Готовый перевод Goddess Playwright Transformation / Сценарий богини: От школьницы до королевы киноиндустрии: Глава 1

Имя: Цзян Цяо.

Пол: женский.

Возраст: 17 лет.

Рост: 160 см+.

Вес: секрет… ладно, 70 кг, хм.

Параметры фигуры: это действительно секрет.

Профессия: ученица третьего (выпускного) года обучения класса «семь» Первой средней школы города Юньчэн. В скобках: из года в год стабильно входит в тройку лучших в классе. Ещё в скобках: с конца.

…

По правде говоря, оказавшись в этом мире самым непостижимым образом, Цзян Цяо была вполне довольна своим нынешним статусом.

Будучи почти тридцать лет одиноким задротом мужского пола — от детского сада до окончания университета и пяти лет работы репетитором, вплоть самого перемещения во времени ни разу не прикоснувшимся к пальцу чужой девушки, не приходящейся ему кровной родственницей, — Цзян Цяо вовсе не против была стать девочкой, в душе даже испытывая некоторое воодушевление.

Особенно когда, опираясь на доставшиеся по наследству воспоминания, она узнала, что финансовое положение семьи её новой оболочки весьма зажиточное, а ежемесячные карманные расходы составляют по меньшей мере пять знаков, на душе стало ещё веселее.

Ей не нужно было беспокоиться о еде и одежде, не было давления из-за покупки жилья, машины или необходимости ходить на свидания вслепую, да и работать, кажется, вообще не требовалось.

Разве не могла она теперь зажить беззаботной жизнью интернет-затворницы?

Ох, теперь она затворница.

Затворницей быть хорошо, затворницей быть прекрасно, хе-хе…

— Цзян Цяо!

Преисполненный убийственного холода голос внезапно раздался с учительского помоста.

Сидевшая в углу на последнем ряду класса и глупо ухмылявшаяся Цзян Цяо испуганно вздрогнула и осторожно подняла голову.

На помосте стоял учитель физики в клетчатой рубашке, с редкими волосами, и яростно уставился на неё:

— Улыбаешься! Чего улыбаешься?! Ты что, уже всё выучила, да? Раз выучила, иди к доске и реши эту задачу!

Одноклассники один за другим повернули головы и уставились на неё кто с насмешкой, кто с равнодушием, а кто со злорадством.

— Учитель, я виновата.

Цзян Цяо встала и послушно признала свою ошибку: проработав много лет репетитором, она прекрасно понимала, какую бурю злости из-за досады, боли и бессилия испытывает преподаватель, сталкиваясь с такой отъявленной двоечницей, как она.

— Ты ещё знаешь, что виновата? А?!

Голос учителя физики взлетел на несколько нот выше, он ударил ладонью по столу и заорал:

— Цзян Цяо, на прошлой ежемесячной контрольной по физике ты набрала 18 баллов, обновив минимум за всю мою педагогическую карьеру! Я рассчитывал, что в этот раз ты прибавишь хоть пару баллов, а в итоге у тебя 9!

— Ученица выпускного класса физико-математического профиля набирает по физике 9 баллов!

— Я такого не то что не встречал, я даже не слышал о подобном!

— Ты в одиночку опустила средний балл класса почти на два пункта, из-за чего мы упустили звание лучших во всей параллели!

— И при этом ты продолжаешь пренебрегать уроком и сидишь ухмыляешься! Если уж не думаешь о себе, подумай хотя бы о коллективе!

Учитель физики распалялся всё сильнее и ткнул пальцем в доску:

— Иди к доске, решай эту задачу. Решишь — продолжим урок, а если нет — будешь до конца моих занятий стоять! Как раз сбросишь лишний вес!

По классу прокатилась волна дружного смеха.

— Ну Цзян Цяо и влетело…

— Сама напросилась, некого винить.

— Учитель Го тоже слишком жесток, неужели Цзян Цяо теперь и правда придётся слушать физику стоя?

— Стоять так стоять, какое нам до неё дело?

— Вот именно, вечно из себя недотрогу строит, ни с кем не общается, кому какое дело до её проблем?

— Заодно похудеет, ха-ха, в конце концов, среди девчонок в нашем классе она толще всех…

— Точно, вылитая свинья.

Самые разные насмешки долетались до слуха Цзян Цяо, она слегка нахмурилась, а затем толкнула локтем соседа по парте:

— Эй, подвинься!

Сосед, спрятавший голову едва ли не вглубь парты и уже давно увлечённо читавший взятый напрокат роман, поднял голову и бросил на неё взгляд:

— А? Чего надо?

— К доске идти решать.

— Чего? — сосед снова опешил, глянул на физическую задачу на доске, ничего не понял, а потом перевел взгляд на Цзян Цяо: — Ты чего, серьёзно?

— Абсолютно, наверняка и бесповоротно! — Цзян Цяо подтолкнула его: — Давай освобождай место!

— Ох, ладно… — сосед чуть подвинул вперёд стул и пятую точку.

Странным взглядом он проводил Цзян Цяо, которая направилась к учительскому помосту.

Глядя на толстую девчонку, которая взяла в руки мел и принялась вчитываться в условие задачи на помосте, все испытывали примерно одно и то же чувство.

— Да ладно, она и правда поперлась туда!

— Тц-тц, не ожидал…

— Хм, и что с того, что вышла? Только себя позорить будет…

— Вот именно, задача чертовски сложная, она её в жизни не решит.

— Тц, она бы и простую не осилила.

— Ха-ха…

Сама Цзян Цяо в этот момент уже не обращала внимания на неприятные голоса вокруг и сосредоточенно вникала в условие.

— Лёгкая пружина имеет естественную длину 2l. Пружину устанавливают вертикально на земле и с её вершины без начальной скорости отпускают тело массой 5m. Когда пружина сжимается до минимальной длины, её длина становится равной l. Теперь эту пружину располагают горизонтально, один конец закрепляют в точке A, а другой приводят в соприкосновение с материальной точкой P, но не соединяют с ней. AB — горизонтальный путь длиной 5l, конец B сопряжен с гладкой полукруглой траекторией BCD радиуса l, диаметр полукружности BD расположен вертикально… Если масса P равна m, найдите величину скорости P в момент достижения точки B, а также расстояние от точки B до точки падения P обратно на AB после покидания круговой траектории?

Условие было длинным. Цзян Цяо бегло просмотрела его, немного подумала, и мел застучал по доске.

5mgl = Ep

Ep = μmg × 4l + 1/2mVb^2

…

По мере того как Цзян Цяо выводила формулы, шёпот в классе становился всё тише.

Выражение лица стоявшего рядом учителя физики из забавного постепенно превращалось в изумлённое и потрясённое.

Стоило Цзян Цяо вывести на доске «получается x = 2√2l», как у учителя физики глаза полезли на лоб.

Ощущения учеников были ничуть не лучше: каждый чувствовал, что рушится вся его картина мира. Разве это та самая безнадёжная двоечница, способная наскрести лишь 9 баллов?

Откуда в Цзян Цяо взялись эта уверенность, невозмутимость и такая скорость решения?!

— Хлоп-хлоп…

Цзян Цяо обернулась, бросила мел обратно в коробку и отряхнула руки от белой пыли:

— Учитель, я закончила.

— А… О, да, хорошо… — учитель физики опомнился, его лицо приобрело сложное выражение: — Цзян Цяо…

— Учитель, — перебила она его, — я бы хотела кое-что сказать.

— Мм?

— Да, я довольно толстая, но худеть мне или нет — исключительно моё дело, так что не стоит утруждать себя беспокойством на этот счёт.

Цзян Цяо обвела всех взглядом и широко улыбнулась:

— В конце концов, я что, ваше зерно ем?

Воцарилась тишина, приправленная лёгким налётом неловкости.

Цзян Цяо с абсолютно невозмутимым видом сошла с помоста и хлопнула по плечу тупо смотревшего на неё снизу вверх соседа:

— Подвинься!

— Ага-ага… — сосед заерзал на стуле.

Цзян Цяо снова села на своё место и мысленно тяжело вздохнула: такое хорошее настроение было испорчено.

Впрочем…

Цзян Цяо пощупала жировые складки на животе.

Хотя все эти люди были крайне невоспитанны, в одном они оказались правы: этому телу действительно не помешало бы сбросить вес.

Тонкая, высокая, с аппетитными изгибами — вот какая фигура соответствовала эстетическим вкусам Цзян Цяо.

И пусть она не собиралась прельщать кого-то своей внешностью, но радовать собственные глаза было можно!

http://bllate.org/book/23973/2748680