Готовый перевод The City-Toppling Male Empress / Прекрасный Король-Муж: Глава 8

Вечерний банкет проходил в Императорском саду. Чиновники прибыли вместе со своими семьями, и сад вмиг наполнился невиданным доселе оживлением.

— Прибыл Правитель! — раздался пронзительный, срывающийся на высокие ноты голос евнуха.

Стоило прозвучать этому возгласу, как в Императорском саду воцарилась тишина. Все присутствующие дружно опустились на колене, отдавая дань уважения:

— Приветствуем Правителя!

Громкий и стройный хор голосов оглушал. Похоже, эта слаженность выработалась у них за годы ежедневных утренних докладов.

— Поднимайтесь!

Цзюнь Моянь не стал напускать на себя царственное величие и общался с подданными мягко и размеренно.

— О Правитель, в этом году праздник цветения сакуры кажется еще более оживленным, чем в предыдущие! — старый канцлер Бай Цзыхуа поглаживал бороду и с улыбкой смотрел на Цзюнь Мояня. В душе он был крайне доволен тем, как тот проявил себя с момента восшествия на престол. Вот только одно омрачало его радость: правитель всё никак не желал выбирать себе императрицу!

— Канцлер прав. Нынешний год — время наивысшего расцвета Ли, повсюду царят изобилие и мир, народ живет в благополучии. Когда государство богато и сильно, так и должно быть! — Цзюнь Моянь без особого энтузиазма кивнул в знак согласия, мысленно же ворча, что старый канцлер наверняка опять затянет свою песнь о необходимости завести супругу!

И точно, старый канцлер поднялся с места, поглаживая бороду, и с улыбкой произвел:

— Нынче Правитель уже укротил Поднебесную, и народ наслаждается мирной жизнью. Этот недостойный министр позволяет себе дать совет: дело с выбором императрицы больше нельзя затягивать! Государство не может ни дня оставаться без царицы! Вспомните, в былые годы покойный император тоже не желал брать жену, но разве Император Юнъань перед смертью не принудил его заключить брак? Лишь увидев, что покойный император женат, он смог спокойно уйти из жизни. Вы ведь наверняка видели, в какой любви прожили век покойный император и вдовствующая императрица. Просим Правителя поскорее выбрать императрицу!

— Просим Правителя поскорее выбрать императрицу! — дружно подхватили сановники и волной опустились на колени.

Цзюнь Моянь с горькой усмешкой окинул взглядом толпу у подножия возвышения, а затем поднял глаза на юношу в белых одеждах, стоявшего возле канцлера Бая. На дне его глаз плескалась боль.

— У Моих домашних дел есть свой хозяин, Я Сам разберусь. Дорогим министрам не стоит так усердствовать. Нынче вечером главный герой — генерал Ся, так что подданным следовало бы поблагодарить генерала Ся за его тяжелый труд! — несколькими фразами сменив тему, Цзюнь Моянь с бесстрастным выражением лица поднял бокал и издалека салютовал им Ся Чжэнжуну.

Цзюнь Тяньао, уже занявший свое место, холодно наблюдал за перепалкой старого канцлера и Цзюнь Мояня. Его расчеты стали еще более изощренными и осторожными: он никак не ожидал, что отношения между старым канцлером и Цзюнь Моянем окажутся настолько крепкими.

Внезапно Цзюнь Моянь заметил, что его слугу заменили. Знакомое лицо сменилось незнакомым. Охваченный бдительностью, он опустил бокал. Императорская интуиция подсказывала ему, что вот-вот что-то произойдет.

Его сдержанная бдительность заставила Цзюнь Тяньао нахмуриться. Он считал эту операцию безупречной и учел слабое место Цзюнь Мояня, так что неудача была исключена.

Старый канцлер, заметив, что Цзюнь Моянь поставил бокал с недовольным на вид лицом, решил, что тому неприятно слышать нравоучения о женитьбе. Чувствуя себя немного ущемленным, он шагнул вперед, взял у слуги бокал, почтительно согнулся в поклоне и предложил:

— Ваше Величество, умерьте гнев, старый слуга руководствуется лишь добрыми намерениями!

Цзюнь Мояню действительно было трудно выразить словами то, что творилось у него на душе. Глядя на дрожащий в руках старого канцлера бокал, он снова перевел взгляд на сидевшего за столом и сохраняющего безмятежный вид Бай Ихэна, а затем, словно мотылек, летящий на огонь, принял бокал и осушил его до дна.

Увидев, что тот выпил приготовленное им вино, Цзюнь Тяньао скривил губы в холодной усмешке: Цзюнь Моянь, а ведь и на твоей улице настал праздник!

Стоило Цзюнь Мояню опустить бокал, как он почувствовал неладное. Он решился выпить этот кубок лишь потому, что был уверен: Цзюнь Тяньао не осмелится действовать на глазах у всех. Но странное ощущение, разлившееся по телу, вновь заставило его сердце тревожно забиться. Его любезный августейший дядюшка явно не привык играть по правилам!

Цзюнь Моянь больше не мог позволить своему телу и дальше поддаваться пагубному влиянию. Он поднялся на ноги и бросил взгляд на стоявшего рядом маленького евнуха.

Тот сообразил мгновенно и громогласно объявил на весь сад:

— Император почувствовал себя уставшим и покидает пир раньше времени! Все могут продолжать веселье!

Под дружный хор почтительных прощальных возгласов Цзюнь Моянь бросил на Бай Ихэна последний взгляд и повернулся, чтобы уйти. Почему от начала и до конца ты так ни разу и не удостоил меня взглядом?

http://bllate.org/book/24251/2812305