Глава 25
Сы Лоинь явно намекал на то, что Фан Янь портит вечер, назначая Гу Цину деловые встречи даже после окончания рабочего дня.
Кто бы мог подумать, что этот на вид послушный и милый юноша на поверку окажется таким двуличным и расчетливым.
Знал ли Гу Цин истинное лицо этого парня? Или же он всё это время находился в неведении?
Фан Янь смотрел на сидевшего напротив улыбающегося юношу, чувствуя, как внутри закипает злость. Он уже хотел было сказать еще что-то, но Гу Цин как раз вернулся из уборной.
Мужчина тщательно вымыл руки, насухо вытерев даже мельчайшие капли воды. Его длинные пальцы с отчетливо выступающими на тыльной стороне кисти жилками выглядели сильными и мужественными. Стоило лишь взглянуть на руки мужчины, как у любого могло перехватить дыхание.
Фан Янь почувствовал, как его сердце вновь забилось быстрее. Слегка согнув пальцы, он судорожно скомкал край одежды и не мог успокоиться даже тогда, когда Гу Цин уже вернулся на свое место и сел.
Гу Цин был настолько великолепен, что ему даже не нужно было высвобождать свои доминантные феромоны Альфы — одного его присутствия было более чем достаточно, чтобы заставить кого угодно пасть к его ногам.
Не сводя с Гу Циня глаз, Фан Янь чувствовал, как в его сердце нарастает всё большая ненависть к внезапно появившемуся Сы Лоиню.
Если бы сегодня Сы Лоиня здесь не было, они бы сейчас остались с Гу Цинем наедине. Какая это была бы прекрасная возможность для сближения! Но увы... увы...
— Гу Цин... послушай...
Фан Янь тщательно подбирал слова, раздумывая, как бы намекнуть Гу Циню на истинную натуру Сы Лоиня, скрывающуюся за маской наивности. Однако стоило ему произнести всего несколько фраз, как сидевший рядом Сы Лоинь неожиданно схватился за левый бок чуть выше желудка и мучительно согнулся пополам.
— Лоинь, что с тобой?
Заметив, что состояние Сы Лоиня ухудшилось, Гу Цин тут же поддержал его за плечи и с беспокойством заглянул в лицо:
— Братик... я...
Голос Сы Лоиня звучал слабо, на лбу выступил пот, а лицо пугающе побледнело. Он вцепился в рукав Гу Циня так сильно, что его кончики пальцев побелели от напряжения, но всё же продолжал покачивать головой, выдавливая из себя:
— Братик, я в порядке...
— Разве это похоже на то, что ты в порядке?
Лицо Гу Циня помрачнело. Подхватив Сы Лоиня на руки, он решительно поднялся из-за стола:
— Я отвезу тебя в больницу, потерпи немного.
— Братик...
Сы Лоинь едва держался на ногах, перенесли почти всю тяжесть своего тела на Гу Циня.
— Братик, со мной правда всё в порядке. Наверное, я просто съел лишний кусочек стейка, и желудок немного расстроился. Дай мне посидеть одной минутку, и полегчает. Вы продолжайте обсуждать дела, не обращайте на меня внимания...
— Что за глупости ты говоришь? Как я могу не обращать внимания?
Строго бросил Гу Цин, после чего перевел взгляд на Фан Яня:
— Лоиню нездоровится, я отвезу его в больницу. Прошу меня извинить.
С этими словами он, не теряя ни секунды, увел Сы Лоиня прочь.
— Гу Цин...
Фан Яню оставалось лишь беспомощно смотреть им вслед, а затем со злости позвать официанта, чтобы попросить счет.
— Господин, счет за этот стол оплатил тот мужчина, который только что ушел.
Официант протянул Фан Яню аккуратно отпечатанный чек и небольшом фирменный подарок от заведения.
Фан Янь замер:
— Оплатил? Когда?
Он об этом даже не подозревал.
Официант вежливо ответил:
— Пару минут назад.
За окном автомобиля мелькали зеленые насаждения вдоль дороги. Сы Лоинь сидел на пассажирском сиденье и, сжимая в руках бутылку минеральной воды, делал из нее небольшие глотки. Спустя примерно десять минут такой процедуры бледное лицо юноши наконец-то немного порозовело.
Украдкой бросив взгляд на ведевшего машину Гу Циня, он заметил, что лицо мужчины оставалось холодным, словно тот был чем-то недоволен.
Поразмыслив так и эдак, Сы Лоинь решил, что Гу Цин наверняка сердится именно на него. Едва почувствовав себя лучше, он тут же поспешил извиниться:
— Братик, прости меня. Я не должен был поддаваться соблазну и съедать лишние кусочки стейка. Обещаю, больше это не повторится, не сердись на меня...
Услышав это, Гу Цин повернул голову к юноше, но тут же снова устремил взгляд на дорогу.
Лицо его по-прежнему оставалось холодным, однако он ответил:
— Я не сержусь на тебя. Я просто переживаю.
У Сы Лоиня с самого детства была такая особенность: стоило ему немного переесть, как в левом боку тотчас начинало колоть.
Иногда боль проходила сама собой, а порой приходилось ехать в больницу ставить капельницы.
Находясь рядом с Сы Лоинем, Гу Цин всегда внимательно следил за его рационом. И сегодня, приводя его в стейк-хаус, он специально заказал для юноши более легкие пасту и салат. Кто же знал, что пока он отлучался в уборную, стоило ему на секунду потерять бдительность, как тот наелся стейка и заработал спазм.
— Братик, правда, не нужно переживать...
Сы Лоинь слегка потряс бутылочкой с водой и добавил:
— Я сделал пару глотков, и мне уже намного лучше, почти не болит.
— Братик, давай не поедем в больницу, лучше сразу домой. Я хочу немного полечь...
Состояние Сы Лоиня и впрямь заметно улучшилось по сравнению с тем моментом, когда они покидали ресторан, а на щеки вернулся естественный румянец.
Убедившись, что юноша больше не мучается от боли, Гу Цин смягчился и перестал настаивать на поездке в больницу.
Однако оставлять его ночевать одного дома в таком состоянии было исключено.
— Я не могу оставить тебя дома одного. Поедешь ночевать ко мне, а завтра утром я отвезу тебя в школу.
Услышав это, Сы Лоинь замахал руками:
— Братик, это ведь такая хлопотная поездка...
Гу Цин и так был загружен работой до предела, откуда у него среди утра свободное время на то, чтобы везти его в школу?
— Никаких хлопот.
Бросив на Сы Лоиня спокойный взгляд, Гу Цин добавил:
— Либо прямо сейчас отправляемся в больницу.
Сы Лоинь на мгновение замолк:
— ...Тогда давай к тебе домой.
К тому моменту, когда они добрались до квартиры Гу Циня, резкая боль почти утихла, сменившись лишь слабым покалыванием — еще немного отдыха в постели, и всё бы прошло окончательно.
Однако даже когда он улегся в постель, Гу Цин остался сидеть рядом, не собираясь уходить.
— Братик, со мной правда всё хорошо, иди отдохни~
Жалея Гу Циня, который сидел у кровати караулить его сон, юноша мягко уговаривал мужчину отправиться к себе.
Но Гу Цин проявил непоколебимость:
— Я уйду, когда ты уснешь.
Провозившись с Сы Лоинем столько лет, Гу Цин успел изучить его вдоль и поперек.
Он прекрасно знал, что слова юноши о том, что всё в порядке, вовсе не означали отсутствие боли.
Кроме того, пока у Сы Лоиня болел живот, он обычно не мог уснуть, поэтому мужчина был намерен сидеть до тех пор, пока тот окончательно не погрузится в сон.
— Братик...
Видя такую заботу, Сы Лоинь чувствовал себя всё более виноватым.
Знал бы он, что так выйдет, ни за что не стал бы специально наедаться мяса, лишь бы прервать свидание Гу Циня с Фан Янем...
Понимая, что выпродворить Гу Циня не удастся, а уснуть прямо сейчас он не сможет — да и притворяться спящим было опасно, ведь обман легко мог вскрыться, — юноша немного подвинулся к стене, похлопал по пустующему месту рядом с собой и произнес:
— Тогда ложись рядом со мной, братик. Сидеть на стуле слишком утомительно.
— Это неуместно.
Без промедления ответил Гу Цин. По всем документам он числился взрослым Альфой, разве пристало ему делить постель с Омегой?
Раз уж Гу Цин упрямился, Сы Лоинь решил не отступать: опершись руками о матрас, он приподнялся:
— Братик, если ты не ляжешь со мной, я тоже встану.
http://bllate.org/book/24060/2765683
Сказали спасибо 0 читателей