Скрыто снятое видео разошлось по сети, и зеваки вовсю размахивали виртуальными клавиатурами, со всех сторон оценивая и критикуя девушку.
Посыпалось множество анонимных разоблачений, и все они сводились к тому, что девица — легкомысленная особа, которая даже будучи помолвленной продолжает крутить хвостом перед бывшим парнем.
Хотя в скандале было двое участников, второй оставался в тени на протяжении всего времени, и некоторые даже считали его невероятно преданным.
После того дня Ци Сюй почти не выходил из дома.
Ему не нужно было ни с кем видеться или общаться, и от этого Ци Сюй чувствовал себя гораздо свободнее и спокойнее. По утрам он читал книги, после обеда грелся на солнышке в саду, играл с собакой или сам предлагал помощь тётушке Чжан.
— Молодой господин Ци, на улице так жарко, зайдите в дом передохнуть. — Тётушка Чжан посмотрела на вспотевшего от выгула собаки Ци Сюя и окликнула его. — Полуденное солнце ещё не самое злое, по-настоящему печь начнет часа в два-три дня.
Ци Сюй обернулся, согласно кивнул, бросил летающую тарелку и, глядя, как щенок с виляющим хвостом убегает за ней, в несколько шагов вернулся к террасе и опустился на стул.
— И правда очень жарко, но погода последние дни просто замечательная.
До этого несколько дней подряд моросил дождь, сырость стояла такая, будто весь город собирался покрыться плесенью, но за последние два дня небо наконец прояснилось, и больше не нужно было терпеть эту промозглую сырость.
Подняв стакан и выпив больше половины воды, Ци Сюй откинулся на спинку стула, чтобы перевести дух.
Но раз уж он дал обещание Се Хуаю, нельзя же было вдруг заявить, что этого недостаточно.
Ци Сюй ответил на звонок и машинально оглянулся вглубь комнаты. Обнаружив, что тётушки Чжан поблизости нет, он с необъяснимым облегчением выдохнул:
— Алло, у тебя что-то случилось?
Ци Сюй протянул руку и поднял телефон, заметив на экране новое сообщение от Се Хуая, и на секунду замер.
Экран телефона, лежавшего на столе, ярко вспыхнул.
— Я не то чтобы не верю тебе, просто сейчас у меня при себе только наличные. — Проходя через гостиную, Ци Сюй говорил пониженным голосом, а вернувшись в комнату, вспомнил и спросил: — Сколько тебе нужно?
— Я в больнице, можешь одолжить мне немного денег? Нужно оплатить госпитализацию и разные обследования, я обязательно верну тебе всё до начала учебного семестра.
— Хорошо.
— Что с тобой? Не спеши, сначала скажи, что произошло? Чем я могу тебе помочь?
С того самого дня они больше не общались, с чего бы Се Хуаю вдруг объявляться?
В полученном сообщении значилось лишь банальное «ты тут?». Ци Сюй не знал, приключилась ли у Се Хуая беда, поэтому мог только расспросить во всех подробностях.
— Не нужно, не нужно, можешь просто сделать перевод. Если переживаешь, я прямо сейчас напишу расписку и запишу для тебя видео.
Ци Сюй замер с картой в руке, дыхание перехватило. Лишь когда в груди неприятно защемило, он с ужасом понял, что всё это время не дышал, и, отодвинув телефон подальше, сделал несколько глубоких вдохов.
— Больше двадцати тысяч... Мой отец в реанимации, врачи дали критический прогноз. — Голос Се Хуая срывался на плач, он отчаянно пытался сдержать эмоции. — Если я вернусь позже, его уже может не стать.
На койку и анализы точно уйдет несколько тысяч, а если лежать придется долго, да прибавить к этому лекарства и всякие мелкие расходы — запросто набежит больше десятка тысяч.
Что случилось?
Стоило Ци Сюю отправить ответ, как тут же позвонил Се Хуай.
В его воспоминаниях Се Хуай был человеком, который в принципе не умел плакать — даже когда во время тренировок доходило до разрыва мышц, он молча сжимал зубы и терпел. Раз он сейчас в таком состоянии, значит, действительно случилось страшное.
Едва на том конце провода заговорили, Ци Сюй услышал всхлипывания.
— Ци Сюй, ты... не мог бы ты мне помочь, я...
Ци Сюй согласился без раздумий и, на ходу бросая фразы, направился в свою комнату:
— Скинь мне адрес, я сейчас же привезу тебе деньги.
Ци Сюй выдвинул прикроватный ящик, открыл железную шкатулку и, быстро пересчитав купюры, тут же столкнулся с проблемой: наличных у него, похоже, не хватало.
Раньше на яхте ему казалось, что у Се Хуая с отцом натянутые отношения.
Оказалось, отношения и вправду были тяжёлыми, но узы кровного родства отпустить ещё труднее, поэтому они так и шли рука об руку, запутанные в этом противоречивом клутке, пока кто-то один не ушёл первым.
Его взгляд упал на самую нижнюю карточку — это были карманные деньги от Цинь Чжисуна, за последние несколько месяцев на ней накопилась приличная сумма.
Ци Сюй крепче сжал телефон, прислушиваясь к дыханию на другом конце провода, и непринуждённым тоном произнес:
— Ну и славно. Если бы ты занял двести тысяч, у меня бы точно ничего не нашлось.
Взяв карту, Ци Сюй подхватил брошенный на стул рюкзак:
— Я ложусь на такси, не переживай.
Сбросив вызов, Ци Сюй торопливо спустился по лестнице и нос к носу столкнулся с тётушкой Чжан, выходившей из кухни.
— Молодой господин Ци, вы это куда собрались?
— Я отлучусь ненадолго, вернусь вечером. Наверное, буду ужинать не дома, можете меня не ждать.
— Ой, да потише...
— Я понял!
Не дожидаясь, пока тётушка Чжан договорит, Ци Сюй уже выбежал в сад.
—
Дорога от Виллы Цинцзян до больницы заняла около сорока минут. Ци Сюй снял деньги в больничном банкомате, а затем ещё несколько минут простоял в очереди.
К тому моменту, как он добрался до отделения и подошёл к нужной палате, было уже за четыре часа.
Се Хуай прислонился спиной к стене, сгорбившись так, что от всей его фигуры веяло глухим отчаянием, словно из него выжали всю жизненную силу.
Коридор пропах тяжелым больничным запахом хлорки и лекарств. Стараясь подавить подступающее отвращение, Ци Сюй шагом тише прежнего подошёл к Се Хуаю.
— Сходи сначала оплати счета.
Ци Сюй протянул Се Хуаю пакет с деньгами.
— С твоим отцом всё будет хорошо, раз ты успел привезти его в больницу.
Он совсем не умел утешать людей и уж тем паче не представлял, какие слова считаются поддержкой в подобных обстоятельствах. Поговорив еще немного, Ци Сюй просто замолчал.
Прошло неизвестно сколько времени, прежде чем Се Хуай протянул руку и взял пакет:
— Спасибо тебе.
Ци Сюй покачал головой, теребя лямку рюкзака:
— Не за что. Это ведь в долг, а не в подарок, разве нет?
Услышав это, Се Хуай горько усмехнулся:
— Ты прав. Но всё равно спасибо. Я правда не представлял, что делать, у меня совсем не было таких денег, я...
Дальше говорить он не стал, да и не планировал.
Проведя рукой по лицу, Се Хуай поднял голову:
— Я постараюсь вернуть тебе всё как можно быстрее.
Ци Сюй кивнул и отошёл к противоположному концу коридора, подальше от двери палаты, жестом показывая Се Хуаю, чтобы тот шёл разбираться с больничными счетами.
Се Хуай послушно взял пакет с деньгами и направился в кассу. Ци Сюй остался стоять на прежнем месте, уставившись в собственный нос и погрузившись в оцепенение.
Как же осточертел этот запах лекарств. А еще крики, стоны, плач. Знал бы — просто перевёл деньги на карту Се Хуаю, и не пришлось бы тащиться в больницу.
Из лифта в конце коридора выкатили каталку, на которой лежал человек, судя по всему, только что перенёсший операцию.
Ци Сюй отступил назад, давая дорогу, и невольно скользнул взглядом по обнажённой руке пациента. Его зрачки мгновенно сузились: кожа сплошь покрыта жуткой багрово-красной коркой, а следы от страшных ожогов выглядели пугающе.
Звук катящихся колес затих где-то вдалеке, но Ци Сюю казалось, будто в воздухе до сих пор висит удушливый запах палёной человеческой плоти, оседая на самом кончике носа и никуда не исчезая.
— Ци Сюй, я всё оплатил. Мне нужно сходить домой забрать кое-какие вещи, ты со мной или...
— Я пойду с тобой.
Се Хуай на мгновение замер, глядя на смертельно бледное лицо Ци Сюя и молящий о помощи взгляд, и остальные слова застряли у него в горле.
— Тогда пошли вместе, я только предупрежу медсестру.
Вообще-то он хотел спросить, не хочет ли Ци Сюй поехать домой.
Сообразив, что его реакция оказалась слишком бурной, Ци Сюй поджал губы. Объясняться он не собирался и первым направился к лестничному пролёту, бросив косой взгляд на лифт — ему казалось, что оттуда снова пахнет гарью.
Зажмурившись, он наплевал на шаги спешащего следом Се Хуая и, словно спасаясь бегством, сломя голову бросился вниз по ступеням.
В том жутком пожаре, что сожрал почти всю его прошлую жизнь до восемнадцати лет, у него не было даже шанса позвать на помощь.
http://bllate.org/book/24222/2804064