Готовый перевод Willful / Своеволие: Осколки разбитого сердца: Глава 16

Мо Шаочэн ты…

Это увеличившееся красивое лицо долго не позволяло Цзян Муханю прийти в себя, пока во рту не появилось ощущение мягкого тепла и он задним числом не осознал, что его поцеловали.

И не просто слегка коснулись, а поцеловали самым тщательным образом.

Его голос обрывками вырывался прямо в поцелуе, а когда он позже опомнился и попытался ускользнуть, сила рук мужчины, державшего его за затылок, была слишком велика, чтобы вырваться.

Этот тип среди бела дня вообще что творит?

Цзян Мухань был готов сойти с ума.

Это был не первый его поцелуй, но впервые его целовали так глубоко.

Особенно из-за этого на вид чрезвычайно нежного взгляда Цзян Муханю казалось, что ему негде спрятаться, в голове стоял полный кавардак, и чудилось, что он сейчас потеряет сознание от нехватки кислорода.

— Не забывай дышать, милый.

Голос у самого уха заставил его вернуться в реальность, и неизвестно сколько времени спустя Мо Шаочэн наконец отпустил его.

Цзян Мухань отвел взгляд, какое-то время искренне не зная, как справиться с подобной ситуацией.

Ранее он с таким пафосом заявлял, что не любит мужчин, а теперь, надо же, потерял лицо по пьяни и поцеловал человека, причем объектом был Мо Шаочэн…

Знал бы — пил поменьше, сейчас ему безумно хотелось вернуться в прошлое и прибить тогдашнего себя. Цзян Мухань мысленно возносил бесконечные молитвы о раскаянии.

Но этот парень действительно полностью оправдывал звание главного мастера клуба: мало того, что внешность хороша, так еще и техника поцелуев выше всяких похвал.

Эта соразмерная смесь нежности и властности заставила его едва не заблудиться в данном поцелуе.

— Цзян Мухань?

— Чего тебе? — Цзян Мухань, похоже, махнул на всё рукой, процедив сквозь зубы два слова таким отвратительным тоном, хуже которого и придумать было нельзя.

Мо Шаочэн легко усмехнулся: — Я просто вернул поцелуй, не будь таким свирепым.

— Отвали. — Голос Цзян Муханя был очень низким, ясно давая понять, что он больше не намерен ничего обсуждать.

Мо Шаочэн уперся обеими руками в стол, опустил голову и заглянул ему в глаза: — Разозлился?

— Нет. — Он сам первый потерял над собой контроль, с какой стати ему злиться.

— Не злишься, а тон такой скверный? — На месте другого кто-нибудь уже давно бы сбежал, испугавшись его ледяной физиономии, но Мо Шаочэн находил такого Цзян Муханя даже забавным.

— …Какая у тебя ко мне вообще личная неприязнь, что ты решил так со мной поиграть?

— Никакой неприязни.

— Если неприязни нет, с хрена ли ты так со мной обращяешься? — Он не удержался и зыркнул на него.

Мо Шаочэн хмыкнул: — Из интереса?

Настроение Цзян Муханя в тот момент окончательно испортилось: — Катись к черту.

Пожалуй, впервые услышав от этого человека столь грубые слова, Мо Шаочэн приподнял бровь: — Трудно представить, что из твоих уст прозвучат эти два слова.

Цзян Мухань не стал отвечать ему и сам по себе зашагал к выходу.

Мо Шаочэн схватил его за руку: — Куда? Ты только что пообещал мне, что не исчезнешь.

— … — Неизвестно, правду ли говорил Мо Шаочэн, но в любом случае Цзян Мухань воспринял это всерьез. Сейчас он испытывал какое-то непередаваемое раздражение, хотя и не понимал до конца, было ли оно вызвано потерей контроля после выпивки или выходками Мо Шаочэна.

— Нельзя же сбегать каждый раз, как что-то случается, верно? — беспомощно произнес Мо Шаочэн.

— …Я не сбегаю. — Просто не хочу находиться с тобой в одном пространстве.

— Разве это не одно и то же?

Цзян Мухань глубоко вздохнул, приказывая себе успокоиться: этот тип всегда мастерски перехватывал у него инициативу, и он больше не желал поддаваться чужому влиянию.

— Милый, если ты нарушишь слово, мне будет очень больно… — с невинным видом протянул Мо Шаочэн.

Цзян Мухань повернулся и, слегка ткнув его указательным пальцем в лоб, оборвал: — Забудь.

— …?

— Иначе я с завтрашнего дня перестану появляться. — Словно включив защитный механизм, Цзян Мухань одарил его безупречной улыбкой.

♠

— …Может, расскажешь, что произошло?

Вэнь Хао то и дело суетился в кабинете, и только когда дела на текущий момент подошли к концу, у него наконец появилось время уделить внимание сидевшему на диване человеку.

— Ничего особенного, — ответил Цзян Мухань, пролистывая ленту в телефоне.

— Врешь. — Вэнь Хао отложил документы. — Если ничего особенного, с чего бы тебе то и дело сюда бегать? Тот, кого раньше неделями было не дозваться, за эту неделю пришел уже в третий раз, как ни посмотри — здесь что-то не так.

— Разве зайти проведать тебя плохо?

…Ты уверен, что смотрел на меня всерьез? Вэнь Хао то смеялся, то плакал: — Хватит дурачиться, между нами-то зачем ходить вокруг да около?

И то верно.

Вот только завести разговор об этом было чертовски трудно.

Цзян Мухань немного подумал и произнес: — Что ты знаешь о Мо Шаочэне?

— Ты же вроде терпеть его не можешь, с чего вдруг такое внезапное любопытство?

— Не то чтобы терпеть не могу, просто считаю его ужасно надоедливым.

Услышав это, Вэнь Хао еще ничего не заподозрил, но ровно до того момента, пока Цзян Мухань не поинтересовался, не предпочитает ли тот мужчин. После этого лицо Вэнь Хао приобрело странное выражение: — Тебя же всегда не волновало чужое мнение, с чего вдруг тебя взволновали такие вопросы?

Да еще и когда объектом выступает Мо Шаочэн?

Цзян Мухань слегка приподнял брови, явно давая понять, что хочет получить ответ, но объясняться не намерен.

Вэнь Хао мгновенно загорелся интересом: — Выкладывай давай начистоту, что между вами вообще стряслось?

Цзян Мухань оторвал взгляд от телефона, похоже, колеблясь, насколько далеко можно зайти в рассказе, и спустя мгновение всё же приоткрыл кое-какие детали.

Правда, он умолчал о том, что сам опозорился по пьяни, ограничившись лишь легким намеком на последовавшую за этим издёвку.

— …У него хватает смелости. — Движения Вэнь Хао замерли, а на лице проступило нескрываемое удивление.

— И не говори.

— Выходит, ты сейчас в бегах?

— …В каких еще бегах? — Цзян Мухань не понял.

— Мо Шаочэн бисексуал, это, пожалуй, знают все, кроме тебя самого. — Вэнь Хао хмыкнул. — Но я никак не ожидал, что он поступит с тобой так. Я-то думал, ваши отношения из разряда двух тигров в одной берлоге.

Уж до такой степени детской ребячливости, чтобы стремиться разминуться с кем-то принципиально, он не опускался, просто в отсутствие серьезных поводов предпочитал не проводить с этим человеком слишком много времени.

Мо Шаочэн не входил в число тех, с кем Цзян Мухань умел легко находить общий язык.

Хотя, когда тот выступал в роли клиента, его манера вести беседу с налетом пикантной дерзости действительно приходилась ему по душе, но в качестве коллеги и отношений по линии начальник-подчиненный общаться с ним казалось безумно тяжело.

— Он что, пошел в атаку на тебя?

Голос Вэнь Хао вернул его в реальность: — …Повтори-ка? Кто на кого пошел в атаку?

— Ну, Мо Шаочэн, — возбужденно произнес Вэнь Хао.

Он ведь прекрасно помнил, как тот недавно приходил к нему за советом, и тогда еще подумал: учитывая характер Мо Шаочэна, с какой стати ему в нерабочее время беспокоиться о чужих чувствах?

Особенно учитывая тот поцелуй — он ни за что не поверил бы, что тот равнодушен к Цзян Муханю.

— Перестань сочинять истории на ходу. — Заметив мысли Вэнь Хао, Цзян Мухань лишь покачал головой от абсурдности ситуации.

— Разве он плох? — Вэнь Хао не стал отрицать своего праздного любопытства.

— Дело же не в том, хорош он или нет.

— А в чем тогда? — не понял Вэнь Хао. — Да он же завидный жених, о котором мечтают многие.

Цзян Мухань слегка приподнял бровь.

— …Ладно, ты тоже желанный объект для многих.

— Дело тут вовсе не в завидных женихах. — Цзян Мухань склонил голову набок, подперев щеку рукой. — Сам знаешь, пиар-индустрия — это сплошной поверхностный флирт, и тот, кто принимает это всерьез, автоматически проигрывает.

Вэнь Хао внимательно смотрел на него какое-то время, словно уловив в нем нечто любопытное: — Цзян Мухань, признайся честно, а ведь ты и сам неравнодушен к Мо Шаочэну, верно?

— …Из какого места ты сделал такой вывод? — Цзян Мухань нашел это лишь нелепым.

— Твоя первая реакция ведь была не отрицанием или гневом. — Тон Вэнь Хао звучал несколько удивленно.

Цзян Мухань на миг замер.

— Судя по моему знакомству с тобой, если бы ты действительно питал отвращение, ты бы тут же резко возразил или просто ушел. Если бы человек был тебе неприятен, он бы не стал расспрашивать из чистого любопытства, а скорее сразу сорвался бы в бешенство.

— …Неужели со стороны это выглядит именно так?

— Ну да, — кивнул Вэнь Хао. — Всех прочих нюансов я не знаю, но одно могу сказать точно: Мо Шаочэн всегда добивается того, что ему нравится. Можешь подождать и посмотреть, предпримет ли он еще какие-то шаги, тогда и поймешь, собирается ли он…

— Ты что, решил нас поженить? — Цзян Мухань слегка задрал брови.

Вэнь Хао хихикнул: — И в мыслях не было, просто думаю: раз уж нет отвращения, почему бы не попробовать?

— Он мне не нравится. — Мужчина беспомощно вздохнул.

— Настолько в этом уверен?

— А то как же?

— Пожалуй, ты просто… — Вэнь Хао хотел было продолжить.

Но Цзян Мухань лишь холодно покосился на него: — …Я же сказал: не нравится. Продолжишь — и я за себя не ручаюсь, хочешь схлопотать?

♠

— Настроение у тебя сегодня какое-то особенно паршивое?

И Чэнь поставил регистрационные списки в шкаф и, заметив, что Мо Шаочэн с каменным лицом прислонился к стене, не удержался от проявления заботы.

— С чего ты взял? — рассеянно пробормотал Мо Шаочэн, листая ленту в смартфоне.

— У тебя даже в нерабочее время все эмоции на лице написаны, — заметил И Чэнь.

— Ну, может, самую малютку.

— С чего бы это? — Еще пару дней назад у тебя вид был вполне бодрый, как же тебя так резко перекосило?

Да всё из-за того засранца Цзян Муханя, который снова испарился.

Мо Шаочэн бросил на него взгляд и с досадой выдохнул: — Ничего особенного, просто начал наконец понимать, каково это — испытывать жгучее раздражение, когда кто-то то и дело пропадает без следа.

— Цзян Мухань? — И Чэнь склонил голову набок, мгновенно уловив, о ком речь.

— А ты сонятко.

— …Дело не в том, что я сонятко, просто ты слишком очевиден.

Мо Шаочэн и не собирался скрывать: — Не заскочить ли нам в бар? Всё равно сегодня на линии народу полно, заодно и обстановку на рынке прозондируем.

— Идёт. — В отсутствие Цзян Муханя авторитет Мо Шаочэна был непререкаем, так что И Чэнь согласился без долгих раздумий.

Вскоре они добрались до бара с названием Полночь.

Это место находилось на некотором расстоянии от Wen's House, но всё же не слишком далеко.

— Погляжу, здесь ты как рыба в воде, часто захаживал раньше? — поинтересовался Мо Шаочэн.

И Чэнь кивнул: — Было дело, в определенный период.

— И чем это место примечательно?

— Да ничем особенным, просто по дороге домой удобно, вот и заглядывал изредка пропустить стаканчик. — И Чэнь заказал два коктейля. — Выкладывай, что опять стряслось?

Мо Шаочэн прищурился: — Когда мы не на работе, ты тоже церемониться не любишь.

И Чэнь улыбнулся: — Разумеется, ведь мы сейчас не на смене.

— С чего бы начать рассказ… — Мо Шаочэн постучал пальцами по краю стола. — Пожалуй, с того, что мне показалось, будто мы помирились, и отношения вроде бы наладились, но этот тип всё равно ведет себя как эгоист: говорит, что исчезнет — и исчезает. — Словно все прежние договоренности были пустой отговоркой, а сам он просто отмахнулся для вида.

— Разве он не вечно куда-то пропадает? — равнодушно отозвался И Чэнь.

— Это другое.

— Какое еще другое? — И Чэнь никак не мог взять в толк, но, глядя на кислую физиономию товарища, не удержался от шпильки: — Жаловаться тоже надо уметь с уважением к слушателю. Каким бы проницательным и догадливым я ни был, при такой подаче без поллитры или сеанса медиума не разобраться.

Поколебавшись немного, Мо Шаочэн наконец выложил всю историю целиком.

— …Ну у тебя и наглости хватило. — Стоило И Чэню узнать, что этот товарищ всерьез заинтересовался Цзян Муханем, как ему регулярно стали докладывать о вещах, от которых глаза лезли на лоб.

Он-то полагал, что с характером Цзян Муханя тот немедленно сошлет Мо Шаочэна на Северный полюс, однако в те дни никаких эксцессов не произошло, если не считать легкого неловкого избегания, из-за чего он и упустил момент, когда тот снова пропал.

Мо Шаочэн покосился на него: — Он сам первый начал.

— Столько лет в пиаре, а до сих пор веришь, что уж пьяный-то человек способен сам о себе позаботиться? — И Чэнь то смеялся, то плакал. — Но я никак не ожидал, что в подпитии Цзян Мухань способен на такое. В следующий раз, когда он окажется подозрительно трезв или излишне разговорчив, я буду держать ухо востро.

Мо Шаочэн отпил из бокала.

— Помнится, у Цзян Муханя голова на алкоголь крепкая, сколько же он на грудь принял, чтобы так наклюкаться? — с любопытством спросил И Чэнь.

— Самому интересно. — Но тот упорно хранил молчание.

— Похоже, из тебя любовный гуру первоклассный, раз умеешь так напоить человека, — усмехнулся И Чэнь. — Так что, причина твоей хандры в том, что он воспользовался и бросил?

— …Не мог бы ты выражаться чуть менее язвительно?

И Чэнь улыбнулся: — Сам же знаешь, мне только в такие моменты и позволено расслабиться, круглые сутки изображать безупречного джентльмена — та еще нагрузка на нервную систему.

Мо Шаочэн наградил его выразительным взглядом.

— Не проще ли было напрямую спросить, почему он не приходит? Может, он и не скрывается вовсе, а появляется и исчезает точно так же, как всегда. — В век развитых технологий отправить весточку — пара пустяков.

— …У меня нет его контактов.

— Ты издеваешься? В компании же есть общая база, наверняка у кого-то из коллег он добавлен в друзья.

— А у тебя есть?

— Вообще-то нет.

— То-то и оно. — Сколько времени прошло, а он только недавно осознал, что Цзян Мухань не оставил после себя вообще никаких координат.

Мало того, что у него самого их не было, так и у остальных подчиненных тоже.

Неудивительно, что стоило тому испариться, как он начинал беситься — искать-то человека попросту негде.

— Впрочем, обычно в назначенный час он объявляется сам, так что переживать особо не о чем.

— Я и не переживаю.

— Да-да, ты просто вне себя от ярости. — И Чэнь охотно согласился с его версией. — Но парень и впрямь загадочный: кроме того факта, что он приятель шефа, никто ни черта не знает о его происхождении.

— Тут не поспоришь. — Мо Шаочэн наклонил голову. Хотя ему всё время казалось, что лицо этого человека где-то уже мелькало, вспомнить он так и не мог.

— А копнуть под него не пробовал? При твоем-то положении дел это пара пустяков.

— Вполне возможно. — Но без крайней нужды задействовать собственные связи ради выяснения чьей-то личной подноготной он не собирался.

— Хотя он работает здесь уже довольно долго, мне всё равно кажется, что это место ему совершенно не подходит, — неожиданно сменил тему И Чэнь.

— С чего бы?

— Тебе не кажется, будто он похож на сбежавшего из сказки богатого сынка? Пусть он и относится к работе на совесть, аура вокруг него совсем не от мира сего.

— Это ты его пьяным не видел, — вздохнул Мо Шаочэн.

Вроде бы ко всему равнодушный, он обладал притяжением черной дыры: прекрасно понимаешь, что это смертельно опасно, и всё равно тянет прижаться ближе.

— Ты часом не всерьез на него… — И Чэнь запнулся.

Судя по его знанию Мо Шаочэна, главный мастер заведения потому и удерживал этот статус, что умел пленить языком, но стоило кому-то поверить ему по-настоящему, как падение с высоты бывало ужасающим.

Цзян Мухань не был исключением.

Хотя они не были знакомы достаточно близко, по слухам, циркулирующим в околосветских кругах, этот человек тоже мастерски лавировал между интрижками с обоими полами.

Разве способен кто-то вроде него искренне полюбить?

И Чэнь в этот момент растерялся: то ли встать на сторону Мо Шаочэна, то ли пожалеть Цзян Муханя, угодившего в лапы столь опасного типа.

— Понятия не имею, — ответил Мо Шаочэн.

Его забавляло то, что Цзян Мухань всегда шел наперекор правилам: чем холоднее тот казался, тем сильнее разгоралось желание испытать, удастся ли растопить эту ледяную глыбу.

— Смотри не доиграйся с огнем.

— … — Он и сам понимал, но червячок сомнений не давал покоя.

Редко когда доводилось видеть Мо Шаочэна столь унылым, и И Чэнь с неподдельным интересом протянул: — Коль уж совладать с собой не можешь, плыви по течению. Желаю полной победы на фронте.

Мо Шаочэн бросил на него косой взгляд: — Давно по морде не получал, я смотрю? Зрелищ захотелось?

— Я же искренне желаю тебе душевного спокойствия, — с невинным видом отпарировал И Чэнь.

— Не утрируй, мне просто хочется узнать, зачем он вообще заявился в клуб…

— Ты абсолютно прав. — И Чэнь не стал разоблачать его попытки убедить самого себя и, лукаво улыбнувшись, указал пальцем в определенном направлении: — Смотри туда.

Чего? Мо Шаочэн опешил.

— Поздравляю, фортуна наконец обратила на тебя свой взор. — И Чэнь улыбнулся краешком рта. — Сам Цзян Мухань прямо сейчас стоит у входа.

http://bllate.org/book/24192/2797814