Готовый перевод Return from Difficulty / Возвращение из пепла: Встреча с прошлым: Глава 13

Глава 12

У входа в университетскую больницу одна студентка преградила путь Вэй Шаого.

И так вышло, что Сяо Чэн её знал.

Сяо Чэн замедлил шаг, как вдруг Чжоу Цинчуань повысила голос, и он отчетливо услышал следующее:

— Она ради тебя довела себя до такого состояния, а ты остаешься равнодушным?

Это был явный упрек, если не прямое обвинение, но прозвучало оно из уст Чжоу Цинчуань совершенно безмятежно. Настолько спокойно, что это казалось подозрительным.

Любопытство Сяо Чэна было подогрето.

Он давно знал, что Вэй Шаого обладает удивительным обаянием и сам того не ведая, заставляет окружающих добровольно отдавать ему сердца. В конце концов, в прошлой жизни он сам был тому живым примером. Сяо Чэн не мог отрицать, что в то время был слишком зациклен на этом, уделяя особое внимание всем мужчинам и женщинам, что приближались к Вэй Шаого.

Стоило лишь слегка задуматься, как в голове всплыло множество имен.

Однако ни одно из них сейчас не подходило.

В этот момент он услышал спокойный и размеренный голос Вэй Шаого:

— Всё, что она делает — это её личное желание. Честно говоря, я не чувствую благодарности, напротив, это доставляет мне массу неудобств. Раз вы живете в одной комнате, будь добра, передай ей мои слова.

Его голос звучал ровно, без спешки, и даже произнося столь беспощадные слова, он оставался таким же приятным, словно весенний ветерок.

Сяо Чэн не сдержал усмешки.

Раз она жила в одной комнате с Чжоу Цинчуань, он почти догадался, о ком речь. Вероятно, та самая очень общительная девчонка, что сидела по левую руку от Вэй Шаого во время их недавнего обеда и всё время шутила, оживляя атмосферу.

Смех Сяо Чэна был негромким, но те двое его услышали. Он вовсе не собирался подслушивать, поэтому просто вышел из-за угла, подошел к Вэй Шаого и поздоровался с Чжоу Цинчуань.

Увидев Сяо Чэна, Чжоу Цинчуань немного расслабилась:

— Давно не виделись.

Сяо Чэн слегка улыбнулся и уже приготовился сказать: «Вы тут беседуйте, я пойду», — но Чжоу Цинчуань не дала ему закончить, тут же добавив:

— Если ты свободен, не хочешь присоединиться к нам с Вэй Шаого? В конце концов, мы все знакомы.

Лицо Вэй Шаого изменилось, и он ответил уже куда жестче:

— Как ты сама заметила, мы «знакомы», не более того.

Сяо Чэн был слегка озадачен. Он уважал Чжоу Цинчуань, но не горел желанием быть втянутым в её планы, поэтому просто встал рядом с Вэй Шаого, улыбаясь, но храня молчание.

Чжоу Цинчуань не разозлилась. Она перевела взгляд на Сяо Чэна и пояснила:

— Наша соседка по комнате, Лянлян, на эмоциях попала в университетскую больницу. Я пришла к Вэй Шаого в надежде, что он навестит её.

Она почти ничего не сказала, но при этом всё стало ясно. Чжоу Цинчуань умела защищать друзей — раздувать скандал из подобного дела не имело смысла.

Сяо Чэн невольно взглянул на Вэй Шаого.

«Всего одна встреча — и уже такое? Впечатляет!»

Вэй Шаого бросил на него крайне подавленный взгляд, а повернувшись к Чжоу Цинчуань, снова стал невозмутимым.

— Я действительно не могу ничем помочь, — холодно отрезал он, а затем, с едва заметной ноткой искренности, добавил: — Думаю, ты понимаешь причины.

В очередной раз отказав, он потянул Сяо Чэна за собой, чтобы попрощаться.

Идя по направлению к общежитию, Сяо Чэн восхищался его решительностью. Атмосфера была тяжелой, оба молчали.

Сяо Чэн не особо переживал за Лянлян — в конце концов, она просто оказалась в больнице при университете; если бы случай был серьезным, её бы давно отправили в городскую клинику. Он понимал нежелание Вэй Шаого быть в это втянутым, но обсуждать такое было неловко.

Сяо Чэн взглянул на него и заговорил о забавном случае с Ян Цзяпэном. Ян Цзяпэн был настоящим клоуном в их комнате; неясно, было ли дело в его особой натуре или в чем-то еще, но он постоянно попадал в невероятные ситуации.

Буквально пару дней назад, когда он выходил из интернет-кафе, где играл с друзьями, его остановил школьник — самый настоящий, с красным галстуком и ранцем. Мальчишка признался ему в любви и спросил, не станет ли Ян Цзяпэн его парнем.

Ян Цзяпэн тогда просто остолбенел.

Друзья, что были с ним, начали хохотать и колотить его по плечам. Разозлившись, Ян Цзяпэн попросил их прекратить и со всей серьезностью объяснил школьнику:

— Я старший брат, ты ошибся человеком.

Он был ужасно расстроен: неужели он так похож на старшую сестру?

К его удивлению, школьник покраснел и с предельной серьезностью заявил, что ему нравятся только старшие братья, а не старшие сестры. Окружающие снова покатились со смеху.

Ян Цзяпэн окончательно вышел из себя и, не задумываясь, выпалил:

— У меня нет интереса к школьникам!

Сказав это, он просто ушел. Но стоило им отойти подальше, как школьник крикнул вслед:

— Не смотри на меня свысока, у меня в Мечах и Магии уровень уже максимальный!

Тут ситуация вышла из-под контроля. Его товарищи, до этого старавшиеся не перегибать палку ради чувств Ян Цзяпэна, окончательно перестали сдерживаться. Они начали подкалывать его, спрашивая, почему его первой реакцией был отказ из-за возраста, а не фраза «у меня есть девушка». Неужели он был бы не против студента?

Ян Цзяпэна это просто убило. В последние дни над ним потешались все, кому не лень, из-за чего он готов был сквозь землю провалиться.

Ян Цзяпэн всегда восхищался Вэй Шаого, поэтому сам бы ни за что не признался в таком позоре. Сяо Чэн и Нин Кунь обожали его поддразнивать, и если бы Нин Кунь не уехал на пару дней, Вэй Шаого узнал бы обо всем гораздо раньше.

Сяо Чэн услышал эту историю в соседней комнате и решил, что сейчас самое время поделиться ею с Вэй Шаого, чтобы разрядить обстановку.

Эта фраза — Не смотри на меня свысока, у меня уровень максимальный — уже разлетелась по всему потоку и стала популярным мемом для самоиронии. Сяо Чэн и сам до сих пор не мог удержаться от смеха, вспоминая об этом.И правда, когда он всё рассказал Вэй Шаого, тот тоже сразу залился смехом. А следом с недовольством произнес:

— Этот малец даже мне не сказал, погоди-ка, вернусь — задам я ему трепку.

Сяо Чэн приподнял брови:

— Меня прихвати.

Напряженное выражение на лице Вэй Шаого тут же разгладилось, и он перешел на веселую болтовню с Сяо Чэном. Заговорив о предстоящей на следующей неделе приветственной вечеринке, он даже поинтересовался, не хочет ли Сяо Чэн сходить посмотреть концерт, пообещав приберечь для него билетик.

Студенческие представления в Университете S всегда отличались высоким уровнем. Мероприятия вроде вечеринки в честь первокурсников, праздника Середины осени или новогоднего концерта были гвоздем программы, и билеты на них разлетались с такой скоростью, что достать их становилось невыполнимой задачей. Для многих парней из Университета S верным способом покорить сердце девушек из других вузов было заявить: я могу достать билеты на этот вечер.

В прошлой жизни Вэй Шаого тоже оставлял билеты своим соседям по комнате, но тогда Сяо Чэн был зажат изнутри, одновременно стремясь и сблизиться с этим человеком, и оттолкнуть его, — в итоге он не сходил ни разу.

Подобных случаев было не счесть, и когда много позже он вспоминал свои студенческие годы, ему всегда казалось, что они прошли слишком пресно и безрассудно.

В этот раз он, разумеется, тут же с радостью согласился.

Они поболтали о чем-то еще, всласть посмеялись, и вскоре дошли до дверей общежития. Сяо Чэн достал ключ, чтобы открыть замок.

И тут внезапно прямо у себя над ухом он услышал небрежный голос Вэй Шаого:

— Как думаешь, если девушка Цзяпэна узнает, сильно она разозлится?

Сяо Чэн покачал головой и усмехнулся:

— С чего бы? Да сколько тому пацану лет, ему еще до колледжа расти и расти, вон студенткам хотя бы шанс дай.

Это была всего лишь шутка, которой они в последнее время подкалывали Ян Цзяпэна, и Сяо Чэн произнес это совершенно непринужденным тоном.

Но в следующую же секунду он вспомнил о Ду Кэлуне.

Его сердце слегка ёкнуло, и он запоздало сообразил, что ему следовало бы избегать подобных тем при Вэй Шаого. Просто атмосфера их недавнего разговора была настолько непринужденной, что Сяо Чэн на миг потерял бдительность.

Виду он не подал, открыл дверь, бросил вещи на стол и повернулся с самым обычным выражением лица.

Он не мог понять, что именно кроется за вопросом Вэй Шаого: была ли это простая шутка, праздное любопытство или попытка что-то прощупать?

Например, его отношение?

Вспомнив, как раньше этот человек ошибочно принимал его знаки внимания за нечто большее, Сяо Чэн даже почувствовал укол жалости — надо же, до чего этот парень доведен стараниями Ду Кэлуня.

Он мысленно усмехнулся над собственными мыслями, но в то же время напомнил себе, что в общении с Вэй Шаого все же не стоит терять бдительность.

Внезапно ему показалось, что мысли этого парня куда сложнее, чем кажутся.

В прошлой жизни он об этом даже не подозревал.

Сегодня было воскресенье, и Сяо Чэн только что вернулся от Ван Цзиньюаня. Дело о выкупе предприятия уже вошло в нормальное русло, и в последнее время он был занят тем, что обсуждал со старым мастером, как именно упростить технику кэсы и совместить ее с машинным ткачеством.

Это оказалось далеко не так просто, как звучало. Ткань кэсы создается вручную, имеет узор с обеих сторон и отличается невероятным изяществом — машины точно не смогут полностью заменить ручной труд, поэтому они как раз и занимались поиском способов упрощения процесса.

Столкнувшись со множеством трудностей, Сяо Чэн тем не менее не пал духом: раз в прошлой жизни тому тайваньскому бизнесмену это удалось, то он наверняка справится ничуть не хуже.

Подумав об этом, он вдруг сообразил, что вполне может отыскать того самого тайваньского коммерца и попросить у него совета.

Поэтому он тут же, без промедления, отправился в путь.

Тот тайванец как раз сотрудничал с Корпорацией Цзин и тоже находился в городе S. Уже после заключения сделки он узнал, что этот бизнес-план принадлежал Сяо Чэну и что именно Сяо Чэн порекомендовал его Корпорации Цзин, а потому не мог не проникнуться к юноше огромной симпатией.

Разумеется, обладая многолетним опытом ведения дел, бизнесмен с первого же взгляда раскусил подоплеку всего происходящего: Сяо Чэн и сам положил глаз на лакомый кусочек в виде кэсы.

Но поскольку тайванец извлек из сотрудничества с Корпорацией Цзин огромную выгоду, он вовсе не затаил обиду. Напротив, из-за близких отношений Сяо Чэна с Цзин Цзюньчэнем коммерсант испытывал к нему смесь искреннего восхищения и любопытства.

И уж конечно, он не стал бы отказывать в столь пустяковой просьбе.

Выйдя от тайваньского бизнесмена, Сяо Чэн почувствовал, что наконец-то видит свет в конце тоннеля.

Поэтому настроение у него было легкое и приподнятое, иначе он бы и не стал заводить с Вэй Шаого разговоры из праздного любопытства.

Он вытащил из сумки пакет и положил его на стол Ян Цзяпэна. Вэй Шаого тут же проявил любопытство:

— Это что еще за вещица?

Сяо Чэн небрежно бросил:

— Мясная лавка Сюй. Я сегодня заглядывал в Налогучжэнь, Цзяпэн просто обожает эти свиные ушки, вот я попутно и прихватил.

— Вкусные? — поинтересовался Вэй Шаого.

Сяо Чэн от такого вопроса даже растерялся и машинально ответил:

— Конечно вкусные! Еще бы, иначе этот обжора Цзяпэн на них и не засмотрелся бы.

— Раз вкусные, я тоже люблю такое, — совершенно серьезно заявил Вэй Шаого.

Сяо Чэн: ……

Затем он выдал короткое «ага» и больше никак не отреагировал.

Вэй Шаого тут же возмутился:

— Я ведь тоже люблю всё вкусное, как так вышло, что мне ты ничего не привез?

Увидев его выражение лица — точь-в-точь как у ребенка, клянчащего леденец, — Сяо Чэн не удержался от смеха:

— Ладно-ладно, в следующий раз обязательно и тебе захвачу.

Вэй Шаого тут же расплылся в улыбке, подскочил к нему, закинул руку на шею и прижался всем боком — теплым и живым:

— Уговор. Буду ждать.

Эта напускная близость…

Честно говоря, Сяо Чэн чувствовал себя несколько польщенным.

На самом деле Сяо Чэн не особо жаловал излишние телесные контакты с окружающими, вне зависимости от их пола. Это просто заложено в его характере и не было направлено против кого-то конкретного… ну ладно, разве что к Вэй Шаого у него могло быть особое отношение.

Он особенно сильно не любил любые прикосновения со стороны Вэй Шаого.

И потому уже несколько раз исподтишка убирал чужую руку со своего плеча или намеренно отступал на шаг, увеличивая чересчур сократившуюся дистанцию.

Сам по себе он обладал открытым и легким нравом, так что это была всего лишь маленькая привычка, о которой никто не догадывался, и окружающие ее попросту не замечали. Но то ли Вэй Шаого все-таки что-то почувствовал, то ли это его задевало — он всячески норовил подступиться ближе: то за шею обнимет, то за руку ухватит, то по плечу хлопнет.

Сяо Чэн, конечно, не испытывал от этого физических мук, но привыкнуть так и не смог.

Даже у его девушек в прошлом не было привычки так льнуть к нему.

http://bllate.org/book/23975/2749002