Готовый перевод The Rugged Man's Obedient Young Spouse / Деревенский муж и его деятельный фулан 💗: Главы 19-20

Глава 19. Вся семья смотрит в одну сторону

Пока взрослые разговаривали, вдруг послышалось пищание цыплят и кряканье утят.

Все повернули головы на звук.

В углу двора стояла клетка, а внутри копошилась целая стайка птенцов.

Сразу даже не понять, сколько их.

Ван Сюин удивлённо воскликнула:

— Третий, вы цыплят и утят купили?

Трое мужчин как раз разговаривали между собой.

Услышав мать, Тянь Чжуань обернулся и ответил, что это купил Шэнь Ся.

Ван Сюин спросила цену.

Цена оказалась вполне справедливой.

Старший брат сказал отцу:

— Может, сзади ещё навес им сделаем? Тогда будет где держать.

Тянь Чжуань действительно не подумал заранее, где будут жить птицы.

Он согласился.

Все начали обсуждать, что после еды вместе быстро построят небольшой сарай.

Людей в их семье было много.

И ели все немало.

Зато и работали быстро.

Большая часть семейных денег и зерна всегда уходила именно на еду.

Как говорится, подрастающие мальчишки способны разорить собственного отца.

Все дети сейчас росли.

Пусть взрослые экономят на себе сколько хотят, здоровье младших важнее всего.

Вот вырастут крепкими — тогда каких денег не заработают?

Ради этих детей Тянь Даню вставал затемно и возвращался поздно ночью.

Брался за любую подённую работу, где только можно было получить деньги.

Но его мать часто специально поджидала его у дороги.

И заработанное за день нередко сразу оказывалось у неё.

Ван Сюин из-за этого ссорилась с мужем уже бесчисленное количество раз.

Она ненавидела его за неспособность дать отпор.

Если бы сама Ван Сюин время от времени тайком не подкармливала детей, неизвестно, сколько из них вообще выросли бы здоровыми.

Все собрались возле клетки смотреть на птенцов.

Четвёртый и пятый братья тут же добровольно вызвались каждый день приходить и помогать третьему брату с третьей невесткой их кормить.

Ну кто не понимал, что эти два маленьких обжоры просто нашли повод чаще приходить за вкусной едой?

— Хорошо. Когда вырастут, каждому подарю по одной птице, — сказал Шэнь Ся, выходя с блюдом в руках.

Он как раз услышал их разговор.

Лэчуань тут же подбежал и поднял голову:

— Третья невестка, мне не надо. Я просто хочу смотреть, как цыплята и утята растут.

Какой добрый ребёнок.

Какой милый.

Шэнь Ся не удержался и погладил его по голове.

— А я хочу! Хочу! Третья невестка, раз Лэчуаню не надо, отдай мне и его тоже! — тут же подбежал Шичуань.

Мать тут же отвесила ему шлепок по затылку.

— Тебе всё надо! Если дома крысиный яд будет, тоже попросишь?

Шичуань сначала получил по голове, потом ещё и выговор.

Сразу надулся от обиды.

— А ну иди помогай невесткам еду носить!

Мальчик тут же сорвался с места.

Лучше бежать.

А то материнская ладонь снова прилетит.

Сегодня блюд было много.

И масла не пожалели.

Все ели и без конца хвалили.

Старшая невестка сидела рядом с родителями и постоянно подкладывала им еду.

Вторая невестка помогала двум младшим.

Они уже умели есть самостоятельно, но до дальних блюд просто не дотягивались.

— С такой вкусной едой ещё бы пару глотков вина… — неожиданно вздохнул Тянь Даню.

Вдруг захотелось выпить.

Ван Сюин тут же закатила глаза.

— Если бы ты не был таким дурнем, разве в доме тебе не нашлось бы немного вина?

Все сразу замолчали.

За столом стало неловко.

Тянь Чжуань достал из-за пазухи два документа на землю.

— Папа, мама, мы с Сяся купили несколько му. Посмотрите, всё ли нормально.

Ван Сюин взяла бумаги.

Руки сразу задрожали.

— Мама читать не умеет. Сколько вы купили?

— Пять му. Три му заливных полей и два му сухой земли.

— Хорошо… Хорошо…

Глаза Ван Сюин мгновенно увлажнились.

У её сына теперь было собственное имущество.

Они с мужем прожили всю жизнь — и почти ничего не нажили.

А дети только отделились.

Третий сын уже женился.

Теперь у него есть собственная земля.

Второй собирается открывать торговлю.

Семью нужно было разделить раньше.

Она слишком долго заставляла детей терпеть.

Старшая невестка заметила, что настроение матери изменилось, и поспешила её успокоить:

— Мама, ну что ты? Это же такая радость.

Ван Сюин немного пришла в себя.

Подняла голову и посмотрела на трёх невесток, потом на послушных внуков.

Смотрела — и сердце радовалось.

А потом вдруг вспомнила собственную свекровь.

Почему обязательно нужно любить одного ребёнка сильнее другого?

Почему нельзя относиться ко всем одинаково?

Она вытерла уголки глаз, улыбнулась и взяла старшую невестку за руку.

— Я просто вспомнила прошлые годы. Вам с женой второго сына пришлось нелегко. Особенно тебе. Ты первой пришла в нашу семью и больше всех натерпелась. Даже после родов нормально поесть не могла. Если бы тогда мы жили так, как сейчас, здоровье бы тебе не испортили. Мама чувствует, что задолжала вам.

Она говорила — и слёзы снова покатились.

Тянь Даню тяжело вздохнул.

Положил палочки.

Непонятно о чём задумался и снова закурил.

— Мама, мы не считаем, что нам было плохо. Ты всегда стояла на нашей стороне. Нам этого хватало. Дети уже подросли. Теперь будем хорошо работать и зарабатывать. Фэнчуань сейчас в порту получает больше двадцати вэней в день. А ещё благодаря Сяся мы недавно заработали немало. Мы тоже думаем купить несколько участков земли, — успокаивала старшая невестка.

От этих слов Ван Сюин заплакала ещё сильнее.

— Мама, и мы не считаем, что нам было плохо. К тому же не ты ведь нас обижала. Теперь мы с Ичуанем собираемся продавать свинину. Вот заработаем — и будем каждый день есть мясо, — поддержала её вторая невестка.

Ван Сюин ещё никогда не чувствовала себя настолько счастливой.

Всю жизнь ей приходилось тяжело.

Всю жизнь её подавляла свекровь.

Но дети и невестки у неё выросли хорошими людьми.

Постепенно вся накопившаяся за годы горечь начала уходить.

Она сурово посмотрела на трёх сыновей.

— Вы трое, когда начнёте зарабатывать, все деньги отдавайте супругам. Они лучше вас умеют считать и планировать. И чтобы никто из вас не тратил деньги на всякую ерунду за моей спиной. Если узнаю — шкуру спущу.

Ван Сюин явно решила заранее предупредить сыновей.

Тянь Даню после этих слов опустил голову ещё ниже.

Шичуань тут же вмешался:

— Мама, не переживай. Я буду следить за братьями.

То есть будет докладывать.

Тянь Чжуань уже успел лично убедиться в этом.

Он снова подумал:

надо поскорее заработать денег и сделать стены повыше.

Чтобы никто не мог подслушивать под окнами.

От детских слов все рассмеялись.

Обед прошёл очень весело.

Немного отдохнув, Ван Сюин отправила Тянь Шичуаня мыть посуду.

Шэнь Ся хотел помочь.

Но свекровь сразу оттащила его:

— Он мужчина. Подумаешь, посуду помоет. Ты ему зачем?

Поэтому Шэнь Ся пошёл вместе со всеми за дом строить навес.

Деревьев вокруг хватало.

Нарубить нужные жерди было несложно.

Все привыкли работать руками, поэтому каркас собрали очень быстро.

Старший брат предложил:

— Может, сразу сделать побольше? Потом птицы размножатся — места хватит.

Шэнь Ся покачал головой.

— Не надо. Я хочу держать совсем немного. Чтобы каждый день можно было собирать яйца, и всё.

Ему очень нравилось ощущение, когда утром выходишь и находишь свежие яйца.

От этого настроение сразу хорошее на весь день.

Когда людей много, дело идёт быстро.

Вскоре простой сарайчик был готов.

Тянь Чжуань сделал ещё и небольшую дверцу.

Теперь птицы не разбегутся.

Шэнь Ся принёс клетку и по одному выпустил цыплят и утят внутрь.

Птенцы были совсем маленькими.

Поэтому сарай казался рядом с ними огромным.

Но стоило выбраться из тесной клетки, как они сразу оживились.

Цыплята пищали.

Утята крякали.

Во дворе моментально стало гораздо веселее.

— А ведь и правда неплохо держать кур и уток, — сказал старший брат. — В старом доме я помню, каждый день столько яиц собирали.

— Даже если не продавать, детям полезно. Посмотрите на наших близнецов. Последнее время они стали лучше есть — и кожа будто посветлела. Раньше почти ничего питательного не получали, лица всё время были жёлтые, — сказала Ван Сюин, держа Нуаньян на руках.

У Тянь Фэнчуаня в голове вдруг появилась одна идея.

Глава 20. Поля, на которых не растёт зерно

Когда все разошлись, их звали остаться ещё и на ужин, но никто не согласился — все отправились по домам.

Шэнь Ся приготовил цыплятам и утятам немного отрубей и диких трав. Малыши давно проголодались и набросились на еду с таким аппетитом, что радостно было смотреть.

Заодно он налил им воды, а остаток вылил на ту самую кучку земли.

Вернувшись в комнату, он услышал, как Тянь Чжуань предложил сходить посмотреть их участок.

Шэнь Ся тоже захотел пойти.

До темноты оставалось ещё немного времени.

На полях всё ещё работали люди. Увидев, как супруги идут в эту сторону, некоторые с любопытством поднимали головы.

Они дошли до выделенных им заливных полей.

Воды там было много.

Но сорняков ещё больше.

Три му земли выглядели совсем небольшими — весь участок легко охватывался одним взглядом.

Однако Шэнь Ся увидел в глазах Тянь Чжуаня радость.

Ту самую, с которой тот когда-то смотрел на него после свадьбы.

— Брат, это ваши поля? — неожиданно спросил кто-то.

Это был крепкий мужчина средних лет с загорелой кожей. Он стоял на краю поля с мотыгой в руках и даже немного напугал Шэнь Ся.

— Да. Пришли посмотреть, — ответил Тянь Чжуань.

Мужчина покачал головой.

— И зачем вы только решили покупать здесь землю?

Тянь Чжуань и Шэнь Ся переглянулись.

— Брат, с землёй что-то не так? — спросил Тянь Чжуань.

Мужчине понравилось уважительное обращение.

Он опустил мотыгу и опёрся на неё.

— Да ничего с ней не так. Просто зерно не растёт. Вон тот участок рядом — мой. В прошлом году больше полугода убивался на нём, а в итоге собрал всего двести цзиней. Отдал налог — и осталось совсем немного. Одному человеку на год не хватит. Поэтому в этом году хоть убей, сеять не стану. Лучше пойду на подённую работу.

— Как такое может быть? Староста упоминал об этом, но я не думал, что всё настолько серьёзно, — сказал Шэнь Ся.

— Староста у нас хороший человек. Скорее сам понесёт убыток, чем обманет другого. Поэтому зерна в управу наша деревня сдаёт всё меньше. Мы уже много лет на самом последнем месте, и старосту каждый год за это ругают.

Раньше доставалось старому старосте.

Теперь — новому.

Поэтому в их деревне никто особенно и не хотел занимать эту должность.

Работы много, благодарности никакой.

Шэнь Ся немного помедлил и спросил:

— Брат, у вас дома осталось зерно? Можно мне посмотреть?

Ему было немного неловко.

Всё-таки он обращался с такой просьбой к почти незнакомому человеку.

Любой мог насторожиться.

Но мужчина оказался очень приветливым и сразу позвал их домой.

Дом у него тоже был глинобитным.

Во дворе играли двое детей.

Рядом находилась его жена в простой тканевой одежде, покрытой множеством заплат.

Вся семья выглядела бедно, но чисто.

Тянь Чжуань и Шэнь Ся поздоровались:

— Здравствуйте, невестка.

Мужчина сказал им располагаться, а сам ушёл в комнату за рисовым зерном.

В углу двора стояли две толстые курицы.

Для них из досок соорудили небольшой навес, и обе птицы гордо расхаживали сверху.

Дети стеснялись гостей и сидели чуть поодаль, играя камешками.

Вскоре хозяин вынес мешочек рисового зерна.

Шэнь Ся открыл его и сразу понял.

Дело действительно было в семенах.

Зёрна были плохо налиты.

На вид длинные, но если раскусить или разломить одно, становилось видно, что внутри заполнена только одна часть, а другая почти пустая.

С такими семенами хороший урожай был бы настоящим чудом.

У семьи Шэнь рисовые зёрна всегда были крупными и полными.

А на посев ещё отдельно отбирали самые хорошие.

Естественно, урожайность была выше.

— Брат, а откуда вы берёте семена для посева? — спросил Шэнь Ся.

— Да вот эти и используем. Они ещё от старших поколений остались. Некоторые ездили покупать семена в соседние деревни, но урожай получался почти таким же.

Услышав это, Шэнь Ся нахмурился.

Кажется, он начал кое-что понимать.

Но вслух пока ничего не сказал.

— Спасибо, брат. Теперь мы поняли. Извините, что сегодня побеспокоили. Невестка, простите за вторжение.

Они попрощались.

Супруги тепло проводили их до ворот.

Им даже хотелось оставить гостей на ужин, но дома действительно не было ничего достойного, чем можно было бы угостить.

На обратном пути Шэнь Ся долго молчал.

Тянь Чжуань понимал, что муж о чём-то серьёзно размышляет.

Когда Шэнь Ся думал, он всегда полностью уходил в себя.

Поэтому Тянь Чжуань не мешал.

Захочет — сам расскажет.

Вечером они сварили немного каши и наскоро поели.

Когда легли спать, Тянь Чжуань обнял мужа, а тот устроился у него на груди.

— Муж, кажется, я понял, почему здесь не растёт зерно, — сказал Шэнь Ся.

Тянь Чжуань замер.

Шэнь Ся продолжил:

— В нашей деревне урожаи всегда были хорошие. Многие приезжали к нам покупать семенное зерно. Но наши люди иногда обманывали: продавали чужим плохое зерно или старые запасы. Вот такие, как сегодня показывал тот брат.

Шэнь Ся сам слышал, как люди обсуждали, что худшие семена нужно отдавать приезжим.

И главным среди них был их староста.

Если в других местах урожай будет плохим, а их деревня сдаст властям много зерна, чиновники, естественно, дадут им награду.

Тянь Чжуань медленно гладил его по спине.

— Я тоже примерно это понял. Достаточно посмотреть на людей в этой деревне. Они такие бедные, но всё равно относятся к другим по-доброму.

Шэнь Ся замолчал.

Он злился.

Раньше он не понимал, зачем староста и остальные продают людям то, что сами считают плохим.

Теперь понял.

И от этого на душе стало ещё тяжелее.

Все простые деревенские люди живут за счёт нескольких клочков земли.

Если зерно не вырастет, кто-то может просто умереть с голоду.

Конечно, никто не обязан быть святым.

Но Шэнь Ся прекрасно знал, что такое настоящий голод.

Деревня Гуйхуа была бедной.

Но никто здесь ни разу не назвал его грязным словом.

Никто не издевался над ним.

Ему хотелось, чтобы эта деревня стала жить лучше.

Чтобы её жители больше никогда не чувствовали себя хуже людей из соседних мест.

— Муж, давай им поможем, — сказал Шэнь Ся.

Тянь Чжуань тихо ответил:

— Угу.

На следующий день утренний свет пробивался сквозь тонкий туман.

Пришёл Сюэ-гэр.

Шэнь Ся сразу позвал его посмотреть на своих маленьких питомцев.

Тот увидел цыплят и утят и тут же пришёл в восторг.

Пока маленькие — все такие милые.

Вот вырастут — ещё неизвестно.

Шэнь Ся усадил его во дворе и сделал ему горячую воду с красным сахаром.

Сюэ-гэр поблагодарил и сделал глоток.

На лице тут же появилось довольное выражение.

— Я тебе скажу по секрету: у нас дома теперь тоже есть. Я благодаря тебе заработал немало денег и купил немного родителям. Такое сладкое!

Сюэ-гэр говорил шёпотом и выглядел при этом совсем как ребёнок.

Оба гэра сидели во дворе и смеялись.

Но Сюэ-гэр всё равно украдкой осмотрелся.

Убедившись, что Тянь Чжуаня дома нет, он заметно расслабился.

Муж Шэнь Ся был слишком высоким.

Да ещё часто ходил с мрачным лицом.

Страшновато.

«Вот я точно никогда не найду себе такого мужа», — подумал Сюэ-гэр.

Шэнь Ся спросил, зачем он пришёл.

Только тогда тот вспомнил:

— Мои родители зовут вас обоих сегодня на обед.

Шэнь Ся удивился.

— На обед? Твои родители зовут нас?

Сюэ-гэр кивнул и объяснил причину.

В последнее время он вместе с Шэнь Ся заработал немало денег.

Поэтому отвёл отца в городок показать ногу врачу.

Лекарь сказал, что полностью восстановить ногу уже не получится.

Но ходить отец сможет.

Просто останется хромота.

Даже такая новость очень обрадовала семью.

В тот же день ему начали делать иглоукалывание и выписали лекарственные травы.

Все так радовались, что купили мяса.

И родители велели Сюэ-гэру обязательно позвать Шэнь Ся с мужем.

Шэнь Ся говорил, что не стоит так утруждаться.

Но Сюэ-гэр не отставал.

Тянь Чжуань ушёл в горы на охоту.

Так что Шэнь Ся мог пойти только один.

Но впервые приходить в гости с пустыми руками было неудобно.

Он осмотрел дом.

Ничего особенного для подарка не нашлось.

В итоге взял десять яиц.

Теперь дома не осталось ни одного.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://bllate.org/book/23705/3105820