Готовый перевод Why Do Humans Hurt Each Other / Зачем люди ранят друг друга [Быстрые миры]: Глава 13

Атмосфера, поначалу расслабленная, постепенно накалялась — наконец-то наступил кульминационный момент.

— Все знают, что среди лотов есть два Камня Истока высшего качества. Полагаю, большинство из вас пришли именно за ними. Что ж, прошу господина Роберта, главного оценщика Патри, вынести лоты!

Мужчина на сцене был Филду незнаком. Роберт выкатил небольшую тележку из-за кулис; на ней, помимо прибора для измерения энергии Камней Истока, лежали два прямоугольных предмета, накрытых красной тканью.

Роберт вышел в центр платформы и развернул измеритель в сторону аукционного зала. За его спиной висел огромный экран, на который транслировалось изображение с камеры, направленной на дисплей прибора. Роберт сдернул первый кусок красного шелка, открыв прозрачный футляр с двумя отсеками: один для огненной стихии, другой — для земной. Надев белую перчатку, он достал огненный Камень Истока и поместил его в прибор. Показатели на большом экране начали медленно расти, замедляясь, пока окончательно не замерли.

— Итак! Это огненный Камень Истока с уровнем примесей всего 17,9 процента, а показатель энергии достигает тридцати шести тысяч! Он идеально подходит как для лечения, так и для поглощения. Начальная цена — пятьдесят тысяч!

Как только цифры появились на экране, многие заерзали на местах. Цена стремительно взлетела до двухсот тысяч.

— Триста тысяч.

— Триста тысяч! Гость в третьей ложе предлагает триста тысяч! Есть предложения выше? — Ведущий не упустил ни одного возгласа и тут же озвучил максимальную ставку. Те, кто еще собирался побороться, приуныли: сидящие в ложах люди не испытывали недостатка в деньгах, да и за такой небольшой кусочек, даже с учетом низкого содержания примесей, триста тысяч были предельной ценой. — Триста тысяч раз! Триста тысяч два! Триста тысяч три! Поздравляю гостя из третьей ложи, огненный Камень Истока ваш!

Роберт кивнул ведущему, вынул камень из прибора и вернул в футляр. В следующее мгновение дно футляра плавно опустилось, открывая отверстие, через которое камень был отправлен прямо в третью ложу. Филд не переставал восклицать, выглядя при этом совершенным деревенщиной, никогда не видевшим мира.

— А теперь перейдем к земному Камню Истока. Сколько дадут за него? Посмотрим на результаты теста! Содержание примесей — 10,5 процента, уровень энергии — тридцать одна тысяча. Начальная цена — пятьдесят тысяч!

Хотя земной камень был чище огненного, его энергетический потенциал оказался значительно ниже, а значит, в целом он уступал первому по полезности. В итоге седьмая ложа выкупила его за двести семьдесят тысяч.

— Все лоты из рекламного проспекта успешно проданы! Но, как вы можете видеть, на сцене остался еще один кусок красной ткани. Как я и обещал ранее, этот аукцион полон сюрпризов. Прошу господина Роберта представить последний лот!

Роберт надел другую перчатку и осторожно, медленно потянул за ткань. Камера дала крупный план, и в следующее мгновение на экране появились два огромных зеленых Камня Истока, которые под светом ламп переливались странным сиянием, словно внутри них струился свет.

Камни Истока размером с кулак, не имеющие ни единой трещинки, в последние сто лет были большой редкостью — их можно было встретить, но купить было практически невозможно. А уж если говорить о редчайшей древесной стихии… Никто не знал, почему так сложилось: небольшие камни еще попадались, но только не древесные. Все добытые экземпляры в лучшем случае были не больше пальца, а содержание примесей в них повсеместно превышало сорок процентов. Самая правдоподобная версия гласила, что, помимо людей и их Зверей-спутников, камни для эволюции и восполнения энергии требовались также диким зверям и растениям.

Семьдесят процентов поверхности этой планеты были покрыты дикой флорой — будь то суша, морские глубины или пустыни, растения были повсюду. Они чувствовали энергию камней гораздо лучше людей, и все крупные экземпляры поглощались ими, что и приводило к дефициту древесных камней при добыче.

Поэтому, когда ткань была сброшена, зал взорвался.

Даже если бы показатели были хуже, нашлись бы желающие рискнуть, а уж с таким качеством — это был настоящий шедевр.

— Содержание примесей — 1,2 процента, уровень энергии — сорок тысяч! Да, вы не ослышались, примесей всего 1,2 процента! Атрибуты у обоих камней идентичны. Оплата только наличными, залог не принимается. Начальная цена — пятьсот тысяч!

Как только он закончил говорить, посыпались ставки. В конце концов, борьба развернулась только между обитателями второго этажа. Первый камень ушел за семь миллионов, второй — за семь миллионов пятьсот тысяч. В ложах сидели представители влиятельных семей, для которых эти деньги не были проблемой; древесные Камни Истока везде и всегда были объектом ожесточенной борьбы.

Итоговая цена ошеломила многих, включая Филда. Хотя свойства камней были невероятными, неужели они стоят так дорого?

Однако только ключевые фигуры великих семей знали истинное значение цифры 40356.

Многие не догадывались, что у измерительных приборов был предел: всё, что превышало определенное значение, автоматически фиксировалось как максимум, чтобы избежать короткого замыкания или взрыва механизма. И этот предел составлял ровно 40356. Это означало, что энергия камней, скорее всего, была гораздо выше сорока тысяч. А насколько выше — этого было достаточно, чтобы они рискнули. Не говоря уже о 1,2 процента примесей.

Хэ Чуань объяснил это удивленному юноше еще до того, как торги закончились. Он говорил об этом как об обыденной вещи, хотя это была информация, близкая к секретной.

Впрочем, неудивительно, что многие этого не знали: с момента создания приборов показатели еще ни разу не превышали установленный лимит. Со временем люди забыли, что возможности техники ограничены.

Филд решил, что просто проявил невежество, и старательно запомнил объяснение, чтобы в будущем не попасть впросак. Про себя он прикидывал, выгодно это было или убыточно.

Вспомнив, что из трех камней, данных ему Хэ Чуанем, осталось всего два, он почувствовал, как запульсировало в висках.

Сколько же он потратил впустую! Хоть бы кто сказал точную сумму!

Вскоре деньги за проданные камни были доставлены. Из-за огромной суммы их перевели на банковскую карту без пароля: если потеряешь или у тебя ее отберут — останется только плакать.

Филд отдал карту Хэ Чуаню, интуиция подсказывала, что так будет безопаснее. И действительно, Хэ Чуань просто проглотил карту — неважно, были ли на ней какие-то уловки, теперь они всё равно бесполезны.

Хэ Чуань изучал этот «карман» у себя в животе: он мог хранить там вещи, не испытывая при этом дискомфорта. Это пространство было похоже на отдельное измерение, способное блокировать всё — от запахов и радиации до сканирования. Никто, кроме него самого, не мог открыть это пространство, даже Филд.

— Он ушел?

Мужчина в домашней одежде, сидевший в кабинете за кипой документов, наконец поднял голову, услышав слова старика.

— Да, господин. — Дворецкий склонил голову, не отрывая взгляда от носков своих туфель.

Валентин, глава семьи Аль и родной отец Филда, нахмурился, погрузившись в раздумья. Он опустил голову, и в его поле зрения попал конверт — табель успеваемости Филда.

Валентин замер. Словно под гипнозом, он протянул руку к конверту, но не открыл его, а просто уставился на печать академии. Спустя долгое время он открыл один из ящиков стола, где лежало множество подобных конвертов — ни один из них не был вскрыт. Он положил новый конверт сверху, закрыл ящик и продолжил просматривать документы.

Дворецкому не нужно было видеть, что произошло. В его голове внезапно всплыл образ уходящего юного господина, и он, сам не зная зачем, произнес:

— Юный господин, кажется, заметно повзрослел.

Закончив, он покрылся холодным потом. Даже он, дворецкий, не входил в число доверенных лиц хозяина, и эта внезапная реплика могла навлечь на него беду.

— Вот как? — Валентин ответил лишь сухо. Увидев, что глава семьи не проявляет гнева, дворецкий наконец выдохнул.

Валентин махнул рукой, отпуская дворецкого, и снова уткнулся в документы. Он не заметил, что смотрит на одну и ту же страницу уже минут десять, а в его голове стоит лишь один маленький силуэт.

— Папа! Папа!

Мужчина отложил ручку и потер ноющие виски, но образ никак не желал исчезать.

Это был его драгоценный ребенок, и в то же время человек, которого он меньше всего хотел видеть.

***

— Ваше Высочество, вещь, которую вы просили, у вас. — В замке человек в черном почтительно опустился на колени, протягивая длинный футляр.

Юноша нетерпеливо выхватил его и взмахом руки отослал слугу. Оставшись один, он открыл футляр и осторожно достал содержимое: изысканный скипетр, на вершине которого парил и медленно вращался кристалл.

Он нежно погладил древко, касаясь пальцами узоров, с такой лаской, будто перед ним был любимый человек.

Неизвестно, о чем он подумал, но в его глазах, в которых, казалось, можно было утонуть, промелькнула боль.

— Если я найду тебя, ты будешь счастлив? — прошептал юноша, а затем улыбнулся: — Конечно будешь. Столько времени прошло, ты ведь тоже скучал по мне, правда?

Он бросил футляр, и тот исчез, не успев коснуться пола. Юноша поместил скипетр в углубление на огромном кристалле — оно подходило идеально, до миллиметра. Как только скипетр соединился с кристаллом, тот словно ожил: он приподнялся и замер в вертикальном положении, а кристалл на скипетре замедлил вращение и остановился.

Юноша молча наблюдал за этим, и лишь когда всё закончилось, он достал коробочку с украшением для уха. Как только он открыл замок на шкатулке, словно спали оковы: украшение и кристалл на скипетре одновременно излучили нежно-золотой свет. Секундой позже три луча света ударили перед юношей, сформировав полупрозрачное зеркало. Когда яркий свет померк, на поверхности зеркала показалась гладкая зеленая лиана.

Даже если этот человек сменил вид, юноша в ту же секунду узнал его — или, вернее, был глубоко убежден, что это именно он.

Но в тот миг, когда появилась зелень, юноша на несколько секунд впал в ступор, а затем внезапно расхохотался:

— Вот оно что! Вот почему я никак не мог тебя найти! Я же говорил, как я мог тебя не найти!

Смеясь, юноша прослезился. Но когда он перестал смеяться и снова поднял голову, то увидел другую картину, от которой в нем вскипела жажда убийства.

Тот, кого он хранил в глубине души, обвивался вокруг другого человека?!

Ну конечно. Он стал Зверем-спутником, а значит, у него есть Контрактор.

Что же делать? Так хочется убить его. Но если он умрет, Аль тоже исчезнет.

Юноша раздраженно уставился на руку другого юноши в зеркале: «Проклятье, ты куда лезешь?!»

Хэ Чуань в зеркале словно что-то почувствовал и огляделся. Ему всё время казалось, что за ними наблюдают, но они находились в роскошном люксе внутри космического корабля, где меры безопасности и звукоизоляции были на высшем уровне. Никакой слежки быть не могло.

Показалось?

Спящий Филд во сне ворочался и наполовину навалился на Хэ Чуаня. Хотя раздавить его было невозможно, ощущения были не из приятных. Хэ Чуань привычно выскользнул, помог юноше перевернуться и укрыл его одеялом. Видимо, из-за привычки Филд даже не пошевелился и продолжал сладко спать.

Ощущение слежки не проходило, но в нем не было злобы — скорее, что-то до боли знакомое. Хэ Чуань попытался использовать духовную энергию, чтобы найти источник взгляда, но исследовал весь корабль и ничего не обнаружил. В конце концов ему пришлось сдаться.

Раз этот человек не рядом, то найти его в масштабах всей Вселенной невозможно — Хэ Чуань еще не был настолько силен.

Решив, что скрывать им нечего, он успокоился и перестал обращать на это внимание.

Они летели в Котюлань — столицу туризма. Два человека, никогда не выезжавшие из дома, совершенно не представляли, куда податься, поэтому искали рекомендации в сети. Котюлань ежегодно принимала больше всего туристов: здесь были не только прекрасные пейзажи, но и первоклассная кухня. Многие съемочные группы снимали здесь фильмы и сериалы, поэтому почти в любое время года можно было увидеть звезд за работой.

Уровень технологий в Котюлани был ниже, чем в других городах, но именно это позволило сохранить природную красоту. К тому же это был ближайший город к Лесу Северных Земель, поэтому здесь было много охотников, а торговые рынки кипели жизнью.

Изначально Котюлань была лишь маленьким городком, пока здесь не обнаружили живописные места, после чего город начал расширяться. Но он находился далеко от других поселений, вокруг кишели дикие звери и растения, транспортное сообщение было затруднено, а сигнал постоянно пропадал. В итоге люди оставили попытки превратить его в высокотехнологичный мегаполис.

Тем не менее, каждый год сюда приезжали десятки тысяч туристов, уставших от больших городов и желавших окунуться в сельскую атмосферу.

После пятидневного перелета Хэ Чуань и Филд наконец прибыли на место. Филд, впервые летевший на корабле, всему удивлялся и ни капли не скучал. Теперь, когда кошелек был полон, не насладиться отдыхом было бы преступлением по отношению к тем двум камням. Он и не подозревал, что эти два камня уже переполошили все влиятельные семьи, и к нему, давно улетевшему, это не имело никакого отношения.

В порту было очень много людей — перед ними в очереди на причал стояли еще три корабля. К счастью, здесь было полно людей и мест для проживания. Потратив немало сил, они нашли неплохое жилье, взяли ключи и заселились на неделю. Филд наконец выдохнул: путешествовать оказалось не так-то просто.

Даже Хэ Чуань не знал, чем заняться в этом месте, где они никогда не были. Отдохнув, они вышли на улицу — решили осматриваться на ходу.

Котюлань действительно отличалась от мегаполисов: никаких бесконечных пробок и небоскребов, сигнал, как и говорили, постоянно прерывался. Но Филду не с кем было связываться, так что для них это не было проблемой.

Уличных лотков и лавочек было полно, а экзотических товаров — не счесть. Филд разбегались глаза, и всё, что ему нравилось, он покупал и складывал в купленное перед отъездом пространственное кольцо.

Гуляя, Филд внезапно наткнулся на очень оживленное место, которое сильно выделялось на фоне остального города. Любопытство взяло верх, и он вошел внутрь. Едва приблизившись, он услышал оглушительные крики — это была единственная в Котюлани арена для боев.

Хэ Чуань всю дорогу общался с придорожными растениями. Большинство из них, хоть и не могли двигаться, ясно выражали свои мысли, так что пока Филд витал в облаках, он уже выведал всё об этой арене.

— Что это за место?

За последнее время Филд привык спрашивать Хэ Чуаня обо всем, и тот не разочаровал — сразу объяснил, что узнал, добавив в конце:

— Думаю, стоит зайти посмотреть.

Видя, что Хэ Чуань тоже проявляет интерес, Филд без колебаний зашагал к главному входу. Несмотря на то, что он старался скрыть свое волнение, Хэ Чуань легко его разглядел и лишь покачал головой: «Все-таки еще ребенок».

Хэ Чуань до сих пор поддерживал иллюзию, ведь Филд выглядел совсем юным, а из-за недоедания в детстве — еще и хрупким. Если бы он показал свое истинное лицо, его могли заметить сразу по прибытии. В Котюлани такой поток людей, неужели здесь мало карманников, грабителей и хулиганов? Ради безопасности своего Контрактора он, как Зверь-спутник, должен был что-то предпринять.

Снаружи шум казался оглушительным, но внутри стало тише.

— Это стены, — объяснил Хэ Чуань. — Здесь используются звукоизоляционные материалы, но крыша — нет, поэтому звук уходит в стекло наверху.

Юноша понимающе кивнул.

Вход на трибуны был платным, а участие в боях в качестве претендента требовало взноса и подписания контракта «жизни и смерти» — на арене всё зависело от судьбы.

Филд пришел впервые и не знал, какой билет выбрать. Продавщица сразу поняла, что перед ней новичок, и начала расписывать ситуацию:

— Господин, вы здесь впервые? Все наши чемпионы — настоящие мастера, а претенденты тоже не из слабых, так что любой билет будет стоить своих денег. Цена невысокая, но если захотите остаться на второй бой, придется покупать новый билет. Билеты возврату не подлежат. Если хотите, можете попробовать свои силы, за победу полагается солидный приз.

Она старалась продать билет, слегка заигрывая с Филдом, но, как и в прошлый раз, юноша проигнорировал её знаки внимания.

— Какой бой начнется быстрее всего? — Филда не интересовало, куда идти, он пришел просто расширить кругозор. А насчет участия — бросьте, он всего лишь студент факультета растениеводства, какие у него шансы против боевых классов?

Хэ Чуань хотел было сказать, что Филд на самом деле очень силен, но подумал, что тот еще слишком мал, и лучше не рисковать — контракт «жизни и смерти» не игрушка.

— Третья арена. Должна сказать, на нее билеты разлетаются быстрее всего, не пожалеете, — она снова подмигнула Филду.

Филд кивнул:

— Тогда один билет.

Поняв, что её чары не действуют, продавщица сдалась, про себя осудив парня за отсутствие вкуса, и быстро выдала билет. Филд взял его и пошел прочь.

До начала оставалось минут десять. Филд нашел свое место согласно билету. Обстановка была не лучшей: несмотря на вентиляцию, запах пота пропитал всё вокруг. К счастью, легкий аромат, исходивший от него, помогал перебить этот запах.

Пока судья появился на сцене, Филд уже успел съесть пачку печенья и достал сливовые конфеты.

Закинув одну в рот, он почувствовал, как разливается сладость. Юноша не удержался и раскусил её, а потом решил взять еще одну. «Ну и болтливый же этот судья», — подумал он.

Судья наконец закончил речь и представил чемпиона Сноу и претендента Гуцзи.

Сноу был худощавым молодым человеком, рядом с которым лежала огненно-рыжая леопардовая кошка. Она лениво растянулась на сцене, медленно помахивая хвостом. Напротив них стоял Гуцзи — огромный мужчина с бугрящимися мышцами, типичный мастер боевых искусств. Гуцзи оскалился на Сноу, затем повернулся к трибунам и вскинул руки, принимая позу победителя.

Сноу не разозлился, лишь слабо улыбнулся с оттенком презрения, словно перед ним был не соперник, а клоун.

С первого взгляда на этого человека Хэ Чуань понял, кто победит. Дальнейшие события развивались ровно так, как он и предполагал. Гуцзи был мастером ближнего боя, а его Зверь-спутник — Зверь-валун, известный своей силой. По логике, он должен был полностью подавлять леопардовую кошку, полагающуюся на скорость, поэтому Гуцзи был так уверен в себе. Однако он упустил одно: одной силы недостаточно, чтобы противостоять огню.

Когда леопардовая кошка выплюнула огненный шар, Зверь-валун принял удар на себя. У него не было болевых ощущений, лишь каменная оболочка слегка покраснела и замерцала. Гуцзи победно улыбнулся, предвкушая приз:

— Что, это всё, на что способен чемпион?

Гуцзи погрозил Сноу кулаком:

— Ну раз так, тогда я не буду сдерживаться! — Он рванулся вперед, желая хорошенько проучить этого «белолицего».

http://bllate.org/book/24109/2776625