Полуденное солнце согревало землю.
Вода в ручье журчала, и под лучами солнца гладь воды искривилась и заблестела тысячами бликов.
Янь Си сидел на охапке травы и, глядя на человека напротив, который рубил мечом бамбук, совершенно не понимал происходящего:
— Цзин Вэнь, что ты делаешь?
Сяо Цзин Вэнь утер пот и улыбнулся ему:
— Очевидно же, рублю бамбук.
— Я, конечно, вижу, что ты рубишь бамбук, но разве мы не должны как можно скорее отыскать путь наружу? — моргнув, озадаченно произнес Янь Си.
Взгляд Сяо Цзин Вэня слегка дрогнул, но, скривившись от напускного страдания, он с абсолютно серьезным видом принялся нести чепуху:
— Местность здесь крутая, вокруг одни неприступные горы да хребты, очень легко заблудиться. Боюсь, выбраться отсюда будет крайне трудно, так что остается только ждать, пока они придут нам на помощь.
— А? Да неужели? — Янь Си не слишком-то в это верил. В конце концов, главный герой с главной героиней, упав со скалы, в итоге ведь выбрались.
К тому же в прошлой жизни, после того как он спас героиню, главный герой всё равно сорвался в пропасть по изначальному сюжету, да еще и выбрался всего за два дня.
Однако, глядя на сосредоточенное и серьезное лицо Сяо Цзин Вэня, он немного поколебался.
Неужели обрыв, в который они упали, — вовсе не тот, что описывался в сюжете?
Янь Си посчитал это весьма вероятным.
Обрыв ведь не может быть всего один.
На этот раз он тоже сорвался вниз, и, возможно, из-за его вмешательства всё пошло иначе.
При этой мысли голова Янь Си пошла кругом. На его еще не до конца потерявших детское выражение брови легло легкое беспокойство:
— А что делать, если они тоже не смогут нас найти? Неужели нам придется жить здесь вечно?
Только не это, здесь же абсолютно ничего нет, как тут жить?
Сяо Цзин Вэнь отложил меч, легко перепрыгнул через преграду, опустился перед ним на колени и посмотрел самым серьезным взглядом:
— Если мы не сможем выбраться, пока я рядом, я не позволю тебе страдать.
Лицо Янь Си исказилось в сомнениях:
— Но здесь же ничего нет.
— Кто сказал, что ничего нет? Разве я не говорил, что есть я? — Сяо Цзин Вэнь уверенно улыбнулся и указал на бамбуковую рощу на противоположном берегу. — Веришь нет, но сегодня я построю для тебя бамбуковый домик? Завтра я поохочусь на пару зверей, сорву с них шкуры и сошью тебе одежду, а мясо зажарю для тебя. Если захочешь вареного, я сделаю каменный котел, в горах полно самых разных животных и растений, да и диких приправ хватает. А если тебе станет скучно, я поймаю тебе несколько кроликов, чтобы ты с ними играл, и мы сможем вместе встречать рассветы и закаты. Если хочешь, я буду сопровождать тебя во всем, чтобы ты ни делал, разве это плохо?
Он не отрывал от него глаз, и по мере того, как он говорил, его взгляд становился всё ярче, словно он и впрямь живо представлял себе такую жизнь и страстно желал ее.
Только они вдвоем, и никто не придет им мешать.
Янь Си оцепенел, его воображение невольно услужливо нарисовало эту картину.
Казалось… даже неплохо.
Вот только его задание… скорее всего, выполнить не удастся.
Он боялся провалить задание, боялся, что больше не будет шанса отмотать время назад и начать сначала, он боялся быть стертым, он боялся… смерти.
Янь Си опустил голову:
— Я… я хочу выбраться.Услышав это, улыбка на лице Сяо Цзинвэня исчезла, а взгляд потемнел, выражая лёгкую боль:
— Янь Си, почему? Тебе не нравится находиться со мной? Я сделаю для тебя всё, что угодно, стоит тебе только захотеть.
В ушах звучал его упавший голос, и Янь Си почему-то ужасно захотелось возразить. Подняв голову, он столкнулся с горьким выражением на лице мужчины, и от этого в груди стало тяжело и неуютно.
— Нет, — сердце Янь Си забилось чуть быстрее. — Я не против. Находиться с тобой... я, мне это нравится, но снаружи меня ждут отец и старший брат, они испугаются, если не найдут меня. К тому же, выйдя отсюда, мы ведь тоже сможем быть вместе, мы же не расстанемся навсегда.
Сяо Цзинвэнь поджал тонкие губы, с горькой усмешкой думая о том, что Янь Си ничего не понимает. То «вместе», о котором говорил он сам, совсем не то, о чём думал юноша.
В какой-то момент ему безумно захотелось сказать: я люблю тебя, я хочу прожить с тобой до седых волос и никогда не разлучаться.
Но он знал, что сейчас нельзя действовать сгоряча.
Возможно, Янь Си и испытывает к нему симпатию, но это ещё не любовь. К тому же оба они — мужчины. Когда кто-то осознаёт, что любит человека своего пола, первым делом он испытывает растерянность, отрицание, боль и желание сбежать, и на то, чтобы принять истинные чувства своего сердца, уходит очень-очень много времени.
С одной стороны, он хотел, чтобы Янь Си поскорее полюбил его, а с другой — боялся, что тот, осознав свои чувства, испугается и попытается отдалиться или даже сбежать от него.
Он не смел действовать опрометчиво, оставалось лишь осторожно прятать свои чувства. Если не будет крайней необходимости, он ни за что не хотел бы, чтобы его любовь принесла Янь Си бесконечные страдания.
Он хотел, чтобы Янь Си оставался рядом с ним по собственной воле — радостный, беззаботный и счастливый.
Сяо Цзинвэнь опустил глаза и, сдерживая свои порывы, мягко сжал руку юноши. Уголки его губ дрогнули в лёгкой улыбке:
— Не переживай, мы обязательно выберемся. Но чтобы подготовиться наверняка, я буду строить бамбуковый дом и одновременно искать выход, хорошо?
Янь Си кивнул и улыбнулся, согнув глаза в полумесяцы:
— Угу, я буду слушать тебя!
— Умничка, — Сяо Цзинвэнь погладил его по голове.
Поддавшись царившей вокруг атмосфере, Янь Си не заметил в этом ничего странного.
— Я помогу тебе рубить бамбук и строить дом, давай постараемся закончить пораньше! — Янь Си засучил рукава, горя желанием приняться за дело.
Сяо Цзинвэнь мягко усадил его обратно:
— Ты же вчера упал в воду, сиди смирно и не мешайся. У меня сейчас нет времени ухаживать за больными, м?
Янь Си поджал губы:
— Ладно уж.
Сяо Цзинвэнь улыбнулся и продолжил изо всех сил рубить бамбук.
Юноша сидел на соломе, подперев подбородок рукой, и смотрел на него преданным взглядом. Стоило Сяо Цзинвэню принять особенно эффектную позу, как юноша принимался громко его подбадривать, заставляя мужчину то и дело легко смеяться. По всей долине разносился их звонкий, приятный смех.
— Сяо Цзинвэнь самый крутой! Сяо Цзинвэнь лучше всех! Сяо Цзинвэнь, поднажми!
— Поднажми — это как?
— Ну, это значит приложи усилия.
— И всё же, что это значит?
— Ну... э-э... как это объяснить... в общем, продолжай стараться.
— Хорошо, я буду стараться. Постараюсь сделать так, чтобы ты полюбил меня.
http://bllate.org/book/23865/2715036
Сказали спасибо 0 читателей