Готовый перевод The Plea Reunion / Воссоединение просителей: Глава 6

Едва миновал час мао, Не Хуайсан простился с Лань Сичэнем, Лань Цижэнем, Цзян Ваньинем и Цзинь Лином, а затем, прихватив Не Наньэня, отправился обратно в Буцзинши. По дороге Не Хуайсан то и дело клевал носом и почти засыпал — если бы не Не Наньэнь, который то и дело тянул его за рукав, он бы наверняка свалился с меча.

Про себя он уже бесчисленное количество раз выругал Лань Ванцзи и Вэй Усяня: эти двое совершенно не умели совеститься, а одиноким бедолагам вроде него вовек не понять, каково это — иметь возлюбленного.

Цзян Ваньинь вместе с Цзинь Лином и Цзян Ручу отбыл из Облачных Глубин в начале часа чэнь, предварительно попрощавшись с Лань Цижэнем и Лань Сичэнем. Звуки, доносившиеся прошлой ночью со стороны Цзинши, слышали все, и каждый прекрасно понимал, что именно там происходило. Естественно, встать рано они не смогли, поэтому решили уехать пораньше.

В день свадьбы им в любом случае предстояло отправляться в путь из Пристани Лотоса, да и у них еще будет возможность пообщаться наедине — у Цзян Чэна накопилось множество слов, которые он хотел сказать Вэй Усяню.

Лань Ванцзи провел всю ночь без сна. Смотря на сладко спящего Вэй Усяня, он все еще чувствовал некоторую нереальность происходящего — ведь еще вчера он точно так же тоскливо смотрел на луну, гадая, испытывает ли этот человек те же чувства.

Теперь же этот человек полностью принадлежал ему, став его самым настоящим спутником. Он боялся сомкнуть глаз, опасаясь, что после пробуждения всё это окажется лишь сном.

На Вэй Усяне была легкая нижняя одежда — ту самую Лань Ванцзи приготовил для него сразу после возвращения со дна пропасти. Тонкая ткань едва скрывала тело, и сквозь нее проступали следы от ночных укусов на коже.

Прекрасное лицо, опухшие от поцелуев губы, спокойно сомкнутые длинные глаза, а на щеках — легкие тени от пушистых, подобных вороньим перьям ресниц. Черные пряди волос рассыпались по спине, отчего кожа казалась еще нежнее лепестков цветов. Спал он глубоко и безмятежно, полностью расслабившись.

Лучи солнца пробивались сквозь окно, падая на пол Цзинши. По обычно безупречно чистому полу теперь были разбросаны одежды, безмолвно свидетельствуя о том, что минувшей ночью творилось в этих стенах.

Второй молодой господин Лань, чья суровость к самому себе на протяжении трех с лишним десятков лет казалась просто невероятной, сегодня впервые нарушил правила клана и наконец-то позволил себе хотя бы на один день отпустить все запреты — хотя, по правде говоря, впереди их ждет еще немало подобных дней.Лань Ванцзи протянул руку и откинул со лба Вэй Усяня растрепавшиеся пряди, обнажая высокий лоб. Его пальцы словно обладали собственной магов — они не хотели отрываться, лаская это лицо, о котором он грезил день и ночь.

Человек на его руках проснулся. С сонной пеленой в глазах он посмотрел на Лань Ванцзи и попытался поднять руку, чтобы коснуться прохладного лица, но ломота в руках заставила его вспомнить то, что произошло минувшей ночью… отчего он смущенно покраснел.

— Проснулся? — Лань Ванцзи оставил легкий поцелуй на его гладком лбу.

— М-м, — голос Вэй Усяня был хриплым, и в этой хрипоте сквозила игривая капризность.

— Ничего не болит? — на лице Лань Ванцзи появилась улыбка, полная счастья и умиротворения.

— Ты улыбнулся. Очень красиво, — промурлыкал он нежным голосом. Задрав голову, он совсем потерялся в улыбке Лань Ванцзи, сглотнул слюну, а его кадык едва заметно дернулся вверх-вниз, в то время как похожие на птичьи крылья ресницы слегка дрожали от сдерживаемого волнения.

— Ты красивее, — Лань Ванцзи склонился ближе, прижавшись к его чистому лбу, и их аккуратные носы то и дело соприкасались.

— Лань Чжань.

— М-м.

— Лань Чжань.

— М-м.

— Ты такой хороший.

— Не лучше тебя.

— Лань Чжань, откуда ты всё это знаешь? — Вэй Усянь хлопал большими глазами, размышляя о том, что этот человек в обычное время немногословен, холоден, чист и далек от мирской суеты, а на деле оказался столь опытным и властным.

— Разве ты не бывал в сотнях битв? — Лань Ванцзи взял его за подбородок и приподнял бровь, глядя на него.

— Лань Чжань, на Байлэншане это был ты, верно? — Вэй Усянь посмотрел на Лань Ванцзи.

Секрет, который семнадцать лет прятался в глубине души, был раскрыт, и тот человек покраснел, а во взгляде промелькнуло смущение.

— Ах ты, Лань Чжань, украдкой поцеловал меня, а потом испугался и убежал! Еще и злился, использовал ци деревьев и ходил с каменным лицом! — Вэй Усянь надулся, глядя на Лань Ванцзи, и во всем его облике читалась горькая обида.

— Вэй Ин, я… я… — немногословный Второй молодой господин Лань слегка растерялся.

— Что «я»? Ты что, и правда думал, будто я такой, как обо мне судачат в слухах? — строго глядя на Лань Ванцзи, спросил Вэй Усянь.— Вэй Ин, я этого не говорил. Я правда так не думал, я верю тебе, я действительно тебе верю, — Лань Ванцзи смотрел на Вэй Усяня с предельной серьезностью.

— Ха-ха-ха, да я шучу… Ой… Лань Чжань… Это… это ведь был мой первый поцелуй, я сам в обиде, ни с того ни с сего кто-то забрал мой первый поцелуй! — Вэй Усянь смотрел на Лань Ванцзи, часто хлопая глазами, и в его взгляде читалась капля притворного негодования.

— М-м… — Лань Ванцзи решительно наклонился и запечатлел поцелуй на его распухших губах.

…Здесь опущено 18 230 000 слов…

Ван Сянь покинули Цзинши только ближе к концу часа Овцы. Лань Ванцзи, неся на руках облаченного в белое Вэй Усяня, направился в Цзиши, чтобы заняться текущими делами. Вэй Усянь устроился у него на коленях, положив голову на плечо, и неотрывно наблюдал за тем, как Лань Ванцзи одной рукой просматривает документы.

— Тук… — за дверью послышался стук.

— Войдите, — холодно отозвался Лань Ванцзи.

— Ханьгуан-цзюнь, Старший Вэй, — Лань Сычжуй и Лань Цзинъи вошли в комнату и поклонились.

— Что случилось? — Лань Ванцзи посмотрел на двух юных адептов.

— Ханьгуан-цзюнь, Господин Лань приглашает вас и Старшего Вэя сегодня вечером на ужин в Сунфэн Шуйюэ, — произнес Лань Сычжуй.

Лань Цзинъи, видя, как Вэй Усянь полусонно прильнул к груди Лань Ванцзи, изо всех сил пытался сдержать смех. Он сжал кулаки и надул губы.

— Лань Чжань, твой ученик смеется надо мной, — Вэй Усянь недовольно надул щеки.

— Лань Цзинъи, неуважение к старшим — пять раз переписать правила клана. Принесешь завтра утром, — Лань Ванцзи помрачнел.

— О-о… — Лань Цзинъи выглядел крайне расстроенным.

— Сычжуй, Вэнь Нин прибыл? — внезапно спросил Вэй Усянь.

— Я только что отправил Вэнь Нину сообщение, он должен успеть к ужину, — ответил Лань Сычжуй, глядя на Вэй Усяня.

— Как прибудет, проводи его прямо в Сунфэн Шуйюэ, — распорядился Лань Ванцзи, глядя на Лань Сычжуя.

— Слушаюсь, Ханьгуан-цзюнь, Старший Вэй. Мы уходим, — Лань Сычжуй потянул Лань Цзинъи за собой, и они поклонились, покидая Цзиши.

Вэй Усянь тихо и ровно дышал, прижавшись к груди Лань Ванцзи. Лань Ванцзи, глядя на него, прижал его к себе крепче, укрыв своими широкими рукавами, словно одеялом.

В Сунфэн Шуйюэ Лань Цижэнь приказал пристроить к столовой дополнительное место, словно для важного гостя. Казалось, будто радостные события придают ему сил — Лань Цижэнь всё готовил и расставлял сам.

Когда Лань Сичэнь и двое юных адептов прибыли, они невольно расширили глаза от удивления. Адепты занесли стулья и тут же удалились, так как Лань Цижэнь не позволил им остаться, желая всё обустроить своими руками.

— Дядя, зачем вы делаете всё сами? Позвали бы нас, мы бы всё подготовили. Берегите поясницу, — с беспокойством сказал Лань Сичэнь. После того пожара в Облачных Глубинах здоровье Лань Цижэня сильно пошатнулось, он получил тяжелые раны.

— Пустяки. Когда делаешь всё сам, чувства совсем иные. Сичэнь, оказывается, украшать свой собственный дом своими руками — это такое удовлетворение, — Лань Цижэнь немного запыхался.

— Дядя, вы изменились… — Лань Сичэнь смотрел на нынешнего Лань Цижэня, в котором теперь было куда больше простых человеческих радостей.

— Если бы можно было вернуться в прошлое, дядя обязательно сделал бы так, чтобы вы с Ванцзи выросли в счастливой и беззаботной обстановке, — Лань Цижэнь взял платок из рук Лань Сичэня и вытер пот.

— Дядя, мы уже счастливы благодаря вашим переменам. Главное, что вы рядом с нами, — Лань Сичэнь посмотрел на Лань Цижэня, в волосах которого уже пробивалась седина.

— Дядя, — Ван Сянь вошли в комнату, держась за руки. Когда они почти дошли до Сунфэн Шуйюэ, Вэй Усянь попросил Лань Ванцзи опустить его на землю, и тот не стал настаивать на обратном.

— Ванцзи, Вэй Ин, теперь вы можете каждый вечер приходить на ужин в Сунфэн Шуйюэ. Сичэнь, ты там поторопись с лекарствами, дядя ждет, когда ты наконец найдешь того, кто тебе по сердцу, — Лань Цижэнь перевел взгляд на племянника.

— Дядя, Сичэнь обязательно постарается найти свою судьбу, — с улыбкой ответил Лань Сичэнь.— Это дядя... — Лань Ванцзи посмотрел на изменения в Сунфэн Шуйюэ.

— Ванцзи, это я сегодня утром уговорил разрешить ученикам пристроить новое помещение, специально под столовую. Внутреннее убранство дядя обустраивал лично, — пояснил Лань Сичэнь.

— Дядя, вы просто невероятны! Эта столовая такая уютная, от неё так веет теплом и домом, — осмотрев помещение, произнес Вэй Усянь.

— Нравится, Вэй Ин? У тебя на выдумки гораздая голова, посмотри, чего еще здесь стоит добавить, — Лань Цижэнь поглаживал бороду.

— Я? Неловко как-то, — Вэй Усянь потрогал нос, немного смутившись.

— Ах ты, ребёнок, раз просят — говори, чего тут стыдиться, — с нежностью произнес Лань Цижэнь, глядя на Вэй Усяня.

— Тогда, дядя, в углах следовало бы поставить растения, а еще было бы здорово сделать на этом столе вращающийся круг. В тот день, когда мы обедали, у меня кое-какие мысли появились, я потом нарисую и покажу вам, — глядя на Лань Цижэня, Вэй Усянь на одном дыхании высказал свою идею.

— Хорошо-хорошо, отлично придумано, — Лань Цижэнь погладил бороду.

— Сычжуй, Цзинъи, ступайте в трапезную, принесите еду. Отныне будете ужинать здесь вместе с нами, — Лань Цижэнь посмотрел на младшую пару Двух Нефритов.

— Слушаемся, господин Лань, — оба юноши повернулись и направились в трапезную. По извилистой тропинке Облачных Глубин они шли и болтали на ходу.

— Сычжуй, а господин Лань теперь всегда таким будет или еще изменится? — с любопытством спросил Цзинъи.

— Не знаю, — Лань Сычжуй покачал головой.

— А мне очень нравится такой учитель. Похож на дедушку из обычной семьи, такой добрый, такой теплый, совсем не страшный, — на лице Лань Цзинъи читалось лишь одно желание — чтобы Лань Цижэнь больше никогда не прежним.

— Цзинъи, у тебя остались какие-нибудь воспоминания о семье? — неожиданно спросил Лань Сычжуй.

— Нет. Мне едва исполнилось полмесяца, как родители погибли. Они сгорели во время пожара в Облачных Глубинах, — ответил Лань Цзинъи.

— Цзинъи, я часто вспоминаю время на Могильниках. Хоть условия там и были тяжелыми, но когда вся семья вместе — это такое счастье. Четвертый дедушка и бабушка были точь-в-точь как нынешний учитель, такие же добрые и ласковые... — в глазах Лань Сычжуя словно промелькнули образы ушедших родных.

— Сычжуй, знаешь, самым мягким и добрым человеком в моей жизни был Цзэу-цзюнь. Он и наставник, и словно отец мне, он столькому меня научил, — сказал Лань Цзинъи.

— Да, я ведь тоже. Какая же у меня невероятная удача — быть спасенным старшим Вэем и приведенным Ханьгуан-цзюнем в клан Лань, чтобы расти здесь. Пусть у меня не осталось семьи, но среди всех детей этого мира заклинателей я — самый счастливый, — Лань Сычжуй с улыбкой посмотрел вперед.

— Сычжуй, я буду как следует заниматься со старшим Вэем, стану еще лучше и сильнее! Чтобы защищать Цзэу-цзюня, учителя, Ханьгуан-цзюня, старшего Вэя, тебя, каждого человека в Облачных Глубинах и дорогого старшего Вэня, — Лань Цзинъи стукнул себя в грудь, давая обещание.

— Вместе. Будем защищать Ханьгуан-цзюня, старшего Вэя, Цзэу-цзюня, учителя, клан Лань, защищать простой народ по всему миру, искоренять зло, помогать слабым и жить с чистой совестью, — Лань Сычжуй посмотрел на Лань Цзинъи.

— Договорились, слово за нами, — они ударили кулак о кулак.

Тем временем в Сунфэн Шуйюэ ученики привели Вэнь Нина. Увидев того, кто стоял рядом с Лань Ванцзи, Вэнь Нин решил, что ему померещилось. Он яростно протер глаза, вгляделся — и перед ним предстал Вэй Усянь, у которого тоже покраснели глаза.

— Господин Лань, Цзэу-цзюнь, Ханьгуан-цзюнь, — поприветствовал их Вэнь Нин.

— Вставай же, садись, — Лань Цижэнь смотрел на Вэнь Нина и вдруг подумал, до чего же этот парень наивный и трогательный, как сильно он вызывает жалость. Тот, кто никогда не изменял своему первоначальному замыслу, кто ни на кого не затаил обиды.

— Юный господин... Юный господин, когда вы вернулись? Неужели с вами...

— Да, чуть снова не умер. Вэнь Нин, иди сюда, проверь мне пульс, — с улыбкой протянул руку Вэй Усянь, приглашая Вэнь Нина подойти ближе.

— Я... я... юный господин, я не смогу, — Вэнь Нин в испуге замахал руками.

— Сможешь, подходи, ничего страшного, давай, — Вэй Усянь снова протянул руку к Вэнь Нину, засучил рукав и случайно обнажил предплечье, сплошь усыпанное густыми комариными укусами.

— Юный господин, вы... вы заболели? — глядя на укусы на руке Вэй Усяня, с беспокойством поинтересовался Вэнь Нин. Он осторожно коснулся запястья, но мгновенно широко раскрыл глаза, приоткрыл рот и замер — одновременно потрясенный и не в силах вымолвить ни слова.

— Ну что? Что нащупал? — с озорной улыбкой посмотрел на него Вэй Усянь.

— Юный господин... юный господин, неужели... неужели вы... неужели вы время от времени восстанавливаете духовные силы? Золотое Ядро... Золотое Ядро, вы вновь взрастили Золотое Ядро! Два Золотых Ядра, парные Золотые Ядра! И духовные силы, и темный путь — одновременно! — заикаясь, выпалил Вэнь Нин. Будь он обычным человеком, его глаза уже давно залились бы слезами.

— Да, Вэнь Нин, у меня есть Золотое Ядро. Я снова могу летать на мече, искоренять зло, помогать слабым и жить с чистой совестью, — слезы градом покатились по щекам Вэй Усяня.

— Юный господин, неужели... неужели вам выпало какое-то чудесное исцеление? — недоумевал Вэнь Нин.

— Садись, я всё тебе расскажу по порядку, — видя состояние Вэнь Нина, Вэй Усянь поспешно усадил его рядом. Только тут Вэнь Нин заметил, что одна рука Лань Ванцзи по-прежнему бережно обнимает Вэй Усяня за талию, а вторая крепко держит его за руку.

— Юный господин, неужели вы и Ханьгуан-цзюнь... Поздравляю! Поздравляю! Наконец-то Ханьгуан-цзюнь дождался рассвета после долгих туманов, и желание юного господина тоже исполнилось... — Вэнь Нин с силой закивал.

— Вэнь Нин, ты... ты тоже знал? Неужели ты... неужели ты давным-давно всё знал?! — Вэй Усянь уставился на Вэнь Нина. Почему же выходило так, будто он сам узнал об этом последним?

— Да, — честно кивнул Вэнь Нин.

— Почему мне кажется, будто только я один ничего не знал? — Вэй Усянь почесал затылок и растерянно посмотрел на Лань Ванцзи. — Лань Чжань, я что, такой глупый?

— Не глупый. Ты самый умный, просто боялся посмотреть правде в глаза, — глядя на Вэй Усяня, серьезно ответил Лань Ванцзи.

— Лань Чжань, для меня ты — сияющий небожитель, чье место здесь, — Вэй Усянь указал на область своего сердца. — Прикасаться к тебе казалось мне святотатством. Я никогда бы не позволил другим запачкать тебя и сам не хотел пачкать твои белые одежды.

— Вэй Ин, нет. Ты не запачкаешь, — Лань Ванцзи обеими руками крепко сжал ладони Вэй Усяня.

— Вэнь Нин, я позвал тебя, чтобы поговорить о двух вещах, — произнес Лань Цижэнь, дождавшись, пока Вэнь Нин усядется.

— Говорите, господин Лань, — отозвался тот.

— Большая свадьба Ванцзи и Вэй Ина назначена на Циси, до нее осталось меньше половины месяца, — тихо опустив чашку на стол, Лань Цижэнь посмотрел на Вэнь Нина.

— Как чудесно! — Вэнь Нин захлопал в ладоши, радуясь совсем как большой ребенок.

— И второе. Вы с Вэй Ином братья, а для меня ты — сын старого друга. Видит бог, это я тогда слепо поверил слухам, оказавшись слишком черствым и косным. Теперь же правда раскрылась, и Вэй Ин отныне останется в Облачных Глубинах. В клане Лань много простора, оставайся здесь, будешь составить компанию Вэй Ину и присмотришь за Сычжуем, — добавил Лань Цижэнь.

— Я... я... — Вэнь Нин все еще не смел поверить.

— Вэнь Нин, оставайся. Будешь сопровождать Вэй Ина, — сказал Лань Ванцзи.

— Вэнь Нин, неужели ты не хочешь быть со мной и Сычжуем? Дядя уже разрешил мне обучать учеников клана Лань технике владения мечом и преподавать здесь искусство талисманов. Ты сможешь вместе с Сычжуем и остальными отправляться на ночную охоту, защищать их, и еще столько всего сможешь сделать! — глядя на него, уговаривал Вэй Усянь.

— Хорошо! Вэнь Нин хочет быть с юным господином и Сычжуем! Вэнь Нин обязательно защитит и юного господина, и Сычжуя, и Ханьгуан-цзюня! — с жаром закивал Вэнь Нин.

— Тогда поешьте, а после попроси Сычжуя сводить тебя на задние горы, выберите местечко — отныне это будет твой дом в Облачных Глубинах, — Лань Цижэнь погладил козлиную бородку.

http://bllate.org/book/23620/2589582