распахнул воспаленные веки. Его изнуренный мозг мгновенно встрепенулся. Он помотал головой, пытаясь прийти в себя, и вышел в коридор. В этот момент он так сильно надеялся, что Лэн Ичэнь поскорее придет и поделится с Сюнь своей кровью. Впрочем, винить стоило и его самого — он не объяснил всё до конца обоим.
Тихий коридор вновь опустел, не осталось и следа чьего-либо присутствия. Лэн Ичэнь и Наньгун Ши уже скрылись в палате 802, и в коридоре одиноко застыл лишь разочарованный Му Цзысинь. Он по-прежнему думал, что ему просто послышалось, и даже не подозревал, что они действительно приходили.
Глубоко разочарованный, Му Цзысинь вернулся в палату 801 и снова набрал номер Юнь…
— Алло, Юнь! — голос Му Цзысиня уже не звучал так громко, как раньше.
— Му Цзысинь! У тебя вообще осталась хоть капля совести? Только и умеешь, что людям докучать! Сюнь до сих пор не нашли, она пропала, а у тебя еще хватает духу устраивать телефонный террор! — взревела Юнь и, бросив в адрес Му Цзысиня еще пару обвинений, повесила трубку.
«Срочно приезжай в Центральную городскую больницу, палата 801, президентский люкс! Сюнь не садилась на самолет, она без сознания уже несколько дней, ей срочно нужна лютеранская группа крови!» — Му Цзысинь отправил Юнь СМС.
Видлла Сюнь и Юнь.
Получив сообщение, Юнь была совершенно потрясена. Сюнь жива! Она не села на самолет и находится в Центральной городской больнице! Но как такое возможно? Почему она в больнице? Один за другим вопросы роились в голове Юнь.
— Юнь, что случилось? — встревоженно спросила Ялуо, глядя на застывшую подругу.
— Пошли! Бедем И Е и живо в Центральную городскую больницу! — не отвечая на вопрос Ялуо и даже не давая ей с И Е опомниться или понять, что происходит, Юнь силой потащила их к машине.
— Юнь, да что стряслось? — нахмурившись, Ялуо прижала к себе И Е.
Юнь по-прежнему хранила молчание.
Центральная городская больница.
Выскочив из машины, Юнь, Ялуо и И Е бросились к палате 801. Юнь мчалась по коридору, Ялуо, крепко держа И Е за руку, неслась следом… Внезапно перед дверью палаты они резко затормозили.
— Юнь, ты пришла? — заметив её, Му Цзысинь поднялся со стула, шагнул к выходу и то и дело бросал тревожные взгляды назад.
— Сюнь? Это Сюнь? — Ялуо заглянула в палату через плечо Му Цзысиня. На больничной койке лежала невероятно красивая девушка. Её лицо было бледным, а губы утратили прежнюю алость.
Му Цзысинь кивнул.
— Какого чёрта она у тебя? — взгляд Юнь, устремленный на Му Цзысиня, сочетал в себе подозрительность и жгучее любопытство.
Сохраняя железобетонное спокойствие, Му Цзысинь от А до Я пересказал им всё, что произошло. Вернее, девушкам — нашей милой малышке И Е было вовсе не до этих взрослых разговоров.
— Что с ней сейчас? Какой у неё диагноз? — в глазах Юнь промелькнула тревога, смешанная с жаждой услышать хоть что-то хорошее. Она так боялась, что у Сюнь обнаружится серьезная болезнь, ведь та отроду не отличалась крепким здоровьем.
Му Цзысинь обреченно покачал головой.
— Что значит качаешь головой? Говори немедленно! — Юнь яростно встряхнула Му Цзысиня за плечи.
— Врачи провели полное обследование и сказали, что её голова когда-то подверглась сильному удару — судя по всему, несколько месяцев назад. После удара образовался крупный тромб, но дело оказалось куда сложнее. У неё есть и другие патологии, которые медики пока не смогли диагностировать. Вчера Сюнь сделали операцию по ударению тромба и обнаружили множество омертвевших тканей. Сейчас ей жизненно необходима кровь лютеранской группы. Такая редкая кровь водится разве что у некоторых членов клана Ся и семьи Лэн. — Му Цзысинь тяжело вздохнул. Честно говоря, ради Сюнь он был готов опуститься на колени перед Лэн Ичэнем и умолять о капле крови.
— Ты что, собрался унижаться перед Лэн Ичэнем? — прищурившись, спросила Юнь.
Он снова кивнул.
— Но ты хоть понимаешь, что именно Лэн Ичэнь довёл её до такого состояния?! — взревела Юнь так громко, что её крик услышали даже в соседних помещениях.
Лэн Ичэнь и Наньгун Ши быстрыми шагами приближались к палате 801. В их головах тоже роился рой вопросов: почему они услышали голос Юнь? Почему кто-то говорил о них самих? И еще о Сюнь?
Му Цзысинь всё еще стоял в полном отупении, совершенно не понимая, что происходит.
— Сюнь! Сюнь! — увидев бледную девушку на больничной койке, Лэн Ичэнь подбежал и опустился на край её постели.
— Лэн Ичэнь, у тебя еще хватает совести называть её по имени?! — Ялуо с презрением посмотрела на Чэня, одновременно преграждая путь И Е, которая рвалась к папочке и мамочке.
Чэнь растерянно обвел всех невидящим взглядом, его голос едва заметно дрожал:
— Что с ней?
— Ей нужна кровь. — Му Цзысинь был готов на всё. Плевать, кто навредил Сюнь, сейчас главное — переливание.
— Какая группа? — не отступал Чэнь.
— Лютеранская, — ответил Му Цзысинь.
— Ой? И Е помнит: когда она была с папой и мамой, они водили её сдавать кровь, и у меня как раз лютеранская~ — под «папой и мамой» И Е имела в виду биологических родителей. Свою собственную группу крови она помнила отлично.
Все уставились на заговорившую девочку странными взглядами. Ведь редкая лютеранская группа крови встречалась лишь у некоторых представителей семей Ся и Лэн… Неужели И Е…
— Доктор, отведите её на анализ крови! Немедленно! — опомнившись от шока, Юнь тотчас приказала врачу проверить кровь ребенка. Но если И Е действительно обладательница лютеранской группы, то к какому клану она принадлежит — к Ся или к Лэн? В первый же день, когда её привели в школу, она назвала Ся Сюэи старшей сестрой…
Томительное ожидание длилось около десяти минут…
— У этой малышки лютеранская группа крови, она идеально подходит пациентке. Нужно ли… — врач вернулся в палату 801 с результатами анализа, но Юнь оборвала его на полуслове.
— Не нужно. — Холодно отрезала она.
— Юнь, Сюнь нужна кровь… — попыталась робко уговорить подругу Ялуо.
— Всё равно нет! И Е всего чуть больше семи лет! — Юнь была непреклонна.
— Юнь, ты выслушаешь меня? — Лэн Ичэнь тяжело закрыл глаза. Сюнь, умоляю, только живи…
— Хорошо, Лэн Ичэнь. Я, Цзян Сиюнь, даю тебе ровно пять минут на объяснения. Если твои слова меня устроят, я тебя прощу! — Юнь отвернулась. Что же делать? Нельзя же тащить сюда Ся Чэнхуэя или Ся Сюэи, чтобы они делились кровью ради Сюнь. И Е — всего лишь ребенок, а что до Лэн Ичэня… Раз уж он причинил Сюнь боль, помогать ей вроде бы и не стоило, но…
Чэнь изложил всё от начала до конца, не упуская ни единой правдивой детали.
Юнь нахмурилась. На видеозаписи отсутствовала большая часть того, о чем рассказывал Чэнь. Он всё выдумал? Или он просто ни на что не годился? Или…
— «Любовь дождя и снега» оказалась важнее Сюнь? — не удержавшись, спросила Юнь. Глядя на то, как искренне Чэнь переживает за больную девушку и как равнодушен он был к Ся Сюэи, она понимала: этот человек не лжет.
Чэнь покачал головой:
— «Любовь дождя и снега» — реликвия клана Ся, передаваемая из поколения в поколение. Её утрата означает не просто потерю ценности, она предвещает беду. К тому же Сюнь — тоже дочь из клана Ся, поэтому… — пояснил он.
— Ты можешь объяснить, почему ожерелье изменило цвет, когда вы с Ся Сюэи взяли его в руки одновременно? — Юнь всё еще сомневалась.
Чэнь опешил. Он понятия не имел, что означает превращение «Любви дождя и снега» в ярко-красный цвет.
— Ладно, объяснишься с ней, когда она придет в себя. Лэн Ичэнь, предупреждаю: я прощаю тебя только на этот раз! Если Сюнь простит тебя, я тоже забуду старые обиды. Но если нет — и семье Лэн, и Банде Шан, и твоей организации Етянь придется несладко. — Посмотрев на хрупкую, едва дышащую фигурку на кровати, Юнь бросила врачу: — Доктор, делайте переливание. Используйте его кровь.
С этими словами она толкнула Лэн Ичэня прямо к медику.
Прошло неизвестно сколько времени, прежде чем Сюнь наконец открыла глаза…
Стояла глубокая ночь. Чэнь и Синь по-прежнему дежурили у постели Сюнь, Юнь и Наньгун уже уснули, а Ялуо увела И Е домой.
— Сюнь… — увидев, что она очнулась, Чэнь попытался заговорить с ней.
— Тебе еще есть что сказать?.. — Сюнь снова закрыла глаза. Она больше не хотела испытывать муки любви. Эта боль ранила сильнее, чем безответные чувства к человеку, о котором вздыхаешь молча.
— Я… Сюнь… Выслушай меня… — почти взмолился Чэнь.
Синь стоял рядом, храня молчание. Юнь и Наньгун тоже проснулись. Чэнь по-настоящему любил Сюнь, а Сюнь по-настоящему любила Чэня. Юнь искренне желала им быть вместе, да и Наньгун от всего сердца надеялся, что у лучшей подруги Юнь по имени Сюнь всё сложится хорошо.
— Я не хочу ничего слышать. — Сюнь отвернулась к стене, повернувшись к Чэню спиной. — Я выписываюсь.
— Сюнь, ты сейчас слишком слаба, нужно полежать еще пару дней, — мягко произнес Синь. Он тоже любил Сюнь — любил всем сердцем на протяжении десяти лет, но теперь у неё уже был избранник.
— Ха! Я — глава Банды Сюньюнь, президент корпорации Молинь, с каких пор я позволяю так с собой обращаться? Если я не способна вынести такую малость, разве я достойна носить эти титулы? — Сюнь холодно усмехнулась, по-прежнему не поворачиваясь к ним лицом.
— Сюнь, ты… — Чэнь снова был поражен. Откуда у неё столь сложное и влиятельное положение? Обладая таким высоким интеллектом, зачем ей вообще понадобилось поступать в эту старшую школу — неужели только ради мести?
— Лэн Ичэнь, всё лежит как на ладони, тебе всё еще есть что оправдывать? В тот день, когда я предложила расстаться, ты не побежал за мной. Когда вы с Ся Сюэи одновременно коснулись «Любви дождя и снега», она окрасилась в алый. Это значит, что ты всё это время обманывал меня, а на самом деле любил Ся Сюэи! Заявляю тебе со всей прямотой: да, я пришла в Инмэн не только ради мести, но и чтобы раскопать тайны Банды Шан и твоей организации Етянь! С меня хватит. Я вовсе не люблю тебя, мы давно расстались, можешь уходить. — С трудом выговорив эти слова, Сюнь замолчала. Она не хотела быть жестокой, но боль, которую ей причинили, перешла все границы. На этот раз она не проронила ни слезинки.
(Чэнь и Наньгун ушли. Избавившись от опеки Му Цзысиня, Сюнь во что бы то ни стало настояла на выписке. Поручив Ялуо присмотреть за И Е, она не сказала никому ни слова — вместе с Юнь они забрали документы из школы, сели в личный самолет и улетели во Францию. Лэн Ичэнь ответил отказом на требования отца и матери жениться на второй дочери клана Ся — Ся Линьсюань, но вскоре был насильно помолвлен с Ся Сюэи. Наньгун тоже потерял следы Юнь и был принудительно обручен с Цзян Яинь. Их свадьбы были назначены ровно через два года, когда им исполнится по восемьнадцать. Глава Банды Сюньюнь и президент корпорации Молинь в тот день навсегда «исчезли».)
[Содержимое в этих скотках кратко описывает все главные события двухлетней давности.]
Два года спустя.
Прожив во Франции два года и почти забыв Чэня и Наньгуна, Сюнь и Юнь случайно наткнулись на свежий выпуск газеты.
Крупный заголовок: Двойное разоблачение тайной жизни наследников семей Лэн и Наньгун в преступном и деловом мире и их грядущая свадьба.
Текст статьи: Согласно расследованию, молодой господин Лэн Ичэнь из семьи Лэн и молодой господин Наньгун Ши из семьи Наньгун на самом деле являются главарем Банды Шан и президентом организации Етянь! Сообщается, что два года назад у них был прекрасный роман, однако их легендарные возлюбленные бесследно пропали. Глава Банды Сюньюнь и президент корпорации Молинь также исчезли в тот период, хотя в тени кто-то по-прежнему управляет их делами.
Свадебные церемонии молодого господина Лэн Ичэня с госпожой Ся Сюэи и молодого господина Наньгун Ши с госпожой Цзян Яинь состоятся послезавтра!
Признаю, эта глава вышла немного скучноватой, и, возможно, я задолжала вам те три копейки, ха-ха. Но не переживайте, истинные личности Сюнь и Юнь вот-вот раскроются полностью...
«Они женятся!» — голос Юнь звучал с ноткой горечи. Казалось, еще мгновение назад они все учились на первом курсе университетского отделения Инмэна, и вот — свадьба…
— Разве это не прекрасно? — перебравшись во Францию, Сюнь не переставая молча руководила Бандой Сюньюнь и Молинь. При этом она оборвала любые контакты со старыми знакомыми в Китае, никто из них больше не пытался связаться с девушками, да и сами они не знали, помнят ли их еще Лэн Ичэнь и Наньгун Ши.
— Не слетать ли нам на родину развлечься? — рассеянно бросила Юнь, обращаясь к Сюнь. «Наньгун, как ты мог меня так легко забыть?..»
— Угу, — равнодушно отозвалась Сюнь.
Аэропорт в Китае (процесс перелета и все формальности опущены).
— Простите, вы мисс Ся Линьсюань и мисс Цзян Сиюнь? — поинтересовался некий репортер А.
— Скажите, вы бывшие девушки молодого господина Лэн Ичэня и молодого господина Наньгун Ши? — подхватил репортер Б.
Непонятно откуда просочился слух об их прилете.
— Что вы думаете по поводу скорой свадьбы ваших бывших возлюбленных? — спросил репортер В.
— Вы всё еще любите их? — допытывался репортер Г.
— Можете объяснить, почему вы тогда сбежали из Китая? И почему вместе с вами исчезли глава Банды Сюньюнь и президент Молинь? — не унимался репортер Д.
— Проваливайте, — ледяным, низким голосом бросила Сюнь.
— Мисс Ся Линьсюань…
— Мисс Цзян Сиюнь… Пожалуйста, дайте интервью!
— Повторяю еще раз: проваливайте. Ровно через три секунды чтобы духу вашего здесь не было, а запись немедленно удалите. Иначе глава Банды Сюньюнь вас не пощадит. — Юнь повторила слова Сюнь тем же приглушенным, полным ярости тоном.
Все присутствующие — будь то зеваки, журналисты или любители поглазеть на чужие драмы — сломя голову бросились врассыпную.
— Откуда они узнали, что мы прилетаем сегодня? — нахмурилась Сюнь.
— Кто их знает. Ладно, поехали, навестим Ялуо и И Е. — Юнь безнадежно пожала плечами, и девушки спешно направились к машине.
Вилла.
У Сюнь и Юнь почти не было багажа — точнее, его не было вовсе. Налегке вернувшись в Китай, в свой любимый загородный дом, они вздохнули с облегчением. К счастью, Ся Сюэи и Цзян Яинь были целиком поглощены подготовкой к свадьбам и не беспокоили Ялуо. Та по-прежнему жила в особняке вместе с И Е, ожидая возвращения подруг.
— Сюнь! Юнь! Куда вы пропали? Даже словечка не оставили! Но как же здорово, что вы наконец вернулись! — Ялуо кубарем скатилась с дивана, переполненная диким восторгом при виде подруг.
— Мамочка! Тетя! — И Е тоже бросилась к ним.
— Приехали на чью-то свадьбу, — холодно ответила Сюнь. Ялуо почувствовала, как сильно она изменилась — стала совершенно другой.
— И Е так выросла… И с каждым днем всё краше… — с умилением произнесла Юнь, глядя на девочку.
— Ся Сюэи и Цзян Яинь не досаждали вам? — не меняя ледяного тона, Сюнь перевела взгляд на И Е.
Ялуо помотала головой:
— Ой! Хватит стоять на пороге! Проходите в дом, чай не чужие! — она затащила Сюнь и Юнь внутрь.
— Ялуо, мы ненадолго в «Кай лянь», — не прошло и пяти минут с возвращения домой, как Сюнь снова потянула Юнь за собой.
«Кай лянь».
Сюнь заранее догадалась, что Сэнди и Джудит сегодня будут здесь. Впрочем, судя по всему, за эти два года они заглядывали сюда каждый день в надежде на их возвращение.
— Сэнди! Джудит! — направляясь к барной стойке, окликнула их Юнь.
Сюнь хранила молчание.
— Глава! Заместитель главы! Где вас носило эти два года? Мы сбились с ног, разыскивая вас повсюду! — обрадовалась Сэнди.
— Как дела у Банды Сюньюнь? — холодно осведомилась Сюнь.
— Да всё отлично! Только вот в последнее время от семей Лэн, Ся, Цзян, от Наньгун Ши, организации Етянь и Банды Шан пришло столько приглашений — просто горы, не сосчитать, уже тошнит от них! — пожаловалась Джудит.
В этот момент как раз вошел почтальон, доставив очередную порцию открыток.
— А-а-а, опять! — у Сэнди едва не раскалывалась голова.
Все приглашения выглядели одинаково: два слова — роскошно, и содержание тоже не отличалось разнообразием — два слова — фальшиво!
— Ладно, выдайте нам на каждого по приглашению категории VIP: одно от имени Банды Сюньюнь, одно от президента Молинь, а также для Кристин, Синтии, Эдвины и Эрмосы. О, и еще два — для британской королевской принцессы и её спутницы! — пересчитала по пальцам Юнь. Без этого свадебная церемония просто не состоится. Получалось по шесть приглашений на человека.
Порывшись в стопках, Джудит и Сэнди извлекли дюжину конвертов, протянув их Сюнь и Юнь, а остальные безжалостно уничтожили.
Сюнь облачилась в ледяно-голубое платье в пол, надела высокие сапоги в тон, дополнив образ ледяно-голубыми бриллиантовыми серьгами-пусетами президента Молинь и кристальным ожерельем VIP-категории. Распущенные волосы цвета льда придавали её облику холодное сияние — она казалась сотканой из ледяной лазури.
Юнь выбрала нежно-розовое длинное платье, такие же сапоги, розовые бриллиантовые серьги вице-президента Молинь и розовое хрустальное ожерелье. Её розовые волосы были высоко собраны в элегантную прическу, источая благородство.
Ялуо оделась проще: черно-белое платье, белые сапоги, челка едва прикрывала брови, волосы свободно падали на плечи. За руку она вела девочку в сиреневом пышном платьице — И Е.
Сюнь села за руль своего фирменного ледяно-голубого спорткара Молинь, а Юнь — в точно такой же автомобиль нежно-розового цвета. Чтобы Сюнь не гнала слишком быстро, Ялуо вместе с И Е устроились в машине Юнь. Две сверхроскошные лимитированные машины руководителей корпорации Молинь помчались в сторону отеля «Юйлянь».
Отель «Юйлянь».
На этот раз Сюнь и Юнь не стали надевать маски. При входе охранники даже не потребовали предъявить пригласительные — стоило им бросить взгляд на фирменные серьги девушек, как те тут же распахнули двери.
— Стойте! Предъявите приглашение! — преградила охрана путь Ялуо и И Е.
— Они с нами. — Сюнь бросила на охранника столь леденящий взгляд, что того аж прошиб пот, и стражники немедленно пропустили их внутрь.
В отеле «Юйлянь» сверху донизу на каждом окне красовались огромные иероглифы «Счастье», превратив всё здание в царство алого цвета.
Дорогие читатели!
Сяо Цинь хочет объяснить здесь причину медленного выхода глав и того, почему главы не выходят чаще, даже когда мне шлют красные конверты, цветы и золотые медали...
http://bllate.org/book/24351/2836367
Сказали спасибо 0 читателей