— Сун Мин, я люблю тебя.
В комнате горел свет, и его лучи, падая на кожу Чжоу Цзибай, делали её ослепительно белой. Сун Мин склонилась, целуя алые губы Чжоу Цзибай, и в ушах у неё гулко стучала кровь:
— Я тоже люблю тебя…
Сун Мин слышала собственное сбивчивое дыхание:
— Больше всего на свете люблю тебя, сестрёнка.
В те времена их отношения только-только вскрылись, и весь светский круг замер в ожидании скандала. Глава семьи Чжун пришёл в ярость, думая лишь о том, как заглушить пересуды, и за считанные часы его люди перевернули вверх дном все четыре или пять квартир Чжоу Цзибай в городе А.
А она заперла Чжоу Цзибай у себя, в своём тихом, холодном доме, и заставляла её делать то, о чём не принято говорить вслух.
Репутация?
Что это вообще такое? Неужели ради обглоданных сплетен из чужих ртов она должна была позволить кому-то забрать Чжоу Цзибай? Это было бы до смешного нелепо.
Разлучить её с Чжоу Цзибай можно было лишь одним способом — если бы та перестала её любить.
А репутация — сущий пустяк.
***
Когда люди из Цзясинь впервые появились перед ней, её первой мыслью было, что это происки Чжоу Цзибай. Если бы подчинённые не стали отрицать, Сун Мин ни на секунду не усомнилась бы в этом.
Сун Мин отвернулась, делая вид, что её это не касается, и промолчала.
В главном павильоне был высокий потолок и много свободного пространства. Там Сун Мин и столкнулась лицом к лицу с Чжоу Цзибай.
Сун Мин стояла в стеклянной галерее, холодно сжимая перила, и в голове у неё крутилась лишь одна мысль.
Чжоу Цзибай мельком взглянула на Юй Чжаовань и перевела взгляд на Сун Мин:
— Очень красиво.
Чжоу Цзибай осталась прежней: ослепительно белая, с той самой искоркой в уголках глаз, она была яркой, как красная роза. Стоило ей появиться в толпе, как все невольно начинали смотреть только на неё.
Её провели.
Вместо ожидаемого У Чэнъюна появилась Чжоу Цзибай.
Линь Юй и руководство Цзясинь следовали за ней по пятам, а растерянные Цзи Шань и Юй Чжаовань сгрудились вокруг Сун Мин.
Ситуация была яснее некуда: Чжоу Цзибай её переиграла.
— Давно не виделись, — Чжоу Цзибай стояла на месте, мягкая и элегантная, а на её влажных губах играла невозмутимая улыбка.
В наступившей тишине Чжоу Цзибай заметила Юй Чжаовань:
— Твоя девушка?
В зале воцарилось молчание. Топ-менеджеры, присутствовавшие здесь, знали о былой связи Сун Мин и Чжоу Цзибай. Все они старались обходить эту тему стороной, но Чжоу Цзибай намеренно бросила эту фразу, накалив обстановку до предела. Никто не хотел навлекать на себя гнев двух начальниц, и в зале стало тихо, как в могиле.
— Ха, — Сун Мин нарушила гнетущую тишину, глядя на родинку под глазом Чжоу Цзибай, и, подавив желание вцепиться в неё зубами, усмехнулась, — да, я тоже так считаю.
Юй Чжаовань вздрогнула, недоверчиво глядя на Сун Мин.
Улыбка Чжоу Цзибай немного померкла, и она тяжело посмотрела на Сун Мин из-под длинных густых ресниц.
Сун Мин безмятежно встретила её взгляд. Это красивое лицо ничуть не изменилось за два года, напоминая о нелепом прошлом, из-за чего на мгновение показалось, что настоящее — это всё ещё вчерашний день.
Возможно, их взгляды были слишком полны враждебности, и Линь Юй, опасаясь, что его начальница сгоряча наговорит лишнего, вмешался:
— Госпожа Чжоу, текущий проект в целом завершён довольно неплохо. Хотите взглянуть?
Цзи Шань облегчённо выдохнул и дёрнул Сун Мин за рукав:
— Да-да, именно! И съёмочный процесс тоже нужно довести до совершенства, чтобы получить максимально качественный результат, ха-ха, ха-ха-ха.
Две группы людей, чьи позиции были предельно ясны, поспешили сблизиться, чтобы разделить Чжоу Цзибай и Сун Мин. Но даже сквозь толпу они не отрывали друг от друга глаз.
Когда-то Сун Мин ненавидела светские мероприятия и бесчисленное количество раз наблюдала со стороны, как Чжоу Цзибай общается с людьми. Тогда они понимали друг друга без слов и всегда могли найти взгляд друг друга в шумной толпе.
Если не любишь — нечего и вспоминать.
Сун Мин опустила ресницы и первой отвела взгляд.
Два года — разве это не долгий срок? Достаточно долгий, чтобы человек вроде неё превратил когда-то глубокие чувства в стёртые ветром следы на скалах.
Съёмочная площадка находилась поодаль от офисной зоны. Сун Мин, что случалось редко, закурила прямо во время работы, немигающим взглядом впившись в монитор.
— Ты… — Цзи Шань замялся, бросив на Сун Мин осторожный взгляд.
Сун Мин, не вынимая сигарету изо рта, холодно бросила:
— Говори, если есть что сказать.
— Э-э… — Цзи Шань, проявив несвойственную ему чуткость, предложил: — Слушай, если не хочешь сниматься, давай не будем?
Сун Мин с равнодушным видом спросила:
— Какой заказ?
— А? — Цзи Шань опешил, его нерешительность почти испарилась, и он принялся торопливо объяснять: — Ну, этот заказ. Если ты не хочешь…
Он замолчал на полуслове, наткнувшись на убийственный взгляд Сун Мин.
— С чего ты взял, что я не хочу сниматься?
— …Ну, ха-ха, нет, конечно, — Цзи Шань смертельно перепугался, не понимая, в какой момент снова наступил на больную мозоль, — я просто боюсь, что сотрудничество будет неприятным и это выведет тебя из себя.
Сун Мин промолчала, некоторое время изучая Цзи Шаня холодным, придирчивым взглядом.
Цзи Шань выдержал этот осмотр пару секунд, но, почувствовав, что больше не может, захотел сбежать.
— Из-за Чжоу Цзибай? — Сун Мин слегка прищурилась и вдруг произнесла: — Ты думаешь, раз она здесь, я не захочу сниматься?
Цзи Шань:
— А…
Сун Мин усмехнулась, отвела взгляд и, стряхнув пепел, выпустила облако дыма:
— У меня было столько бывших, что если я буду избегать каждой, мне жизни не хватит.
http://bllate.org/book/23821/2696884
Сказали спасибо 0 читателей