Готовый перевод Transmigrated into a Book, I Fought to Survive as a Fudanshi / Попаданка в мир новеллы: Мой путь к выживанию через фансервис: Глава 12

На двадцать девятый год правления Шэнъу, в начале ноября.

Ледяной ветер в Дицзине уже приобрел колющуюморозную резкость. Бай Линсу, закутавшись в густую лисью шубу, сидела на корточках у жаровни в Западном дворе Резиденции принца Цзин, рассеянно выцарапывая на земле палочкой с искрящимся кончиком дату: 13 ноября.

Будучи современным историком, наизусть заучившим Записи о святом императоре Шэнъу, она как никто другой отчетливо понимала, что всего через два дня, ровно в два часа ночи тринадцатого ноября, тот самый император Шэнъу, восседающий в покоях дворца Цзинъян, испустит дух. А третий принц Си Кан, что сейчас совершает жертвоприношения Небу на Алтаре Неба, помчится на похороны и при поддержке Лу Чжао, командующего войсками стражи ворот, который к тому же приходится отцом Лу Яню, успешно взойдет на престол.

— Си Нин, послушай моего совета: посиди-ка эти дни смирно в резиденции, занимайся лечением.

Бай Линсу отряхнула с рук угольную пыль, повернулась к Си Нину, который полулежал на тахте с книгой в руках, и заговорила с предельной серьезностью, про себя думая: «Кому этот императорский трон нужен — пусть тот его и берет, мы в борьбу не ввязываемся. Я специально растянула курс детоксикации на долгих полгода, чтобы переждать этот опасный период передачи власти».

Си Нинуронил книгу и посмотрел на нее глубоким взглядом:

— Ты настолько уверена, что Си Кан непременно займет престол? Сейчас при дворе хватает тех, кто поддерживает других принцев.

Поверь мне, ты — биологический отец избранного небесами сына, нет никакой нужды лично ввязываться в грызню с ядовитыми змеями, — бормотала про себя Бай Линсу. — Ей-богу, в исторических хрониках черным по белому написано: если ты сейчас сунешься в борьбу, то просто сложишь голову, так что лучше притаиться и наблюдать за его представлением.

В этот момент из-за дверей раздался мягкий, нежный голос:

— Сестрица Бай, ты опять учишь отца лентяйничать?

Шестилетний маленький наследник Синь Линь высунул голову, и в его круглых глазах читалось чистое любопытство. Он был единственным ребенком Си Нина и княгини, а в это время — всего лишь малышом, который целыми днями думал только о засахаренных фруктах на шпажках.

Стоило Бай Линсу увидеть Синь Линя, как выражение ее лица мгновенно переключилось с холодноватой чудо-докторши на сверхвыслуживающуюся лизоблюдку. Одним прыжком она оказалась рядом, озарила лицо сияющей улыбкой и с ходу подхватила Синь Линя на руки.

— Ой-ой-ой, мой маленький наследник! Разве это назовешь ленью? Это называется стратегией! — Бай Линсу извлекла из кармана особую молочную конфету и сунула ее в рот Синь Линю, источая максимум лести. — Наследник, сестрица видит, что у тебя благородная внешность, в будущем ты непременно станешь опорой всего Шэнъу! Ну-ка, сестрица обучит тебя сегодня одной гимнастике для укрепления здоровья, глядишь — проживешь целый век бодрым и здоровым!

Си Нин, наблюдая за тем, как Бай Линсу льстит его шестилетнему сыну, не знал, плакать ему или смеяться:

— Бай Линсу, не слишком ли сильно ты пылаешь страстью к Линь-эру?

Бай Линсу бросила на Си Нина взгляд в духе ничего ты не понимаешь. В ее голове раздавался истошный вопль: да это же будущий «Таинственный Ван», князь Синь Линь, который через десять лет взойдет на престол! Золотая опора империи, захватившая власть в шестнадцать лет! Если не подлизаться к нему сейчас, так что, вставать в очередь после его восшествия на трон?

Хотя Бай Линсу уже твердо решила отсидеться в тени все эти десять лет, в глубине ее души оставался один неразрешенный узел.

В подлинной истории Си Кан приложил невероятные усилия, не побоялся отравить родного брата и истребить политических противников, чтобы заполучить императорскую власть. Но почему всего десять лет спустя он перед собственной смертью своими руками передал престол Синь Линю, сыну Си Нина?

Это же противоречит всякой логике! — Бай Линсу подперла щеку рукой и погрузилась в раздумья.

Если им двигала жажда власти, он вполне мог передать трон собственным потомкам либо свирепствовать тираном до самого конца. Зачем было готовить свадебный наряд для чужого человека? Неужели в глубине души этой ядовитой змеи по имени Си Кан крылась какая-то неведомая кармическая связь?

— Си Нин, — внезапно заговорила Бай Линсу. — Если представится возможность, я бы очень хотела повидать твоего брата Си Кана. У меня упорное ощущение, что этот парень получил какую-то чужую роль.

Укрывшийся в тени Юо Мин наблюдал за тем, как Бай Линсу то подобострастно развлекает маленького наследника, то с суровым видом анализирует обстановку, и в глубине его глаз мелькнула сложная гамма чувств.

Он не знал, что за историю упоминала Бай Линсу, но чувствовал: в самом эпицентре этой бури смены императорской власти Бай Линсу своей кажущейся абсурдной философией выживания возводит зонт над Резиденцией принца Цзин.

Бай Линсу озорно подмигнула Синь Линю:

— Слушайся сестрицу, наследник, тренируйся прилежно, а в будущем земли Шэнъу… то есть, в будущем все богатство и процветание сестрицы всецело зависят от тебя!

Три дня спустя император Шэнъу скончался.

Дицзин погрузился в белые одежды траура, и под падающим хлопьями снегом Си Кан взошел на императорский престол.

А Резиденция принца Цзин, эта колыбель будущего правителя, тихо затаилась за пеленой столичной суеты, ожидая крушения кармического колеса.

Бай Линсу сидела в аптекарской комнате, наблюдая за игрой язычков пламени в печи, и про себя повторяла: «История не обманула меня, как же сильно мне хочется узнать этот ответ».

Весной первого года эры правления Шэнъэ-ди загородный императорский дворец на окраине Дицзина окутал мелкий дождь.

Бай Линсу сидела в повозке с плотной черной шелковой повязкой на глазах. С тех пор как три месяца назад яд из тела Си Нина был полностью выведен, она поначалу ждала, что столкнется с волной безумных покушений со стороны Си Кана. Однако реальность оказалась до жути пугающей: все эти полгода Резиденция принца Цзин жила тихой жизнью земного рая, а новоиспеченный император Шэнъэ-ди после укрепления своей власти пожелал столь сокровенным и мягким образом пригласить ее на встречу.

Повозка плавно остановилась, повязку сняли. Прищурившись, чтобы привыкнуть к свету, Бай Линсу обнаружила, что находится в уединенном павильоне императорской резиденции. Двери зала распахнулись: никаких предсказанных вспышек клинков и пролитой крови, лишь аромат сандала во всей комнате да одна худая фигура.

Мужчина, сидевший за низким столиком, был облачен в простое повседневное одеяние; в его бровях и разрезе глаз угадывалось трехпроцентное сходство с Си Нином, однако в нем было меньше резкости и куда больше мягкости, обретенной после пережитых жизненных бурь.

И это Си Кан? Тот самый абсолютный злодей из исторических записей, что коварно узурпировал власть и собственными руками отравил старшего брата?

— Госпожа Бай, я наслышан о вас. — Си Кан опустил чашку с чаем, его голос звучал мягко, словно нефрит, и в нем даже сквозила нотка усталой улыбки. — Благодарю вас за то, что за эти полгода вы исцелили Второго брата.

Бай Линсу не стала отвечать поклоном или рассыпаться в любезностях, а просто отодвинула стул, села и, приподняв брови, спросила:

— Ваше величество император Шэнъэ поднял такую бучу, завязал мне глаза и привез сюда лишь ради слов благодарности? Я ведь все последние полгода только и делала, что ждала от вас убийц, а вы — гляди-ка — даже тени наемника не подослали. Разве это по сценарию?

Видя столь непринужденный манер общения со стороны Бай Линсу, Си Кан поймал в глазах сложный отблеск. Он самоиронично усмехнулся и спокойно бросил бомбу замедленного действия:

— Потому что я… вернулся из прошлой жизни.

— …Чего? — Бай Линсу чуть не рухнула со стула, выплеснув половину чая изо рта. — Переродился? Ты хочешь сказать, что ты тоже… стоп, ты утверждаешь, что прожил жизнь заново?

— В прошлой жизни я действительно, как вы и предполагали, уничтожил Второго брата техникой Увядание и Процветание и захватил престол. — Си Кан закрыл глаза, его голос слегка дрожал. — Я думал, власть заполнит пустоту в сердце, но в итоге обрел лишь предательство близких. Десять лет спустя я оборвал собственную жизнь и лишь перед смертью осознал, что эту империю Второй брат изначально хотел отдать мне, а я своими руками погубил единственного человека в мире, кто по-настоящему любил меня. К сожалению, переродившись, я уже не мог вернуться к моменту до отравления, все было решено окончательно.

Бай Линсу остолбенела. Она просчитывала ходы наперед, но никак не ожидала, что у этого злодея-тяжеловеса окажется собственное лекарство от сожалений.

— Выходит, твое перерождение — это попытка искупить вину?

— Да. Я взошел на трон, чтобы уберечь эту империю, пока Линь-эр не подрастет. А жизнь Второго брата… — Си Кан перевел взгляд на Бай Линсу, и его глаза наполнились горячим светом. — Лишь исчерпав запретные чары Южного пограничья и насильственно переломив ход мироздания, я сумел прорвать брешь в Небесном Пути, чтобы призвать назад погибшую в десять лет Бай Линсу и позволить той наследнице божественной медицины спасти его.

Сердечко Бай Линсу отчаянно забилось — вот она, правда о ее попадании в книгу! Почему Бай Линсу, которая была обречена умереть, осталась жива? Почему ее занесло сюда?

— Но я потерпел неудачу. — Си Кан горько улыбнулся, глядя прямо в глаза Бай Линсу. — Изначально я планировал призвать изначальную душу, принадлежавшую этому телу, но никак не ожидал сбоя в заклинании, из-за которого из совершенно другого мира сюда перенесло тебя, Янь Руоси.

У Бай Линсу по спине пробежал холодок, а ладони покрылись испариной. — Ты даже знаешь, что меня зовут Янь Руоси?

— Когда запретное заклинание дало обратный откат, в видениях я увидел очертания вашего мира. — Си Кан тяжело вздохнул. — Поначалу я тоже был потрясен, но увидев, как ты нестандартными методами сближаешься со Вторым братом, как применяешь те диковинные приемы против Увядания и Процветания, я понял: пожалуй, это лучший дар от воли Небес. Ты куда лучше той настоящей Бай Линсу подходишь для исцеления Второго брата.

— Значит, то, что ты через десять лет передашь престол Синь Линю, тоже потому что…

— Это мой долг перед ним. — Си Кан поднялся на ноги, подошел к окну и устремил взгляд на западное небо. — Этот императорский трон я поношу ради Второго брата десять лет. За эти десять лет я вымету все преграды и верну Линь-эру мирное процветание. А ты, Янь Руоси, раз уж эту ошибку породил я, то остаток своих дней я посвящу тому, чтобы ограждать твой покой.

Глядя на этого легендарного императора-отравителя, Бай Линсу вдруг ощутила, до чего же одиноким и надломленным казался его силуэт со спины.

Выходило, что опасения Юо Мина были напрасны; выходило, что та снисходительная свобода, которою окружали Си Нина, на самом деле была искуплением, купленным Си Каном ценой кровавых долгов прошлой жизни.

http://bllate.org/book/24242/2809896