Готовый перевод Quick Transmigration: Oops! The Obsessive Main God is a Love Addict / Быстрые миры: Ой! Главный бог — параноик и влюблённый маньяк: Глава 16

Маленькие птички на самом деле очень послушные.

Особенно когда находятся рядом со своим хозяином, они подсознательно стремятся во всем слушаться.

Даже не пытаясь размышлять, правду ли сказал Юй Синчжи, Янь Фэн подался вперед и легко коснулся губами его губ.

Линия губ у мужчины была безупречной.

Даже маленькая птичка чувствовала, что каждый раз, когда он целует его, этот изгиб вызывает у него особое восхищение.

Только вот страстным поцелуям мужчины Янь Фэн еще не успел научиться.

Словно маленький питомец, ластящийся к хозяину, он поцеловал Юй Синчжи, отчего у того внутри стало еще беспокойнее.

Когда это простое прикосновение закончилось, Янь Фэн наконец осознал странность просьбы. Он тут же отпрянул, надул губы и произнес:

— Ты снова меня обманул. Как от поцелуя может перестать болеть?

— Конечно, боль никуда не делась, — усмехнулся Юй Синчжи. — Но она перешла в другое место. Теперь рука действительно не болит.

Янь Фэн спросил его:

— И где же теперь болит?

Юй Синчжи лишь загадочно улыбнулся в ответ.

Он прекрасно знал: стоит ему только попросить, и его послушная золотая птичка снова придет на помощь.

Единственная проблема заключалась в том, что ему все еще ставили капельницу.

Если он ее выдернет, Янь Фэн точно рассердится.

Поэтому, помолчав немного, Юй Синчжи с улыбкой позвал его:

— Янь-Янь, мне все еще больно, очень больно. Помоги мне, а?

Янь Фэн не сразу понял, о чем он.

Но стоило Юй Синчжи намекнуть, как до него дошел смысл, и щеки Янь Фэна мгновенно вспыхнули.

Человек в таком состоянии!

А все равно думает о подобном!

Он что, совсем жить не хочет?

Янь Фэн мысленно ворчал без остановки.

Но все же помог.

Потому что он назвал его Янь-Янь...

В ночь, когда они поженились, Господин Божество тоже все время прижимался к его плечу, непрестанно шепча на ухо это имя, наполненное такой нежностью.

Ему нравилось, когда Юй Синчжи так его называл.

Так что постараться ради него — разве это было чем-то невозможным?

В конце концов, они же возлюбленные!

***

В тот же вечер, когда врач пришел, чтобы вынуть иглу, он едва переступил порог, как тут же почувствовал в комнате тяжелый, специфический запах.

Даже несмотря на то, что Янь Фэн изо всех сил старался проветрить помещение, этот аромат не мог исчезнуть так быстро. К тому же Янь Фэн безмятежно спал, уютно свернувшись в объятиях Юй Синчжи, поэтому было очевидно, что именно здесь происходило в последнее время.

— Господин Юй, — произнес врач, — я оставил вас у себя, чтобы вы могли как следует отдохнуть, а не для того, чтобы вы сменили место для упражнений.

Юй Синчжи тихо рассмеялся и жестом попросил врача говорить тише.

Маленькая птичка на его руках спала сладко.

Он не хотел, чтобы ее потревожили.

Увидев это, врач понял, что говорить что-либо бесполезно. Он со сложным чувством покачал головой и, понизив голос, добавил:

— Я тоже останусь сегодня в больнице. Если что-то понадобится, просто нажмите кнопку вызова. Впрочем, судя по вашей физической форме, подобные травмы для вас — сущий пустяк.

Сказав это, врач кивнул и вышел.

Юй Синчжи снова перевел взгляд на человека в своих объятиях.

Когда-то он считал, что люди, у которых есть слабости, — самые глупые существа на свете.

Ведь чтобы стать сильным, нужно прежде всего не создавать себе уязвимых мест.

С самого раннего детства отец учил его именно этому.

А что насчет матери?

В его воспоминаниях такого человека не существовало.

По словам отца, когда пришло время и потребовался наследник, он выбрал подходящий, качественный сосуд.

А когда сосуд выполнил свою миссию, он мог бесследно исчезнуть.

Исчезла ли она из их жизни или из этого мира вовсе — до самой смерти отца Юй Синчжи так и не узнал.

Впрочем, его это не волновало.

Следуя методам воспитания отца, он легко перенял его холодный и равнодушный нрав.

И не только по отношению к чужим людям.

К так называемым родственникам он относился точно так же.

Даже когда отец умер, он не испытал особых чувств. Просто ушел человек, носивший ту же фамилию. Ушел и ушел, на его жизнь это никак не повлияло.

Он думал, что так будет всегда.

Единственное отличие от планов отца заключалось в том, что сам Юй Синчжи даже не собирался в будущем создавать себе наследника.

Ведь такой наследник был бы лишь инструментом в плане, таким же, как он сам.

Такая жизнь действительно не имела смысла.

Ее не нужно было продолжать в следующем поколении.

Юй Синчжи всегда так считал.

Но сейчас, глядя на человека в своих объятиях, он внезапно понял, что его прежние мысли, возможно, были ошибочными.

Обзавестись слабостью — это не так уж плохо.

Если он станет достаточно силен, чтобы спрятать и защитить эту слабость так, чтобы никто не смог ей навредить, то его дальнейшая жизнь, в отличие от прежней гнетущей серости, наполнится яркими красками.

Размышляя об этом, Юй Синчжи вскоре уснул вслед за Янь Фэном.

Однако он не знал, что, как только он заснул, Янь Фэн, до этого лежавший в его объятиях, поднялся.

Надев обувь, он подошел к двери палаты и посмотрел на мужчину, который стоял там, неизвестно с каких пор. Янь Фэн склонил голову набок и произнес:

— Почему не входишь и не заканчиваешь начатое? Я думал, ты уже принял решение, раз подмешал снотворное в лекарство.

Мужчина вздрогнул от неожиданности.

В лунном свете Янь Фэн отчетливо увидел, что это был тот самый врач, который только что лечил Юй Синчжи.

— О чем ты говоришь? Я не понимаю, — врач отвернулся, не желая смотреть Янь Фэну в лицо.

Янь Фэн лишь усмехнулся и пожал плечами:

— Не понимаешь — и ладно. Тогда скажу проще, чтобы ты понял. Отведи меня к Шэнь Цзюэ, иначе я прямо сейчас лишу тебя жизни. Выбирай одно из двух. Умный человек знает, что нужно выбрать, не так ли?

http://bllate.org/book/23563/2559777