Готовый перевод My Dear / Старший брат, не убегай! Яндере-шиди на тропе войны: Глава 15

С гибелью короля свиристелей остальные птицы, словно поддавшись невидимому давлению, одна за другой начали лопаться.

Раздался странный гул.

Вместе с дождем из перьев с неба хлынула кровь.

Капли, попадая на палубу, мгновенно испарялись, превращаясь в струйки красного тумана, который тут же растворялся в воздухе.

— Как противно.

— Вся одежда испачкалась, давайте скорее вернемся внутрь.

Юнь Чжао задержал дыхание и с легким беспокойством раскрыл зонт, укрываясь от кровавого дождя. Свиристели — птицы стайные, миролюбивые, относятся к низшим духовным зверям. С чего бы им нападать на летающий челн?

Может быть, они вовсе не собирались атаковать? Может, почувствовав опасность, они пытались предупредить челн, чтобы тот не двигался дальше?

Челн медленно плыл вперед, а красный туман, стелющийся по палубе, подгоняемый ветром, просачивался внутрь павильона.

— Вы не чувствуете холода?

— С чего бы? Мне, наоборот, ужасно жарко.

— Фух, неужели в этом красном тумане что-то есть…

Голоса вокруг становились все громче, слышно было даже чужое дыхание. Юнь Чжао почувствовал, как во рту пересохло, а грудь сдавило жаром. Он осознал, что с ним происходит что-то неладное, но не понял, когда успел попасться в ловушку. Ему хотелось поскорее укрыться в своей комнате.

Обернувшись, он наткнулся взглядом на пару ледяно-голубых глаз.

Взгляд был холодным, как иней, глубоким и бездонным.

Лин Е очнулся и теперь бесшумно стоял прямо за его спиной.

Сцена 39: Чего бояться, не броди где попало

— Опять… ты.

От Лин Е по-прежнему исходил густой запах алкоголя. Из-за того что он только что проснулся, голос звучал сонно и хрипло. Он был высоким и подавлял своим присутствием.

Юнь Чжао невольно отступил на шаг, бамбуковый зонт в его руке накренился. Из-за воздействия дурмана он с трудом выравнивал сбившееся дыхание.

— Чего ты боишься? — Лин Е поднял взгляд на нос челна. Спутанная челка упала ему на глаза, и он небрежно поправил зонт в руках Юнь Чжао.

— Держи зонт ровно, — тихо приказал Лин Е.

Юнь Чжао замер, крепче сжал бамбуковую ручку и посмотрел туда, куда указывал Лин Е. Впереди было темно, ничем не отличаясь от обычного ночного пейзажа.

Лин Е достал из-за пояса метательный клинок — ромбовидный дротик — и резким движением запястья метнул его вперед.

Оружие со свистом рассекло воздух и, вращаясь, вонзилось во что-то впереди.

Дзынь!

На дротике вспыхнул золотистый электрический разряд.

В мгновение ока окутанное туманом пространство изменилось.

Перед ними раскинулись древние деревья, покрытые зеленым мхом, а дротик Лин Е застрял в одном из стволов. Ночью челн снизил высоту и, сами того не заметив, они влетели прямо в густые ветви исполинских деревьев.

Искривленные сухие лианы на носовой части корабля извивались, пытаясь оплести судно. Никаких свиристелей не было, как и самоподрывающегося короля птиц.

По бумажным окнам барабанили не птицы, а летящие листья.

С неба капал не кровавый дождь, а сок цветов, распустившихся на древних деревьях.

Юнь Чжао поднял взгляд: гнилостно-красные цветы сжимались и разжимались, словно живые, источая черно-красную жидкость. Зрелище было пугающе развратным.

Жидкость, попадая на палубу, тут же испарялась, превращаясь в бледно-красный дым.

Юнь Чжао стиснул рукоять зонта, наконец понимая, почему Лин Е велел ему держать его ровно.

Деревья Чи и плоды Мэй.

В Записях о чудесах Мира Демонов говорилось, что дерево Чи — это опасное растение, живущее в глухих лесах, а плоды Мэй — его причудливые ягоды, из которых при созревании распускаются багровые цветы. Деревья Чи обладают природным даром становиться прозрачными, скрывая свое присутствие. А сок этих цветов, испаряясь, распространяется по воздуху, вызывая галлюцинации, затмевая разум и разжигая похоть.

Маги ниже стадии Магического Младенца были не в силах противостоять дурману.

Атака стаи свиристелей и их последующий взрыв были лишь иллюзией, созданной деревом Чи и его плодами.

Деревья зашуршали листвой, словно рассердившись, что кто-то раскусил их коварный план. Сухие лианы метнулись в сторону палубы.

Лин Е поднял руку, поймал вернувшийся дротик и прошел мимо Юнь Чжао.

— Не броди где попало.

Лин Е был еще пьян и не видел ничего, поэтому походка его была шаткой. Вокруг него кружили три острых дротика, отсекая тянущиеся к нему лианы.

А недалеко от них на палубе люди уже вовсю поддались влиянию цветочного дурмана. Кто-то принимал окружающих за возлюбленных, обнимался, срывал с себя одежду и издавал полуголыми двусмысленные стоны. Другие размахивали оружием, продолжая сражаться с несуществующими птицами.

Картина и звуки были невыносимы; они вызывали в памяти скрытые, постыдные воспоминания.

Юнь Чжао перевел дыхание, чувствуя, как внутри него закипает жар. Он проглотил две пилюли для прояснения сознания и подошел к борту.

Те, кто должен был следить за ядром челна, давно потеряли сознание — лианы опутали их тела и волокли к корням дерева, чтобы закопать в качестве удобрения.

Юнь Чжао не собирался лезть не в свое дело и помогать им.

Хотя деревья Чи и были коварны, на корабле наверняка были те, кто, подобно Лин Е, мог видеть сквозь морок. Те, кто не выходил из павильонов, вдохнули меньше пыльцы и наверняка сохраняли ясность ума.

Юнь Чжао встал на свой артефакт из сухой древесины, поднялся в воздух под прикрытием бамбукового зонта, наклеил талисман невидимости и стал тихо наблюдать за представлением.

Из его рукава выпорхнули бумажные бабочки, бесшумно разлетаясь по всей палубе.

Лин Е стоял на ветвях дерева Чи, двигаясь с невероятной ловкостью и уклоняясь от ударов лиан. Он не видел, но благодаря острому слуху прыгал в пустоту, срезая цветы Мэй один за другим.

На его ладонях, затянутых в перчатки из кожи цилиня, то и дело мелькал серебристый свет.

Юнь Чжао присмотрелся: Лин Е управлял двумя серебряными нитями, тоньше человеческого волоса, почти прозрачными, но острыми, как лезвие.

Лин Е так и не научился пользоваться мечом, зато мастерски владел любым другим оружием.

...

В павильоне.

Ло Цзэ в сопровождении трех-четырех подчиненных вышел наружу. Одежда его была в беспорядке, а лицо помрачнело от ярости.

— Что за шум? Не могут справиться с жалкой стаей птиц? Имперцы — просто никчемные слабаки! Как вы управляете кораблем? Неужели не могли облететь стаю?

Ло Цзэ поправил воротник и посмотрел в небо. Его взгляд затуманился лишь на мгновение, но вскоре он прищурился:

— Что это за дрянное дерево? Почему на стволах человеческие лица… и эти мерзкие красные цветы.

Слуга рядом, находясь под влиянием красного тумана, растерянно пробормотал:

— Какое дерево? В небе же полно птиц.

— И то верно, молодой господин! На земле полно птичьих трупов, а в воздухе кто-то летает…

Ло Цзэ замер, осознав, что все вокруг одурманены. Он не церемонясь раздал каждому по оплеухе:

— Даже простейшую иллюзию распознать не можете! Зачем вы вообще нужны? Все за мной!

Ло Цзэ, продолжая ругаться, достал свое оружие — двусторонние клинки — и, сделав резкий рывок, переместился к борту, начав приводить людей в чувство радикальными методами. Он просто колол их клинками.

Брызнула кровь.

Люди, погруженные в любовный дурман, с воплем боли от точного укола приходили в себя.

На палубе становилось всё больше людей, пришедших в сознание. Они хватались за раны, осознавая произошедшее, и поднимались с пола с тяжелыми лицами. Хаос начал сменяться порядком.

Вскоре лианы, опутывавшие челн, были перерублены.

Лин Е вернулся на палубу. Казалось, он брезговал садиться на испачканный пол, поэтому остался стоять. Управляющий челна, решив, что это был тайный страж принца, пришел поблагодарить его чуть ли не со слезами на глазах, отведя в беседку отдохнуть.

Лин Е не удостоил его ответом, достал из пространственного мешка еще один кувшин с вином и молча принялся пить.

...

Челн снова тронулся, поднимаясь выше.

Юнь Чжао отвел взгляд. Жар внутри него не утихал, становясь лишь невыносимее. Щеки, скрытые маской, горели, как будто на них нанесли румяна.

Паршиво.

Юнь Чжао ненавидел свое чувствительное тело, которое так легко было довести до экстаза. Он с трудом перевел дыхание, понимая, что ему нужно вернуться в комнату и принять холодную ванну. Или испробовать инструменты, которые он купил раньше.

Окна и двери павильона были запечатаны магическими запретами, не позволявшими телепортироваться внутрь.

Юнь Чжао спустился на артефакте, его ноги слегка дрожали. Только он собрался последовать за остальными внутрь, как по спине пробежал холодок. В ноздри ударил густой запах вина, смешанный с ледяной, подавляющей демонической энергией Лин Е.

Насколько же силен Лин Е сейчас? Как он мог бесшумно оказаться за его спиной?

Дыхание Юнь Чжао замерло в тот миг, когда его руку схватили.

Словно электрический разряд пронзил его ладонь, отдаваясь во всем теле. Он прикусил губу, сдерживая готовый вырваться стон.

(Примечание: вдохновлено выражением Чи-Мэй-Ван-Лян — злые духи лесов и гор).

Сцена 40: Я могу помочь тебе, но ты останешься со мной

— …Отпусти.

Юнь Чжао дернул рукой, но не смог вырваться. Голос его дрожал. Он не был противником Лин Е.

Все очень плохо.

Грубые подушечки пальцев Лин Е поглаживали его ладонь.

Вдруг Лин Е тяжело выдохнул — этот звук, донесшийся сквозь маску, был таким низким и сексуальным, что у Юнь Чжао занемели уши.

Юнь Чжао прикусил губу и тихо спросил:

— Что тебе нужно?

Губы Лин Е, скрытые маской, плотно сжались. Скорее всего, он был настолько пьян, что на мгновение потерял рассудок, решив, что держит за руку своего шисюна.

Лин Е отпустил его, но тут же, словно одержимый, притянул Юнь Чжао к себе в объятия.

— Почему ты убегаешь, — пробормотал он хриплым, едва слышным голосом.

— Что?

Юнь Чжао не мог пошевелиться. Он хотел применить магию, чтобы силой вырваться, но в этот момент алая метка на лбу внезапно раскалилась. У него перехватило дыхание, конечности обмякли, и он безвольно повис в руках Лин Е.

Какую же гадость провернула Мэй Юйлянь, когда ставила эту метку? Почему перед Лин Е он оказался совершенно бессилен?

Юнь Чжао, стиснув зубы, прорычал:

— Что ты делаешь? Отпусти меня!

Голос его дрожал и не содержал ни капли угрозы — скорее, он звучал как возмущение человека, доведенного до крайности.

Лин Е, чьи пальцы в перчатках с открытыми фалангами сжали подбородок Юнь Чжао, хранил молчание. Его хватка была железной. Юнь Чжао был вынужден задрать голову, и от боли в уголках его глаз выступили слезы.

— Ты…

Окружающие стали оборачиваться на них, перешептываясь.

Лин Е холодно бросил взгляд в их сторону и, не раздумывая, телепортировался с пленником на корму челна.

Вокруг никого не было.

Лин Е прислонился к борту и разжал пальцы на подбородке Юнь Чжао.

Тот закашлялся, пытаясь устоять на ногах, но колени предательски подкосились.

— Ты — тайный страж императорского рода. Если хочешь кого-то о чем-то спросить, иди к управляющему… — Других причин для преследования он придумать не мог. Что за пьяный бред несет этот слепой?

Заметив, что Юнь Чжао шатается, Лин Е машинально схватил его за руку, поддерживая.

— Есть еще вопросы? — Юнь Чжао отступил, напрягая тело. Ему было невыносимо тяжело, он хотел лишь поскорее уйти. Даже вечерний ветер казался ему липким и душным.

Ледяные глаза Лин Е по-прежнему не видели, но он поднял руку и коснулся лба Юнь Чжао своим длинным пальцем:

— Твое сердце бьется слишком быстро. И температура… не в порядке.

Юнь Чжао прикусил губу:

— Я надышался тумана цветов Мэй. Сейчас мне нехорошо.

Палец с его лба убрали. Лин Е опустил взгляд и сделал шаг вперед.

Его красная лента в волосах взвилась, словно яростная змея, и обвила Юнь Чжао. Тот не стал сопротивляться — он знал, что не справится с Лин Е, и не хотел тратить силы.

Лента спеленала его, лишая возможности двигаться, и по ней в тело Юнь Чжао потекла прохладная демоническая энергия. Это был артефакт с целебными свойствами.

— Я могу помочь, но… — Лин Е снял маску, явив миру свое безупречно красивое лицо.

Черные волосы, бледная кожа, две красные родинки у уголков глаз — в лунном свете это зрелище кружило голову.

Но Юнь Чжао не кружилась. Он уже давно на это насмотрелся. Обычный болван.

— Что мне нужно сделать? — тихо спросил Юнь Чжао, чувствуя, как холодная энергия усмиряет жар внутри, и от облегчения невольно прищурился.

— Побудь со мной. Попей вина.

Темно-красная лента соскользнула с него, послушавшись хозяина, и обвилась вокруг шеи Юнь Чжао.

От Лин Е пахло спиртным, и в вечернем воздухе этот запах был особенно удушливым. Лента потянула Юнь Чжао вперед. Лин Е сел на перила кормы и достал из пространственного кармана два кувшина.

Он снова стал красивым немым, сидел в расслабленной позе и пил глоток за глотком. Его щеки медленно окрашивались в нежно-розовый цвет.

Юнь Чжао чувствовал себя как ручной зверь на поводке, вынужденный сидеть рядом с сумасшедшим хозяином. Он поднял кувшин и спросил:

— Ты ведь не видишь?

— М-м. — Лин Е ответил пьяным голосом, подперев щеку рукой, как когда-то, когда впервые напился, положив лицо на кувшин.

— Как ты получил травму?

Лин Е промолчал, похоже, окончательно опьянев. Спутанные пряди волос падали ему на лоб, взгляд был затуманен. В детстве он совсем не переносил алкоголь — стоило сделать глоток, как он тут же пьянел, а на голове бесконтрольно проступали демонические рога. Лин Е с детства ненавидел свои рожки, поэтому больше никогда не пил.

Кто бы мог подумать, что спустя сто лет он научится пить и контролировать рога.

Хотя, подождите…

Пока Юнь Чжао размышлял, он воочию увидел, как из волос Лин Е показались слегка изогнутые демонические рога. И не просто показались — они выглядели гораздо эффектнее, чем раньше.

— …

Юнь Чжао достал из пространственного мешка чашку, налил себе немного вина и сделал крошечный глоток. Его тут же обожгло, пришлось спешно глотать.

В этот же миг Лин Е начал сильно кашлять. Кувшин выскользнул из его рук. Он опустил голову, и на его губах выступила ярко-алая кровь.

Старая рана?

Юнь Чжао замер, наблюдая, как Лин Е с равнодушным видом стирает кровь, отбирает у него чашку и залпом выпивает вино. Затем он закрыл глаза, снова прислонился к борту, слегка нахмурившись, и прохрипел слабым, подавленным голосом, словно с чем-то борясь:

— Убирайся.

Ну, хорошо.

Юнь Чжао послушно встал, темно-красная лента на его шее упала на пол.

Но затем она внезапно дернулась, обвила его руку и потянула вниз, к сидящему на палубе Лин Е.

— !

Юнь Чжао нахмурился.

В следующую секунду Лин Е схватил его за пояс и заставил сесть к себе на колени.

— Что ты творишь?!

Лин Е открыл глаза, и в них было столько ярости, словно это был совсем другой человек. Ледяно-голубые зрачки стали темными, полными жестокого инея.

Юнь Чжао вздрогнул, когда на него нахлынула агрессивная демоническая аура, парализовав его.

Это была жажда убийства.

Лин Е слегка кашлянул, взгляд его прояснился, словно он увидел что-то, и ледяная пелена исчезла. Он внезапно обнял его, положив голову на плечо Юнь Чжао.

Он молчал, лишь часто дышал, словно сражаясь с внутренним демоном. Его рука крепко прижимала Юнь Чжао к себе, словно он боялся, что тот убежит, и хотел вжать его в свое тело.

— Шисюн… Юнь Чжао. Это не он.

Горячее дыхание опаляло шею Юнь Чжао, а в ушах звучал хриплый, одержимый шепот Лин Е.

— Все ложь. Побудь со мной еще немного. А потом… я убью тебя.

Юнь Чжао повернул голову, тяжело дыша. Алая метка на лбу пульсировала.

Лин Е был намного выше его, и раньше ему было достаточно лишь слегка наклониться, чтобы положить голову на плечо. Он обожал эту позу и постоянно обнимал его.

А потом начинались бесконечные, невыносимые пытки.

Юнь Чжао резко дернул коленом, откинулся назад и изо всех сил оттолкнул Лин Е, в тот же миг активируя зажатый в руке талисман.

— Двойник.

Юнь Чжао стоял на крыше павильона, наблюдая издалека, как Лин Е набросился на созданного демонической энергией двойника, сдавил ему горло и рассеял в воздухе.

Половина боли от удара передалась Юнь Чжао. Он дрожащими руками обхватил себя за горло и поспешно скрылся во входе в павильон.

...

Челн продолжал свой путь.

Вернувшись в комнату, Юнь Чжао рухнул на кровать, сотрясаясь от дрожи.

Он жадно хватал ртом воздух. Останься он хоть на мгновение дольше, он бы потерял рассудок и сам начал бы соблазнять Лин Е. Превратился бы в дешевого демона-суккуба, жаждущего лишь ласк.

Юнь Чжао сжался в комок. В голове всплывали старые картины, в ушах, казалось, звучало хриплое, подавленное дыхание юноши.

Ему было так больно, что он прикусил левое запястье, а другой рукой достал вещь, купленную ранее.

Сцена 41: Бесстыдство. Он, кажется, сошел с ума.

Как этим пользоваться?

Он не знал.

Юнь Чжао с недоумением смотрел на особый артефакт в своей ладони. Нефритовый шарик, прохладный на ощупь, был украшен искусной резьбой в виде птицы Луань. Он никогда раньше не пробовал такие приспособления для облегчения боли. Обычно он просто терпел.

Юнь Чжао прищурился, из его пальцев просочилась демоническая энергия, и на глазах у него предмет вдруг изменил форму, приняв вид того, что было ему слишком хорошо знакомо…

Его лицо стало белее снега. Он с криком ужаса отшвырнул вещь на пол и закрыл лицо руками.

Внутренний огонь захлестнула волна унижения.

Юнь Чжао закутался в одеяло, мечтая провалиться сквозь землю.

Бесстыдство.

Он определенно сошел с ума.

...

Через день челн прибыл в Город Шуйцзин.

Сюй Тунсюэ, пожертвовав своей внешностью, наконец приручил строптивого насекомого-паразита и, сияя от успеха, пришел постучать в дверь.

— Чжао-Чжао, ну же, расскажи, что было прошлой ночью!

Юнь Чжао, едва волоча ноги, открыл дверь и впустил Сюй Тунсюэ.

— Прошлой ночью челн застрял в деревьях Чи. Те, кто вышел наружу, надышались пыльцы и попали под морок. Трое глупых заклинателей погибли, больше ничего особенного.

— Вот оно что. Деревья Чи — редкие и коварные твари. Говорят, они могут вырастать до тысячи метров в высоту, заманивая птиц, — тихо сказал Сюй Тунсюэ. — Но управляющие тоже хороши, проявили неосторожность. Чем темнее ночь, тем… — Сюй Тунсюэ осекся, заметив бледное лицо Юнь Чжао. — Почему ты такой бледный? Кто тебя душил?

На белоснежной шее Юнь Чжао отчетливо виднелся сине-фиолетовый след от пальцев.

Юнь Чжао опустил глаза. Только сейчас он понял, что травмы, полученные его двойником, передались и ему. Он не хотел говорить о Лин Е, поэтому прикрыл след рукой и тихо ответил:

— Столкнулся с парой проблем, плохо спал.

Столкнулся с проблемами?

Неужели это опять проделки младшего брата?

Сюй Тунсюэ подозрительно осмотрел комнату, но, проявив деликатность, не стал расспрашивать дальше.

http://bllate.org/book/23524/2540717