Готовый перевод Quick Transmigration: Scared to Death, The Crazy Villain is Chasing Again / Быстрое перемещение: Безумный злодей снова на моём хвосте: Глава 4

Гу Цююй не сводил глаз с лица Чи Яньли, наблюдая за переменами в его выражении, и не удержался от самодовольной усмешки:

— Это ведь та самая деревня, где ты родился. Местечко, конечно, бедное и захолустное, но пейзажи вокруг довольно приятные.

Чи Яньли не был здесь очень долго, но каждый уголок этих мест был выжжен в его памяти. Он медленно поднял голову:

— Зачем ты привез меня сюда?

— Как зачем? Медовый месяц, все молодожены так делают. К тому же здесь твой дом, верно? Твои родные ведь даже не знают, что мы поженились.

В день свадьбы среди гостей были лишь близкие и друзья Гу Цююя, и ни одного человека со стороны Чи Яньли.

Гу Цююй вызывающе вскинул подбородок:

— Или ты боишься, что кто-то узнает, насколько ты падок на деньги, раз согласился выйти за меня?

Чи Яньли пристально посмотрел ему в глаза и вдруг рассмеялся. Смех, казалось, вырывался из самой глубины его горла, да так сильно, что всё его тело содрогалось в странном, болезненном приступе.

— Ха-ха-ха-ха…

Гу Цююя от этого смеха пробрала дрожь, он нахмурился:

— Чему ты смеешься?

За все эти дни он впервые видел, как Чи Яньли улыбается. Тот был необычайно красив, но вечно носил на лице маску холодного равнодушия к миру. Когда же он смеялся, его утонченные черты лица расцветали, подобно прекрасному цветку, напоенному дождем и согретому солнцем — зрелище было до нелепости ослепительным.

Гу Цююй опешил и моргнул, пораженный этой красотой. Неудивительно, что главный герой не смог устоять и не влюбиться. Теперь он начинал понимать мотивы оригинала: пусть они и были заклятыми врагами, но этот человек был слишком прекрасен. Даже если бы его пришлось запереть дома как статую, одно лишь созерцание такой красоты каждый день стоило бы того. Недаром в древности ради улыбки красавицы развязывали войны.

От этого смеха лицо Чи Яньли ожило, а глубокие глаза, словно омут, наполнились весенним блеском, в котором разливалась бесконечная нежность.

— Ты такой красивый, — невольно сорвалось с губ Гу Цююя.

Чи Яньли смотрел на знакомый пейзаж, затем перевел взгляд на лицо Гу Цююя, и его настроение по непонятной причине улучшилось. Он протянул руку и коснулся щеки Гу Цююя, холодными пальцами медленно очерчивая контуры. Ощущение было такое, будто по коже ползет змея: прикосновение было ледяным, до костей, отчего по телу Гу Цююя пробежали мурашки и возникло странное чувство отвращения.

Чи Яньли не знал, что творилось в душе Гу Цююя и что он затевал. Да и кому было дело до мыслей того, кто был обречен стать лишь игрушкой в его руках?

Холодные пальцы скользили по щеке, а уголки глаз Чи Яньли подернулись ярким, алым румянцем — признак его сильного возбуждения. Изначально он планировал убить Гу Цююя с помощью гу, а затем присвоить его состояние. Но теперь Чи Яньли решил отказаться от этого плана: такой интересный человек заслуживал того, чтобы пожить подольше, пока он не выяснит, что же тот на самом деле задумал.

Он уже и не помнил, сколько лет прошло с тех пор, как он последний раз возвращался в деревню. Здесь всё осталось по-прежнему: затхлость, мрак и тяжелый запах разлагающихся трупов. Проходя мимо зарослей кустарника, он опустил взгляд на влажную землю и издалека уловил запах свежей крови. Похоже, здесь недавно кто-то умер.

До деревни оставалось еще немного пути. Гу Цююй и Чи Яньли сидели на заднем сиденье, помощник был за рулем. Маленький поросенок спал на коленях у Гу Цююя, сладко похрапывая. Внезапно перед машиной промелькнули несколько черных теней.

Помощник в испуге резко вывернул руль, и машину понесло на склон горы. Дорога, размытая недавним дождем, была скользкой, и автомобиль кубарем полетел вниз.

В этой критической ситуации у Гу Цююя всё поплыло перед глазами, и, забыв о своем образе, он инстинктивно прижал к себе Чи Яньли. Почувствовав, как тело юноши в его руках напряглось, Гу Цююй удивился — глаза Чи Яньли были широко открыты от изумления.

Чи Яньли уже приготовился к тому, что Гу Цююй первым выпрыгнет из машины, спасая свою шкуру. Люди всегда так поступают: в момент опасности думают только о себе. Как бы красиво они ни говорили, в решающий миг истинное нутро обнажается. Сюй Ю тоже много чего обещал, но когда случилась авария, он, не задумываясь, толкнул Чи Яньли навстречу несущейся машине. Даже если Чи Яньли никогда не любил Сюй Ю, в тот момент он окончательно разочаровался в так называемых искренних чувствах. Он относился к Сюй Ю так же хорошо, как к своим гу, но гу в опасности спасали его, а Сюй Ю — губил.

Чи Яньли потратил годы на этот эксперимент, убедившись, что люди эгоистичны и не заслуживают доверия, но Гу Цююй преподнес ему сюрприз.

Машина продолжала катиться вниз. Помощник успел выскочить через окно, а Гу Цююй из-за того, что держал Чи Яньли, упустить момент не смог. Бесконечные вращения вызывали тошноту. Солнечный свет пробивался сквозь листву, создавая хаотичные блики. В этом безумии Чи Яньли не сводил глаз с Гу Цююя: смотрел, как тот мучается от боли, как его красивое лицо покрывается ссадинами, и как он, несмотря на страдания, не разжимает рук…

Бах! Машина с грохотом ударилась о дно ущелья.

Спустя долгое время Гу Цююй открыл глаза — перед ним всё было залито кровью. Он слабо, почти шепотом, спросил:

— Чи Яньли, ты в порядке?

Чи Яньли протянул руку и коснулся крови на его лбу, его пальцы окрасились в красный. Гу Цююй был тяжело ранен, в то время как сам Чи Яньли, которого тот защищал своим телом, почти не пострадал. В лесу журчал ручей, где-то стрекотали насекомые и перекликались птицы. Чи Яньли наконец услышал собственный голос — дрожащий, полный невероятного недоумения:

— Почему ты спас меня? Ты ведь мог сбежать, у тебя был шанс.

Когда машину зацепило за дерево, помощник воспользовался этим, чтобы выбраться. Гу Цююй мог сделать то же самое. Стоило ли рисковать жизнью ради партнера, которого он взял лишь для того, чтобы унижать?

— Кхе-кхе… — Гу Цююй тихо закашлялся, и из уголка его рта потекла кровь. — Что за чушь ты несешь? Ты — мой человек, моя вещь. Только я могу решать, что с тобой делать, и никто другой не смеет у меня тебя отнять.

Даже если этот другой — сама судьба.

Сердце Чи Яньли на мгновение замерло, а затем забилось с невероятной силой. Тук! Тук! Тук! Каждый удар отдавался в ушах, становясь почти оглушительным.

Чи Яньли протянул руку и медленно стер кровь с уголка губ Гу Цююя, его пальцы утонули в мягкой плоти. Он внезапно вспомнил ту безумную женщину. Она лежала у ручья, длинные черные волосы разметались по воде, и она, глядя в небо, пыталась схватить что-то невидимое: А-Ли, ты еще не понимаешь, что такое любовь. Когда это чувство снизойдет на тебя, ты поймешь, что всё, что было до этого — бессмысленно. Весь мир был серым, а потом вдруг, словно луч света, она ворвалась в твою жизнь.

http://bllate.org/book/23657/2603389