Глава 20. Ад на земле
— Цзян Шуньань, готов ли «Близнец» на шестнадцатом столик? Клиенты уже подгоняют.
— Секунду, уже делаю!
— И ещё «Маргарита» для двадцать четвёртого, а также «Яблочный мартини» для тридцать третьего.
— Тц, погодите немного, сейчас будет!
Цзян Шуньань в одиночку крутился за барной стойкой как уж на сковороде. Заказы сыпались один за другим, и он, казалось, выжал из себя предел скорости, на который только был способен за всю жизнь.
— Держите, это «Близнец», и вот «Маргарита».
Стоило ему с трудом выдать два напитка и перевести дух, как тут же явился новый гонец с претензиями.
— Цзян Шуньань, ты взял в работу заказы на «Гремучую змею» и «Фантазию»?
Цзян Шуньань быстрым взглядом пробежался по выстроившимся в ряд чекам, но упорно не мог найти среди них названных позиций.
— На какой столик? У меня нет этих заказов.
— Как нет, я же точно пробивала, — подтвердила девушка, перепроверив всё.
— Плевать, запиши номер стола, я сделаю их следующими! — бросил Цзян Шуньань, одновременно разливая алкоголь. — Это мартини, а «Тореадора» для девятого столика захвати, пожалуйста, тоже.
— Держи, я поставила сюда.
— Угу.
Цзян Шуньань разложил полученные чеки перед собой на столе, мгновенно вытащил из холодильника несколько замороженных бокалов и продолжил смешивать коктейли.
— Цзян Шуньань, кофе «Мокко» для пятнадцатого столика готов?
Черт побери! Да когда ему сейчас выкроить время на кофе?!
— Ещё нет, пусть подождут ещё чуть-чуть.
Цзян Шуньаньтёр пот со лба и поставил на стойку только что сбитый коктейль.
— Примерно сколько ждать? — помощница уже начала терять терпение.
— Эм… эм…
— Полминуты.
Цзян Шуньань мямлил что-то невнятное, не в силах выдавить из себя ни слова, как вдруг у самого его уха раздался хорошо знакомый голос. Не прошло и тридцати секунд, как чашка кофе уже упорхнула с барной стойки.
— Сколько осталось?
Вэй Цзинжун открыл шкафчик, достал оттуда чёрный фартук и надел его.
— Штук шесть-семь, вон те, что прямо передо мной.
Цзян Шуньань ещё раз сверился с чеками.
Однако не успел он договорить, как перед ним легли еще десяток аккуратнейшим образом выстроенных чеков, и среди них как раз обнаружились те самые две пропавшие бумажки.
Цзян Шуньань замер, а затем заметил доносящийся сбоку знакомый треск.
Твою ж мать! Вот почему я их не видел, они все застряли у принтера чеков!
Вот голова моя садовая! Забыл заглянуть в такую огромную махину!
— Сначала сделай эти заказы, они срочные. Три «Николаса» можно смешать вместе, бери большой шейкер.
— Понял!
Цзян Шуньань кивнул, и его руки задвигались еще быстрее прежнего.
Вэй Цзинжун держался куда спокойнее: перед ним одновременно в работу пошли целых три шейкера, смешивание и выдача напитков происходили на одном дыхании, и в мгновение ока он расправился с большей частью скопившейся горы заказов.
Провозившись так весь полдень, Цзян Шуньань выбился из сил. стоило ему опустить зад на стул, казалось, он намертво прилип к сиденью и подняться уже не сможет.
Ах, это ведь только обед! Что же делать вечером?!
— Держишься?
— Нормально, — Цзян Шуньань закинул в рот таблетку и сделал несколько жадных глков холодной воды. — Работы хватает, но пока держусь.
Вэй Цзинжун снял фартук, больше ничего не сказал и молча скрылся на кухне.
Увидев, что Вэй Цзинжун ушёл, Цзян Шуньань окончательно сник. Он растекся по барной стойке, забыв про всякие приличия, и выглядел точь-в-точь как лужа грязи.
Такое состояние держалось до самого закрытия дневной смены, и лишь после полудня ему стало чуть легче.
Как только двери заведения закрылись, Цзян Шуньань словно преобразился. Взбодрившись, он украдкой извлёк из-под тумбы блокнот для набросков и принялся за дело.
Поговорив вчера вечером по телефону с Юй Чэном, Цзян Шуньань уже начал подготовку.
Пусть работа в Ланьане и не вызывала у него отвращения, всё же она слишком сильно отличалась от его прежнего опыта. Как он и планировал изначально, работа официантом или барменом — всё это было лишь временной передышкой. Раз уж ему представилась отличная возможность, зачем упускать шанс?
И Ланьань, и Вэй Цзинжун в конечном счёте были лишь попутчиками, пути с которыми разойдутся, когда исчерпает себя связь.
Прислонившись к барной стойке и превратив разделочную доску в подобие мольберта, Цзян Шуньань сосредоточенно переносил на бумагу рождавшиеся в голове образы.
Больше двух месяцев погружения в реальную жизнь и такой долгий перерыв в рисовании пробудили в нем невероятный прилив вдохновения. Рука летала по бумаге, и линии постепенно складывались в законченный узор.
На белизне листа проступал силуэт красавицы с чуть завитыми длинными волосами, а её чувственные губы трогала манящая полуулыбка. Изящная ножка бокала для мартини зажата между тонкими скрещенными пальцами, а треугольная чаша идеально гармонирует с точеным подбородком незнакомки, источая томное и завораживающее очарование.
— М-м-м, неплохо, — Цзян Шуньань подпер подбородок рукой, раздумывая, какие линии стоит подправить.
Что может сильнее распалить мужские желания, чем изысканный алкоголь в сочетании с прекрасной женщиной?
Вот только сам Цзян Шуньань никак не ожидал, что способен на создание столь чувственных вещей. Прежде его проекты тяготели к строгому и элегантному стилю: линии были чёткими и жесткими, а даже изгибы производили впечатление лаконичности и деловитости. Нынешняя работа бесконечно далека от его привычной манеры.
Но смена стиля — на самом деле к лучшему. Это знак того, что у него масса свежих идей и задумок, что он способен владеть самыми разными притворами и воплощать их в реальность.
Единственным желанием Цзян Шуньаня оставалось вернуться к прежней жизни и обрести прежнюю работу. Однако суета сегодняшнего дня заставила его задуматься над вполне реальным вопросом: каков же уровень самого Юй Чэна и как долго протянет эта студия?
Судя по текущему положению, он мог быть уверен лишь в том, что у Юй Чэна хватает решимости и кое-каких связей. Но этого недостаточно, чтобы гарантировать себе прочное место в индустрии. Потратить несколько лет тяжёлого труда ради финала, где все разбегутся в разные стороны — увы, обычное дело.
От этих мыслей Цзян Шуньань зевнул, рука с карандашом слегка дрогнула, а сознание начало затуманиваться.
Как ни крути, а он ведь человек с опытом среднего управленца, поэтому и собеседование не должно быть односторонним. Оно обязано стать двусторонним. Он здесь не только соискатель, но и сам себе экзаменатор. Надо бы... именно так...
— Как прошли дневные продажи? — поинтересовался Вэй Цзинжун у стойки администратора.
— Нормально, примерно как обычно.
— А алкоголь?
— Объемы продаж не изменились, гостям вкус коктейлей тоже понравился, только заказов поступало чуть больше, а в остальном всё спокойно.
Вэй Цзинжун кивнул и перевел взгляд на барную стойку.
В этот момент Цзян Шуньань прижался спиной к позади стоящему шкафу и клевал носом, точно цыплёнок, клюющий зёрна — было очевидно, что он валится с ног от усталости.
— Сколько столиков забронировано на вечер?
Сестрица Чэнь полистала журнал брони:
— Столы на втором этаже забиты полностью и на шесть, и на восемь часов. На первом с шести часов полная посадка, а к восьми занята примерно половина.
Вполне ожидаемо.
— Директор Вэй, как думаете, справится ли Цзян Шуньань в одиночку?
— Работайте в обычном режиме, а дальше я посмотрю по ситуации.
Прикинув всё в уме, Вэй Цзинжун направился к бару.
К этому часу Цзян Шуньань уже провалился в глубокий сон, выронив из рук карандаш и даже не заметив этого.
Вэй Цзинжун не стал его будить. Сейчас время было нерабочим, так что вздремнуть после тяжелой смены вполне простительно.
Впрочем, рисунок Цзян Шуньаня привлёк его внимание.
Стоя за стойкой администратора, Вэй Цзинжун видел лишь краешек разделочной доски и сперва думал, что тот просто читает книгу, и только теперь понял, что парень рисовал.
Вэй Цзинжун поднял упавший карандаш, взял блокнот для набросков и, вглядываясь в очертания, выведенные рукой Цзян Шуньаня, смутно почувствовал то же самое, что предполагал с самого начала...
— Эй, просыпайся.
Цзян Шуньань поморщился, качнул головой и снова затих.
— Просыпайся!
— А, что такое? Опять заказ!
Цзян Шуньань распахнул глаза и рефлекторно глянул на принтер чеков.
Пусто. Ни единого заказа.
Пронесло, чуть снова не вляпался.
Цзян Шуньань с облегчением выдохнул, но от резкого движения блокнот, пристроенный на коленях вместе с доской, со стуком грохнулся на пол.
— Новенький, а спишь сладко.
Это был Оуэнь.
Цзян Шуньань проигнорировал его, торопливо захлопнул скетчбук, запихнул в шкафчик, а разделочную доску водворил на прежнее место у бара.
— Что, говорят, ты теперь обучился коктейли мешать?
— Угу, немного умею.
— Неплохо, новенький, далеко пойдешь.
Оуэнь не питал к нему зла, просто он изначально относился к Цзян Шуньаню весьма благосклонно.
Только вот звучали эти слова для ушей Цзян Шуньаня как-то иначе: наполовину насмешливо, наполовину пренебрежительно, отчего на душе скребли кошки.
Стоило им расстаться ненадолго, как Цзян Шуньань едва не забыл, что этот тип — та еще заноза в заднице.
— Тринадцатый, семнадцатый, девятнадцатый столики — напоминание о заказе!
— Готов ли заказ для тридцать пятого? Прошло уже пятнадцать минут.
— Гости за двадцать вторым столом уже второй раз напоминают!
— Хорошо, сию минуту!
Если дневная смена за барной стойкой казалась полем боя, то вечерняя превращалась в настоящий ад на земле!
С момента открытия дверей принтер чеков трещал без продыху, и этот мерзкий звук рвал нервы на части. Не успевал он разобраться со старыми заказами, как из аппарата выползала новая бесконечная лента. Копцу не было видно конца.
Когда рядом находился А Шуй, работа не казалась ему такой безумной, но теперь он ощутил на себе всю тяжесть колоссального давления!
— Это для седьмого и восьмого столов, а для тринадцатого и семнадцатого будет готово через минуту.
Пока Цзян Шуньань в мыле метался за стойкой, Оуэнь бездельничал у стены, наблюдая за каждым его движением, и вовсе не спешил помогать.
— Ты чего стоишь?
Стоило Вэй Цзинжуну выйти к бару, как он увидел подпирающего стену праздношатающегося Оуэня.
— Ой, извините, загородил дорогу нашему великому директору Вэю.
Оуэнь немного сместился в сторону, но уходить явно не собирался.
— Собираешься простоять так весь вечер?
— Да не спеши ты. Сам же видишь, он пока держится в одиночку.
Белоснежные ленты чеков на барной стойке легли уже в три плотных ряда, а принтер всё продолжал выплевывать новые и новые бумажки. Цзян Шуньань же буквально сходил с ума от работы!
Вэй Цзинжун отчётливо видел, как по лицу парня градом катится пот, а капли с ресниц срываются вниз — у него не было даже свободной секунды, чтобы вытереть лоб.
Вся стойка была заставлена бутылками и бокалами.
Вэй Цзинжуну несколько раз казалось, что парень вот-вот смахнет локтем какую-нибудь бутылку, но каждый раз тот чудом проносил руку мимо — всё обходилось без катастроф, хотя до забавного тут было далеко.
— Ха-ха-ха! Посмотри на это, ну просто загляденье! Такое зрелище должен был заставить меня позвать еще в обед!
— Долго еще собираешься глазеть?
От тона, которым это было сказано, Оуэнь отчетливо почувствовал исходящую от Вэй Цзинжуна леденящую ауру. Хоть они и были давними знакомыми, перед лицом такого Вэй Цзинжуна Оуэнь предпочел благоразумно поумерить пыл.
— Ладно, иду помогать. Расслабься, косяков не будет.
http://bllate.org/book/24334/2832317
Сказали спасибо 0 читателей