Готовый перевод Jade Mirror Collection / Сборник Нефритового Зеркала: Глава 3

Утренний свет на Пике Плывущих Облаков легко ложился на карнизы, где по ветру покачивался Колокольчик Успокоения Души, издавая мелкий, переливчатый звон, словно горный шепот. Лу Чжэн, подложив под голову третий хвост Бай Ли, пролистывал Трактат Алхимии Тасюй, а чай со снежными почками в нефритовой пиале под рукой уже давно остыл. Девять пушистых кончиков хвоста огненной лисицы зажимали три киноварных плода, играя в мяч с огненными шарами, которые выплевывал сидевший на ветке Хуан Сяо.

— Уже третья стража часа чэнь, — Е Цинхэ в седьмой раз постучал в лунные ворота, а ледяные кристаллики на кисточке меча Чисяо тихонько звенели на ветру. — Посланцы Сект Меча сожгли уже три весточки.

Лу Чжэн слегка тронул кончиком пальца край пиалы, пустив по воде рябь. Он небрежно плеснул янтарным настоем на перья хвоста Хуан Сяо, напугав древнего духовного зверя так, что у того взметнулось целое море золотого пламени:

— Куда спешить? Любимый родной источник старшего брата еще не закипел до трех ключей.

Бай Ли внезапно обернулся человеком, и девять лисьих хвостов утащили мужчину прямо на ветку:

— Сяо Си давно вырезал протокол собрания на нефритовой пластинке, прибудем на место к перекличке — и хватит.

С этими словами он засунул в рот Лу Чжэну боярышник, от кислинки которого у того покраснели уголки глаз.

На облачных ступенях Пика Линсюй лежал тонкий слой утреннего инея. Бо Ян, прижимая к груди клинок, прислонился к Камню Пробы Мечей и смотрел, как тень солнечных часов переползла за отметку часа сы:

— Секта Духа решила дождаться, пока мы ляжем в могилу, чтобы прийти справить поминки?

Его слова еще не затихли, как с края неба покатилось багровое облако. Хуан Сяо на всех парах помчался вниз, неся на себе Лу Чжэна, а языки пламени на его хвосте опалили ленту для волос ученика Сект Клинка. Когда превратившийся в огненную лису Бай Ли соскочил с облака, он нарочно толкнул любимого ученика Бо Яна прямо в лотосовый пруд.

— Доброго утра, второй старший брат, — Лу Чжэн пригладил растрепанные ветром темные волосы. — Твои свежеокрашенные виски выглядят весьма недурно.

У Бо Яна вздулись вены от злости, когда опаленные жаром Хуан Сяо кончики волос завертелись колечками. Стоило Клинок, Пьющий Кровь, выскользнуть из ножен на три дюйма, как Цинь Кунмин уже сформировал из ци меча защитный барьер:

— Облачный чай в зале заседаний вот-вот остынет.

Внутри зала заседаний были выложены новенькие плитки из черного нефрита, а светильники из кожи акулы на стенах отражались так, что Печать Проклятия Ледяной Души на запястье Лу Чжэна отливала синевой. Прислонившись к сиденью Секты Духа, он играл киноварными плодами, лисьи хвосты Бай Ли стащили со стола три блюдца с чаепитием Сект Меча, а Хуан Сяо устроился на балке и сжег поданные Сектой Клинка нефриты с докладами.

— Демоны у подножия горы проявляют излишнюю активность, — Цинь Кунмин щелчком пальцев развернул водную завесу, на которой отчетливо красовалось приглашение на аукцион Мо Яня. — Сюда стекаются люди всех мастей, всем сектам необходимо усилить...

— Усилить оборону? — Бо Ян вдруг холодно усмехнулся. — Лучше сперва урезонить младшего брата! В прошлом месяце у Секты Духа трижды взрывались алхимические печи, расшатав в тренировочном зале моей Секты Клинка тридцать шесть черепиц.

Лу Чжэн поймал брошенную Хуан Сяо обугленную нефритовую пластинку:

— Учитель Мин снова побил рекорд? Я глядел трактат со стилями клинка второго старшего брата: если в третьем приеме сменить тычок на удар сверху, можно сберечь на пару черепиц больше.

Клинок, Пьющий Кровь, неожиданно расколол бирюзовый столик, а лисьи хвосты Бай Ли ловко унесли свитки Секты Духа. Меч Чисяо в руках Е Цинхэ преградил путь Лу Чжэну, а его ци меча сбрила у Бо Яна прядь завитых волос.

Клинок Бо Яна замер на полпути, отразив в лезвие полуулыбку Лу Чжэна. Он резко вернул оружие в ножны, а его круглые, словно пуговицы, глаза обвели взглядом напряженные пальцы Е Цинхэ:

— А у главы Секты Духа замашки на широкую ногу: на совещаниях ученики прикрывают его от ударов, а алхимию за него воруют лисы.

Рукоять клинка тяжело грохнула о бирюзовую столешницу, отчего чашка, которую только что починил Цинь Кунмин, вновь покрылась паутиной трещин.

— Лу Чжэн, посмеешь ли ты лично принять три моих удара?

Лисий хвост Бай Ли стремительно выхватил рукоять меча Е Цинхэ, а девять хвостов взметнулись позади Лу Чжэна багровым щитом пламени:

— Этот провокационный трюк Секты Бо куда грубее Талисмана Взрыва учителя Мина.

Выплюнутый Хуан Сяо огненный шар разорвался над головой Бо Яна фейерверком, а искры сложились в два слова: детский сад.

Лу Чжэн неторопливо пошарил в кошельке в поисках закуски, развернул вощеную бумагу и запихнул за щеку засахаренный дикий цитрус, от кислинки прищурив глаза:

— Седьмой прием стиля клинка второго старшего брата, рассечение горы, если в начале движения приподнять клинок на пол-дюйма, сэкономит три десятых доли духовной силы.

На кончике его пальца возник ледяной человечек, наглядно демонстрируя изъяны в технике владении клинком.

— Впрочем, если тебе так хочется подраться...

Человечек внезапно взорвался снежной дымкой, в которой проявились три кровавые стрелы-приказа:

— Через три дня, место выбирай сам.

Пик Разлома Гор! Цинь Кунмин разрубил стрелу-приказ ци клинка, а ее обломки вонзились в колонну из черного нефрита, превратившись в обратный отсчет:

— Я собственными глазами заставлю тебя превратиться в ледяную статую на вершине пика на глазах у учеников всех трех сект!

Меч Чисяо в руках Е Цинхэ пронзительно зазвенел, а устремившаяся к переносице Бо Яна ци меча засияла радугой:

— Морозный Яд Учителя еще не до конца отступил...

— Цинхэ.

Лу Чжэн поднял руку и мягко прижал ножны, легким нажатием пальцев превратив свирепую ци меча в покладистую мягкость.

— Сходи к Холодному Омуту за тем кувшином Опьяненных Тремя Жизнями, — с улыбкой произнес он, встречая пылающий гневом взгляд Бо Яна. — Второму старшему брату понадобится промочить горло, когда он устанет махать клинком.

Хуан Сяо внезапно камнем рухнул вниз и утащил ножны Бо Яна, а его огненный хвост выжег на куполе зала заседаний убористым почерком вызов на бой: в год гэ-чэнь, в день наступления инея, на вершине Пика Разлома Гор, небо и земля будут свидетелями пути.

Бай Ли, крутя кончиком хвоста горсть семечек, поддвинулся ближе к Цинь Кунмину:

— Ставлю три телеги киноварных плодов, что Сяо Чжэн-чжэн расплавит их фамильный Алтарь Кровавой Жажды Сект Клинка.

— Хватит! — Печать Подавления Городов Цинь Кунмина подавила разгулявшуюся по залу ци меча. — Раз уж Секта Духа связана старыми узами с Водной Таверной, то насчет движений демонов...

— На аукционе Мо Яня кое-что появится, — Лу Чжэн небрежно бросил жемчужину памяти, где нависший над багровым туманом тотем преданности духам вращался по кругу. — Му Шаньцзюнь уже расставил у Холодного Омута три тысячи массивов черного льда.

Лисий хвост Бай Ли вдруг встал дыбом:

— Ты поручил приглядывать за домом этой унылой змее? Он в прошлый раз превратил мой винный погреб в ледяной склеп!

Выплюнутый Хуан Сяо огненный шар сжег половину водной завесы:

— Чирик! (перевод: я оставил там семена Огня Нирваны).

Е Цинхэ, массируя пульсирующие виски, обнаружил, что учитель уже давно вырезал под столом десять партий шахматных комбинаций с помощью Печати Проклятия Ледяной Души.

Когда тени от солнца потянулись к западу, глава Секты Меча разглядывал свежие следы от клинка на ледяной стене, а в его ладони ци меча собиралась в четыре слова: срочно починить плитку.

Бо Ян снова разнес в щепки чайную пиалу:

— Если Секта Духа не уследит за своими взрывающимися печами, им лучше перенести алхимическую обитель прямо в Царство Демонов!

— Отличная мысль, — Лу Чжэн звонко хлопнул в ладоши. — Слышал, в Долине Пылающих Небес в изобилии водится Черное Железо Девяти Преисподних, как раз подходящее для Клинка, Пьющего Кровь второго старшего брата...

Звездный свет на его пальцах сложился в карту, где одна из точек ярко пульсировала лазурным светом, точь-в-точь как та Шпилька Ледяной Души.

Чашка Цинь Кунмина внезапно треснула, и облачный чай застыл под напором ци меча в восемь иероглифов: час хай, запретное место, одинокий свет отбрасывает тень.

Сумерки пропитали Пик Плывущих Облаков, а закатное небо на краю горизонты пылало кровью, пока Лу Чжэн учил Хуан Сяо запекать каштаны перьями хвоста. Е Цинхэ опустил флакон с лекарством и слегка нахмурил брови:

— Разве Учитель не знает, что до сих пор никто не сумел сломать печать Долины Пылающих Небес?

— Знаю, конечно, — Лу Чжэн сдул пепел с кончиков пальцев. — Но триста лет назад я закопал там кувшин Красного в Снежном Ручье.

Лисий хвост Бай Ли неожиданно обвился вокруг запястья Е Цинхэ, и девять потоков Огня Ли заскользили по меридианам:

— Чего переживаешь, малец Е? Когда малыш Чжэн заморозил владыку демонов, твоих предков еще на свете не было.

Хуан Сяо внезапно выплюнул стеклянную бусину, отразившую события минувших дней: юноша с темными волосами держал в руке Шпильку Ледяной Души посреди гор трупов и кровавых рек, а за ним следовали два окровавленных парня — молодые Мо Янь и Сяо Чжи.

Холодный ветер в запретной зоне в час хай пробирал до костей. Цинь Кунмин со светильником в чехле из акульей кожи наблюдал, как Лу Чжэн вырезал на ледяной стене восьмую печать:

— Твоя Печать Проклятия Ледяной Души в последнее время случайно не...

— Чай старшего брата остыл, — Лу Чжэн внезапно кинул ему нефритовый сосуд с теплом. — Новая согревающая солнце пилюля учителя Мина стоит десятка талисманов допроса сердца.

В ста ли отсюда, в Водной Таверне, Мо Янь крутил в пальцах Шпильку Ледяной Души, на навершии которой внезапно зажглась лазурная точка. Глядя в сторону Горы Юйцзин, он с легкой улыбкой произнес:

— Малыш Чжэн, Красное в Снежном Ручье из Долины Пылающих Небес... пора бы распечатать.

http://bllate.org/book/24148/2788025