Готовый перевод The Fake Young Master's Metaphysical Rise / Истинный наследник: Звезда метафизики: Глава 17

Глава 17

Шэнь Мовэнь очень быстро принёс с десяток медных монет, а также фотографии своего младшего дяди и кое-какие документы.

Вернувшись в гостиную, Шэнь Мовэнь протянул вещи Вэй Цинлину и произнёс:

— Юный господин Вэй, взгляните-ка, мой младший дядя. Красавец, верно? Никаким звёздам с ним не сравниться. У нашей семьи отличная генетика, внешность у всех неплохая, и я не хвастаюсь. Но среди всех нас лучше всех выглядит именно мой младший дядя.

Вэй Цинлин кивнул:

— И впрямь хорош собой.

На фотографии молодой человек стоял посреди бамбуковой рощи, держа на руках двух-трехлетнюю Наньнань, которая пыталась поймать бабочку, опустившуюся на бамбуковый лист.

Вероятно, кто-то окликнул его, и молодой человек повернулся. От этого снимка, где на лице застыла едва заметная улыбка, его красота казалась просто несравненной!

На остальных фотографиях молодой человек в основном был беспристрастен, выглядел немного холодным и отстраненным, но при этом оставался всё таким же красивым...

Вэй Цинлин перелистал документы. Записи начинались с семилетней давности, когда Шэнь Яньчжи в двадцать шесть лет — хотя в компанию он пришёл уже в двадцать — занялся разработкой стратегических решений.

Документы охватывали период вплоть до прошлого года, а дальше ничего не было.

Шэнь Мовэнь заметил, что Вэй Цинлин досмотрел до конца, и с улыбкой пояснил:

— Дальше решения уже нельзя показывать, стратегия моего младшего дяди расписана на десять лет вперёд. Если бы младший дядя был жив, он бы вносил коррективы в зависимости от развития компании и страны. Но после того, как с ним случилось несчастье, наши решения уже не обязательно лучше тех, что принимал он, поэтому общее направление компании по-прежнему следует курсу, который тогда проложил мой младший дядя.

— Твой младший дядя и вправду невероятно силён, — вздохнув, произнёс Вэй Цинлин. — Настоящий дракон среди людей.

Единственная жалость — умер чуть-чуть рановато.

Вэй Цинлин согласился, младший внук остался доволен, в доме наконец-то воцарится покой, и старейшина был этим весьма удовлетворен.

Вэй Цинлин посмотрел на дюжину медных монет в маленьком мешочке:

— Хватит.

Вэй Цинлин действовал споро: к этому моменту он уже нанизал четыре или пять монеток, когда услышал слова даоса Сюаньцзи:

— Приготовь монеты удачи, они могут отгонять нечисть. Артефактами их не назовешь, но определённое благословение удачи на них лежит.

Старейшина семьи Шэнь тоже заинтересовался этим, но больше всего ему хотелось узнать решение Вэй Цинлин, поэтому он спросил:

— Юный господин Вэй, каково ваше мнение насчет Яньчжи и этого брака?

Находясь перед старшими родственниками жениха, он, конечно же, ни за что не стал бы выкладывать правду в духе: я просто положил глаз на вашего сына, я голоден и хочу нормально поесть.

Посмотрев на любопытствующего даоса Сюаньцзи, Вэй Цинлин бросил:

— Дарю вам одну.

Разумеется, у юного господина Вэя ситуация была особая. Даос Сюаньцзи подумал, что тот, пожалуй, и сам сможет расторгнуть этот брак. Он подмигнул старику: в общем-то, разорвать помолвку было бы даже неплохо, лишь бы только он человека — тьфу, то есть призрака — не уничтожил.

Заметив выражение лица старого друга, старейшина семьи Шэнь немного успокоился.

Даже если дело дошло бы до судов, разбираться пришлось бы уже в подземных царствах мёртвых с владыкой Яньло и судьями.

Даос Сюаньцзи наблюдал, как Вэй Цинлин привязывает красную нить к каждой медной монете, и с любопытством спросил:

— Что это вы делаете, юный господин Вэй?

Сложив красную нить пополам, он пропустил её петлю в отверстие монетки, концы нити протащил через получившуюся петельку и завязал бантик — так каждая монета оказалась оплетена красной нитью.

— Нельзя ли продать парочку старому даосу? — даос Сюаньцзи мгновенно загорелся любопытством.

Узнай об этом старейшина семьи Шэнь, он бы его непременно, безоговорочно выгнал взашей.

Старейшина семьи Шэнь: разве так вообще можно?

Он перевёл взгляд на даоса Сюаньцзи.

— Ладно, время уже не раннее. Сяо Вэнь, устрой Цинлина на ночлег, размести его во дворе моего младшего дяди. Хотя Цинлин ещё официально не вошёл в семью, ты можешь приходить сюда в любое время, пусть живёт во дворе Яньчжи. Все остальные подробности мы обсудим завтра, а что до помолвки, я детально обговорю это с семьей Вэй, — промолвил старейшина семьи Шэнь.

Тяжелый камень упал с души, и на сердце у старейшины было превосходно.

Дождавшись, пока Вэй Цинлин закроет папки с документами, Шэнь Мовэнь поинтересовался:

— Хватит ли медных монет? Если мало, у меня дома их еще полно, целыми ящиками, можете брать сколько угодно.

Вэй Цинлин с улыбкой кивнул:

— С этой свадьбой я готов попробовать. Если не сойдемся — просто разведемся.

Даос Сюаньцзи покачал головой: такого он в практике призрачных браков еще не видел.

Вэй Цинлин кивнул:

— У меня нет других возражений, вот только выгоду свою семье Вэй не оставляйте. Нынче у нас свобода брака, никакое постороннее вмешательство не требуется.

— Помоги мне привязать красные шелковые нити к монетам, — попросил Вэй Цинлин.

Услышав слова юноши, старый глава семьи Шэнь сразу всё понял: юноша недолюбливает семью Вэй.

Старейшина семьи Шэнь прекрасно понимал мысли Вэй Цинлина: родственнички из семьи Вэй ведут себя не лучшим образом.

Старик ушёл, даос Сюаньцзи тоже удалился, а Вэй Цинлин запихнул документы и фотографии в папки:

— Можно мне оставить эту вещь себе?

Шэнь Мовэнь, услышав это, кивнул:

— Можете сохранить, только никому другому материалы не показывайте, иначе это может определенным образом навредить семье Шэнь.

— Не переживайте, никому не покажу, а вещи оставлю прямо во дворе вашего младшего дяди, — пообещал Вэй Цинлин.

Вслед за Шэнь Мовэнем они обошли искусственные горки, и на восточном берегу озера перед ними выросло двухэтажное здание.

Бамбуковая роща у самого домика тихо шуршала под ночным ветерком — судя по всему, та фотография была сделана как раз неподалеку.

— На втором этаже находится главная спальня и кабинет младшего дяди, на первом слева — гостевая комната, иди за мной, — Шэнь Мовэнь провёл Вэй Цинлина внутрь.

Гостиная была на редкость лаконичной: всего лишь гарнитур из дивана цвета натурального дерева, но перед ним выстраивался целый ряд винных шкафов, до отказа заставленных самыми разными красными винами.

— Твой младший дядя любил выпить? — Вэй Цинлин окинул взглядом полки.

Шэнь Мовэнь кивнул:

— Угу, младший дядя любил дегустировать разные сорта красного вина. Помимо этого, дома у него есть личный винный погреб, как-нибудь свожу тебя туда, в будущем всё это станет твоим.

— Что любишь пить — открывай, выбирай любое, младший дядя точно не будет против, — подмигнул Шэнь Мовэнь.

Когда он сам был подростком, он стащил у младшего дяди вино, за что в качестве безжалостного наказания получил больше десятка сборников задач. Младший дядя лично проверял его домашку... Эту обиду он не забудет до конца жизни, так что надо бы поскорее выпить вино младшего дяди подчистую.

Вэй Цинлин: неплохо.

Проводив Шэнь Мовэня, Вэй Цинлин вовсе не чувствовал сонливости — он ведь проспал всю первую половину дня.

Побродив по гостиной, Вэй Цинлин отыскал брелоки для ключей в виде бутылочек красного вина. Прекрасная вещь: в его игре на выживание всю экипировку отобрали, а в такую штуку можно упрятать призрака.

Прихватив выбранную бутылочку вина и два бокала, Вэй Цинлин вышел во двор к каменному столу.

Усевшись, он наполнил вином оба бокала.

Вэй Цинлин поднял бокал, слегка покачивая его, и произнес:

— Чего же ты не выходишь? Мы ведь договорились. Прежде чем жениться, надо пообщаться, слепой брак и немые сватания ни к чему хорошему не приводят.

— Составишь мне компанию за бокалом? Как тебе? — договорив, Вэй Цинлин поднес бокал к самому носу, вдохнул тонкий аромат и лишь затем сделал небольшой глоток.

Винная влага увлажнила губы юноши, в лунном свете они слабо блестели.

Чуть откинув голову назад, юноша словно приглашал кого-то на поцелуй...

Неподалеку шелестел бамбук, в воздухе разливался тонкий винный аромат.

Темная тень медленно приближалась. Кто-то отнял у него гроб, отнял его могилу — так неужели забрать себе жену было бы неправильно?

Озаренный лунным светом юноша был прекрасен словно лесной дух, он весь излучал живую энергию, и это ему нравилось.

Кадык дернулся, и тёмный силуэт шаг за шагом подкрался к юноше сзади.

Вэй Цинлин, покачивавший бокал, едва заметно улыбнулся. В тот самый момент, когда ледяное дыхание коснулось его плеча, его рука резко надавила на плечо, и зажатые в пальцах монеты на красной нитке мгновенно взметнулись назад...

Магический массив из красных нитей сформировался в одно мгновение, и в самом его центре проступил чёрный призрачный силуэт, в упор уставившийся на сидевшего впереди юношу.

— Попался, — громко рассмеялся Вэй Цинлин.

Тёмная тень холодно фыркнула:

— Вы заманили меня в ловушку.

Услышав это, Вэй Цинлин покачал головой:

— НО-НО-НО, вовсе нет. Просто я… я хотел поймать Великого духа.

— Зачем тебе ловить призрака? — тёмная тень наполовину поверила, наполовину нет.

— Голоден, кушать хочу, — ответил Вэй Цинлин.

Не дожидаясь вопросов от тени, Вэй Цинлин протянул руку и единым движением вытянул наружу огромную массу призрачной ци.

Скатав её в комок, Вэй Цинлин закинул её в рот, лицо его слегка изменилось, и он проглотил добычу.

Сильно нахмурившись, Вэй Цинлин открыл крышечку брелока-бутылочки и вставил узкое горлышко миниатюрной винной бутылки прямо в отверстие одной из медных монет.

И в тот же миг тёмная тень, не успев даже оказать сопротивление, оказалась втянута внутрь крошечного винного брелока.

Запечатав Великого духа, Вэй Цинлин принялся сплёвывать: тьфу-тьфу-тьфу, что за вкус такой? Почему это отдает отваром из китайских траваков, почему настолько отвратительно?!

Вчера же явственно чувствовался вкус лимона с мёдом, почему сегодня это превратилось во вкусовую горечь лекарственного сбора?

Неужто это и правда был другой призрак?

Но раз он крутился возле старейшины семьи Шэнь и был главным духом в усадьбе Шэнь, разве это не Шэнь Яньчжи?

Вэй Цинлин никак не мог взять это в толк.

А в это время Шэнь Яньчжи, вернувшийся в поместье в лунном свете, увидел эту сцену: юноша морщится от горечи и с таким видом, будто вверху рухнули небеса, улыбнулся.

Он и сам прекрасно понимал, почему Вэй Цинлин проявил такую прыть в вопросе призрачного брака.

Да он просто положил глаз на его тело!

Тот Великий дух, которого только что поймал юноша, судя по всему, как раз и был тем самым призраком, что вечно баламутил воду в семье Шэнь.

Впрочем, сейчас Шэнь Яньчжи являться к юноше было не с руки.

Что ж, пускай подождет до завтра. Раз Великий дух уже пойман мальчишкой, а в доме семьи Шэнь имеются и даос Сюаньцзи, и он сам — в роли мнимого жениха — никакой нечисти здесь и близко не прорваться.

Под луной шелестел бамбук, и силуэт лунной тени растворился в сиянии.

Вэй Цинлин, всё ещё хмурясь, внезапно принюхался в ночном ветерке: да, да, кажется, запахло медовым чаем, как же вкусно...

Однако оставшийся в воздухе аромат был слишком слабым, и уловить больше Вэй Цинлин не сумел. От этого он страшно мучился: вкусного поживиться не вышло, зато поймал какую-то гадость со вкусом микстуры. Что за собачья у него удача?

Пусть желудок и набит, но разве питьё травяных отваров сравнится с медовым чаем?

Неужели тот Великий дух, чей шлейф пронёсся по ветру, просто проходил мимо, или он и впрямь схватил не того? Во всём виноват этот вчерашний травяной призрак, притащился невесть зачем, даже лица не показал, так что Вэй Цинлин никак не мог разглядеть его истинную личину сквозь сплошное облако черноты.

Скорчив преисполненное экзистенциальной тоски лицо, Вэй Цинлин залпом допил второй бокал вина, после чего забрал бокалы и бутылку и побрел обратно в дом.

Сегодня Вэй Цинлин был морально раздавлен.

Это тебе не игра на выживание, иначе он бы точно отыскал того вкусно пахнущего Великого духа.

В игре на выживание каждая сцена замкнута в определенных границах — если уж призрак побежал, от него не скрыться, но этот мир огромен до безумия, стоит упустить добычу, и искать её негде!

Понурив голову, потерявший свой медовый чай Вэй Цинлин пал духом.

Вымыв и расставив бокалы, он пластом рухнул на двухметровую кровать, чмокнул губами и подумал: а ведь и правда, почему это красное вино до боли напоминает одно из вин в винодельне из игры на выживание?

Неужели то вино притащили сюда прямо из реального мира?

Тем временем Вэй Цинси лежал в постели и лениво листал ленту в Вейбо.

У него было немало подписчиков, главным образом благодаря связи со старшим братом.

Он регулярно постил зарисовки из жизни и фотографии за фортепиано, что тоже помогло ему обзавестись преданной фан-базой.

Вернувшись в комнату, Вэй Цинси всё же не удержался и опубликовал пост о том, что помог второму брату купить комплект одежды, у второго брата прекрасная фигура, наряды смотрятся отлично, он так завидует...

Стоило фанатам-древонщикам увидеть это, как их сердца переполнились жгучей жалостью.

Вчера Цинси только-только пострадал от этого новоявленного второго брата, вернувшегося в семью, обжёг себе руку кипятком, а сегодня он всё равно покупает ему вещи и пытается угодить!

В каких же невыносимых условиях приходится выживать Цинси?

http://bllate.org/book/24339/2833312