Готовый перевод Online Game: The History of Human Evolution / История эволюции человечества в онлайн-играх: Глава 18

Выживание в стиле шоу: не презирайте животный интеллект.

Примечание официального сайта: хотя объем мозга у животных мал, продолжительность жизни обычно невелика, а возможностей учиться почти нет, они похожи на самые первые компьютерные чипы вроде 486. Пусть они немного тугодумательны и многое им не под силу, но они уже способны на многое.

Столкнувшись с бесстыдной провокацией и чувствуя, что его достоинству брошен сильнейший вызов, черный медведь решительно развернулся и встал на задние лапы, испустив рев. Из его глаз лучился жуткий, свирепый блеск, но бросаться вперед он не стал, возвышаясь с гордым видом горы.

Обезьянолюди в страхе и трепете снова окружили зверя, прыгая и улюлюкая в трех-четырех метрах от него, но никто не смел броситься вперед и отвесить этой твари затрещину. Черный медведь просто излучал там свою ци и вообще перестал двигаться.

Судя по всему, ситуация грозила зайти в турецкий тупик, однако непрерывно прыгавшие обезьянолюди расходовали силы гораздо быстрее. Мэн Ню понимал, что необходим еще один сокрушительный удар, иначе племя понесет бессвратную потерю воина.

Уязвимые места медведя — глаза, горло, а также паховая область, на которую сейчас и целились глаза Мэн Ню. Это был самец, стоявший на задних лапах, так что мишень получалась крайне заметной.

Притопнув ногой по земле и запечатлев в памяти рельеф местности позади себя, он понял, что при уклонении от яростного удара черного медведя нельзя допускать ни малейшей ошибки.

Глубоко вздохнув, Мэн Ню изо всех сил бросился на черного медведя, а его длинное копьё вычертило в воздухе небольшую дугу, целясь прямо между ног зверя: да не поверю я, что ты все еще не увернешься!

Черный медведь уворачиваться не стал. Сопровождаемый взметнувшейся к небесам волной свирепой ци, Мэн Ню отступил на шаг, но делать второй шаг уже не потребовалось: массивная голова медведя с размаху врезалась Мэн Ню в грудь, помогая тому взмыть высоко в воздух. В глубине души ему послышалось негодующее восклицание черного медведя: да я в рот тебя топтал!

В глазах потемнело, и Мэн Ню погрузился в шоковое состояние. Получивший тяжелейшие увечья черный медведь некоторое время ковылял шагом, но в конце концов все равно рухнул под ударами деревянных дубин и пал от каменных топоров. Тело же Мэн Ню обезьянолюди потаскали туда-сюда несколько раз, пока его полупрозрачная душа не обрела плотские очертания. А старый прожженный хитрец, у которого должны были иметься хоть какие-то навыки оказания первой помощи, едва взглянув на маленькую вмятину на груди Мэн Ню, тут же принялся обмениваться контактными данными со Спасителем Мира.

Возвращение в Зал Реинкарнации. На сей раз посланник реинкарнации, казалось, не был одержим тем инопланетянином и вел себя вполне нормально, из-за чего Ван Сян на долю секунды усомнился в том, не страдают ли у него зрительные и слуховые галлюцинации, расстройство памяти или шизофрения.

Посланник реинкарнации сообщил Спасителю Мира, что степень выполнения задания неплохая, смерть была естественной, за нее начислены базовые очки; одна хорошая новость — черный медведь издох раньше Мэн Ню, за что получено два очка святого; а плохая новость заключается в том, что деревянная дубина выпала при смерти.

Перепрохождение — единственный выбор. Одинаковые очки уровня за одно и то же задание можно получить лишь единожды, так что при повторном прохождении убийство тигров и леопардов уже ничем не поможет. Похоже, остается лишь выбрать роль в стиле Люмань Гаошоу — прозябать жизнь в бездельи.

Тщательно выбрав самого старого из доступных старых обезьянолюдей.

Это была тихая маленькая деревушка, расположенная в холмистой местности в самом сердце Европы, неподалеку от Дуная. Население племени было небольшим, игроков среди них не водилось — всего чуть больше двух десятков человек от мала до велика. Они занимали небольшой холм, окружающие звери не отличались ни свирепостью Такла-Макана, ни его мягкостью. У взрослых имелись деревянные дубины и каменные топоры, чего вполне хватало на самооборону, а вот нападать они еще были не способны, так что жили мирно.

Старого обезьянолюдина, в которого вселился Спаситель Мира, звали Ми Ма. Идиллию племени обезьянолюдей Старик Ми Ма разрушил очень быстро, поскольку Спаситель Мира донельзя измаялся от тоски.

Старик Ми Ма был не в состоянии смастерить заостренную деревянную дубину. Старик Ми Ма был слишком стар, он не мог вытесать острый каменный топор, а потому не получалось ни нарубить нормальных дубин, ни заострить их.

Пережив N-ное количество неудач, Старик Ми Ма предпочел совершить самоубийство.

Результатом поиска обходных путей в подавляющем большинстве случаев становится хождение кругами, но, гордо поднимая знамя погони за процессом, а не за результатом, мы неизменно получаем от этого удовольствие.

С минусовым балансом очков вернувшись в Зал Реинкарнации, Спаситель Мира вновь устремил взор на Такла-Макан. В месте, подозреваемом в том, что оно является центром цивилизации, истории и впрямь обещали быть куда более захватывающими. На этот раз он тщательно изучил персонажей, излучавших золотисто-желтое сияние: нельзя же просто так ждать смерти, игра ведь создана для того, чтобы раздавать очки всевозможным персонажам.

Поблизости от Лобнора примостилось многочисленное племя. Там был отставной старый вождь, еще не слишком старый, который, судя по всему, все еще был способен орудовать деревянной дубиной. Требования к очкам за него выставлялись довольно высокие, и если бы не два очка святого, добытых в прошлом задании, выбрать его не получилось бы. Впрочем, из-за этого у него не осталось свободных очков опыта для прокачки запасных навыков, а ведь Мэн Ню разжился двумя очками святого во многом благодаря именно улучшению резервного умения.

Подумав о том, что у Старика Ми Ма вообще не было никаких запасных навыков, Спаситель Мира решил выбрать именно его — Старого Сюэ Сюэ.

Кликнув по списку умений, он обнаружил, что у Старого Сюэ Сюэ целая куча врожденных навыков: помимо среднего уровня лидерства, все прочие — охотничьи хитрости и травознание — уже находились на высоком уровне, и дополнительных навыков, как и ожидалось, не нашлось. Ха-ха, да он сорвал куш.

Оказавшись в игре, Старый Сюэ Сюэ тут же попытался изготовить деревянную дубину — ха-ха, получилось. Окинув взглядом окружающую обстановку, он увидел пожелтевшую листву и пронизывающий до костей холодный ветер. Оказалось, наступила зима.

В Такла-Маканской равнине сто тысяч лет назад зима была в десять тысяч раз мягче нынешней. Ни одежды, ни факелов, даже пещер, где можно было бы переждать дождь, не имелось — обезьянолюди обходились не слишком густым пухом на собственных телах и от холода не страдали. Однако дефицит пищи и воды становился для всех живых существ суровым испытанием зимой.

Обезьянолюди этого племени имели привычку делать запасы, причем уровень их организации был весьма высок: они догадывались прятать относительно сухую пищу вроде травяных семян и орехов в дуплах деревьев или закапывать в землю. Это объяснялось еще и тем, что население племени действительно было многочисленным — около сотни с лишним человек, точного счета Старый Сюэ Сюэ так и не дождался. Эти обезьяны то и дело прыгали туда-сюда, на лицо все казались одинаковыми, так что при подсчете он неизменно сбивался.

При многочисленности населения территория племени шире не становилась. Продолжительность светового дня оставалась прежней, а радиус активности — ограниченным. Из-за этого еды явно не хватало, в осеннюю пору приходилось урезать пайки, а зима выдавалась невероятно тяжелой.

Но почему бы не разделиться на группы? Вскоре Старый Сюэ Сюэ узнал ответ.

Стая волков, приближалась стая волков. Дежурный обезьянолюдин затрубил в сигнальный свисток.

Такова была участь обезьянолюдей, обосновавшихся в полустепной зоне. На плодородных равнинах летом и осенью в изобилии водились сладкие ягоды и упитанные мелкие животные, и сбившиеся в кучу обезьянолюди не страшились никаких природных врагов. Но с приходом зимы крупные звери-одиночки прятались по норам, тогда как волчьи стаи начинали рыскать по округе. И обезьянолюдям регулярно доводилось устраивать с ними свидания, поскольку им было нужно пить воду.

Зимой в Такла-Макане снега не было. Обезьянолюди, лишенные фруктов, каждый день отправлялись на водопой к большому озеру. Зимний Лобнор был самую малость меньше летнего: не слишком широкий и не слишком узкий песчаный берег озера был в самый раз для того, чтобы рыщущие волчьи стаи перекрывали обезьянолюдям путь домой.

Все племя отправлялось к воде разом. Огромная процессия воинов была способна отпугнуть большинство волчьих стай, а если не помогало — принимали бой. Для любого биологического вида вражеские тушки зимой приобретали баснословную ценность. Стоило разделиться, как численность падала, и шансы на победу в схватке со стаей многократно сокращались. К тому же в тот год по неосторожности родилось слишком много маленьких обезьянолюдей, и зимой от голода и холода погибло бы немало из них.

Обезьянолюди собрались вместе. Волки остановились за опушкой леса; их насчитывалось около двух-трех сотен, и это было необычайно крупное семейство. Помолчав немного, они чуть-чуть отступили назад. Разумеется, их огромной численности соответствовала и чудовищная степень голода.

Вожак волчьей стаи проявлял огромное терпение, ведь берег озера был их родной стихией.

Старый Сюэ Сюэ испытывал сильное волнение: будет ли гибель в грядущей кровавой схватке расценена системой как естественная смерть?

Вместе со Старым Сюэ Сюэ в племени насчитывалось трое игроков. Один был вождем, другой — обычным старым обезьянолюдином. Помимо авторитета вождя, оба старика обладали определенным влиянием: в силу естественного притяжения между игроками стихийно сформировалась небольшая группа лидеров. Разумеется, никто не рассчитывал, что обезьянолюди станут подчиняться приказам беспрекословно, словно регулярная армия, выполняя команды по мановению руки.

Не считая трех игроков, обезьянолюди слегка оробели перед лицом численно превосходящей волчьей стаи. Впрочем, судя по нашему опыту, стоило только начаться бою, как неизбежно возникала неразбериха, но пока вожак не падал замертво, можно было не опасаться, что кто-то струсит и сбежит с поля боя. То же самое касалось и волков.

В отличие от волчьей стаи, слепо следовавшей за вожаком, обезьянолюди имели собственные соображения, что не позволяло нам, игрокам, вольно помыкать ими и отправлять на верную смерть. К счастью или к несчастью, они с легкостью поддавались на обман.

Потратив немало красноречия, обезьянолюди выстроили боевой порядок и вышли из леса. Это было разреженное круговое построение, на самом переднем крае которого стояли вождь и два одержимых жаждой смерти старых обезьянолюдина. За исключением малышей, абсолютно неспособных сражаться, в поход выступили даже все самки. Исход битвы решал, насколько суровым выдастся эта зима.

В руках вождя находилось передовое оружие вневременного образца: к верхушке заостренной деревянной дубины при помощи лиан был привязан звериный клык.

Наша тактика заключалась в том, чтобы использовать острие клина для сближения с вожаком волков и попытаться завершить бой в кратчайшие сроки.

Песок на озере был крупным и больно колол стопы, ходить на двух ногах получалось куда менее устойчиво, чем на четырех. Обезьянолюди, лишенные возможности пойти в стремительную атаку, смотрели, как волчья стая лавиной несется на них, и Спаситель Мира, жаждавший смерти и уже сталкивавшийся с гигантским медведем, невольно задрожал ногами и замер на месте. То же самое происходило и с двумя другими игроками: прекрасно сознавая, что это всего лишь игра, современные люди, давно утратившие звериную жестокость, все равно испугались устрашающего напора стаи.

Рев позади стоящих обезьянолюдей вывел троих игроков из оцепенения, и те инстинктивно взмахнули дубинами, отбиваясь от приближающихся волчьих морд.

Сила животного прямо пропорциональна его размерам. В большинстве случаев мы можем полагаться на этот вывод, имеющий, впрочем, немало исключений. Габариты обезьянолюдей к настоящему моменту уже превосходили волчьи, так что Старый Сюэ Сюэ обнаружил: деревянная дубина, оказавшаяся бесполезной против медведя, отбросила прынувшую на него волчью особь на приличное расстояние. Впрочем, волки славились медными головами, железными спинами и поясницами из тофу — покрутив головой, та, казалось, ничуть не пострадала.

Успокоившись душой, Старый Сюэ Сюэ не рассчитывал укладывать по волков с одного удара и не осмеливался опрометчиво бросаться вперед: сражаться одновременно с двумя волками было бы уже не так легко. Бросив беглый взгляд по сторонам, он с облегчением отметил, что первая волна атаки волков была отбита, а строй не нарушен.

Перекрикиваясь друг с другом, они двинулись вперед в поисках вожака. Волки бурлили вокруг нас, подобно волнам, то и дело выпрыгивал тот или иной зверь, но, получая удар, с визгом отступал назад.

Плохо, они пытаются нас окружить! — внезапно завопил вождь.

http://bllate.org/book/24266/2815215

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь