Готовый перевод He Is a Cat / Девять жизней ради тебя: Перерождение кота: Глава 23

Кошки — существа очень чувствительные. Даже когда кот спит с закрытыми глазами, его уши всё равно прислушиваются к окружающим звукам.

Но рядом с хорошо знакомым человеком коты часто теряют бдительность. Если только вы не предложите ему банку с консервами, можете хоть в барабаны бить у него над ухом — он вряд ли соизволит хотя бы приоткрыть веки и обратить на вас внимание.

Хо Син редко спал рядом с Гу Фэном, и поначалу сон его был крепок и сладок. Если бы не слишком страстный и прямой взгляд, с которым Гу Фэн разглядывал его, он бы ни за что не позволил прервать свой прекрасный отдых.

Окажись на его месте кто-нибудь другой, он бы уже давно отходил этого наглеца лапой по физиономии.

Постепенно Хо Син пришёл в себя, но открывать глаза не стал. Он лишь слегка качнул головой, устроился поудобнее на плече мужчины и продолжил притворяться спящим.

Дыхание его было ровным, лицо раскраснелось в складках одеяла. Мастерство симуляции у него было на высшем уровне — даже Гу Фэн не заметил подвоха.

Хо Син чувствовал на себе чужой взгляд. Дыхание Гу Фэна, пахнувшее лёгким перегаром, было немного учащённым. Мужчина протянул руку и нежно коснулся его щеки, пальцы скользнули по контурам лица — от бровей и глаз до самого кончика носа, а от него к губам.

Палец замер на изгибе верхней губы и чуть-чуть погладил её, приоткрывая мягкие створки и слегка обнажая белые зубы. Гу Фэн тяжело сглотнул, но спустя мгновение всё же убрал руку.

У Хо Сина в голове крутился целый рой вопросов, но тут Гу Фэн прижал его к себе вместе с одеялом. За окном тем временем зашумел мелкий дождик, его монотонный стук действовал словно колыбельная. Холодный ветер пробивался сквозь щели в раме, разгоняя остатки былой двусмысленности и наполняя комнату каким-то особым, уютным теплом.

Хо Син прислушивался к звукам вокруг. Он понятия не имел, который сейчас час, зная лишь одно: прошло по меньшей мере полчаса, прежде чем Гу Фэн наконец провалился в глубокий сон.

Уловив биение сердца и ровное дыхание собеседника и убедившись, что Гу Фэн действительно заснул, а не притворяется, Хо Син приоткрыл глаза лишь на щелочку и сквозь ресницы осторожно посмотрел на лицо мужчины, застывшее совсем рядом.

Даже во сне Гу Фэн хмурил брови. Дневная угодливость и заискивание полностью исчезли, проступила присущая ему жесткость и суровость. Уголки губ были опущены, на щеках ещё не до конца сошёл румянец от вчерашнего хмеля, зато руки и ноги намертво оплели Хо Сина, не оставляя и намёка на то, чтобы хоть капельку ослабить хватку.

Хо Син в темноте понаблюдал за Гу Фэном ещё какое-то время, после чего снова закрыл глаза и проспал без задних ног до самого утра.

На следующий день Гу Фэн суетился, помогая Хо Сину встать. Лицо его выражало неловкость и растерянность, он торопился и от волнения пару раз перепутал вещи.

Хо Син, с торчащим во все стороны ото сна вихром на макушке, сладко зевал и наблюдал за ним:

— Ты чего творишь?

Гу Фэн стоял у кровати полуголый, в одних боксерах-семейниках, слегка ссутулившись:

— Я… я вчера перебрал.

— Я в курсе, — закатил глаза Хо Син и высунул язык, показывая ему. — Сам же искусал.

Гу Фэн тут же нахмурился, нерешительно присел на краешек кровати и, заметив, что Хо Син вовсе не сердится, взял его за руку и заискивающе, словно виноватая молодая жена, заговорил:

— Прости, я не со зла. Больно? Хочешь, укуси меня в ответ?

С этими словами Гу Фэн приоткрыл рот, но Хо Син церемониться не стал: обхватив мужчину за шею, он сам прильнул к его губам. Языки сплелись, и Хо Син, повторяя недавние движения Гу Фэна, стал медленно покусывать и облизывать чужие губы.

Лицо Гу Фэна мгновенно покраснело от притока крови, руки обхватили талию Хо Сина, притягивая того ещё ближе.

Ранним утром они обменялись долгим, нежным поцелуем. Гу Фэн уткнулся лбом в лоб Хо Сина, перевёл дыхание и молча принялся помогать ему одеваться.

Хо Син бросил взгляд на всё ещё твёрдый пах Гу Фэна и с любопытством протянул руку, но мужчина тут же перехватил его за запястье.

— Не надо, — голос Гу Фэна звучал слегка напряжённо. — Сейчас… не время.

Хо Син моргнул. Сам он не понимал почему, но ему казалось, будто взгляд, которым Гу Фэн смотрел на него, подозрительно напоминал голодного зверя. Интуитивно чувствуя опасность, Хо Син на сей раз спорить не стал и послушно убрал лапу.

Позавтракав вместе, Гу Фэн сам доложил обстановку:

— Все вопросы с людьми Вэй-гэ я уже уладил. Дальше он со всеми свяжется сам, мне больше ехать туда не придётся.

Хо Син неопределённо хмыкнул. В мыслях он всё ещё пытался понять, что именно затеял Цзян Чжэн, как вдруг заметил, что Гу Фэн по-прежнему пристально смотрит на него. Поморгав, он сообразил:

— А что насчёт дел этой вашей секты? Тебе больше не нужно в это вмещаться?

— Да. — Гу Фэн положил Хо Сину на тарелку сэндвич и осторожно прощупал почву: — В Семье Хо за разные территории отвечают специальные люди. У меня пока нет допуска к контрабанде товаров. Босс был прав: нечего мне соваться туда, куда не просят.

Он на секунду замолчал, а затем вновь посмотрел на Хо Сина полным преданности взглядом:

— Моя главная задача теперь — заботиться о вас.

Хо Син откусил огромный кусок сэндвича, тщательно прожевал и выдал:

— Хочу мороженого.

— Хорошо, — ответил Гу Фэн. — Сбегать сделать?

— Купить, — поправил Хо Син. — В тот день по дороге в полицейский участок я видел фургончик с мороженым.

Гу Фэн бросил взгляд на часы:

— Не рановато ли для этого?

Хо Син исподлобья глянул на него:

— Ты же только что говорил, что должен обо мне заботиться.

Гу Фэн невольно усмехнулся, кивнул, снял салфетку и поднялся из-за стола:

— Уже иду.

Когда Гу Фэн ушёл, дядя Чжан вынес мировую тыквенную кашу, озабоченно огляделся и цокнул языком:

— А где Сяо Гу? Уже поел, что ли?

— Я поел, — не вдаваясь в подробности, ответил Хо Син. Он вытер рот салфеткой и подошёл к окну.

В коттеджном посёлке стояла тишина, лишь изредка поодаль прохаживались туда-сюда несколько кошек.

Трёхцветная кошка запрыгнула на подоконник и пару раз мяукнула, глядя на Хо Сина через стекло.

Дядя Чжан покачал головой:

— И надо же, эти кошки почему-то прямо-таки души не чают в старшем господине.

Хо Син кивнул:

— Я просто красивый.

Дядя Чжан заливисто рассмеялся. Несмотря на почтенный возраст, он сохранял отменную бодрость духа: каждое утро бегал и занимался тайцзи, разве что в последнее время у него немного побаливала поясница, отчего ходил он чуточку медленнее обычного.

Хо Син бросил на него взгляд:

— Велю врачу заглянуть к вам.

Дядя Чжан не стал отказываться и с улыбкой ответил:

— Хорошо, спасибо вам, господин, что помните.

Получив столь прямое выражение благодарности, Хо Син даже немного смутился. Он отвернулся и издал негромкое фырканье.

Обычные люди не смогли бы разобрать кошачьего щебета, но Хо Син слышал всё прекрасно.

Трёхцветная кошка передавала, что Сяо Пи уже увязался за Гу Фэном и тайком проскользнул в багажное отделение его машины, пока тот не видел.

Сообщив новости, кошка не спешила уходить. Она сидела на подоконнике, с надеждой глядя на Хо Сина, и издавала странные звуки. Когда дядя Чжан убирал со стола посуду, он удивлённо протянул:

— Она что, говорит «дай рыбы»?

Зрачки кошки на ярком солнце превратились в тончайшие ниточки, и она замурлыкала на два лада:

— Рыбки… хочу рыбки… лапшу с говядиной… мяу…

Тогда Хо Син заглянул на кухню, прихватил оставшиеся рыбные головы и хвосты и вышел на задний двор, чтобы покормить бродягу.

Кошка уплетала угощение и недовольно ворчала:

— Этот Безъяйцевый в прошлый раз угощал меня куда вкуснее!

Хо Син на секунду задумался, прежде чем сообразил, что под прозвищем Безъяйцевый скрывается Сяо Пи.

Бедняга Сяо Пи, судя по всему, подвергался жестокой дискриминации даже среди собратьев.

— Больше работаешь — больше получаешь, — Хо Син легонько ткнул кошку в нос, поднялся и пошёл в дом.

Час спустя Гу Фэн вернулся с мороженым.

Вдобавок к лакомству он принёс два простеньких браслета с небольшими подвесками: один синий, другой красный, весьма симпатичные на вид.

Судя по всему, Гу Фэн вспомнил, как Хо Син в своё время покупал те маленькие бубенцы. Подвески на браслетах отчасти напоминали их по форме, разве что звона не издавали.

В одной руке Гу Фэн держал небольшой термобокс с мороженым, а в другой прижимал к груди белого кота.

Кот вёл себя как заправский лесной разбойник: одна лапа упиралась Гу Фэну в предплечье, другая — в плечо, выгнувшись дугой в позе готового к прыжку спринтера, с задиристой приподнятой грудкой и непрерывно подрагивающими ушами.

Скривившись, Гу Фэн произнёс:

— А ведь имя Сяо Пи подошло ему идеально, я даже не заметил, как эта нагрянула в машину.

Хо Син бросил взгляд на то, как тот держит кота:

— У него паразиты.

Сяо Пи: «……»

Гу Фэн немедленно опустил кота на пол и испуганно спросил:

— Тогда, может, позвать врача? Нужно купить какое-нибудь средство от блох и клещей? Я никогда не держал домашних животных, опыта совсем нет.

Хо Син перевёл взгляд с него на Сяо Пи:

— Сбрей с него всю шерсть под ноль.

Сяо Пи: «……»

Кот отчаянно мяукнул:

— Да это ты сам велел мне следить за ним!

Хо Син пропустил его вопли мимо ушей. Гу Фэн посмотрел на кота, который со всех ног бросился тереться о ноги Хо Сина в надежде вымолить прощение, затем перевёл взгляд на суровое лицо самого Хо Сина, и его внезапно озарило.

— Господин… ревнует?

Хо Син выудил из кармана мятную конфету в сахарной глазури и развернул:

— С чего бы? Я ем конфету.

Гу Фэн тут же расплылся в довольной улыбке и принялся умасливать:

— Я виноват. Обещаю, отныне и впредь — никаких прикосновений к кому бы то ни было, кроме старшего господина.

Хо Син зыркнул на него:

— К кому ты там прикасаешься, мне без разницы.

Но к котам — ни в коем случае, статус у них всё-таки разный.

Гу Фэн послушно поддакнул, убрал мороженое в холодильник, а вернувшись, протянул Хо Сину браслеты.

В памяти всплыло, что много лет назад, когда Гу Фэн принёс ему те бубенцы, вид у него был точно такой же. В глазах мужчины искрился смех; он схватил Хо Сина за руку и с нетерпением принялся надевать украшение ему на шею. А когда Хо Син, яростно звеня бубенцом, бешеный от бешенства, катался по всей комнате, Гу Фэн лишь открывал банку пива и сидел в стороне, наблюдая за ним с улыбкой.

Видимо, этот взгляд Гу Фэна вызвал у Хо Сина лёгкую ностальгию — оставшееся на сердце раздражение мгновенно испарилось без следа.

Сяо Пи подольстился, потерся о ногу хозяина и затараторил:

— Ваше Величество, сжальтесь, у меня есть важные новости!

Хо Син кончиком носка легонько подтолкнул кота по спине, и Сяо Пи, получив высочайшее позволение, доложил:

— Этот парень спрятал штуку в браслете! Я сам видел, как он её пихал — именно в тот, который синий.

В этот момент Гу Фэн поинтересовался со стороны:

— Какое вам больше нравится — красное или синее?

Хо Син глянул на него и неторопливо ткнул пальцем в сторону красного.

Тогда Гу Фэн без колебаний застегнул красный браслет на собственном запястье, а синий протянул Хо Сину.

Хо Син: «……»

Гу Фэн застенчиво улыбнулся:

— Моё — вам, а ваше — мне.

Хо Син едва не сорвался на песню: мы одна большая дружная семья.

Гу Фэн помог Хо Сину застегнуть браслет, подогнал по размеру и с довольным видом осмотрел результат:

— Нравится?

Хо Син: «……» Да просто слов нет, как нравится.

Покрутив в пальцах изящную подвеску, Хо Син слегка погладил её. Гу Фэн тут же пояснил:

— Кстати, господин, босс сказал, что с рынком питомцев почти всё решено. А приют для бездомных животных, о котором вы говорили, уже на стадии подписания финального контракта.

Хо Син понимал, что Гу Фэн намеренно пытается отвлечь его внимание. Сам-то он прекрасно осознавал: устройство настолько крошечное, что ни жучок, ни камера туда поместиться не могли, так что же тогда внутри?

Трекер геолокации?

Хо Син бросил дежурное «знаю» и одновременно поднёс браслет к самому носу, принюхиваясь. От него пахло лёгким табачным ароматом Гу Фэна и едва заметной ноткой мороженого…

Гу Фэн перехватил руку Хо Сина, потёрся ладонью о его запястье и сместил подвеску на внутреннюю сторону:

— Что вынюхиваете?

Не успел Хо Син ответить, как Гу Фэн уже прильнул к нему с поцелуями, бормоча на ходу:

— Знал бы я, что вам так понравится, накупил бы разных цветов. Эта вещица копеечная, я ещё боялся, что старший господин презрительно скривится.

Получив свою порцию настойчивых ласковых поцелуев, Хо Син махнул рукой на дальнейшие расследования. Ну и пусть маячок, кто кого ещё боится.

Вместо этого он сам обвился руками вокруг шеи мужчины, полностью отдаваясь его воле.

http://bllate.org/book/24113/2778160