Готовый перевод Childhood Sweetheart Attacked, He's Smitten [Rebirth] / Друг детства: неожиданный финал [Перерождение]: Глава 22

Глава 22. Конец

Цзян Ин как раз болтала с домашними, как вдруг выскочило сообщение:

— У него есть любимый человек, у меня нет шансов Q_Q.

Будучи одноклассницей Нин Сюаня и старостой класса, Цзян Ин чуть не вытаращила глаза. У Нин-гэ есть любимый человек?! О боже мой, а Шэнь-гэ об этом знает?

— Шэнь-гэ...

Шэнь Чжицзун отчаянно подгонял Нин Сюаня поскорее возвращаться, чуть до дыр не тыкая в экран телефона, но в спешке повернул голову:

— Чего?

— У Нин-гэ есть любимый человек, ты знал?

Кончики пальцев Шэнь Чжицзуна замерли, услышав это, веки задергались, а выражение лица в этот момент было настолько сложным, что его невозможно было описать словами.

Затем Цзян Ин заметила, что реакция Шэнь Чжицзуна была на редкость тихой, выглядел он совершенно нормально. Но в этой тишине чувствовалось что-то странное — судя по всему, Шэнь-гэ тоже ничего не знал.

— Если бы у Нин-гэ был любимый человек, я бы не стал знакомить его с другими людьми, это жеутко неловко, — пробормотав это себе под нос, Цзян Ин краем глаза снова бросила взгляд на лицо Шэнь Чжицзуна.

В ее голове крутилась лишь одна мысль: побыстрее убраться из этого опасного места!

— Сяочун, скоро выпускной класс, — опустив взгляд, Нин Сюань выглядел необычайно послушным. — После сдачи экзаменов мне нужно будет кое о чем с тобой поговорить.

Они возвращались на микроавтобусе, на задних сиденьях расположились Нин Сюань и Шэнь Чжицзун.

Шэнь Чжицзун говорил:

— Я не спокоен, когда ты один. Если некому будет согревать тебе постель, твои ноги будут ледяными всю ночь, к тому же ты плохо спишь и вечно скидываешь одеяло — разве не я обнимаю тебя, когда мы ложимся спать?

Это было сродни тому, что взаимная мастурбация между ними просто никогда не происходила.

Что касается того, когда этот придурок Шэнь Чжицзун влюбился в него и продолжит ли он любить его в будущем.

— Помнится, раньше ты не был столь восприимчив к холоду, видимо, твой организм совсем ослаб. Дома нужно будет как следует подкрепиться, брат отведет тебя поесть вкусненького.

Что касается того факта, что он сам окончательно повернул не туда.

Нин Сюань пожал плечами:

— Не веришь — и не надо, я ничего поделать не могу.

До начала учебы оставалось два дня.

— Тётушка Линь вечно приходит спать с моей мамой, неужели тебе не страшно оставаться здесь одному? — голос Шэнь Чжицзуна звучал жалобно и уныло, словно у брошенной молоденькой жены.

Шэнь Чжицзун не посмел грубо будить его, лишь испугался, что тот простудится, набросил на него верхнюю одежду и заодно сунул руку Нин Сюаня себе в карман.

Добравшись до школы, Нин Сюань наконец проснулся. С сонной пеленой в глазах он глянул в окно, заторможенно позволив Шэнь Чжицзуну вытащить его из машины. Лишившись ласкового тепла автомобильной печки, под порывом холодного ветра Нин Сюань вздрогнул от озноба.

— Что это за секреты такие, обязательно говорить после выпуска? Из-за этого всё выглядит так, будто ты собираешься бросить меня и улететь далеко-далеко сразу после окончания школы.

В тот вечер он поддался импульсу и потерял голову — было здорово, но и сожалений тоже хватало.

Однако Нин Сюань выглядел очень уставшим и, едва сев в машину, закрыл глаза.

Сердце Шэнь Чжицзуна пропустило удар, он поджал губы, внезапно вспомнив слова Цзян Ин о том, что у Нин Сюаня есть любимый человек.

Сам он тоже устал, но из-за сильного нервного напряжения оказался единственным в машине, кто так и не заснул.

Когда Нин Сюань поднял голову, в его голосе прозвучала легкая ленивая нотка, а уголки бледно-красных губ чуть приподнялись:

— Пустяки, не стоит брать в голову.

К тому же Нин Сюаню тоже требовалось побыть в тишине и одиночестве.

Нин Сюань: «?»

Но теперь казалось, что на самом деле он вовсе ничего не забыл, просто присутствие Нин Сюаня рядом заглушало эти мысли.

Что касается его чувств к Шэнь Чжицзуну.

Впрочем, Нин Сюань его не боялся, ведь это лицо он лицезрел уже столько лет.

— Думаешь, я в это поверю?

Вспоминая об этом теперь, Нин Сюань даже немного сожалел.

На левой щеке Нин Сюаня от сна остался красный след, щеки слегка округлились. Замкнувшись в себе и погрузившись в собственные мысли, он выглядел так, будто его проще простого обвести вокруг пальца.

Глядя на него, Шэнь Чжицзун чуть изогнул губы, его настроение немного улучшилось. Он до конца застегнул молнию куртки, закрывая половину лица Нин Сюаня.

То, что чувства снижают уровень интеллекта, оказывается, вовсе не легенда.

Тогда Нин Сюань застегнул молнию рюкзака — чирк! — словно пытаясь нарочно заглушить какое-то смутное, не поддающееся описанию чувство.

Нин Сюань бросил на него мимолетный взгляд: он прекрасно всё понял — какие бы отговорки он ни придумывал, Шэнь Чжицзун тут же станет возражать.

Е Линь и Бай Синлянь на все лады готовили для них вкусности, а еще накупили в интернет-магазинах уйму всего: тетради для записей, черновики, термосы, грелки для воды и прочие мелкие разности.

Шэнь Чжицзун сидел как на иголках, сгораючи от нетерпения выпытать, что за история с «любимым человеком». Вообще-то он больше склонялся к тому, что Нин Сюань выдумал это как предлог, чтобы вежливо отклонить признание девчонки, но это было лишь его собственным предположением — ему было необходимо услышать признание из уст самого Нин Сюаня, только тогда он обрел бы покой.

Увидев это, Шэнь Чжицзун просто напросто надел на него свою куртку.

— Именно потому, что в общежитии нам придется спать раздельно, мы должны дорожить каждой секундой и быть вместе сейчас.

Нин Сюань дернул уголком губ:

— В этом ты прав, но в общежитии я тоже сплю один, о чем ты вообще переживаешь?

Шэнь Чжицзун прислонился к косяку двери, а поскольку он был высоким, то, глядя на человека сверху вниз, создавал сильнейшее ощущение давления.

Шэнь Чжицзун: «...»

Поскольку подготовка к началу учебного года была делом хлопотным, бегать туда-сюда по этажам доставляло лишние неудобства. Поэтому Нин Сюань не пошел ночевать к Шэнь Чжицзуну, из-за чего в этот вечер кое-кто заявился прямо к нему домой.

Прошел всего один день, но стоило Нин Сюаню оказаться рядом, как Шэнь Чжицзун автоматически забывал об этом.

Нин Сюань озадаченно спросил его:

— Чего мне бояться в собственном доме?

Жизнь в выпускном классе отделяло от жизни из его прошлой жизни целое десятилетие, многие детали быта он уже позабыл. Но о том, какие крупные события происходили, память все же осталась — не то чтобы совсем ничего не помнил.

Что у него за ход мысли?

Он всё меньше и меньше понимал, о чем думает Шэнь Чжицзун.

Всё-таки с натуралами проще... нет в них столько замысловатых кругалей.

Впрочем, Нин Сюань слыхал, что эта штука дается от рождения, и тогда весьма вероятно, что в прошлой жизни он просто не созрел.

Брови и глаза Шэнь Чжицзуна мгновенно помрачнели, мышцы рук напряглись. Но он изо всех сил подавил свой порыв, подошел к Нин Сюаню, протянул руки, обхватил его за плечи и прижал к своей груди.

Теплое объявление, обжигающее дыхание — все так близко.

Нин Сюань прищурился, не сопротивляясь.

— Что бы ты ни собирался мне сказать, пока я не согласен, даже не думай сбежать.

Нин Сюань горько усмехнулся:

— Я и не собирался бежать. Не говорю сейчас потому, что еще до конца не определился, вот определюсь — тогда и скажу.

— Разве можно тянуть до того, как определишься? — голос Шэнь Чжицзуна звучал глухо, губы уткнулись ему в ключицу, так и норовя приоткрыть рот и впиться зубами, оставив собственный след.

— Касательно физиологической стороны вопроса.

Шэнь Чжицзун: «...»

Нин Сюань хлопнул его по плечу:

— Мне нужно просветить тебя на этот счет, но до экзаменов рукой подать, у меня нет времени искать материалы, так что... я еще не до конца во всем разобрался.

Шэнь Чжицзун: «...»

Он подозревал, что Нин Сюань водит его за нос, но доказательств у него не было.

Отпустив его, Шэнь Чжицзун взял Нин Сюаня за запястье, закатал штанины и усадил на край кровати, после чего сурово произнес:

— У тебя появился любимый человек. Я знаком с ним?

Шэнь Чжицзун прошел через сильнейшую психологическую подготовку, страшась услышать ответ, которого он не хочет. Он просто не мог представить, что будет с ним, если Нин Сюань и впрямь затаил кого-то в своем сердце.

Поэтому даже в глубине его голоса таилось едва заметное дрожание, которого он сам не замечал.

Внутри у Нин Сюаня всё сжалось, лицо осталось совершенно невозмутимым, а ладони слегка покрылись испариной.

— От кого ты это услышал?

— Цзян Ин. Ты сказал это только для того, чтобы отшить ту девчонку?

Встретившись с напряженным и суровым взглядом Шэнь Чжицзуна, Нин Сюань на мгновение отвлекся, после чего наконец выдохнул с облегчением и произнес:

— Предлог...

— А, ну тогда ладно, — Шэнь Чжицзун выглядевший так, будто прошел через смертельное испытание, даже покрылся потом.

Долго переваривая услышанное, он вновь крепко-крепко обнял Нин Сюаня.

— Ты у меня просто чудо, мое сокровище.

Шэнь Чжицзун произнес это тихо, словно бормоча себе под нос, отчего у Нин Сюаня в груди сладко защемило.

— Я так не хочу с тобой расставаться, — с перерывами проговорил Шэнь Чжицзун.

Спустя долгое время Нин Сюань наконец ответил:

— Я тоже не хочу с тобой расставаться.

Сегодня был последний день зимних каникул, Нин Сюань ничего особенного не делал: домашнее задание было давно выполнено, они с Шэнь Чжицзуном даже сходили в книжный за сборниками упражнений и тестовыми заданиями, и с этим тоже покончили.

Этот день действительно можно было назвать полноценным отдыхом.

Прошлой ночью он все же остался ночевать у Шэнь Чжицзуна — тот сам затащил его наверх на руках, пока датчик звука в подъезде заставлял лампочки то зажигаться, то гаснуть. К тому моменту Е Линь с подругой уже давно спали.

Пробираясь в комнату, Шэнь Чжицзун боялся их разбудить, поэтому зажал Нин Сюаню рот.

Свет в коридоре еще не зажгли, и Шэнь Чжицзун видел недовольное выражение на лице Нин Сюаня: его темные круглые глаза блестели слабым светом, когда он сердито уставился на него — до того мило, что Шэнь Чжицзун не удержался и принялся тискать его за щеки.

Нин Сюань думал так: он, конечно, сопротивляется, но побороть Шэнь Чжицзуна не может, и это выглядит как кокетливое «нет, но да», поэтому он просто решил плыть по течению.

В конце концов, иметь того, кто согревает постель в холодные зимние ночи — это поистине великое счастье.

В одном Шэнь Чжицзун оказался прав: лютой зимой на юге в домах обычно нет отопления, и если бы полагаться только на самого Нин Сюаня, его ноги оставались бы ледяными всю ночь.

В дверь постучали, Е Линь повернула ручку и прислонилась к косяку:

— Что вы всё сидите по комнатам, выходите фрукты есть.

Нин Сюань отозвался «угу» и, шлепая по полу пушистыми носками, вышел.

— А Сяочун где?

— Ушел на рынок за продуктами.

— ... — надо же, какая хозяюшка.

— Говорит, сварит тебе свиные ребрышки с супом, — Е Линь слегка нахмурилась. — Если тебе хотелось, почему сразу мне не сказал?

Нин Сюань ответил:

— Наверное, потому что вчера перед сном я обмолвился, что хочу пить.

Е Линь моргнула и спустя полминуды со вздохом произнесла:

— С появлением этого малого я стала ему не нужна.

В гостиной работал телевизор, на Первом канале шла рекламная пауза, анонсирующая новый сериал.

Нин Сюань медленно, долькой за долькой, ел мандарин, как вдруг поднял голову, уставившись на экран с рекламой и анонсами.

Е Линь, зарывшись в одеяло, прижала свои ледяные ступни к голеням Бай Синлянь:

— Ой, про спецназ? Спорим, под видом спецназа они тут опять крутят романтическую жвачку?

Бай Синлянь рассмеялась:

— В точку попала, оба главных героя — топовые молодые актеры.

Нин Сюань вгляделся в форму, снаряжение и звучавшие с экрана приказы — всё это казалось настолько до боли знакомым.

Он решил взглянуть на этот сериал.

Поэтому, когда Шэнь Чжицзун пришел навестить его в этот вечер, он обнаружил, что Нин Сюань забился под одеяло и... смотрит сериал?!

Это стало для Шэнь Чжицзуна полнейшим шоком.

— Ты что смотришь?

Нин Сюань бросил на него мимолетный взгляд, а затем повернул к нему экран телефона.

Шэнь Чжицзун: «...»

Нин Сюань спросил его:

— Красивый?

Шэнь Чжицзун: «...»

Что-то здесь не так, определенно не так.

Сложно выразить словами всё то, что творилось у него на душе, но Шэнь Чжицзун всё же забрался под одеяло, устроившись рядом с ним смотреть сериал.

Хотя вряд ли это было впервые — раньше они часто таращились в телевизор в гостиной, глядя мультики. Но повзрослев, они почти перестали смотреть телевизор, предпочитая гонять в баскетбол или что-то в этом роде.

Пижама Нин Сюаня была бледно-желтого цвета, пушистая и на вид очень теплая, а свет экрана телефона отбрасывал на его лицо мягкое блеклое сияние.

Смотрит так сосредоточенно...

Шэнь Чжицзун не отрывая глаз пялился на него, и пока не закончилась серия, так и не понял, о чем вообще был этот сериал.

Вспомнив недавние оговорки Нин Сюаня — армия, любимый человек, да еще вдобавок просмотр сериалов в выпускном классе?!

Шэнь Чжицзун поневоле начал накручивать себя, и чем больше думал, тем сильнее убеждался, что дело нечисто.

Он вцепился в руку Нин Сюаня, словно держал в ладони саму его душу.

Но раз в прошлый раз он уже спрашивал, повторяться было нельзя, чтобы не вызывать у того раздражения. Завтра уже придется собирать вещи и возвращаться в общежитие — выпускной класс есть выпускной класс, в особый период нужны особые меры, так что придется потерпеть.

Шэнь Чжицзун через силу изобразил улыбку:

— Интересно?

Нин Сюань окинул его многозначительным взглядом:

— Очень даже.

Он имел в виду форму.

Военная форма в этом сериале была точно такой же, какую Шэнь Чжицзун носил в прошлой жизни.

Шэнь Чжицзун: «...»

Нин-нин говорит, что очень даже интересно — разве это не значит, что ему нравится?!

А если нравится, неужели у него и правда появился любимый человек? И раз уж у него есть любимый человек, то что он собирается сказать ему после выпуска — неужели то, что намерен завести девушку?!

— Сяочун... Сяочун?!

Шэнь Чжицзун опомнился от оцепенения:

— А? Что такое?

Нин Сюань нахмурился:

— Ты вспотел.

Шэнь Чжицзун потрогал лоб и нос:

— О... да, ага, вспотел.

Нин Сюань:

— Жарко, что ли? Может, сходишь на балкон, проветришься?

Шэнь Чжицзун вдруг обиженно протянул:

— Выгоняешь?

Нин Сюань: «...»

Ночь была глубокой, в эту ночь Шэнь Чжицзун обнимал Нин Сюаня необычайно крепко. Его собственные руки были на редкость мощными, и в таком плену Нин Сюань едва мог сделать нормальный вдох.

С трудом перевернувшись на другой бок, Нин Сюань тут же почувствовал, как Шэнь Чжицзун прижался к нему снова.

Уж больно прилипчив.

Тихонько позвал Нин Сюань:

— Сяочун?

Шэнь Чжицзун хмыкнул.

— Кошмар приснился?

— Нет, просто представил, что завтра вечером мы будем спать раздельно, и захотел прямо сегодня отыграть за весь следующий семестр.

Нин Сюань усмехнулся над ним:

— Тебя надо переименовать не в Сяочуна, а в Сяошэ. (Прим. пер.: дословно — «маленький змей» / «змейка»)

Уж больно вьется кольцами.

Шэнь Чжицзун искренне ответил:

— Если тебе нравится, можешь переименовать.

Нин Сюань прыснул со смеху, снова повернулся к нему лицом и провел рукой по его волосам:

— Ладно тебе, я пошутил, спи давай.

Так они и проспали до самого рассвета.

Сегодня был день переезда с вещами обратно в общежитие, Бай Синлянь и Е Линь приехали вместе с ними. Разобравшись вчетвером со всеми вещами, они отправились пообедать в ресторанчик возле школы — матерям нужно было возвращаться на работу уже во второй половине дня.

Разумеется, их отпуск по случаю праздников по национальному календарю составлял всего семь дней.

После обеда Нин Сюань и Шэнь Чжицзун вернулись в школу вдвоем. В комнате общежития еще никого не было, и Нин Сюань принялся искать в сети имя художника по костюмам и реквизиту того сериала.

Этот взгляд Шэнь Чжицзуна не предвещал ничего хорошего.

Только начался учебный семестр, а он все еще думает о сериале?!

— Ты...

Услышав это, Нин Сюань поднял голову и невинно, невесомо глянул на него:

— М?

Всего одна односложная буква.

В голосе не было ни силы, ни угрозы, но весил он предостаточно.

Это легко заставило Шэнь Чжицзуна на ходу перефразировать слова, которыми он собирался отчитать парня.

— Учеба же началась, почему ты всё еще зациклен на этом сериале? Ты что... так сильно любишь спецназ?

— Нормально. А у тебя есть возражения?

Шэнь Чжицзун уже терял остатки самообладания: с одной стороны, приближающиеся вступительные экзамены и просмотр сериалов, с другой — мысль о том, что после выпуска Нин Сюань публично объявит о своих отношениях.

Ни один из вариантов его не устраивал!

— У меня нет никаких возражений! — сквозь зубы процедил Шэнь Чжицзун, подавляя гнев в груди.

И этот гнев не отпускал его вплоть до сегодняшней вечерней самоподготовки.

Сидящая с ним за одной партой Маймай заметила, что у Шэнь Чжицзуна ужасное настроение, и за весь вечер не произнесла с ним ни слова.

А когда самоподготовка подошла к концу, Шэнь Чжицзун, всё еще кипя от злости, услышал фразу, которая окончательно подожгла фитиль.

Нин Сюань обронил:

— Новые серии выходят по вторникам и четвергам? Прекрасно, сразу по приходе домой можно будет глянуть две серии подряд.

Услышав это, Шэнь Чжицзун просто не мог в это поверить!

Всё кончено, у Нин Сюаня и правда появился любимый человек, причем этот тип служит в армии!

http://bllate.org/book/24067/2766795