Вэй Вэй пришла как раз в тот момент, когда Сян Ваньчэнь босиком и с удрученным видом стояла у окна.
Ради встречи с Е Чэнем Вэй Вэй сегодня тщательно нарядилась. В дорогом наряде от кутюр, с уложенными крупными локонами, на миниатюрных шпильках, она двигалась плавной, покачивающейся походкой.
Стоило ей завидеть Е Чэня, как она мгновенно переключилась на жеманный тон, вылитая благопристойная леди.
Она взглянула на согбенную спину Сян Ваньчэнь и спросила:
— Что это с ней?
Е Чэнь неловко дважды кашлянул:
— Получила небольшую порцию стимуляции.
Вэй Вэй прикрыла рукой губы и тихонько осведомилась:
— Разве Ши Синъюй снова ее бросила?
Сян Ваньчэнь тут же обернулась, и из ее светлых глазлых полились убийственные лучи.
Ну и слух у нее, как у собаки. Мысленно фыркнув, Вэй Вэй с деланным видом откинула волосы за ухо и протянула Е Чэню принесенную еду:
— Доктор Е, я принесла вам ужин~
В этот момент Вэй Вэй неторопливо произнесла:
— Свою собственную Омегу отдаешь кому-то другому...
В конце концов, под ее пронзительным взглядом Е Чэнь рассказал ей о том, что произошло сегодня во второй половине дня.
Е Чэнь понимал, что сейчас ей нелегко, и послушно собрался было идти.
Только вот Ши Синъюй... Тц, эта неблагодарная мелкая волчица...
Но эта манера держать бывшую любовницу на крючке и при этом ничего не прояснять... Тц... К чему это она вдруг стала такой затейницей?
Вэй Вэй, не прочь поглазеть на чужие неприятности и вовсе не боявшаяся хаоса, изогнула бровь:
— Интересненько.
Вэй Вэй покачала головой и с улыбкой произнесла:
— Доктор Е, говорит ли Ши Синъюй правду или нет — совершенно не важно.
А уж там... это ваша диетолог составляла индивидуальное меню. С этими словами Вэй Вэй капризно вздернула подборочки в сторону Сян Ваньчэнь, давая понять, чтобы та катилась отсюда и не стояла тут столбом, мешая всем.
Сколько ни прячь искренность в глубине души, сколько ни осторожничай и ни пикируйся с соперницей, лишь так удается добиться хоть крошечного шага навстречу.
— Но зачем ей понадобилось откачивать столько феромонов?
— Хм-м... — Вэй Вэй призадумалась и снова сочла это странным. — Судя по их прежнему ритму, Сян Ваньчэнь должна была уже привыкнуть... — Она скрестила руки на груди, прислонилась к письменному столу Е Чэня и уставилась на него. — Так что же за стимуляция, о которой ты говорил?..
Сян Ваньчэнь с мрачным лицом подхватила пакет, но не успела она отойти и пары шагов к выходу, как вернулась обратно и швырнула вещь Е Чэню:
— Иди и отнеси ей сам.
Да у кого угодно нервы сдадут после такого! Никому не хочется крутить роман словно вести боевые действия — с обходными маневрами да принципом отступления ради наступления.
— ...Кхе-кхе... — И впрямь подавилась...
Е Чэнь опустил взгляд и сосредоточенно принялся за суп из мацутакэ с трепангом. Его взгляд был настолько тверд, будто со следующей секунды он собирался уйти в монастырь.
— БО-роман... — Вэй Вэй накрутила на палец прядь распущенных волос и неопределенно усмехнулась.
Е Чэнь тяжело вздохнул:
— Днем она отдала мисс Ши четыре пробирки своих феромонов.
Среди трех полов союзы между Бетами и Омегами — большая редкость. Все дело в том, что у Бет нет желез, а во время течки Омеге требуется успокоение феромонами. Чтобы БО-паре быть вместе, Омеге приходится переживать течку исключительно на ингибиторах.
При таком раскладе поведение Ши Синъюй кажется вполне логичным и обоснованным.
Редкость, однако, не означает невозможность.
Е Чэнь считал все это лишь их домыслами, не имеющими веских доказательств.
В то же время, наличие у Ши Синъюй партнера-Беты куда лучше объясняло бы, почему она вечно избегает Сян Ваньчэнь.
— Наверное, ты снова пообещал ничего не говорить Ши Синъюй?
— Доктор Е, когда говоришь лишь половину слов, супом очень легко поперхнуться, — протянула Вэй Вэй, переходя на жеманный голосок.
Вэй Вэй самодовольно изогнула губы, пригласила Е Чэня к еде и заодно принялась сплетничать:
— Что опять стряслось с Сян Ваньчэнь? Почему мне кажется, что ее перепады настроения развиваются быстрее, чем период сенситивности?
Вэй Вэй усмехнулась про себя: интересно, к какой же разновидности безумных однолюбов принадлежит Сян Ваньчэнь, раз способна ради Ши Синъюй зайти так далеко?
Во время своего первого периода сенситивности Сян Ваньчэнь ранила Ши Синъюй, оставив шрамы не только на теле, но и в душе.
Е Чэнь устало потер переносицу. Теперь ему стало совершенно ясно: Сян Ваньчэнь вовсе не собиралась приводить человека на смыв метки, она просто пыталась любыми способами удержать ее здесь.
Конечно же, Бета была неспособна перекрыть метку Сян Ваньчэнь. А поскольку у Ши Синъюй не было денег, она так и не смыла ее. Если добавить к этому последующий синдром дефицита концентрации феромонов, вся цепочка событий выглядела абсолютно логичной.
Как же это утомительно.
Е Чэнь пояснил: после разделения феромонов получается очиститель феромонов — бесцветный и без запаха. Сян Ваньчэнь боялась, что Ши Синъюй откажется принимать ее феромоны, поэтому во время лечения терпела боль сама. Она попросила его извлечь феромоны и сделать из них очиститель, чтобы использовать его как успокаивающее средство.
— А как же Ши Синъюй? — Сян Ваньчэнь неизвестно откуда возникла рядом с ледяным выражением лица.
— Мисс Ши, возможно, сказала неправду.
Куда важнее было то, как именно Сян Ваньчэнь собирается с этим справляться.
— Четыре пробирки? Да ее чуть досуха не выжали! — потрясенно выдохнула Вэй Вэй. — Неудивительно, что лицом она похожа на покойницу.
Потому неудивительно, что Ши Синъюй возненавидела альф и переключилась на бет.
— Так что эмоциональная нестабильность Сян Ваньчэнь вполне объяснима.
Бывшая любовница, хранящая ее метку и окутанная двусмысленностью: с одной стороны, кажется, что Ши Синъюй все еще любит ее, а с другой — та сама отталкивает ее прочь.
— Хлобысь! — Сян Ваньчэнь с грохотом захлопнула дверь и ушла.
— Только Сян Ваньчэнь способна додуматься дважды повеситься на одном и том же дереве.
В числе причин их расставания был и панический страх перед Сян Ваньчэнь.
Но ведь всегда найдется Омега, готовая ради любимого человека восстать против собственной природы и стерпеть муки течки.
Вэй Вэй бросила мимолетный взгляд на пустой дверной проем, и ее губы изогнулись в улыбке.
— Доктор Е, как думаете, заплачет ли на этот раз наша госпожа Сян?
—
Сян Ваньчэнь, переполненная яростью, распахнула дверь палаты.
Но стоило ей увидеть Ши Синъюй, как она мгновенно сдулась, словно проколотый мяч, съежившись в комок.
Ши Синъюй спала под капельницей, скрючившись в неудобной позе.
Лицо бледное, брови сведены к переносице, словно во сне ее мучили кошмары. Услышав звук, она попыталась проснуться, но лишь беспомощно затрепетали ресницы.
Из-за того, что пару дней назад после забора крови на локтевом сгибе плохо зажали вену, там расплылся устрашающий синяк.
На тыльной стороне ладони, помимо иглы капельницы, красовались еще три заметных следа от уколов — поскольку правая рука была зафиксирована, все проколы сосредоточились на левой.
Сян Ваньчэнь превозмогла покалывание в затылке и выдавила из истощенной железы еще немного успокаивающих феромонов.
Ши Синъюй с трудом пришла в себя. Ее взгляд несколько секунд блуждал в пустоте, прежде чем сфокусироваться на стоящей перед ней Сян Ваньчэнь.
Она без сил приподнялась, опершись на локти. Ее веки по-прежнему были опущены, а плечи слегка ссутулены, из-за чего в просторной больничной пижаме она казалась еще более хрупкой и сжавшейся в комок.
Сян Ваньчэнь стиснула зубы: неужели она способна съесть человека живьем? Чего та так боится? Она с тяжелым стуком опустила пакет на небольшой обеденный столик.
Ши Синъюй ошеломленно уставилась на нее, совершенно не понимая, что здесь происходит.
— Отныне твою еду будут приносить специальные люди.
— Не нужно... — тихо произнесла Ши Синъюй. — В больнице кормят вполне хорошо.
— Ши Синъюй, я делаю это потому, что ты довела себя до истощения, — голос Сян Ваньчэнь звучал глухо и холодно. — А вовсе не из заботы о том, вкусно ли тебе естся.
Ши Синъюй прикусила губу и умолкла.
Сян Ваньчэнь стала поочередно открывать контейнеры. Добра Pо одного из них, она внезапно нахмурилась, вытащила из пенала палочки для еды и принялась тщательно выискивать и откладывать в сторону кусочки моркови.
Некоторые блюда были украшены мелко нарезанным зеленым луком, и она точно так же выгребла его подчистую.
Лишь после этого она подвинула еду к Ши Синъюй и произнесла, словно отдавая приказ:
— Ешь.
Когда до нее дошло, что именно она творит, было уже поздно.
Все вкусовые предпочтения и привычки Ши Синъюй давно вплавились в ее костный мозг: даже если разум требовал притворяться равнодушной, тело все равно выдавало честную реакцию.
С каменным лицом она скрестила руки на груди и опустилась в одинокое кресло в стороне, изображая из себя холодную ледяную статую.
А в голове тем временем вихрем проносились мысли.
Она знала, что ведет себя крайне неразумно и не должна из-за какого-то пустяка воздвигать в мыслях мнимого соперника, но ничего не могла с собой поделать.
Стоило ей представить, что Ши Синъюй с ее израненной вдоль и поперек железой приходится сдавать феромоны — неважно кому и для каких целей — как ее охватывало невыносимое бешенство.
Она понимала, что все это происходит лишь оттого, что она слишком сильно дорожит ею, но разум все равно упорно рисовал в воображении образ того самого беты.
Она даже мысленно ставила себя на другую чашу весов для сравнения, ведя себя как нелепый зеленый юнец, который впервые влюбился и умеет только ревновать.
Ее светлые глаза неотрывно следили за Ши Синъюй, мысли спутались в тугой клубок, не давая обрести хладнокровие.
Знал ли тот бета о вкусовых предпочтениях Ши Синъюй? Стал бы он точно так же выковыривать из еды то, что она не любит?
Ши Синъюй терпеть не может морковь, особенно вареную. Даже если заставит себя проглотить хоть кусочек, ее тут же вытошнит.
Но она может спокойно пить свежевыжатый морковный сок.
Знает ли об этом тот бета?
Да ну ее, мысленно фыркнула она. Раз довести Ши Синъюй до такого истощения, какой из него вообще может быть толкок?
Рассуждая так, она достала телефон и отправила Е Чэню сообщение:
[Пришли сюда стакан свежевыжатого морковного сока.]
Когда Ши Синъюй была с ней, стоило той пропустить хоть один прием пищи, как Сян Ваньчэнь тут же из кожи вон лезла, чтобы восполнить упущенное.
И в итоге выращенная ею с таким трудом отборная белокочанная капуста оказалась истоптана невесть откуда взявшимся диким вепрем.
Это бесило ее до скрежета в зубах.
Заметив, что Ши Синъюй поковырялась в тарелке и бросила есть, она помрачнела еще сильнее. Черты ее лица были от природы резче, чем у большинства женщин, и в гневе она излучала невыносимое давящее присутствие.
Атмосфера в палате мгновенно стала тяжелой и удушливой.
— Больше не хочешь?
— Я... у меня нет аппетита, пока не лезет, — Ши Синъюй испуганно прятала взгляд, словно провинившийся ребенок.
— Оставь, я попозже поем, ладно? — Под таким сверлящим взглядом Сян Ваньчэнь она действительно не могла сделать ни кусочка.
Сян Ваньчэнь нахмурилась. Попозже поесть? После повторного разогрева некоторые блюда теряют вкус. А если овощной салат постоит слишком долго, он пустит сок, превратится в кашу, и как это вообще есть?
Неужели после того, как Ши Синъюй сошлась с тем бетой, она постоянно питалась вчерашней стряпней?
Разве можно при таком рационе оставаться здоровой и получать хоть какие-то питательные вещества?!
— Никаких попозже!
Ши Синъюй вздрогнула, ее широко распахнутые глаза источали крайнее недоумение — она совершенно не понимала, с чего вдруг Сян Ваньчэнь так взбеленилась.
— Не сердись... я... я обязательно поем чуть позже...
— Я не шучу...
Сян Ваньчэнь подошла ближе, чистыми палочками отделила часть еды и переложила в маленькую пиалу:
— Вот это доешь.
Она наложила не с избытком, а ровно столько, сколько Ши Синъюй была в состоянии осилить.
Остальное она отодвинула в сторону и принялась за еду сама.
Ши Синъюй всегда ела очень аккуратно: накладывала порции в маленькую пиалу и никогда не превращала еду в неаппетитную кашу в общей тарелке.
То, что оказывалось в ее пиале, съедалось начисто, без остатка.
Когда Е Чэнь принес морковный сок, обе они молча склонились над едой.
Тишина в палате легла между ними широкой рекой, разделяя двух людей, находящихся в одном пространстве, по разным берегам.
Лишь любовно отброшенные в сторону кусочки моркови и зеленого лука одиноко сиротнели на краю подноса.
Е Чэнь перевел взгляд с Сян Ваньчэнь на Ши Синъюй и молча поставил стакан с морковным соком перед Сян Ваньчэнь.
Сян Ваньчэнь зыркнула на него.
Он лишь легко улыбнулся ей в ответ и поспешно ретировался из эпицентра надвигающейся бури.
Скрипнув зубами, Сян Ваньчэнь поднялась с места и протянула стакан Ши Синъюй:
— Пей, сколько сможешь.
Ши Синъюй не хотела снова злить Сян Ваньчэнь, поэтому послушно взяла стакан и принялась маленькими глотками цедить сок.
Из-за рассеянности она сделала неверный глоток и зашлась в долгом кашле, да так сильно, что от напряжения на глазах выступили невольные слезы.
— ... — Сян Ваньчэнь с неуклюжей резкостью подняла руку и принялась постукивать ее по спине, помогая восстановить дыхание. — Ши Синъюй, умудриться подавиться обычным соком — у тебя что, вообще нет никого, кто бы о тебе заботился?!
Ши Синъюй захлопала ресницами, прокручивая в голове слова Сян Ваньчэнь на все лады, но так и не уловила никакой логической связи между первой и второй частью фразы.
Разумеется, она понятия не имела, что на это ответить.
Но в глазах безумно ревнующей Сян Ваньчэнь это молчание истолковалось совершенно иначе: она решила, что Ши Синъюй покрывает своего таинственного партнера и упрямо держит язык за зубами.
И уже вовсю выгораживает его? Неужели та думает, что узнай она имя этого человека, то действительно станет с ним сводить с счеты?
Разве она похожа на такую умалишенную?
Если бы не ее собственная истощенная железа, ее бы сейчас точно разорвало от переизбытка выплеснувшихся феромонов!
Будь здесь Вэй Вэй, она непременно бы подняла Сян Ваньчэнь на смех: внешне — неприступная госпожа директор, а на деле — сумасшедший пёсик, который сходит с ума от ревности на пустом месте.
— Запомни раз и навсегда, Ши Синъюй: каждый твой прием пищи отныне я буду контролировать лично! — свирепо бросила Сян Ваньчэнь.
Ши Синъюй испуганно выдала тихое А? и нервно затеребил пальцами простыню.
Судя по всему, Сян Ваньчэнь отчаянно жаждала, чтобы она поскорее избавилась от метки, раз уж готова лично надзирать даже за ее обедами...
Она и представить не могла, что в голове у Сян Ваньчэнь в этот момент крутилось совсем другое:
[Раз тот бета не в силах тебя нормально выкормить, значит, этим займусь я.]
http://bllate.org/book/24090/2773117
Сказали спасибо 0 читателей