Готовый перевод When Winter's Last Bloom Fades / Пепельные цветы уходящей зимы: Глава 6

Ли Чжолэ шла широким шагом, словно подгоняемая ветром, так что Цзян Циньяну пришлось перейти на лёгкий бег, чтобы не отставать. Достигнув постоялого двора, Ли Чжолэ в недоумении остановилась и оглянулась на пройденный путь.

Она увидела Цзян Циньяна в синем халате, который всё ещё был на некотором расстоянии от неё. Он ускорил шаг, догнал Ли Чжолэ, остановился, запахнул рукава и слегка запыхался.

Вид у него снова был совершенно не боевой. Ли Чжолэ молча забрала у молодого лекаря аптечку.

Она провела его прямо в комнату Цзин под номером один, остановилась у двери, толкнула её и, проведя Цзян Циньяна внутрь, усадила, после чего сама аккуратно поставила аптечку и сверток на стол.

Взглянув на Фу Ли, она увидела, что тот молчит и лишь провожает Ли Чжолэ взглядом. Ли Чжолэ перевела взгляд с одного на другого:

— Это лекарь Цзян, а лекарь Цзян — мой друг. Прошу вас.

Прежде чем Фу Ли успел что-то сказать, она вышла за дверь и осталась караулить снаружи. В комнате остались только двое, молча глядя друг на друга.

Цзян Циньян заговорил первым:

— Уважаемый господин, где ваши раны?

Не говоря ни слова, Фу Ли молча расстегнул одежду, обнажив спину и живот. Прекрасные некогда мышцы спины исхудали, кости выступали наружу, почти не осталось мяса.

Всю спину пересекали бесчисленные шрамы от кнута. Левая рука ниже плеча отсутствовала — рана уже затянулась, было видно, что ампутация произошла давно. На запястье правой руки чернел рубец от постоянного трения цепей, начавший гноиться.

Фу Ли поджал губы. Глядя на столь тяжёлые увечья, Цзян Циньян почувствовал, как в его глазах закипает гнев.

— Уважаемый господин, это она вас так изувечила? — Цзян Циньян сжал кулаки. — Нужно ли вам помочь обратиться к властям?

Пострадавший замер, повернул голову, разглядывая человека перед собой, а затем спокойно произнёс:

— Она меня спасла.

Всего одна фраза расставила всё по местам. Цзян Циньян с облегчением выдохнул, принял профессиональный вид и, закончив осмотр Фу Ли, с суровым выражением лица нанёс на раны Золотая ранозаживляющая мазь и аккуратно их забинтовал.

Всё это время Фу Ли хранил молчание. Глядя на него, Цзян Циньян испытывал одновременно щемящую боль в сердце и глубокую жалость.

Толкнув дверь, Цзян Циньян отвел Ли Чжолэ в сторону и сказал с мрачным выражением лица:

— Госпожа, этот молодой господин тяжело ранен: у него множество следов от кнута, есть старые травмы, к тому же он до крайности истощён. Боюсь, чтобы поставить его на ноги в дальнейшем, потребуется приложить немало усилий.

Он протянул Ли Чжолэ немного Золотая ранозаживляющая мазь и напутствовал:

— Через несколько дней, когда ранам этого господина станет лучше, пусть мой наставник снова его осмотрит. Повязки меняйте раз в день.

Судя по его словам, разве не могли остаться хронические недуги?

Стиснув в пальцах фарфоровый пузырёк с лекарством, Ли Чжолэ опустила ресницы, подняла взгляд на Цзян Циньяна и спросила:

— Сколько с меня серебра?

Цзян Циньян тут же замахал руками:

— Раз госпожа сегодня протянула руку помощи, это станет моим скромным вкладом, с платой за вызов не нужно.

— Большое спасибо, — уголки губ Ли Чжолэ изогнулись в улыбке. — Но я не могу позволить вам уйти с пустыми руками.

Она сунула ему в ладонь кусок серебряного лома, быстро шмыгнула за дверь и, пока он не успел опомниться, захлопнула её:

— Провожать лекаря Цзяна я не стану.

Действуя с такой быстротой, будто боялась, что Цзян Циньян вернет ей деньги, она застыла по ту сторону двери, а ошеломленный Цзян Циньян, придя в себя, покачал головой и горько усмехнулся.

— Тогда в другой раз лекарь Цзян непременно отплатит госпоже за добро.

Шаги за дверью стихли, пузырёк с лекарством опустился на стол. Ли Чжолэ обернулась, и её взгляд встретился с глазами Фу Ли. Фу Ли легко кашлянул:

— Он ушёл?

— Угу. Как ты себя чувствуешь? — Ли Чжолэ села напротив него. — Ничего особенного.

Судя по описанию Цзян Циньяна, ранения были очень тяжелыми. Неужели он терпит боль?

— Не лги мне. — Ли Чжолэ подалась вперед, в её взгляде читалось любопытство и лёгкое давление.

— Я… нет, просто онемело.

Отвернув взгляд, он отчетливо чувствовал, что перед этим человеком оказывается совершенно обнажённым.

— У меня было много ран. Поначалу болело, но со временем боль притупляется.

Его длинные ресницы опустились, тёмные пряди волос послушно легли по обеим сторонам лица. Ли Чжолэ закрыла глаза, отвернулась и протянула руку, чтобы легко потрепать его по макушке.

— Мм.

На красивом лице промелькнула едва заметная улыбка. Ли Чжолэ не заметила, как выражение лица Фу Ли неуловимо изменилось.

В тишине прошло немного времени, пока не раздался стук в дверь, а следом голос слуги:

— Уважаемый гость, подавать ли сейчас ужин?

Бросив взгляд на разложенные на столе вещи, Ли Чжолэ поднялась, чтобы навести порядок. Убрав всё в сторону, она ответила прежним ровным голосом:

— Да.

Вскоре три блюда и суп были поданы. Для этого города такое разнообразие можно было назвать богатым.

Слуга удалился, а Ли Чжолэ протянула ему пиалу с супом:

— Лекарь сказал, что тебе нужно восстанавливать силы, выпей сначала суп.

Этот человек действительно совершенно не соблюдал принятые между мужчинами и женщинами правила приличия, или же дело в чём-то другом?

Даже выполняя задание, разве обязательно выкладываться до такой степени? Неведомая волна раздражения подступила к самому горлу, и Фу Ли, воспользовавшись моментом, когда протягивал руку за пиалой, резко притянул Ли Чжолэ к себе.

В этот миг, возвышаясь над ней, он мрачно спросил:

— Заместитель главы ведомства со всеми объектами задания обращается подобным образом?

Оглушённая внезапным рывком, Ли Чжолэ не успела защититься, лишь крепко удерживая пиалу с супом, чтобы не пролить. Услышав слова Фу Ли, она сперва заметно остолбенела, собираясь с мыслями:

— Нет. Почему ты так спрашиваешь?

Получив ответ, Фу Ли отпустил её. Молча выхватив пиалу из её рук, он отвернулся и стал пить суп, скрывшись от её взгляда. В голове Ли Чжолэ закружились, забурлили немногие оставшиеся у неё эмоциональные порывы: с чего это он вдруг разозлился?

Протянув ей пустую пиалу, он уронил прядь чёрных волос, сквозь которые проступила наполовину покрасневшая щекá, но прежнее выражение быстро вернулось к нему.

— Я был слишком самонадеян.

Не взяв пиалу, она перехватила инициативу и снова притянула его к себе. На лице, где ещё не до конца угас румянец, тёмные глаза испуганно сузились от её действий. Обхватив ладонью его затылок, она придвинулась ещё ближе.

В её зелёных глазах заплясали искры улыбки, наполненные теплом:

— Ты приревновал.

Лёгкое дыхание коснулось лица Фу Ли, сердце забилось чаще, он отчётливо ощутил ненормальный стук в собственной груди и попытался отвести взгляд:

— Нет…

Но Ли Чжолэ не дала ему шанса, чуть сильнее сжав пальцы и заметив, как его лицо заливается ещё большим румянцем.

Тихонько отпустив его, она переменила жест и помогла ему выпрямиться:

— Сначала поешь.

Тепло в её глазах не угасло, и он, подчиняясь её движению, сел за стол. Ли Чжолэ подперла рукой половину лица, неотрывно наблюдая за Фу Ли, в то время как тот сосредоточился на еде, полностью игнорируя её взгляд.

Словно ничего не бывало, Ли Чжолэ тоже взялась за палочки для еды. Жгучий взгляд рассеялся, и Фу Ли сквозь полуприкрытые пряди волос украдкой бросил на Ли Чжолэ пару взглядов: Странно, до чего же всё это странно.

Заметив за собой излишне странное поведение, он поспешно зачерпнул пару ложек риса. Увидев, что он налёг на один рис и совсем не трогает овощи, Ли Чжолэ взяла другую пару палочек и положила ему кусочек мяса:

— Ешь побольше.

В этом мягком голосе слышалась искренняя забота, отчего лицо Фу Ли снова запылало. Жуя еду, он по-прежнему хранил молчание.

В неловкой для одного из них тишине ужин подошёл к концу.

Пока слуга убирал посуду, Ли Чжолэ смотрела на окрасившееся багрянцем загородное небо, погруженная в собственные мысли, в то время как Фу Ли не сводил с неё глаз. Стоило же Ли Чжолэ бросить на него мимолётный взгляд, как он тут же отводил глаза в сторону. Эта неловкая атмосфера затянулась до самого вечера.

И всё же тишину нарушила Ли Чжолэ:

— Фу Ли, могу ли я называть тебя так напрямую?

Вопрос прозвучал серьёзно.

Собравшись с духом, он ответил:

— Конечно, мы ведь теперь друзья.

— Хорошо, Фу Ли. — Меж её бровей разгладилась складка. — Ты говорил, что раньше жил в Город Цзючэн, найдётся ли здесь что-нибудь примечательное?

Шёл десятый год Цзюаньань, ранняя летняя пора, первое число пятого месяца. На пятое число выпадал Праздник Моления о Дожде — масштабное ритуальное действо, которое проводилось в каждом городе.

Как раз в это время А Лу и остальные еще не вернулись. Ли Чжолэ взяла сверток, развернула его и протянула готовую одежду со словами:

— Не хочешь вместе со мной взглянуть на этот Праздник Моления о Дожде?

Фу Ли улыбнулся:

— С удовольствием.

http://bllate.org/book/23471/2529877